Сны о волках

Она отвернулась и Алексу показалось, что между ними пролегла холодная пропасть. Ему хотелось шагнуть к ней и при жать к себе, он чувствовал что она не позволит, да и гнев, кипевший внутри мешал соображать нормально.

— О каких детях ты говоришь? Кем они будут? Людьми или…

— Монстрами? Договаривай Марго раз начала!

— Не надо так Алекс! Я хотела сказать, что они ведь будут как ты и…как я! И им однажды тоже придется, проходит через это. — Через превращение? Да. Но если они будут расти в стае, среди, себе подобных, то это не будет для них так тяжело как для тебя!

— Послушай себя Алекс! Я не хочу, что бы мои дети росли в стае, в глуши, не зная мира вокруг. Я хочу, что бы мои дети были… нормальными! Понимаешь? Просто нормальными детьми! Я хочу, что бы все в моей жизни было нормальным — муж, семья, дети…

— Марго осеклась, увидев выражение такой жуткой боли, на лице Алекса как будто она всадила нож ему в сердце.

— Я все понял! Спасибо что все четко мне объяснила! Теперь между нами больше нет недопонимания! Такой монстр как я достаточно хорош для нескольких горячих дней в постели, но совершенно не подходит для той идеальной картины «нормальной» семьи которую ты для себя придумала. — Алекс горько усмехнулся, потирая грудь, в которой что-то невыносимо болело. Не в силах больше на нее смотреть Алекс ринулся из ванной. Внутри все выжигала кислота. Он почти бегом спустился вниз к крытому бассейну и прыгнул в ледяную воду. Ярость и отчаянье клокотали внутри. Вот как значит? А он то, раскатал уже губы! Думал что она уже его, а она его просто использует! Волк жалобно скулил внутри, пораженный в самое сердце. Алекс гонял свое тело, вдоль бассейна туда-сюда пытаясь болью в мышцах победить боль внутри. Через час в изнеможении он выбрался из ледяной воды и упал на холодный пол. Но как, же ему быть теперь? А если она действительно решит уйти из его жизни, и навсегда, не оглядываясь? Она ведь это может? Если она так и не решится признать другую сторону собственной природы, то так она и сделает. Ведь он станет постоянным нежеланным напоминанием о той части себя, которую она отрицала. Алекс лежал мокрым на полу, не ощущая холода, не помня, сколько прошло времени. Неожиданно его волк, в тревоге ударился в его груди, отвечая, на отчаянный призыв волчицы Марго. И тут Алекса пронзила ужасная мысль. Он бросил ее в доме одну! И это сейчас, в разгаре, когда каждая минута без контакта причиняет ей мучительную боль! Вот ублюдок! Разве после этого он её заслуживает? Да самый последний поддонок не поступит так со своей женщиной в такой момент! Он рванулся обратно, но по дороге метнулся в комнату Макса. Вывернув его прикроватную тумбочку, он схватил, коробку презервативов и побежал наверх. Войдя в спальню, она обнаружил Марго свернувшуюся калачиком на постели. Она обхватила себя руками в попытке унять боль и дрожь, пронзающие, ее тело. Еще раз, обозвав себя самыми последними словами, он обнял ее хрупкое тельце, и она не в силах сдержаться выгнулась, прижимаясь к нему всем телом в поиске облегчения.

— Боже Алекс! Мне так больно! Пожалуйста, сделай что-нибудь. Она повернула к нему зарёванное лицо. Алекс с ужасом подумал, что она уже почти не осознает, что с ней происходит. Волна горячего стыда затопила сознание Алекса. Это он бросил ее, зная, что с ней сейчас творится. Опять не справился со своей натурой!

— Сделай хоть что то, я умоляю тебя.

— Прости меня родная! Помнишь, я говорил, что тебе не придется меня просить? Я опять подвел тебя.

Руки быстро разрывали фольгу.

— Но я исправлюсь. Я обо всем позабочусь. Если ты не хочешь детей их, не будет. Если ты не хочешь быть моей, парой я не буду заставлять.

— Алекс перевернул дрожащее тело Марго на спину и вошел без прелюдий. Он знал, что это сейчас лишнее.

— Я буду брать только то что, ты готова мне дать. О, черт возьми, Марго! Как же это хорошо! Даже это уже слишком. Просто я жадный ублюдок и мне всегда тебя будет мало.

Рита с трудом выбиралась из влажно, сладкой истомы. Последние две ночи и два дня слились для нее в сплошную мучительно-сладостную картину. Ее тело и сознание сошли с ума, жадно требуя все больше Алекса. Все время больше. И он все время был рядом, занимался с ней любовью бесчисленное количество раз, помогая унять неистовый голод тела, упрашивал поесть когда она отказывалась, не в силах думать ни о чем кроме желаний пылающего тела. Купал, не давая разбить себе голову, так как болезненно чувствительное тело выгибалось в судорогах от каждого касания. А теперь когда это сумасшествие схлынуло, он обессиленный спал рядом. Рита смотрела на его осунувшееся лицо ставшее таким родным за эти дни. На его обнаженное прекрасное тело, самое совершенное мужское тело которое ей случалось видеть. Даже сейчас, когда он спал полностью расслабленным, от него исходило ощущение силы и дикой сексуальности. Марго захотелось коснуться его рельефного пресса и мощной груди, но она остановила себя. Он так устал за эти дни с ней. Это должно быть дико тяжело справляться с тем, кто сам себя не помнит от нагрянувшего наваждения, все равно, что ухаживать за душевнобольным. Рита вздохнула. Теперь-то он точно больше не захочет ее видеть. Смутные картины вспыхивали в ее памяти. Она вела себя как обезумевшая самка, требуя близости снова и снова. Она бы должна сейчас пылать от стыда вспоминая что творила, но на стыд не было не физических, но моральных сил. Тело было совершенно пустым, невесомым, безвольным и совершенно удовлетворенным. Абсолютно удовлетворенным. На тумбочке снова завибрировал телефон Алекса. Осторожно встав с постели она взяла его. Звонил Семен. Рита вышла в ванную и закрыла дверь.

— Привет Семен! Это я Рита.

— О привет! Я так рад слышать твой голос. У вас все в порядке? Вы уже трое суток не отвечаете на звонки. Макс уже тихо паникует и готов уже взломать дверь.

— Трое? Значит, мы проспали почти сутки! Скажи ему не стоит ломать дверь. У нас все нормально. Просто мы были… заняты.

— О! Я понимаю!..Ну и как все прошло? Прости дурацкий вопрос. Ну с медицинской точки зрения. Как ты себя чувствуешь? Что-то болит?

— Нет, ничего не болит, сейчас, по крайней мере. И наверное стоит сказать что такой спокойной я себя уже сто лет не чувствовала.

— Ну это как раз нормально. Твой организм взял тайм-аут после такого нервного напряжения. Я думаю, что мне надо будет осмотреть тебя через несколько недель, если ты позволишь.

— Если это по поводу беременности, то можешь не волноваться. Этого нет.

— О Марго, Алекс не захотел…

— Нет, он хотел. Очень хотел. Это я не готова… — Повисло тяжелое молчание.

— И как он отреагировал?

— Мне кажется, ему было больно.

— Ты должна понимать, что это естественная реакция на твой отказ. Тем более он Альфа…И вы… теперь пара?

— Нет. Я думаю, что не стоит с этим торопиться.

— Вот блин! Прости Марго, не сдержался. И что Алекс смог сдержаться и не пометить тебя как свою пару? Даже в самый разгар?

— Видимо смог. Скажи Семен, а как часто будет это повторяться?

— Обычно у женщин это случается каждый год-полтора. Но если наступает беременность, то цикл может не возвращаться 3–4 года.

— О хотя бы утешает, что это не происходит каждый месяц. Так ведь и умереть не долго. Особенно бедным мужикам.

— Ты знаешь, что-то я ни разу не слышал, ни одного слова жалобы ни от одного мужчины прошедшего со своей женщиной разгар. Наоборот они ждут нового шанса пережить такое.

— А ты проходил с кем нибудь через это?

— Нет такой чести мне не было оказано. Пока надеюсь. Я же вроде не совсем безнадежен.

— А если не секрет, то сколько таких циклов было у Алекса?

— Ну тут нет секретов. Ни одного. Он сознательно отказывался. Кстати с тобой у него тоже был шанс не делать этого. Мы могли бы изолировать тебя в боксе и колоть наркотики, что бы ты спала. Правда, это стало бы проблемой, если бы другие почуяли твой запах.

— Почему он решил по-другому?

— Ну, наверное, потому что не смотря на лекарства это было бы для тебя все равно очень мучительно, а это твой первый раз. Ну и у него были, и другие причины и я думаю, он тебе их озвучил. Ты важна для него.

— Давай не будем, Семен. Тебе ли не знать, что люди могут говорить и чувствовать, поддавшись своим гормонам? Расскажи лучше, что делают другие женщины в это время, ну во время цикла?

— Ну обычно они знают об этом заранее и те, у кого нет пары и кто не хотел бы создавать постоянные отношения выбирают себе мужчину и уединяются с ним. Все просто. Если они не хотят от этого мужчины детей то предохраняются. Все как у людей, только гораздо насыщеннее в какой то определенный момент времени.

— А в другое время забеременеть нельзя?

— Нет это исключено нашей природой.

— Ну хоть какие то плюсы. Скажи раз все закончилось я уже могу вернуться домой?

— Но разве ты не останешься с нами…с Алексом? — оценив затянувшееся молчание Семен со вздохом ответил- Я думаю ты сможешь уехать уже, только смойте с себя хорошенько все запахи, мало кто в поселенье вам попадётся. Но ты должна знать, что Алексу будет очень больно. До безумия. Рита отключилась. Зачем Семен говорит все это? Разве он не понимает как ей больно. Она ведь не наивная девчонка. Такой мужчина как Алекс не может влюбиться, в такую как она. Все это были просто голые инстинкты, стечение обстоятельств. Просто так сложилось, это наваждение пронеслось по ним как тайфун, ломая все привычное. Но страсти схлынули, и Алекс сейчас начнет тяготиться ее присутствием. И это неожиданно…больно! Выйдя через время в спальню, Рита увидела Алекса стоящего спиной к ней у окна обнаженным. Не поворачиваясь, он спросил:

— Как скоро Сэм разрешил тебе уехать?

— Ты все слышал? Алекс все так же, не поворачиваясь, указал на свои уши.

— Я же оборотень, помнишь? Звериный слух. В голосе явно был слышен сарказм.

— Так, когда ты хочешь уехать?

— Завтра ночью. Если ты согласишься меня отвезти. Думаю такси сюда не приедет. Что же, она знала, что ему захочется закончить это побыстрее.

— Марго я сделаю как ты скажешь. Не хочешь задержаться? — голос холодный и безразличный.

— Я познакомлю тебя с Максом и ты сможешь сама высказать ему все по поводу одежды. Ну или еще раз увидится с Сэмом.

— Нет. — спина Алекса окаменела. — Думаю это лишнее. Я и так слишком злоупотребила твоим гостеприимством.

Алекс обернулся и быстро подошел к Рите. Порывисто прижал ее к себе. В этом объятье не было даже намека на чувственность, только отчаянье и боль или это ей только кажется?.Скрипнул зубами, и сделал глубокий вдох желая что то сказать. Промолчал. Она и сама все понимает, большая девочка. Гормоны успокоились, чувства ушли, пора прощаться. Это как похмелье — больно, муторно, но неизбежно после того безумия в которое она окунулась.

— Ты хочешь есть? — осипшим голосом спросил он, меняя тему.

— Ужасно. Просто зверски. Тебе еще не надоело кормить такую прожору как я?.С облегчением Рита приняла предложенный спасительный плот. Алекс отстранился, улыбнулся глядя ей в глаза. Странная улыбка, не затрагивающая глаз.

— Шутишь?.Я обожаю смотреть как ешь, сидя напротив, на моей кухне. Жаль, что ты уезжаешь. Рита опять почувствовала укол боли. Когда это с ней случилось? Когда она окончательно стала такой жалкой, что готова сейчас упасть ему в ноги, обнять и не отпускать, умолять опять хотя бы раз посмотреть на нее с той нежностью и страстью как раньше? Злость на саму себя захлестнула её. Казалось, Алекс прочел это в ее глазах, и улыбка исчезла, лицо стало жестким. Теперь Рита точно знала что на нее смотрит опасный хищник, Альфа стаи.

— Пойдем накормлю тебя, это моя обязанность. Голос был ледяным. Ну да такая же обязанность как уберечь стаю от драки за бесхозную женщину в разгаре. Рите вдруг показалось, что между ними возникла глубокая ледяная пропасть. Глядя в спину уходящего Алекса ей хотелось броситься к нему обнять и сказать. Что? Она не знала. Неожиданно прошлое накрыло ее болезненной волной. Вот так же много лет назад с прямой, каменной спиной уходил ее муж, не желая ее больше видеть. Она опять все сделала не правильно! Мужчины, которые дороги ей уходят от неё, даже не оглядываясь, как будто им противно даже взглянуть на неё. Но ты ведь знала, что так будет с самого начала?.Все что случилось опять твоя вина. Твоя и твоего тела, которым ты не можешь управлять. Алекс тоже понял это, как и Андрей и просто вежлив. Не будет больше никаких встреч, все закончилось. Просто ему стыдно прямо сказать об этом. Пусть так и пусть лучше сейчас, пока еще не поздно. Господи для чего не поздно? Не лги себе! Он уже внутри тебя, под твоей кожей. Плевать. Она вынесла это однажды, справиться и сейчас.

— Ну что там Сэм? — Макс опять заглянул в кабинет.

— Ты дозвонился, наконец?

— Да, расслабься боевик. Силовая акция отменяется. У них все нормально. В каком-то смысле.

— Ты не пугай меня так. Что ты имеешь в виду?

— Вообще разгар они пережили и, судя по тому что спали последние сутки беспробудно весьма успешно.

— О, я так и знал что Алекс секс-машина. Наш, Альфа на высоте.

— Но они предохранялись, так что детей у Альфы ближайшее время не будет. И они не пара.

— Ну, наконец, то у Алекса прояснилось в голове! Наваждение рассеялось! Аллилуя!

— Ты не понял. Это Марго отказалась от предложения Алекса. И детей не будет тоже по той же причине. Она не остается с Альфой.

— Вот хрень! Алекс наверное в ярости. Вот стерва! Да что она о себе возомнила? Подумаешь внучка Древнего! Он же Альфа!

— Макс ты не прав. Это её жизнь и её право ею распоряжаться.

— Да насрать. Ты хоть представляешь, что с Альфой сейчас твориться? Да он с ума сойдет если она уйдет. Она соображает, что с ним творит?

— Я думаю не до конца. Она ведь морально все еще человек. А людям вечно нужно подтверждение своих чувств. Они не могут чувствовать, так как мы и принимать эти чувства на веру. Я думаю, что она просто должна все спокойно обдумать.

— Обдумать говоришь? А что во время ее раздумий Алекс будет делать? Если он точно почувствовал в ней свою пару, то уже не сможет держаться в стороне. А если ее великие раздумья приведут чертову бабу к выводу что Альфа ей не нужен? Ты знаешь что он сказал мне что готов уйти из стаи ради нее! Ради неё!

— Это очень плохо.

— Это охренненно плохо. Стая держится на Альфе. Почему ты не сказал этой дуре, что она подвергает опасности разрушить жизни стольких людей? Ради чего? Ради эгоизма?

— Что ты хочешь? Что бы он посадил её на цепь как собаку ради спокойствия стаи?

— Мне насрать какими средствами. Я хочу что бы мой друг и мой Альфа был счастлив.

— Он никогда не будет счастлив если будет держать любимую женщину в неволе и она его за это возненавидит. Алекс никогда на это не пойдет.

— Ладно ты прав. Но что-то нужно сделать. Если она уйдет он будет просто раздавлен.

— Это только между ними Макс. Мы ничего не можем сделать. Она боится доверится, ему и на это тоже есть свои причины.

— Ладно. Посмотрим. Я все равно буду пытаться. Ну ладно пока. Я убежал.

Сэм опустился в кресло. В голове все закипало от тяжелых мыслей. Макс прав. Если у Марго и Алекса не срастется, то их ждут тяжелые времена. Алекс всегда был очень рациональный и спокойный, умело и твердой рукой столько лет управлял стаей, хотя вынужден был взять на себя ответственность еще почти подростком. Все эти годы он четко двигался к выбранной цели, создавая одну из самых процветающих стай в Восточной Европе, с самыми большими территориями и самыми свободными взглядами на устои волков. Он отказался от многих закостенелых правил унижающих свободу воли и выбора молодых волков и волчиц, предоставляя им защиту и возможность самореализоваться. Требовал только беспрекословного уважения к его решениям и желания трудится на благо стаи. Поэтому в стаю отовсюду стекались молодые волки, создавая большую и сильную стаю с молодой свежей кровью. А последние исследования Сэма показали, что именно обособленность ликан вызвала то снижение рождаемости которое привело к катастрофическому снижению численности их вида. Стаи по минимуму общались друг с другом и тем более с огромной неохотой отпускали из стай молодых способных рожать женщин. Они были главной ценностью стаи. Их судьбу всегда старались устроить внутри стаи, что и вело к вырождению. Да и создание истинных пар практически вошло в легенду из за ограниченности выбора партнеров. И закостенелость большинства Альф, которые были во много раз старше Алекса, не позволяла им понять, что эта политика ведет к вымиранию. Старые Альфы буквально зубами держались за ветхие устои, не желая менять привычное. Алекс с Сэмом пытались пробиться, к их застывшим мозгам объясняя необходимость менять старые законы. Они уже строили отдельный комплекс, по типу молодежного лагеря где по их задумке молодые особи со всего мира могли приезжать и общаться и знакомиться с друг другом. Они надеялись, что именно браки созданные волками с разных концов света станут спасением их расы. Алекс всегда был спокоен пока, не появилась Марго и его поступки перестали поддаваться логике. И теперь если Алекс сорвется и пошлет все к черту, погибнет все к чему они так тяжело продвигались последние годы. Эти мысли угнетали Сэма, но он признавал право Алекса и Марго самим создавать свои отношения. Просто Алекс слишком долго работал на благо других и теперь имел право получить хоть что-то для себя. И именно накопившаяся усталость могла стать причиной катастрофического срыва. Бесшумно открылась дверь в кабинет. Сэм поднял взгляд и столкнулся с напряженным взглядом сестры. Черт, за всей этой суетой он совсем забыл о ней. С тревогой он стал выискивать признаки гнева на ее лице.

— Привет братец. Совсем заработался. Она улыбнулась, казалось совершенно спокойно.

— Привет, Алиночка. Прости, я действительно закрутился. Как ты?

— Я то нормально. Что мой гениальный план по соблазнению очередного, Альфы опять провалился? — усмехнулась она. Сэм опустил глаза.

— Да ладно не парься, братишка. Я поняла, что от тебя тут ничего не зависело. Он сам не захотел меня. Оказался самым морально устойчивым, блин. Я пришла к нему в душ, предложила себя. А он отказался. Видно зацепила его не на шутку эта сучка. Что ж ты не сказал что она у нас такая звезда? Внучка Древнего.

— Откуда ты.

— Знаю? Я приходила к тебе вчера, тебя на месте не было. Любопытство замучило, а ты так и не научился прятать свои файлы за паролем. Так что влезла от скуки. Да ладно расслабься. Я понимаю что с внучкой Древнего мне не тягаться. Судьба. Выпьешь со мной? — Сэм только сейчас заметил начатую бутылку коньяка в руках сестры.

— Ты уверенна?

— Да ладно тебе, большой брат. Я давно уже не ребенок. Ты ведь говорил, что мне надо стать взрослой и научится достойно проигрывать. Вот буду учиться. Поможешь? Сэм не найдя в ее выражении лица ничего тревожного кивнул и пошел к шкафу и достал спрятанные коньячные бокалы.

— Давай сама налью. Налили. Сэм вдохнул аромат хорошего коньяка и пригубил. Жидкость теплой волной покатилась к желудку, разбегаясь волнами по венам. Сестра пристально смотрела ему в глаза. Неожиданно так захотелось расслабиться, и забыть ненадолго все проблемы. Сэм залпом проглотил остальной коньяк и протянул сестре бокал. Она плеснула добавки. Откинувшись в кресле, стал пить маленькими глотками.

— Что ты планируешь делать дальше? Может тебе подумать об учебе?

— Ну вообще-то у меня уже есть план на ближайшее время. — Взгляд Алины оставался по-прежнему, сосредоточенным. Только сейчас Сэм понял, что она так и не выпила свой коньяк. Тревога шевельнулась внутри. Но почему то расслабленному телу было так хорошо, что мозг отмахнулся от этого звоночка.

— Я подумала, что Алекса мне уже не получить. Что же я признаю свое поражение. Но знаешь если я признаю проигрыш, то это не значит что я не могу отомстить. Всем. Альфе, тебе и этой суке тоже. Сэм хотел дернуться вперед и возразить сестре, но неожиданно понял, что тело его не слушается.

— Сиди, Семочка. Успокойся. Меня, знаешь ли, уже совершенно достало, что ты постоянно мешаешь мне, поучаешь. Ты что действительно думаешь, что вправе делать это раз ты мой старший брат и заботился обо мне? Так вот. Я тебя не просила это делать. Я вообще думаю, что если бы не ты, то все бы у меня получилось. Во всех моих провалах виноват ты со своей дурацкой моралью и честностью. Мы не люди и не надо притворяться ими. Для нас нет правил. Если чего-то хочется это нужно брать и растоптать всех кто стоит на твоем пути. Так что теперь Семочка ты больше не помешаешь мне. Сейчас ты заснешь и больше не проснешься. Признай я очень гуманна по отношению к тебе, все будет безболезненно. Не то, что я придумала для этой суки. Так что засыпай. Прощай братишка. Последние слова Сэм слушал как через плотный туман, больше похожий на вату который облеплял его тело, не давая говорить и думать, отнимая воздух. Последним усилием воли он распахнул глаза и увидел, как сестра вставила флешку в его компьютер и скачивает данные.

— Зачем? — из последних сил проскрежетал он. Алина рассмеялась.

— О я бы сказала что это мой билет в другую жизнь. Дальше Сэм провалился во тьму.

Последние часы в доме Алекса были, кажется мучительными для них обоих. Разговаривать не хотелось, так как любой из разговоров неизбежно приводил их к теме ее скорого отъезда. Рита видела что Алекс старательно избегает смотреть ей в глаза, разговаривает односложными фразами. До нее вдруг дошло, что он просто тяготиться ее присутствием и не может дождаться, когда она покинет его дом. Тянущая боль внутри нарастала с каждой минутой. Они опять сидели в гостиной, там где все началось и смотрели фильм, только теперь Рите казалось что они на разных планетах. Алекс больше не поворачивал голову в ее сторону и сидел напряженным, не прикасаясь к ней и просто казалось, ждал когда она исчезнет из его жизни. Сердце отзывалось мучительной болью на эти мысли. Находится рядом дальше было всё мучительней, оттягивать момент ухода было бессмысленно. Их вместе свели обстоятельства, взрыв инстинктов и кажется Алекс, как она и предполагала, начал понимать это. Он устал от неё и даже не пытался притворяться. За окном давно наступила ночь. Не в силах больше продолжать эту пытку Рита встала.

— Если ты не против, то мы могли бы уже выехать? Я думаю, что все уже спят и нас никто не увидит.

— Почему я должен думать о том, что нас кто-то увидит? У меня нет причин прятать тебя. — последнюю фразу он произнёс с нажимом. «Конечно нет. Я еще один твой трофей. Еще одна из многих до меня»-От этой мысли боль скрутила внутренности и Рита в трудом сдержала желание согнуться и обхватить себя руками. Нет, не сейчас, не перед ним.

— Да я понимаю, что у тебя нет причин. Просто так будет лучше для меня.

— Что пребывание в моем доме повредит репутацию Снежной королевы? — В голосе Алекса отчетливо звучала горькая насмешка. Рита не желая спорить упрямо мотнула головой.

— Так ты готов или мне найти другой способ добраться?.-голос прозвучал резко и раздраженно. Алекс яростно сверкнул на нее глазами.

— Ну раз уж тебе так не терпеться покинуть мой дом, то поехали прямо сейчас. — Практически прорычал он. Они вышли на улицу, и Рита с наслаждением вдохнула ночной воздух. От сладкого запаха ночного леса стало сразу легче на душе и захотелось улыбнуться.

— Видимо тебе действительно было тяжко со мной если ты так счастлива вырваться наружу! — слова Алекса прозвучали насмешливо, а цепкие глаза ловили каждое движение. Рита оглянулась вглядываясь в его жесткое лицо. Куда исчез тот мужчина, что ласкал ее и шептал безумные слова? Сейчас перед ней стоял такой же красивый, но совершенно незнакомый мужчина, смертельно опасный хищник. Не найдя что ответить, она просто пошла к машине и взялась за ручку двери. Над самым ухом раздалось угрожающее рычание. Вскинув испуганные глаза, она увидела Алекса. Он отвел ее руку, сам открыл дверцу предлагая усаживаться в машину. Когда она села он наклонился и пристегнул ее ремнем. От его близости и до боли знакомого запаха судорожно сжалось в груди, ослабли ноги и мгновенно появилась влага между бедер. Хорошо, что она уже сидит. Рита плотно сжала колени. Алекс судорожно втянул воздух, ноздри его затрепетали и он резко выпрямился, сильно ударившись при этом головой. Отскочив от машины, он выругался, и стоял пару минут сжимая и разжимая кулаки. Потом захлопнул дверцу и быстро обошел машину. С территории поселения они вылетели, так как будто за ними черти гнались. Рита горько усмехнулась про себя. Как же мужику избавиться от нее не терпится. Вот уж правда горькое похмелье! Уже через полчаса Алекс остановил машину перед ее зелеными воротами. За всю дорогу они так и не сказали друг другу ни одного слова.

— Ты дома. — сухо прокомментировал Алекс не глядя на Риту. Оба замерли не решаясь ничего сказать. Пауза становилась тягостной. Рита подняла глаза и решилась.

— Спасибо что подвёз и вообще за все. Не знаю что бы со мною было если бы ты не нашёл меня. Ничего хорошего точно.

— Ты не должна меня благодарить — голос Алекса звучал глухо от сдерживаемых эмоций.

— То что случилось было для меня как…чудо. Я благодарен тебе, что ты позволила разделить с тобой этот момент твоей жизни. Я хотел бы…черт. Ладно все это ерунда. — казалось каждое слово давалось Алексу мучительно, как насилие над собственной властной сущностью.

«Да ты прав для тебя это ерунда».

— Я хотела тебя кое о чем попросить.

— Говори.

— Я бы хотела, что бы ты разрешил мне иногда приезжать на территорию поселения.

Алекс повернулся к Рите всем телом, в темноте его глаза блестели.

— Ведь этот цикл у меня первый, но не последний. Так что мне понадобится Семён… Воздух в салоне заледенел.

— Семён! Ты издеваешься надо мной!!! — Алекс взревел так что, стекла в машине едва не лопнули. Он подался вперед прижимая её к двери — Вот значит в чём дело!.Тебе нужен был Сэм! С самого начала тебе был нужен он?! — орал он в бешенстве.

Рита опешила от его дикого напора, лишившись дара речи. Под его побелевшими от напряжения пальцами застонал, ломаясь, руль машины. Лицо Алекса изменилось, почти теряя человеческие черты.

— Будет тебе твой Семён. Будет всё, что захочешь.

— Алекс отвернулся и смотрел прямо перед собой. Голос упал и стал глухим и хриплым, хотя Рита видела, как его тело сотрясает крупная дрожь.

— Завтра пришлю Макса, он компенсирует тебе стоимость всех вещей которые мы уничтожили. Если выяснишь какой ущерб еще тебе нанесли — сообщи Максу, мы всё компенсируем. Желаю тебе удачи, Марго. Вот так просто он показал ей что общение закончено. Просто и доходчиво. Рита выскочила из джипа и решительно, не оглядываясь пошла к воротам. Из последних сил старалась держать спину прямо и не споткнуться на негнущихся ногах. Сзади взревел двигатель, и с бешеной пробуксовкой машина сорвалась с места. Только закрыв за своей спиной калитку она сползла на землю, сгибаясь под непосильной тяжестью боли. Вскинув голову к небу, закричала:

— Господи да, что- же так больно то!

И не получив ответа опустилась на землю. Свернувшись калачиком лежала пока прохлада от земли не стала пробираться под кожу заставляя стучать зубы. Только тогда услышала умоляюще-радостный визг своих собак. Поднявшись, быстро подошла к ним, обнимая за огромные лохматые головы и отцепляя цепи. В приступе безудержной радости они прыгали рядом, толкая ее своими мощными телами и головами, наполняя душу теплом и чистой радостью. Вместе пошли в сторону конюшни. Уже на подходе услышала приветственное ржание Трепета. Внутри радостный Трепет положил свою тяжелую голову ей на плечо и взволнованно вздыхал, терся бархатными губами и ноздрями о шею и щеки. Боль отступила, разжимая жестокие тиски вокруг сердца. Она вернулась домой. Здесь было всё, что она любила и чем жила последние годы. Ведь раньше этого было достаточно. Может она опять соберет свое крошечное ледяное королевство по кусочкам и этого будет достаточно?.Пока достаточно. Так ей показалось. И только войдя в свой, уютный и такой любимый домик она поняла, что совсем одна. Тишина в доме давила. Поднявшись в спальню, она лежала на своей постели до утра, глядя в потолок, на простынях которые не пахли Алексом.

Алекс не разбирая дороги, несся по лесу. Бросив машину прямо на дороге, он обратился даже не раздевшись и отряхнул клочья одежды. Ярость клокотала внутри. Чертов придурок! Чего ты ждал? Ты ведь силой притащил её в свой дом и заставил остаться во время разгара. Знал что инстинкты толкнут её к тебе, не оставил выбора, упивался её телом, думая что уже победил. А она всё это время хотела быть с Сэмом. Сраный везучий доктор! Она хотела его, всё время его! Ярость захлестывала волка и требовала убить соперника. Все последние сутки в его доме, после того как услышал ее разговор в ванной он всё ждал что она обнимет его как раньше, запутает свои нежные пальцы в его волосах, доверчиво прижмется своим телом. Как же он хотел ее прикосновений! Как хотел прикасаться сам! Как хотел опять чувствовать ее горячее тело под своим. Как только схлынула усталость после разгара, желание опять стало нестерпимым. Но Марго будто подменили. Глядя в глаза он натыкался на льдинки вместо прежнего огня. Это резало душу и причиняло невыносимую боль, приводя волка в ярость. Каждый раз когда он ловил на себе ее взгляд он читал в нем недоумение «Как же я оказалась здесь, с ним?». Но почему? Что вдруг стало не так? Ведь еще сутки назад они горели от наслаждения друг другом! Он не помнил себя от счастья и сладкого изнеможения в эти моменты. Он не мальчишка, но точно знал что такого еще не было в его жизни и скорее всего уже не будет. Неужели эту связь чувствовал только он?.Ведь не могло быть что все это время, срывая голос в его руках от безумных оргазмов, она думала о Сэме? Или может? Тогда почему была такой холодной после того как схлынул разгар, почему так торопилась покинуть его дом, как будто ей была противна сама мысль о еще одной ночи в постели с ним. Волк издал отчаянный вой полный боли и тоски. Разве ты забыл, что она отказалась стать твой парой? Забыл, как её испугала перспектива забеременеть от тебя? А может он сам, во всем виноват? Что то не сказал, чего то не сделал? Ведь мог не ждать и дуться как обиженный мальчишка. Не захотела парную метку и сейчас детей? Да плевать! У них впереди ещё уйма времени. Мог ведь сам обнять ее, целовать губы пока не распухнут, ласкать тело пока оно не начнет плавится, под губами как воск. Сорвать одежду, отнести обратно в постель и никуда не отпустить, заставить забыть о том что существует мир вокруг и дать понять что в ней теперь весь твой мир. От этих мыслей волк замер и готов был повернуть назад к той, без которой не мог. Но тут он вспомнил, что она просила разрешения навещать в поселении Сэма и опять взбесился. Сэма, не его Алекса! Сэм ты труп! Плевать что друг, плевать как в тебе нуждается поселение, плевать на все последствия! Больше нет цивилизованного, рассудительного Алекса. Есть только сгусток дикой ярости, желающий смерти сопернику. И волк еще быстрее понесся к поселению. Сегодня ты умрешь Сэм! Влетев в двери клиники, он обратился и заорал на всю клинику:

— Сэм! Выходи сейчас же засранец! Сэм я оторву твои чертовы яйца! С-Э-ЭМ!! — Клиника ответила тишиной и темнотой. Ворвавшись в кабинет он увидел Сэма спящим в кресле. Красная пелена перед глазами стала еще ярче. — Сэм я убью тебя- взревел Алекс.

— Вставай скотина! — Сэм даже не шевельнулся. Алекс подскочил к нему и поднял безжизненное тело за шиворот над полом и встряхнул.

— Хватит дрыхнуть, пьянь! — зарычал Алекс прямо в ухо Сэма заметив пустую бутылку от коньяка на полу. Сэм не реагировал. Алекс смел все со стола и уложил Сэма туда. Наклонился, прислушиваясь к дыханию. Дыхание было едва слышным и поверхностным и пахло странно. Прижав пальцы, к сонной артерии нащупал едва различимый пульс.

— Да, что за хрень тут происходит! Быстро найдя в кармане халата телефон Сэма он набрал Макса.

— Сэм, ну какого черта! Ты же знал чем я…

— Это Алекс. Быстро беги в клинику, Сэм без сознания. Я не знаю что случилось, но судя по запаху это отравление. Да, по дороге прихвати дока Алису и медсестру. Нам нужен кто-нибудь кто сможет проффесионально оказать ему помощь. Быстро Макс!! — проорал Алекс.

— Держись Сэм. Мы спасем тебя. А потом я тебя убью, за то что ты увёл у меня мою женщину! Так что умирать тебе никак нельзя. Если бы она выбрала меня, я бы не за что не умер! Держись, не смей умирать. Если из за тебя Марго станет плакать я воскрешу тебя и убью опять. Слышишь! Алекс говорил с Сэмом до тех пор пока не примчался Макс с Алисой, вторым доктором клиники, которая сейчас была в декрете и медсестрой Викторией. Алиса сразу принялась реанимировать Сэма, не обращая внимания на наготу Алекса. Она давно была в паре, и на голых мужиков ей было наплевать. А вот молоденькая Виктория всё время пялилась, на обнажённого Альфу. Когда еще будет возможность рассмотреть Альфу стаи не в слабом лунном свете, во время обращения перед охотой, а в ярком свете ламп дневного света. Она постоянно зависала, наблюдая как перекатываются, его мощные мускулы под загорелой кожей, когда он помогал раздевать и переворачивать Сэма. Черт, теперь он понимал, как чувствуют себя женщины когда их бесцеремонно рассматривают мужики. А ведь когда на него смотрела Марго, он был просто, плавился, от наслаждения! Алекс, раздраженный таким разглядыванием натянул на себя снятый с Сэма халат. Он был узковат в плечах и коротковат, но спасал от наглых взглядов Виктории и тогда она, наконец смогла полноценно работать. К утру им совместными усилиями удалось стабилизировать состояние Сэма. Умирать он уже не собирался, но и в сознание не приходил. Отправив Алису отдыхать когда за ней пришел встревоженный муж, Алекс остался спать на соседней кровати в палате Сэма.

— Мне уже эта клиника как родная, блин. Я здесь чаще чем дома ночую. ворчал он перед сном. Алексу казалось что он не сможет и глаз сомкнуть, но усталость последних дней навалилась на него и он не заметил как уснул.

Поздним утром пришел Макс с одеждой и отчетом. Он обнюхал каждый сантиметр клиники и окрестностей, но ни одного чужого запаха не нашёл. Алину найти на территории поселения тоже не смогли. Хотя охрана утверждала, что через ворота она тоже не выезжала. Опрос жителей так же ничего не дал. Алина почти ни с кем не общалась, партнера у нее не было, подруг тоже. Осмотр дома тоже не порадовал. Алекс практически жил в клинике, а все вещи Алины на первый взгляд были на местах.

— Да и еще одна странность. На компе Сэма уничтожена вся информация. — сказал в конце Макс.

— И что ты об этом думаешь? что там могло такого быть?

— Да не знаю! Что такого ценного могло быть в файлах у простого доктора поселения? Сведенья о беременных? Но у нас и так все всё знают. Даже не могу представить, что там было такого, за что стоило отравить Сэма.

— Однако, он сейчас лежит тут под аппаратом искусственного дыхания и если бы я не пришел сюда ночью уже был бы мёртв.

— Да кстати. Что ты делал тут посреди ночи, голым?

— Я бегал по лесу и зашёл поговорить. — Алекс отвернулся что бы скрыть эмоции.

— Алекс, блин мы же договаривались! Объясни какого хрена тут происходит или пошли меня, но не ври мне! Ты отвёз Марго домой?

— Да отвёз.

— И..?Я что клещами из тебя тянуть каждое слово должен?

— Так не тяни! И-и-ничего! Я отвёз ее домой. Она попросила разрешения посещать поселение…

— И ты, конечно же его дал с большим удовольствием? Не молчи. Я прав Алекс?

— Нет, не дал! Ты доволен?

— Ты что совсем дебил? Почему?

— Потому что не сдержался и наорал на нее и практически выгнал из машины! Я думаю после этого, она никогда больше не станет со мной говорить. И отвали от меня уже Макс. Мне и так хреново.

— Тебе хреново? Не ну конечно именно ты тут главный пострадавший, к то ж спорит! А ты подумал как ей может быть хреново?! — Алекс был шокирован. Кажется впервые в жизни его Бета орал на него.

— Ты черт возьми сначала набрасываешься на неё, тащишь сюда, потом выясняется что она совсем не то кем считала себя всю жизнь, потом ты трахаешь её в разгар, а потом вывозишь как мусор с территории поселения и напоследок орёшь и выбрасываешь её из машины как шлюху когда она попросила разрешения приезжать сюда ещё? Я ничего не упустил? Ты ей денег случайно не предложил на прощанье? За услуги так сказать. О чёрт!

В следующую секунду в челюсть Макса прилетел кулак.

— Не смей так о ней говорить, ублюдок!

— А ты перестань думать членом! Ты ведь хотел её в пару, или я что-то напутал? Как по твоему это все выглядит?

Макс тер ушибленную челюсть.

— Можешь мне хоть всю морду разбить по фиг завтра заживет, но как ублюдок повел себя ты! Ублюдок и дебил.

— Ты ничего не знаешь! Её словно подменили после разгара. Она шарахалась от меня и только и думала как бы побыстрей уехать.

— А что в этом удивительного? У неё всё с ног на голову в жизни перевернулось! Она ведь думает как человек. Наверняка после того что между вами было ей нужно было от тебя, ну не знаю какие то слова, действия объясняющие что все хорошо, что она нужна тебе. Черт это ведь был ее первый цикл. Это все равно как в первый раз вообще! Неужели ты решил что переспав с тобой она сразу прониклась новой сущностью и поняла всю серьезность твоих намерений? Ты решил, что предложение стать твоей парой должно осчастливить её? Она не росла как волчица и не в состоянии понять как изменился твой запах. Ей все это не понятно. А ты просто дал ей уехать. Нет погоди — ты сам ее отвёз и наорал на прощанье. Ты король дебилов! И эгоист. Если она не нужна тебе, то я думаю у нас нашлось бы много свободных, достойных мужчин которые захотели бы её в пару. Но ты запретил ей, появятся! Ни себе- ни людям! Думаю она теперь навсегда останется в диком восторге от мужчин волков!

— Если ты не заткнешься, я тебя опять приложу, Макс! Она хотела приезжать в поселение к Сэму! К Сэму — не ко мне! Ты это понимаешь?

— А чего ты хотел? Что бы она умоляла тебя о возможности видеть тебя? После того как ты избавился от неё, переспав с ней? А ты подумал что она зная теперь кем является, побоится пойти в человеческую клинику и Сэм ей, нужен просто как доктор? Разве она знает кого-то ещё на всём белом свете? Нет, вместо этого ты включил Отелло, обидел её и примчался сюда что бы убить Сэма! Теперь я все правильно понимаю? Алекс молчал, чувствуя как волны удушливого стыда накатывают на него. Боже, да это он себе должен дать в морду. Вот уж, правда, король дебилов! Титул заслужен и подтверждён!

— Но она от меня так отдалилась…Я подумал. решил что она жалеет обо всем и что хотела быть не со мной, а с Сэмом. И она так хотела уехать!

— Алекс, неужели ты не понимаешь? Женщины странные создания и часто сами не понимают, чего хотят. Они всё время о чём, то жалеют и в чём, то сомневаются. А ещё у них бурная фантазия. То, что слетает с их языка и что твориться в голове это абсолютно разные вещи. Если бы я останавливался каждый раз, когда мне говорили «нет» я бы не поимел и половины тех женщин что у меня были, и они же потом меня за это и возненавидели.

— Причём тут твои героические похождения Макс? У нас с Марго все совсем другое.

— Да ни черта не другое! Ты не должен был вестись на ее желание уйти. Это все фигня! Если тебе нужна была эта женщина то ты должен был ее удержать. Ведь после таких вещей как разгар она как без кожы! Наверняка напридумывала себе черте чего, а ты своим поведением подтвердил ее сомнения. Черт, не знаю мужик как ты теперь все это разгребёшь! Вы пережили вместе разгар и если после такого женщина говорит что хочет уйти то либо ты полный ноль в постели, либо хочет что бы ее остановили. Хорошо тебя, зная, первый вариант я отбрасываю. Удержать ты ее пытался?

— Пытался…кажется.

— Могу представить себе эти попытки. Молчал и смотрел печально и загадочно? Или рычал голосом Альфы?

— Я должен к ней поехать и все исправить!

— Не, притормози мужик. Дай ей и себе хотя бы сутки. Она немного выдохнет, да и ты подумай что сказать. К сожалению слова очень важны для женщин. По крайней мере, в начале отношений.

— Как будто бы ты хоть когда то был в отношениях.

— Зато я точно знаю, как их избежать. Иди домой, выспись как следует. Когда Сэм очнется, я сразу тебе позвоню.

— Да кстати, я там на дороге бросил джип. Пошли кого нибудь. И у него помойму сломан руль и оторвана водительская дверь. Но это не точно, я плохо помню.

— О как всегда мне за тобой дерьмо разгребать!

— И еще, Макс. Еще раз скажешь что-нибудь о Марго и других мужиках для нее я тебя точно убью! — На это Макс только вдохнул и потрогал челюсть.

— Как будто я в этом сомневался. — Тихо сказал он закрывшейся двери.

Уснуть Рите так и не удалось. Поэтому, как только рассвело, она прекратила, бесплодные попытки и спустилась, сварила кофе. Усевшись на своей кухне, на своем любимом стуле, вдыхала аромат своего любимого кофе. Вокруг были свои привычные, любимые вещи, посуда, игрушки сделанные своими руками. столе было любимое печенье, кофе она налила в свою любимую кружку. Она была дома. Дома. Выпив кофе, помыла чашку. Странно как простые привычные действия могут причинять боль. Ведь эти дни в доме Алекса кормил ее и мыл посуду только он сам. Странно как мелочи могут ранить. Рита прислушалась к своим ощущениям. Хотя физической боли нигде ни ощущалось, все равно казалось что все тело, каждая клетка заполнена болью, которая расползалась из груди. Рита даже подошла к зеркалу, вдруг там образовалась мини черная дыра и вытягивает все силы и эмоции. Дыры не было. Рита усмехнулась. Это ведь уже случалось в её жизни, и она знает, как с этим быть. Нужно начать двигаться, заставить себя делать привычные вещи. Рита вытолкала свое тело во двор и тут же прибежали собаки. Да она будет двигаться, здесь много работы накопилось. Надо конюшню почистить, наверняка там полно навоза за это время. Она будет работать и не будет думать…о нем. Но в конюшне было практически чисто, видно те кто кормил ее животных заботились и о чистоте. Мысли опять невольно возвращались к тому, что Алекс сумел обо всем позаботиться как и обещал ей. НЕ ДУМАЙ! Господи чем бы заняться? В студии с таким настроением делать нечего. Надо починить сломанную изгородь! Но дойдя, она увидела, что все в порядке, изгородь кто-то тоже починил. Подняв глаза на крышу, она уже знала что увидит. Крышу над студией тоже починили. На глаза навернулись слезы.

— Иди ты к черту, Алекс! — закричала она в сторону поселения.

— Кто дал тебе право! Зачем ты влез мне в душу! Что это за чертова игра в которую ты сыграл моим сердцем? Ненавижу тебя! Ненавижу-у! Стало будто легче. Злиться почему то легче, чем просто терпеть боль. Действительно что о себе думает этот Алекс? Он запретил ей ведется с Семеном! С какой стати? Как по его мнению она должна жить дальше, узнав о себе всё? У кого ей спросит совета? Кто ее будет лечить в случае чего?.Кого спросить почему все запахи вокруг стали настолько отчетливыми, что просто голова раскалывается?.Неужели у оборотней так все время? И всё эти громкие звуки, и тихие шорохи наполняющие мир вокруг? Неужели можно жить в этой звуковой и запаховой какофонии и не сойти с ума? Как сосредоточиться на чем то важном? Почему она не спросила об этом у…Алекса пока было время? Да потому что занималась…черте чём! И воспоминание об этом «черте чём» вдруг заполонили разум, заставляя тело отзываться и при этом вызывая приступ паники. О господи как же она забудет теперь запах Алекса, вкус его губ и кожи, его сильное горячее тело окутывающее ее снаружи и проникающее внутри? Кожа буквально заболела, желая его прикосновений, и пробил озноб от отсутствия его тепла. Может ей и правда стоило умолять Алекса о том что бы он побыл с ней еще хоть чуть- чуть. Нужно было обнимать и касаться его пока была возможность, а не ждать от него каких то слов. Ну почему она, какая-то ошибка природы? Почему ее тело и душа никак не могут поладить? Что за качели вверх-вниз? Почему сейчас ей кажется что она чего не расслышала в словах Алекса? Может потому что зажавшись, просто перестала слушать? Ведь он сказал «То что случилось было для меня как чудо. Спасибо что позволила разделить этот момент с тобой»-это было для него важно, как что то особенное, как для нее? Или может это просто какая то ритуальная фраза типа «Спасибо за неплохой секс, было мило, но пора прощаться?». Если бы она росла зная их обычаи то наверное знала бы наверняка. Может надо просто не думать о том что может быть случиться впереди и просто жить одним моментом, не мучая себя вопросами о будущем? Вздохнув Рита решила заняться своими клумбами, вот где всегда полно работы. Позволив мыслям течь своим путем, дала работу своему телу. День пролетел незаметно, ведь во дворе только возьмись и конца не будет. Только в сумерках громким урчанием напомнил о своих правах желудок. На кухне она заглянула в морозилку. Ужасно захотелось чего-нибудь мясного. Откопав в морозилке кусок мяса, с тоской подумала, что размораживаться он будет, целую вечность. Надо будет выбросить все из холодильника и поехать в город за продуктами. Рита приняла душ, с неудовольствием отметив как раздражает запах когда то любимых шампуня и геля для душа. Вот в доме у Алекса они были почти без отдушек. О пять! Ну сколько каждая мелочь будет напоминать ей о нем! Выпив чаю с печеньем она решила посидеть в кресле — качалке на веранде. Звуки ночного летнего леса завораживали. Сначала их было так много, но потом Рита стала различать отдельные. Пение каждой птицы, жужжание насекомых. Если сосредоточиться, то получалось отделить каждый звук от других и даже определить насколько далеко его источник. Закрыв глаза Рита и занималась этим пока сон не сморил её. Во сне она видела большого волка. Он говорил с ней, звал ее. И какая то часть ее наполнялась восторгом от его зова, от его запаха. Часть которая была ею, но в то же время имела собственную волю и чувства. Её волчица? Видимо она то, безоговорочно признала волка Алекса и прекрасно понимала его. Судя по сиянию глаз волка и чувству безграничного счастья, испытываемому волчицей у них то было все прекрасно. Ну хоть кто-то счастлив. Волк приблизился и знакомый, такой желанный запах Алекса заполнил легкие Риты. Он был настолько родным, сильным, отчетливым, что вытолкнул ее из сна. Запах стал еще ощутимей. Рита открыла глаза и наткнулась на взгляд Алекса сидящего напротив прямо на деревянном полу веранды в паре метров от неё. Спиной он опирался на деревянную ограду веранды, длинные мускулистые ноги в джинсах вытянул перед собой. Так они и сидели какое то время не отводя взгляда. Рита не знала, слышал ли он как ее сердце сбилось, пустилось бешеным карьером. Потому что как ускоряет удары его, сердце она слышала отчетливо и от этого звука кружилась голова. В его же глазах было столько боли и нежности что от них было трудно дышать. Не позволяя себе думать ни о чём, Рита сползла с кресла и на четвереньках преодолела расстояние между ними, желая почувствовать его сердце под своей рукой. Села лицом к нему на его колени. Запустила изголодавшиеся пальцы в его волосы, глядя в глаза темнеющие от желания. Из груди Алекса вырвался рваный вздох, как будто, с его плеч сваливать огромная тяжесть. Он обхватил Риту за талию и прижал к себе так сильно, как будто бы хотел растворить в собственном теле, навсегда сделать частью себя.

— Я пришел поговорить…Голос хриплый, как болезненный. Рита приблизила свои губы к его горячему рту.

— Не сейчас. Потом скажешь что хочешь. Обругаешь, бросишь, уйдёшь навсегда, если хочешь. Только не сейчас — сказала она касаясь его губ своими.

— Сейчас хочу тебя. Потом всё что угодно. Алекс буквально задохнулся. Яростно набросился на её рот, сминая, буквально пожирая ее губы, отбирая весь ее воздух и отдавая без остатка свой. Одной рукой он властно обхватил её голову, не давая шанса отступить, вторая продолжала вжимать Риту в его тело. Под собой Рита мгновенно почувствовала, как затвердело его тело. Ответ ее собственного тела ошеломил Риту. Она была мокрой и готовой. Мгновенно. Для него.

— Глупая, глупая, моя девочка. Как я могу уйти от тебя? Говорил ведь, что дышать без тебя не могу — шептал он в её губы.

— Как в аду без тебя эти сутки, часы. Прости за всё. Прости. Хочу тебя. Сейчас.

— Повторил за ней как эхо. Алекс отстранился и снял с нее домашнюю футболку. Набросился на открывшуюся кожу жадными поцелуями, ищущими руками. В его ласке почти не было нежности, только невыносимая потребность. Рита задыхалась, сгорая под его голодным ртом. Попыталась дрожащими пальцами расстегнуть его рубашку. Чертовы пуговицы не поддавалась, выпрыгивая из рук. Зарычав Алекс, рванул рубашку, и пуговицы оглушительно запрыгали по деревянному полу веранды. Отшвырнул ненужную тряпку прочь, одним движением опрокинул Риту на пол, вцепляясь в пояс ее штанов. Сорвал их вместе с её трусиками и так же отшвырнул, как будто злится на всю одежду разделяющую их. Рита потянулась к поясу его джин-с, но он оттолкнул ее руку и резко расстегнул, сдернул их освобождая свою пульсирующую эрекцию. Алекс схватил ее за бедра, рванул на себя, разводя в стороны, освобождая себе путь. Впившись в Ритины губы ворвался в ее тело, не в состоянии больше ждать ни секунды. Шок от проникновения заставил закричать их обоих. Рита прогнулась ему навстречу, желая быть еще ближе. Алекс исступленно вбивался в ее тело, рыча и заставляя ее кричать и задыхаться. Яркий, белый свет полыхнул в сознании выбрасывая из собственного тела, бьющегося где то внизу в судорогах наслаждения. И как будто из далека, Рита слышала, хриплый крик наслаждения Алекса, подбросивший её ещё выше. Возвращаться не хотелось, дышать тоже. И только шёпот Алекса притягивал обратно как магнит.

— Родная ты в порядке? Не мог ждать. Я не причинил тебе боли? Возвращаясь, Рита почувствовала насколько твердые доски на ее полу на веранде.

— Ты нет, это доски.

— Что доски?

— Они очень твердые, теперь у меня вся задница, и спина один большой синяк. Рита рассмеялась, не могла остановиться и услышала звук смеха Алекса.

— Прости, я такое животное! Когда прикасаюсь к тебе, совсем дурак становлюсь, и не соображаю что творю. Я исправлюсь, обещаю!

— Только попробуй! — задыхаясь от смеха сказала Рита.

— Перестанешь быть таким животным, я найду себе другого такого же безумного…

— Только попробуй! — прорычал Алекс повторяя её слова. — Убью не задумываясь. Его!

— Пойдем в дом, а то тут прохладно. Алекс поднял Риту на руки и вошёл в дом. В нос тут же ударил запах мяса, которое она оставила размораживать в мойке. Живот тут же заворчал.

— Ты голодная? Давай я тебя накормлю, у меня в машине контейнеры с едой, Макс позаботился.

— Интересно зачем? Ты же мой гость и это мне положено тебя угощать. Ты что ехал сюда специально что бы покормить меня, я что о себе позаботиться не могу?

— Ну вот опять ты все себе придумываешь. Я просто ехал сюда с намереньем исправить своё идиотское поведение, чего бы это не стоило. Даже если мне придется жить под твоей дверью хоть до конца жизни. Вот мой сердобольный Бета и позаботился, что бы я от голода не умер.

— А готовил тоже Макс? Алекс кивнул.

— Тогда неси. Готовить у него получается. Алекс заворчал.

— Ну подожди, я тоже научусь…когда нибудь. А что касается того кто кого должен кормить…Я ведь не гость твой, а муж…почти.

— Алекс зыркнул на Риту почти щенячим взглядом.

— И моя обязанность сделать так, что бы у тебя было всё, что ты захочешь, заботиться о тебе.

— О! А какая же моя обязанность перед моим «почти мужём»? Алекс прижал Риту к себе, целуя за ухом и спускаясь к шее, подался вперед бедрами, давая ей ощутить свою твердость.

— Ну пока было бы неплохо если бы ты удовлетворяла мой сексуальный аппетит…А я страшно голодный! Рита почувствовала как Алекс приподнял её, устраивая на кухонном столе и что связные мысли опять дружно покидают голову, упёрлась в мощную грудь Алекса.

— Если ты продолжишь, мы умрём с голоду раньше, чем ты сходишь в машину. Кстати ты как так вошёл, что тебя собаки не облаяли?

— Если честно я их нигде не встретил. Наверное загулялись где то в лесу. Но даже если и встретил бы, то неужели ты думаешь, что они бы остановили влюбленного Альфа волка? — самодовольно улыбнулся Алекс, натягивая джинсы и накидывая на плечи несчастную белую рубашку.

— Не влюбленного, а самовлюбленного. Иди уже.

— Ты совершенно не права. Я безумно влюблен в тебя.

— Безумно сексуально озабочен. Лев ты мой из мультика.

— Ты не забыла? — удивился он.

— Нет зверь мой ненасытный, не забыла. Алек, с смеясь вышел за дверь. Рита одела, свою футболку вышла следом. Вдруг сжалось сердце от вида его, удаляющегося в сторону ворот, как будто невыносимо было вынести даже такое расстояние между ними. Алекс вышел за ворота, и в этот момент Рита увидела в темноте несколько вспышек и следом хлопков с той стороны забора. Адская боль пронзила грудь и не соображая ничего Рита рванулась к Алексу, по дороге слыша яростный рык. Вылетев за ворота, она увидела Алекса стоящего к ней спиной и рычащего на кого-то в темноту. На его рубашке расползались пятна, казавшиеся в темноте чёрными. В нос ударил запах крови его и ещё чей то. Рита с ужасом заметила две тёмные фигуры, распростертые у ног Алекса. Он вдруг обернулся, почувствовав, её присутствие и проревел.

— Беги отсюда! — ринулся в темноту.

Рита боясь потерять его из виду метнулась за ним. Вдруг в горло что то больно впилось. Рита схватившись выдернула из себя что то похожее на дротик для усыпления животных. Тут же еще два попали ей в плечо. Земля стала быстро приближаться и попытавшись инстинктивно выставить руки что бы не удариться она не смогла их поднять. Упав на землю она увидела как к ней бежит Алекс с перекошенным от ужаса и ярости лицом. Потом опять вспышки и хлопки и не добежав пару шагов Алекс дернулся как от сильного удара в спину и стал валиться на землю отчаянно протягивая к ней руки. Его боль вспыхнула в мозгу Риты. Вспыхнула и исчезла, оставляя её во тьме.

Сознание возвращалось короткими вспышками. Была сильная жажда. Была боль в онемевших связанных запястьях и ступнях. Была вибрация и шум. Её куда то везли. На ухабах в тело больно впивались, какие-то выступающие железки. Рита не выдержав, застонала. Из- за сухого горла, вышел какой — то скрип. Грубые мужские голоса на незнакомом языке. Потом кто в камуфляже и с маской на лице приблизился и бесцеремонно дернул за связанные ноги притягивая к себе. В бедро опять, что то впилось и через минуту опять все померкло. Следующий раз она пришла в себя судя по шуму двигателей в самолёте. Как можно дольше старалась не двигаться, как будто еще спала. Сквозь ресницы осмотрела всё, что попало в зону видимости. Судя по тому что увидела и почувствовала, лежала в металлической клетке в самолёте. Руки и ноги освободили, хотя они все равно жутко болели. Из темноты опять появилась огромная фигура в камуфляже. Рита опять сжалась и в ожидании очередной инъекции. Когда незнакомец подошел ближе, Рита увидела что маски на нем уже нет. Пить хотелось просто невыносимо, и жутко болела голова. Подойдя вплотную к решетке, мужчина сказал.

— Я знаю что ты уже не спишь. — говорил с акцентом, голос жесткий, пугающий до жути. Рита открыла глаза и прямо посмотрела на мужчину. Огромный, под одеждой бугрятся мускулы. Короткий ежик светлых волос, мощная квадратная челюсть, рот который можно было бы назвать чувственным если бы не презрительная усмешка. Очень светлые глаза, видимо голубые. Светлые и очень, очень холодные. Настолько что от их пристального взгляда казалось замерзает кровь. Риту передернуло. Собравшись с духом попросила:

— Можно мне воды?

— С чего ты взяла что я должен тебя поить, сучка?

— Потому что если я не попью, то пожалуй умру.

— Какое мне дело до того что такая как ты может сдохнуть?

— Думаю, что если бы хотели просто меня убить то не заморачивались куда-то везти. Незнакомец опять презрительно усмехнулся.

— Зверюшка умеет думать? Или думает что умеет. А вот твой кобель видимо не умел. Вышел прямо под пули Хотя быстрый, тварь. Убил двух моих лучших людей прежде чем сдох. Еще даже не осознав что делает Рита бросилась на решетку желая достать горло этого ублюдка. Вцепится, разорвать! Прутья слишком частые. Рита в ярости билась о них, а он стоял с другой стороны и смеялся.

— Что не нравится, дрянь? Он сдох, сука. Я сам его убил, своими руками.

Рита упала на колени и кричала, кричала. Кричала пока, не иссякли силы. Упала на пол клетки. Слёз не было, хотя глаза невыносимо жгло. Почему нет слёз? Она ведь должна плакать? По полу клетки покатилась пластиковая бутылка с водой.

— Пей. — Приказ, не просьба.

Нет ей, больше не нужна вода.

— За что? Что мы вам сделали?

Подняла горящие от боли глаза и встретилась с бледно-голубыми ледышками.

— Почему я, человек, должен объяснять свои мотивы такому животному как ты? Только потому что ты умеешь говорить? Этот мир для людей и таким как ты и твой кобель тут не место. Так что пей пока, можешь.

— Зачем вам я? Почему не убили вместе с Алексом?

— Ты любопытная, да? Потому что кобелей у нас уже достаточно перебывало, а вот суку удалось поймать впервые. Очень вас оберегают. Док сказал, что ты, как-то особенная. Типа почти чистопородная. А твой кобель простая дворняга. Так что он нам был без надобности. Рита понимала, что он говорит это специально что бы причинить боль. Алекса больше нет, больше нет. Жизнь едва начавшись превратилась в пепел и её впереди ждут какие то испытания. Ей было страшно, но прямо сейчас она не собиралась показывать свою боль убийце любимого человека. Нет этого удовольствия она ему не доставит. Рита оттолкнула от себя бутылку с водой и перевернулась на другой бок что бы не видеть этого жесткого лица.

— Что сдохнуть решила, сука? Ну-ну. Только ничего у тебя не выйдет. Через час мы уже на месте, там найдут способ заставить тебя пить и есть. Так что наслаждайся пока. Спустя где то час самолет стал садиться, трясясь и подпрыгивая. Риту швырнуло о прутья клетки, больно приложив ребрами. Сразу после посадки к клетке опять подошел голубоглазый мучитель и, глядя прямо в глаза, выстрелил ей в плечо дротиком со снотворным. Рита лишь слегка вздрогнула, не отводя взгляда от его жестких глаз. Следующий раз, она пришла в себя, от холода, лежа нам твердом полу. Все тело и волосы были мокрыми и от них несло, какой — то химией. Видимо ее вымыли и продезинфицировали. С трудом поднявшись, она обнаружила себя обнаженной в совершенно прозрачном боксе размером где-то метра четыре не четыре. В углу прямо на прозрачном полу был брошен матрас без белья, только колючее на вид одеяло. Рита содрогаясь от холода подтащила свое тело к матрасу и легла закутавшись с головой в попытке согреться. Почувствовала на шее жесткий ошейник. Ощупав не нашла у него застежки. Дёрнула и тут же почувствовала не слишком сильный, но достаточно ощутимый удар током. Вскрикнув, услышала голос.

— Еще раз попробуешь его снять будет еще больнее. — выглянув из под одеяла увидела перед прозрачной стеной впереди бокса, которая видимо была дверью, голубоглазого. Он говорил, в какое-то маленькое приспособление и его голос лился из динамика под потолком.

— Каждый раз когда ты будешь пытаться снять его или не будешь подчиняться командам будет больно. И с каждым разом все сильнее. Убить он тебя не убьет, но причинять боль сможет очень долго.

Рита убрала пальцы от ошейника, глядя ему ублюдку за стеклом в глаза.

— Вот, какая послушная сучка. Он наклонился и внизу в районе пола открылась маленькая дверка. Через неё он зашвырнул внутрь пластиковую глубокую миску и пластиковую бутылку с водой.

— Ешь, пей. Завтра у тебя свидание с профессором.

— Мне нужна одежда. — Он похабно усмехнулся.

— Лабораторным животным одежда не полагается. — Значит он её слышит.

— Мне холодно. — Опять усмешка.

— Привыкай. — не отводя взгляд. Что же впервые он сказал, что то и не оскорбил её. Ушёл. Рита некоторое время лежала и осматривала все вокруг. К ее боксу с обоих сторон примыкали еще два таких же. Они были пусты. И только в третьем по счету от её, у прозрачной стены стоял мужчина. Рита испытала шок и приподнялась прикрывшись одеялом. На Риту пристально смотрели светло-зеленые глаза, такие же как у неё, такие же как были у её деда. Мужчина за слоями стекла вообще был очень сильно похож на ей, деда и серебристо-снежный цвет его длинных волос был точно таким же. Таким какой унаследовала она. Мужчина там за стеклом казалось тоже был в шоке и не отрывал от нее изумленных глаз. Из одежды на нем были только штаны, и Рита хорошо видела взволнованно вздымающуюся мускулистую грудь мужчины. Разглядывая его, она не заметила, как опять вернулся голубоглазый. В руках у него был сверток, который он запихнул в дверку для еды.

— На оденься. — поймав взгляд мужчины из бокса, мерзко усмехнулся.

— Гляди-ка наш себерянный волк сделал на тебя стойку. Впервые за все три года вижу его заинтересованным. Ну вы ведь одной масти? Или знакомы?

Рита не желая ему потакать отвернулась. Три года? Её пронзил ужас. Что здесь с ним делали все эти три года? Что будут делать с ней? Не желая давать возможность своему мучителю увидеть её страх спросила.

— Как мне к тебе обращаться?

— Как насчет «ЧЕЛОВЕК», а сучка?.Хотя ты никак не будешь ко мне обращаться Будешь говорить когда спросят. Понятно?

— Понятно.

Лабораторное животное, говоришь? Чувствуя как ярость заполняет сознание Рита поднялас, не прикрываясь одеялом и гордо выпрямившись подошла к самому стеклу и наклонившись подняла сверток с одеждой. С яростным удовольствием наблюдала за изменившимися глазами мучителя, за его ускоряющимся дыханием. Его усмехающееся лицо вдруг стало серьёзным. Он не отрываясь следил за ее движениями и смотрел он ей уже не в глаза. Рита не торопясь одевалась под его жадным взглядом, огромным усилием воли заставляя свои руки не дрожать. Натянув штаны и майку явно большого размера она с насмешкой смотрела в лицо голубоглазому. Словно очнувшись, он встретился с ней глазами в которых бушевала похоть. Удерживая его горящий взгляд Рита намеренно опустила глаза на его вздыбленный под камуфлированными штанами пах.

— А Ч-Е-Л-О-В-Е-К у нас немного зоофил? — с усмешкой спросила она возвращаясь к его глазам. И тут его глаза полыхнули такой яростной ненавистью, что Рита пришлось собрать все силы что бы в ужасе не отшатнуться.

— Тварь!! — заорал он, ударив обоими кулаками по стеклу. На какой то момент ей показалось что он ворвется внутрь и убьет её. И ей даже этого хотелось. Но потом взбешенный мучитель резко развернулся и быстро ушёл. Решимость моментально покинула Риту, и она опустилась на пол, так как ноги отказались ей повиноваться и плечи согнулись как под огромной тяжестью. Невольно повернула голову в сторону «серебрянного волка» и натолкнулась на встревоженный взгляд. Он покачал головой как будто говоря, что она зря провоцировала своего мучителя. Рита нашла силы только горько усмехнуться. Сама знала что зря, но справиться с собой не могла. Ненависть к убийце Алекса сжигала изнутри. Посмотрев перед собой, стала рассматривать все снаружи своего бокса. Там был огромный зал с высоким сводчатым потолком. Окон нигде не было видно. В центре были видны, какие-то устрашающего вида приборы и приспособления. Там же стоял и стол с креплениями, явно предназначенными для удерживания человека без движения. Вдоль противоположной стены так же были виден ряд таких же прозрачных боксов. В трех она увидела еще мужчин. Все они напряженно смотрели в ее сторону. Видимо её представление подействовало не только на голубоглазого. Да плевать. Рита посмотрела в миску оставленную еще раньше. В ней было сырое мясо, нарезанное небольшими кусочками. Они думают, она должна это есть? Ну нет! Но желудок, почему — то взбунтовался, требуя хоть какой-нибудь еды. Рита схватила бутылку с водой и стала пить не отводя взгляда от мяса в миске. Господи как же оказывается хотелось пить. С трудом остановив себя когда полуторалитровая бутылка опустела на половину, Рита решительно положила в рот кусочек мяса и зажмурившись стала жевать ожидая приступа тошноты. Но он не приходил. Тогда она продолжила, стараясь смотреть куда угодно только не на то что ест. Но повсюду натыкалась на взгляды своих «братьев по несчастью». Смирившись с тем что сидит как на витрине доела свое мясо и легла на матрас, укрылась колючим одеялом и стала ждать реакции своего желудка. Незаметно пригревшись, уснула.

Ей так хотелось увидеть во сне Алекса. Но она увидела себя стоящей в освещенном Луной лесу. Запахи и звуки, все было совершенно натуральным. Но при этом Рита точно понимала что она спит. И в ее сне кто то был. Этот кто то медленно приближался, ненавязчиво прося впустить его. Страха в ней он не вызывал и Рита согласилась на его настойчивое желание пообщаться. Из-за кустов медленно и бесшумно вышел серебрянный волк. Не желая её пугать, он сел чуть поодаль.

— Здравствуй, дитя. Меня зовут Ульсен. Я тот самый волк что заперт через две клетки от тебя. Как твое имя? — голос был мягким и приятным и в тоже время волны огромной мощи прокатывались по телу от него.

— Я Рита.

— Из какой ты стаи и как зовут твоих родителей?. Как они допустили, что ты попала сюда? — У меня нет стаи. Мой отец давно погиб. Наша фамилия по дедушке была Торсен. Он был очень похож на Вас. Глаза волка вспыхнули и он вскочил и подался к ней.

— Где твой дед? — глаза волка светились надеждой. Рите было тяжело говорить ему.

— Он погиб пять лет назад. Его убили браконьеры. Волк отшатнулся, и боль его осязаемо прокатилась по телу Риты заставляя застыть все внутри от её силы. Волк поднял голову и к Луне понесся вой полный отчаянья и нестерпимой боли. Рита съёжилась переживая потерю вместе с волком опять, как будто это случилось только вчера. Некоторое время никто из них ничего не мог сказать. Наконец волк поднял на нее полные слез глаза.

— Дитя, Торсен был моим братом. Он покинул нас много лет назад, полюбив человеческую женщину. Стая не приняла его выбор и он ушел. Значит ты и моя внучка тоже Расскажи мне пожалуйста всё.

Рита опустилась на землю и серебрянный волк подошел и положил ей голову на колени. Так они и сидели пока она рассказывала ему все что знала о себе и близких с самого детства. Волк внимательно слушал, не задавая вопросов и не перебивая. Рита сама не зная почему вдруг рассказала ему всю правду о изнасиловании и разрыве с мужем. Сейчас во сне это почему то было уже не стыдно, да и не важно. Ульсен молчал только весь напрягся когда она говорила о насилии. Когда она рассказывала об Алексе он тихо зарычал. Когда она закончила он поднял голову и посмотрел ей в глаза.

— Ну что нужна вам такая внучка? — с вызовом спросила Рита.

— Дитя мне так жаль. что тебе на пути попадались недостойные мужчины не способные защитить такое сокровище как ты. Скажи только почему Торсен не убил того ублюдка за то что он так поступил с тобой? И твоего никчемного мужа за то, что не защитил? Рита опустила глаза.

— Я ничего никому не рассказывала. Никогда. Я любила мужа…еще долго и надеялась что когда — нибудь… Рассказала только сейчас Вам. Не знаю почему. Мы не были слишком близки с дедом. Для него всегда только бабушка была центром вселенной.

— К сожалению это так. Когда волк встречает свою истинную пару то только она имеет для него значение. Даже дети хоть и любимы, но всё же пара важнее всего в жизни. Знаю волков которые даже отказываются от возможности иметь детей, считая их рождение угрозой для жизни любимой. Но, все же почему он не рассказал тебе кем ты являешься и что с тобой будет происходить?

— Может потому что до последнего времени я была человеком и никаких признаков не было? Может он считал, что волк во мне никогда не проснется и не хотел обременять своими тайнами?

— Может и так. Сейчас мы этого уже не узнаем. Но вот как твой, Альфа дал застать вас врасплох? Как он не почувствовал опасность? Это просто недопустимо для Альфы. Я думаю он просто недостоин тебя раз допустил такое. Рита взвилась.

— Прошу прощения, но дед вы мне или нет, но я не позволю так говорить о моей погибшем…любимом.

— Рита сама поразилась своим словам.

— Ну в том что он погиб я сомневаюсь…

— Я видела своими глазами — голос дрожал — и этот ублюдок тоже сказал, что он убил Алекса своими руками.

— Шварц? Я бы не стал доверять его словам. Убить нас не так просто, так что ты не должна отчаиваться. Всё это время они пытали нас желая узнать побольше о нашем виде. Но все что смогли узнать то только то что выяснили в результате опытов. Нескольких они замучили до смерти. Никто им ничего не сказал. Но с твоим появлением все осложняется.

— Почему?

— Встать и раздеться!! — рев из динамика вырвал Риту из сна. Открыв глаза Рита не могла сообразить что происходит и где она находиться.

— Встать! Раздеться!

И тут же болезненный разряд подбросил Риту с матраса. Перед боксом стоял голубоглазый монстр. Как его назвал Ульсен? Шварц. Ну да истинный ариец.

— Ты меня не слышала, сучка? Раздевайся! Рита встала и покорно сняла одежду, не отводя глаз от злобного взгляда Шварца. Странно она во сне говорила со своим дедом? Это реально или просто ее усталый мозг с ней шутит? Дверь бокса отъехала в сторону.

— Если хоть рыпнешься получишь удар током в полную мощность и добавлю этим. — он поднял руку с плетью.

— Выходи. Иди вперед. Рита шагнула из бокса, и прохладный воздух вцепился в ее обнаженную кожу. Подведя её к столу он скомандовал — Ложись. Рита невольно попятилась и замотала головой. В ту же секунду на спину обрушился удар сопровождавшийся ударом тока. Ноги подогнулись и Рита упала ударившись о стол, разбивая губы. Когда тьма от боли рассеялась, Рита подняла глаза и столкнулась с яростными взглядами мужчин в боксах. И смотрели они на Шварца.

— Глянь как им представление понравилось. Возбудились волчата. А серебрянный прям взбесился. Рита оглянулась через плечо. Ульсен метался по боксу не сводя с неё глаз.

— Насмотрелась? А теперь залезай на стол и ложись. Профессор ждать не любит. Опасаясь нового удара Рита забралась на стол и легла на холодную гладкую поверхность. Спина жгла в месте куда попала плеть Шварца. Потом появилась достаточно миловидная женщина средних лет, невысокого роста.

— Добрый день. Меня зовут Альма Родригес. Я доктор биологических наук и работаю на одну частную компанию. Сейчас мы возьмем у вас образцы ваших тканей и крови. Потом мы поговорим и если найдем общий язык то боли вам никто не причинит. Если нет то говорить вы будете с господином Шварцем. У него свои методы.

Глаза женщины перестали быть теплыми и подернулись льдом. Дальше были несколько часов каких то анализов и тестов. В Риту втыкали иголки, скребли кожу, брали пробы отовсюду, обследовали разнообразными приборами. Затем доктор Родригес освободила её ноги и велела согнуть. Надела перчатку и устроила гинекологический осмотр. Рита не могла расслабится, и ей было больно. Зажмурившись она сжала зубы стараясь перетерпеть это вторжение. Невольно из глаз полились слёзы. Как только боль прекратилась и она распахнула глаза и наткнулась на мерзкий взгляд Шварца. Он кажется наслаждался её болью.

— Док вы посмотрите эти кобели просто покой потеряли наблюдая за тем как вы работаете с ней. Не правда ли интересная реакция?

— Вы правы Шварц, над этим стоит подумать. Возможно, это можно использовать в наших целях.

А потом для Риты начался настоящий ад. Спокойным, бесстрастным голосом доктор Родригес стала задавать ей вопросы.

— Сколько оборотней вообще? Как их узнать и отличить от обычных людей? Как часто оборотни рожают? Какими болезнями болеют? Естественно Рита не знала ответа ни на один вопрос. Решив, что она просто упряма докторша кивнула Шварцу и он стал полосовать её тело плеткой. Бил по ногам, рукам, груди. Боль была адская. В передышках доктор Родригес прежним спокойным голосом повторяла свои вопросы.

— Как легче всего убить оборотня? Сколько живут оборотни? Рита не знала ответов и удары возвращались. Сквозь крик и слезы Рита видела как бьются об прозрачные стены мужчины в боксах. Каждый раз как Шварц наносил её удары они приходили в неистовство, разбиваясь в кровь об стены. Сколько длилось мучение она не знала. Просто в какой-то момент доктор Родригес ушла сказав на прощанье.

— Как раз посмотрим скорость её регенерации. Шварц отцепил её от креплений стола. Ходить она не могла, и он потащил её в бокс почти волоком. Сквозь боль и отчаянье Рита вдруг почувствовала что Шварц прижал к себе её тело прежде чем бросить в бокс. И четко ощутила его эрекцию. Его возбуждало то что он с ней делал. И тогда Рита поняла, что выберется отсюда. Только нужно время. Полежав какое то время на холодном полу, она все же нашла силы доползти до матраса. Тело пульсировало болью, не давая забыться. Так она и лежала. Потом пришли мысли об Алексе. Ульсен сказал что возможно он выжил или ей показалось?.Надо спросить у него еще раз. Если Алекс жив она не позволит себе сломаться и умереть здесь. Если он жив и ищет ее то она должна выбраться отсюда или хотя бы продержаться достаточно долго и не сойти с ума. Но ведь Ульсен здесь уже три года и пока в своем уме. И другие тоже вроде выглядят вменяемыми, по крайней мере пока её не стали бить. Почему они вели себя так, когда Шварц бил её? Пошевелившис, ь она потревожила больное тело и слезы брызнули из глаз. Неожиданно накатили сомнения. А что если Алекс все же умер? И если выжил, то нужна ли она ему? Может он решил, что она не стоит таких усилий и жертв? И если так то разве ей его судить.?Они едва знакомы и может как говориться с глаз долой из сердца вон. Тем более после того как Шварц располосовал её тело захочет ли он к ней еще прикоснуться. Воспоминание о его прикосновениях заставило вспыхнуть кожу и вернулось в мозг волной боли. Черное отчаянье стало распускаться внутри. Грудь казалось, разрывало изнутри. Не в силах больше сдерживаться она заплакала. Беззвучные рыдания сотрясали тело, и слезы все лились, затекая в уши и дальше на матрас. Когда они иссякли, Рита уснула. Едва заснув, она услышала жалобные стенания своей волчицы. Ей тоже было безумно больно. Неожиданно Рита поняла, зачем мучители используют ток. Это из за волков. Удары электричеством причиняли волкам безумную боль. Рита как могла, потянулась к своей волчице и жалела её, успокаивала. Интересно как она выглядит? Покажется ли она красивой окружающим? Какая же ерунда её волнует. Рита сосредоточилась и решила сама позвать Ульсена. Он отозвался мгновенно, как будто и стоял за спиной все время.

— Моё бедное дитя! — серебрянный волк метнулся к ней и прижался к её телу, даря тепло и утешая.

— Я многое хочу спросить. — спустя время сказала Рита.

— Спрашивай, я расскажу все что знаю.

— Ну во первых почему вы все себя так вели когда Шварц бил меня. — Ничего удивительного. Это защитный инстинкт. Ты женщина, а защищать женщин и детей основной инстинкт волков. К тому же ты очень красивая женщина, не отмеченная ничьей парной меткой. Каждый мужчина, увидев тебя, видит в тебе потенциальную пару. И видеть, как тебе причиняют боль просто невыносимо. И это может стать проблемой. Кстати, почему твой, Альфа не отметил тебя? Разве он не хотел тебя в пару?

— Отметил? Да он о чем то таком заговаривал, но ведь это что то вроде замужества и я решила что мы слишком мало знаем друг друга.

— Вроде замужества — Ульсен недовольно заворчал — молодежь. Как можно сравнивать человеческие непрочные узы с узами пары? Истинная Пара священна и на всю жизнь!

— Вот именно я и решила не торопиться с таким решением. И кстати человеческие браки тоже на всю жизнь бывают. Ульсен презрительно фыркнул.

— Скажи почему ты считаешь моё появление проблемой?

— Кроме того что мне невыносимо видеть как страдает моя родная кровь? Главная проблема в том, что ни один мужчина нашего вида не сможет игнорировать, страдания женщины или ребенка. Всё это время они ничего не добились пытая нас. Никто из нас не предаст свой вид. Волки умеют терпеть боль, быстро регенерируют и медленно стареют. Именно наше здоровье и долголетие и является главной целью этих исследований, а вовсе не крестовый поход против «нечисти» как вбили в голову таким боевикам как Шварц. До сих пор они ничего не смогли добиться, допрашивая нас. Но если они догадаются, издеваться над тобой требуя ответов от нас, кто-нибудь может сломаться. Не выдержит твоих страданий.

— Скажи, а ты можешь общаться с другими так же как со мной?

— Да могу.

— Тогда ты должен убедить их держаться. Они не должны поддаваться. Когда они везли меня сюда, я поняла что убивать им меня не выгодно. У них нет других женщин нашего вида. Поэтому если они и будут мучить меня, то так, что бы не, повредить всерьез. Если совсем будет невмоготу, придумайте что им солгать. И еще я точно знаю, что этот ублюдок Шварц хочет меня и ненавидит за это, так как ему это кажется противоестественным. И значит, он для меня уязвим. Долго он не продержаться. Чем больше он будет сопротивляться себе тем быстрей сломается.

— Но ты должна понимать что, сорвавшись он постарается растоптать тебя за свою же слабость. Или даже убить.

— Я выдержу. И мы должны использовать этот шанс что бы выбраться отсюда. Ты здесь уже давно и я думаю что многое заметил. Мне надо знать как отключить этот чертов ошейник и как открыть эти боксы, как выйти отсюда.

— Как выйти я не знаю. Все эти три года я не покидал этого зала. Ошейники можно отключить только с центрального пульта и только после этого снять при, помощь специального ключа. Открыть боксы можно только при помощи пульта, ты может, заметила его у Шварца. Если ты сумеешь каким то образом выпустить нас наружу, то с остальным мы разберёмся. И еще ты должна знать, что ошейник ориентирован именно на сдерживание и запугивание наших волков. Они боятся что мы сможем обернуться и напасть, вот и подстраховались.

— Я поняла. Моей волчице очень больно.

— Скажи а почему ты не показываешь мне её? Разве ты не обернулась во время своего первого цикла?

Рита смутилась.

— Я не могу. Не знаю как. Моя волчица общалась только с волком Алекса. — Ульсен хмыкнул.

— Видимо этот юнец все же смог забраться глубже чем ты даже думаешь. — Почему ты все время говоришь что он молод. Насколько я знаю из газет Алексу не меньше 40 лет. Да и я уже не девочка.

— Дитя для волка это не возраст. Нам с твоим дедом по 800 лет. И мы считаемся молодежью у тех кого называют Древними.

— О! Это что значит — я буду жить дольше обычного человека? — .Ульсен рассмеялся.

— Если мы выберемся из этой передряги, то ты будешь жить намного дольше. Ты ведь еще даже ни разу не обращалась. У тебя только миновал первый цикл. И хотя в тебе много и человеческой крови но все же кровь Древнего намного сильнее и она постепенно изменит твой организм.

— Изменит? И в кого я превращусь?

— Ты останешься собой. Просто станешь почти неуязвимой. тоже не страшны. Ты станешь намного сильнее, быстрее Слух, обоняние, зрение тоже будут изменяться, станут намного острее. Ну и некоторые аспекты… личного характера.

— Ты имеешь в виду сексуальный аппетит? — Волк кивнул.

— Я это уже заметила. Ты сказал что мне не страшны вирусы этого мира. Что это значит?

— Это долгий разговор, дитя. Скоро нас будут будить. Я должен еще сходить во сны других и поговорить с ними. Давай поговорим об этом завтра.

— Хорошо.

— Будь сильной. Не позволь этом, ублюдкам сломать тебя.

— Я, буду стараться.

Дни сливались в одну сплошную пытку для Риты. Сначала издевались над ней. Потом догадавшись стали привязывать к столу кого — нибудь из мужчин и били её у них на глазах. Вопросы, вопросы бесконечные вопросы. Побои и опять вопросы задаваемые вежливым, безразличным голосом. Видимо Ульсен сумел их убедить и они держались. Но смотреть на страдания сильных мужчин, так сопереживающих ей и сходящих с ума от бессилия помочь ей было даже тяжелее чем терпеть свою боль. Бальзамом для души были ночные беседы с Ульсеном, с дедом. Как ни странно постепенно Рита привыкла воспринимать его как родного человека. По ночам он рассказывал ей о Древних. О том, что много веков назад они приходили сюда из своего мира через Врата открытые Богами. Тогда Земля была местом паломничества многих рас из многих миров. Земля была чудесным местом, где все расы сотрудничали и торговали друг другом. Так было на протяжении веков. История не донесла, почему однажды Врата в другие миры вдруг перестали работать. Может это, какие- то игры богов или просто случилась, какая — то катастрофа. Но факт остается фактом — все представители других рас, что находились в этот, момент на Земле оказались заперты в этом мире. Когда прошел шок, все стали приспосабливаться жить без связи с домом. Шли годы, и надежда что соплеменники с той стороны сумеют открыть. Врата таяла. Многие, потеряв надежду стали покидать территорию неподалеку от Врат и расселялись по миру и смешивались с людьми, растворяясь в новом мире. Новые поколения постепенно теряли память о родном мире. Лишь небольшая часть осталась жить вблизи Врат охраняя их и ожидая чуда. Они отказывались смешивать свою кровь с кровью.

— Мы с твоим дедом были уже вторым поколение, родились уже здесь. К сожалению наша мать умерла в родах, а так как с отцом они были Истинной парой он вскоре последовал за ней. Родного мира мы никогда не видели. Когда мой брат — твой дед встретил твою бабушку он хотел привести её к нам и жить с ней в нашей стае. Но все были против человеческой женщины. К своему стыду я тоже был на стороне стаи и не поддержал своего влюбленного брата. Я как и другие не верил, что человеческая женщина может быть истинной парой Древнему. Я надеялся, что он прислушается к нам и блажь пройдет. Но мы ошиблись и он ушел из стаи вслед за любимой. Так что в том что ты родилась и выросла в изоляции от своего вида есть и моя вина. Спустя много лет осознав свою ошибку и поняв что мой брат не вернется, я отправился его искать. Попал сюда, встретил тебя Рита. Ты моя родная кровь и теперь я не оставлю тебя.

— Скажи ты злишься на Алекса за то, что я попала сюда, но как получилось что вы все оказались здесь? Ведь как я понимаю наши захватчики не умеют отличать людей от оборотней. Как они сумели захватить вас?

— Ну у каждого своя история. Именно то, что мы мужчины и является главным. Как ты заметила свободные волки весьма… любвеобильны и не сдержаны в связях. Свободных женщин нашего вида не так много. Вот молодые мужчины и подаются во все тяжкие с человеческими женщинами. А отвергнутые возлюбленные на многое способны. Кто то проболтался в постели, кого то застали в момент обращения. Сплетни, слухи. Несколько раз сюда привозили обычных людей. Когда понимали что ошиблись, люди исчезали. Что с ними было дальше, не знаю.

— А ты тоже проболтался любовнице? Серебрянный волк отвернулся, скрывая смущение.

— Знаешь это очень личное. Но должен признаться когда я отправился искать твоего деда, то был поражен тем как изменились нравы человеческих женщин и их манера одеваться. Вообще я не устоял перед таким обилием искушений. Пойми меня — я одинокий волк, свободных женщин в нашей стае давно уже не осталось. Вообщем я давно был один. Показалось, что влюбился и развязался язык. Я решил что это всё по — настоящему, хотел остаться с ней навсегда, не хотел никаких тайн между нами…Влюбленный дурак вообщем. Она не поверила и в шутку поделилась с подругами. Подруги оказались завистливыми.

— А та женщина тоже полюбила тебя?

— Я не знаю. Прошло три года. Вряд ли она помнит меня.

— Вот выйдешь отсюда, найдешь её и спросишь.

— Нет. Не стану я её искать. Мне надо о тебе заботиться.

— Да ладно. Если мы выйдем обо мне Алекс позаботиться.

— Да вижу я как этот щенок, о тебе позаботился. Он еще должен будут заслужить право заботиться о тебе. А может ты выберешь другого. В моей стае есть свободные мужчины, сильнее и старше твоего Алекса. Они будут считать тебя благословением и ничему не дадут с тобой случится.

— Ну спасибо, дедуля. Пытаешься меня пристроить какому то своему Древнему дружку из которого уже песок сыпется.

— Почему песок? Разве я выгляжу старым?

— Не знаю, я тебя вблизи не видала.

Так шли недели. Иногда доктор Родригес куда то уезжала и выдавались спокойные дни и даже недели. Только Шварц не успокаивался. Иногда Рита просыпалась от его тяжелого взгляда. Он стоял перед её боксом и смотрел на неё спящую. Он буквально поселился в лаборатории и мог прийти в любое время. Осыпал Риту оскорблениями и всячески старался унизить и задеть её. Но с каждым днем она видела, что огонь похоти все сильнее разгорается в его глазах. Всё чаще по ночам она видела как он покачиваясь от выпитого ходит мимо её бокса. Рита понимала, что стала для него наваждением. Ульсен и другие сходили с ума от беспокойства за неё. Нарастающее напряжение накаляло воздух.

По тому, что в какой то момент на рабочем месте доктора Родригес появилась миленькая украшенная елочка стало понятно, что близится Рождество. И спустя несколько дней видимо ночью Шварц покачиваясь пришел к её боксу. Дверь с тихим звуком отъехала в сторону. В ноздри Рите ударил запах алкоголя. Он решился.

— Выходи. — прорычал он.

Глаза Шварца налились кровью, дыхание было рваным. Рита встала и вся внутренне подобралась. Ей нельзя сейчас боятся, они ждали этого дня несколько месяцев.

— Что тебе нужно? Сейчас ночь и никаких опытов сейчас не проводят.

— Кто позволял тебе говорить? Выходи или я изобью тебя и вытащу отсюда.

Рита подчинилась. Выйдя она пошла по привычке в центр зала, чувствуя затылком тяжелое горячее дыхание Шварца.

— Не туда. Иди прямо. Под напряженными взглядами мужчин волков они дошли до двери в дальнем конце зала. Шварц вцепившись ей в плечо провел картой и дверь открылась.

Молча он толкнул её в полутемный коридор. Пройдя несколько метров, втолкнул в серую дверь. Они оказались в небольшой комнате. Видимо личные покои мучителя. У стены стояла кровать. Шварц опять пихнул её.

— Раздевайся. — забыл добавить «сучка» подумала Рита. Видя её замешательство добавил — Сделаешь это сама или я сорву твои тряпки и других у тебя уже не будет.

Рита сняла майку слыша как его сердце ускоряет удары, а дыхание становиться все громче. От его взгляда по коже бегали мерзкие мурашки. Стянув штаны Рита переступила их и замерла.

— Руки перед собой.

Рита подчинилась и на запястьях защелкнулись наручники. Сильный толчок в спину отправил её на постель, лицом вниз.

— А если я буду кричать? Не боишься, что твои ребята изменят о тебе мнение?

— Кричи! Так даже лучше. Тебя здесь никто не услышит. Все уехали домой на праздники. Охранник у входа снаружи, слишком далеко и не услышит тебя. Так что все останется между нами.

— Зачем ты это делаешь?

— Зачем? Ты дразнила меня и изводила все это время. Он стал шарить по её телу руками, больно сжал ягодицы и зарычав раздвинул ноги.

— Ты стала как наваждение для меня. Я ведь видел тебя и твоего кобеля в тот день когда мы захватили тебя. Видел, как ты извиваешься под ним. Ещё тогда захотел узнать, что же он чувствовал, когда трахал тебя. Ведь ты это специально сделала тогда в боксе? Вот теперь я узнаю. Хочу узнать, чем же ты отличаешься от обычной бабы. Рита огромным усилием воли заставила свой голос звучать спокойно.

— Может тогда, ты освободишь меня, и мы нормально этим займемся. Или человеческих женщин ты тоже привык насиловать?

— Не пытайся манипулировать мною. Все будет на моих условиях. Рита собравшись с духом перевернулась на спину и с улыбкой посмотрела на Шварца. Лежа перед ним обнаженной, со скованными и поднятыми вверх рукам, вызывающе подчеркнутой грудью она старательно изображала возбужденное дыхание.

— Послушай, мы можем делать это как ты хочешь. Но у меня давно не было секса и ты заводишь меня. Я давно чувствую твоё желание и не знаю почему ты так долго ждал. Я хочу прикасаться к тебе. Ты хочешь узнать как это заниматься сексом с волчицей? Хочешь узнать что он чувствовал? Я покажу тебе. На мне.

Жадный потемневший взгляд метался по её телу. Шварц наклонился, к самым её губам и Рита едва не закричала от отчаянья. Но вдруг наручники щелкнули, сваливаясь с рук. Тут же она впилась в его губы не давая опомниться. Крупная дрожь мощного тела была ей ответом. Целуя его шею и ключицы, она чувствовала, как его руки беспорядочно шарят по её телу. Движения его бедер и бессвязный шёпот на незнакомом языке показывали, что алкоголь и возбуждение уже толкнули его за грань, после которой, мужчина уже не может остановиться. Не переставая целовать и облизывать его кожу Рита опустила правую руку вниз. За эти месяцы она уже заметила что Шварц никогда не ходит без ножа. Даже сейчас он висел у него на поясе. Шварц коленом раздвинул её ноги устраиваясь у нее между бедер, кусая её грудь и шею. Рита не позволяла боли и отвращению затмить себе разум. Он уже потянулся, что бы расстегнуть ширинку и тут Рите все же удалось вытащить нож из ножен. Левой рукой она притянула голову Шварца к себе, снова впившись в его губы. Обхватив его изо всех сил ногами вокруг талии она, размахнувшись, насколько это возможно воткнула нож сбоку в его горло. Шварц взревел и рванулся, буквально расплющивая её ребра Нечеловеческим усилием удерживая его голову продолжала наносить беспорядочные удары в шею и затылок. После первого же удара кровь хлынула заливая ей глаза и попадая в нос и в рот. В какой то момент Шварц затих, навалившись на неё всем весом, лишая возможности дышать. Ей показалось что она так и умрёт, не сумев выбраться из под его окровавленного тела. Собрав последние силы, столкнула труп Шварца в сторону и скатилась с кровати. Упав на пол долго лежала, восстанавливая дыхание. Потом пришла тошнота. Стоя на коленях и ладонях, обнаженная и вся в крови, долго не могла унять взбесившийся желудок, выталкивающий из себя всё, в том числе и кровь её жертвы. Рита знала, что нужно торопиться ведь Шварц мог обмануть её и в любой момент мог кто-нибудь войти. Сдерживая рвотные спазмы и стараясь не смотреть на лицо, Рита обшарила тело. Нашла карточку, которой Шварц открывал двери и пульт, открывающий двери. Ничего похожего на ключ от ошейника не было. Собравшись с духом, Рита двинулась к двери. Потом вспомнив что все лицо и тело в крови, которая подсыхая стягивала кожу, пошарила взглядом. Увидела дверь в душевую. Желание смыть с себя кровь было просто нестерпимым. Быстро подошла к двери и заперла её изнутри. Мылась судорожными движениями, стараясь смыть кровь как можно быстрее. Только смыв чужую кровь заметила глубокие порезы на руках и на правой щеке. Выскочив из душа быстро натянула одежду прямо на мокрое, дрожащее тело. Забрав все что нашла у Шварца и прихватив его нож вышла в коридор, он был по-прежнему пустым. Подойдя к двери в большой, зал открыла его картой. Осторожно проскользнув, осмотрелась. Никого. Быстро подбежала к боксу, где держали Ульсена. Он стоял у двери и с тревогой всматривался ей в лицо. Найдя на пульте нужную кнопку, открыла дверь его бокса. Ульсен метнулся навстречу, обнял, крепко прижимая к теплому телу.

— Как ты, дитя? — голос был таким же как во сне. Запах тоже казался родным, дарящим чувство безопасности.

— Я в порядке.

— Шварц?

— Мёртв. Я не смогла найти ключ от ошейников.

— Найдем. Главное знать, как их отключить.

Ульсен увлек её к рабочему месту профессора Родригес в центре зала. Сам, забрав у неё пульт освободил остальных волков. Коротко обнявшись мужчины, затем склонили перед Ульсеном головы.

— Некогда. Надо искать ключ. Мы должны убраться отсюда как можно быстрее.

— Да, Древний. — ответил самый высокий темноволосый мужчина. В сторону Риты они только бросили короткие признательные взгляды и прижав руки к сердцу кивнули. Рита машинально кивнула в ответ. Дальше мужчины стали обыскивать все вокруг, переворачивая и громя аппаратуру. Быстро нашли, как выключить ошейники. Наконец самый молодой, почти мальчишка рыжий волк нашел ключ в одном из запертых ящиков стола доктора Монстр как называли Родригес волки. Первой была освобождена Рита. Затем Древний и остальные. Став вокруг Риты устроили небольшой военный совет.

— Нужно знать какое время суток снаружи и сколько там снаружи охранников. — сказал высокий брюнет, как уже услышала Рита звали его Джейком.

— Шварц сказал что все разъехались на праздники домой и снаружи только один охранник. Они считали нас надежно запертыми и не беспокоились особо об охране. И думаю что он вряд ли пришёл за мной днём или если нас могли бы застать.

— Рита почувствовала, как щеки загораются под взглядами мужчин. Разозлившись, подняла глаза обвела, вызывающим взглядом волков. И натолкнулась в ответ только на боль и вину. Они считали себя виноватыми? Мужчины отвели глаза.

— Мы должны провести разведку. Если всё так, то уйти нам никто не помешает. — сказал Ульрик.

— Рита и Джейк идёте со мной. Роман и Харли все тут уничтожьте. Не оставляйте им ничего. Мы будем ждать вас у входа. Молодой рыжий и светловолосый волк мощного телосложения кивнули подчиняясь Древнему.

— Нам возможно нужно зайти в комнату к Шварцу и взять какое-нибудь оружие.

Мужчины удивленно посмотрели на неё. Ульрих увлек её вперед.

— Нам не нужно оружие, дитя.

Дальше все уже не зависело от Риты. Снаружи действительно не оказалось никого кроме молоденького вооруженного охранника. Оказать сопротивления двум волкам он конечно не смог. Двигаясь как размытое пятно Древний сломал ему шею прежде чем тот успел его увидеть. Рита содрогнулась, но Ульрих пожал плечами.

— Это война, дитя. И не мы её начали. Вскоре появились Роман и Харли. Запахло дымом. Воздух снаружи был влажным и тяжелым. За оградой, похоже был густой лес, даже джунгли.

— Куда же они нас притащили то? — спросил Джейк. — похоже на джунгли то ли в Южной Америке или тропической Африки.

Рита направилась к джипу стоящему неподалеку. Все кроме Древнего удивленно на неё посмотрели. Рита растерялась под взглядами волков. В этот момент Ульрих повернулся к мужчинам.

— Господа, мы с вами многое пережили вместе. Нам наконец удалось вырваться из плена и я понимаю ваше желание изменить облик и убраться отсюда незаметно как можно быстрее и не секунды вас не задерживаю. Но моя внучка не способна изменять ПОКА свой облик. Поэтому мы будем выбираться по дороге, используя человеческие средства передвижения. Но в любом случае был рад с вами познакомиться, все вы проявили стойкость в вопросах сохранения тайн нашего вида.

Рита замерла в ожидании реакции мужчин. Конечно же, они сейчас уберутся отсюда как можно быстрее. Неожиданно Джейк приблизился к Рите и опустился на колени. За ним последовали и Роман с Харли.

— Мы не можем выразить словами, как признательны за спасение наших задниц, такой хрупкой женщиной как вы Рита. Прошу простить что все это время были только бессильными наблюдателями твоих страданий, не в силах ничем помочь. Но теперь наши жизни принадлежат вам до тех пор, пока вы не посчитаете, что мы вернули свой долг. Со своей стороны хочу сказать, что буду считать себя обязанным вам вечно. Мы последуем за вами, куда посчитаете нужными, и будем драться до смерти. Рита стояла шокированная. Сзади хитро ухмылялся Древний.

— Вот ты и приобрела четырех верных псов.

— Четырёх?

— Мне тоже опуститься перед тобой на колени, внучка?

— Ох! Нет не надо!

— Правильно кто то же должен следить за обстановкой пока эти щенки перед тобой расшаркиваются. А теперь если вы закончили распускать хвосты перед моей внучкой, то давайте двигать отсюда. Хотелось бы поскорей узнать, в какой уголок мира нас занесло.

Мужчины быстро поднялись и пошли к джипу. Харли завел его без ключей и они тронулись в путь по разбитой, ухабистой дороге. Ближе к утру приехали в деревушку и определились, что находятся все же в Африке. На компанию одетых только в штаны босых мужчин и девушку в одежде с чужого плеча сначала косились. Но после того как Древний поговорил наедине с вождем их накормили и даже нашли бензин в канистрах, что бы дозаправить джип. Узнав дорогу и тепло попрощавшись путники поехали дальше. Харли за рулем сменил Роман. Джейк сел в этот раз сзади вместе с Ритой и Древним. Периодически Рите казалось, что он осторожно к ней принюхивается. Но усталость взяла своё и вскоре она задремала, не смотря на тряску, привалившись к плечу Джейка. Боясь вспугнуть свою удачу Джейк обнял её за плечи, оберегая от падений.

— У моей внучки уже есть возлюбленный, Джейк. — усмехаясь сказал Древний.

— При всем уважении, Древний, но я не видел на ней парной метки. Так что надежда для меня остается.

— Только сильно не надейся. Я конечно буду сопротивляться её соединению с мужчиной который не сумел её уберечь. Но последнее слово всё равно за ней.

Джейк только кивнув осторожно втягивая запах Ритиных отросших за это время волос, как бы стараясь его навсегда запомнить. С передних сидений на него бросали завистливые взгляды Роман и Харли. Рыжий мальчишка вообще смотрел все время на Риту влюбленными глазами и ловил каждое её слово и движение. Рита проспала до самого вечера отрывая глаза только на самых больших ухабах, сонно обводя все взглядом и опять закрывая глаза. Уже в сумерках они выехали к городу. Выяснилось что у Романа здесь жили знакомые, бывшие члены его стаи. Их встретили очень радушно. Романа буквально умыли слезами. Он пропал два года назад и его уже похоронили. Вскоре у Риты была горячая ванна, вкусная еда и мягкая постель. В доме друзей Романа они провели еще сутки пока Джейк организовывал, им перелёт. Ведь документов у всех с собой не было, а у Древнего, их не было вообще. Через сутки они вылетели частным рейсом в Ирландию на родину Джейка и Харли. Родители Харли встречали его прямо у трапа и долго плакали и благодарили, благоговейно кланяясь Древнему. Джейк был сыном Альфы и пригласил их хоть день погостить, пока договаривались по своим каналам о перелете в Россию. Харли выскочил из машины куда его затолкали родители и подбежав к Рите упал на колени и схватив её ладони целовал их говоря:

— Я люблю тебя Рита. И буду вечно тебе благодарен и всегда буду любить. Если хоть когда-нибудь тебе понадобится помощь, любая, я сделаю все что угодно.

У себя за спиной Рита услышала тихое предупреждающее рычание. Обернувшись, увидела Джейка не сводящего глаз с Харли. Молодой волк поднялся и бросив дерзкий взгляд на Джейка ушел к машине. Рита вопросительно посмотрела в глаза Джейку. На секунду в них полыхнуло неприкрытое желание, и он опустил глаза.

— Может нам стоит все же остановиться в отеле, Джейк? — тихо спросил Древний, когда Рита пошла к машине.

— Ты уверен что можешь себя контролировать? Джейк хмуро кивнул.

— Мне тяжело, но я справлюсь, Древний. Я не за что не оскорбил бы её принуждением. Просто когда она так близко мой мозг взрывается.

— Я даю тебе добро на то что бы ты честно с ней объяснился. Но ты не можешь удержать её против воли. Следующий день они провели в стае Джейка. Была устроена грандиозная гулянка по поводу возвращения сына Альфы, да не одного а еще и с Древним и его внучкой. Надо сказать что на Ульсена мужская половина стаи реагировала с благоговением, как на чудо, а женская с неприкрытым восхищением и вожделением. Естественно, вскоре Ульсен исчез из-за стола, и появился только утром. Ещё бы три года взаперти. Джейк весь вечер не отходил от Риты ни на шаг, ухаживал за столом и наполнял её бокал.

— Ты пытаешься напоить меня? — смеясь спросила Рита.

— Нет просто я хочу поговорить с тобой и мне бы хотелось, что бы ты была расслабленна и хотя бы выслушала меня. Может пройдёмся? Рита понимая, что разговора не избежать, встала из за стола и пошла рядом с Джейком. Какое то время они шли удаляясь от шума праздника. Джейк привел Риту к озеру и снял свою куртку, постелил её на землю предлагая Рите присесть. Когда она села, несколько минут ходил туда-сюда собираясь с мыслями.

— У меня есть любимый человек, Джейк. И я возвращаюсь к нему. Джейк резко опустился перед ней на землю и взял её лицо в свои большие ладони.

— Прошло почти полгода Рита! Ты даже не знаешь, жив ли он! Он не нашёл тебя! На тебе нет его метки! Может он забыл тебя и у него другая! — не сдержавшись он стал покрывать её лицо поцелуями.

— Я люблю тебя, хочу, что бы ты была вечность рядом. — и он накрыл её губы своими, нежно лаская языком, умоляя впустить.

Рита отстранилась.

— Ты совсем меня не знаешь и ты не знаешь Алекса…

— Я знаю тебя больше чем твой Алекс. Я видел тебя на протяжении многих недель, чувствовал твою боль, ловил каждое твоё движение, я знаю, какая ты сильная, знаю все твои слезы. Когда этот ублюдок на моих глазах бил тебя я едва не лишился рассудка, сутки напролет мечтая убить его. Рита я не надеюсь на то что ты сразу полюбишь меня, но я с ума схожу от желания к тебе. Может ты дашь, мне шанс? Если ты не позволила поставить на своё тело парную метку, то значит не сделала окончательный выбор. Дай мне одну ночь и может ты не захочешь вернуться к своему Алексу.

— Джейк, остановись пожалуйста. На моём теле нет метки только потому, что я росла как человек и не знала волчьих законов. Это не казалось мне чем- то важным. Я люблю Алекса и поеду домой, потому что лишь желание увидеть его снова позволяло мне выжить. И даже если он забыл меня я должна увидеть это своим глазами. Но обещаю если Алекс забыл меня, то ты будешь первым волком, о ком я вспомню и приеду зализывать раны. Ну потом может еще о Харли. — улыбнулась Рита.

— Давай ты покажешь мне где я могу поспать.

— Джейк опустил голову и покорно кивнул.

— Только знай что я буду звонить тебе каждую неделю. И если мне покажется что ты хоть немного не счастлива я приеду и брошу вызов твоему Альфе. Слышишь? Я не отступлюсь если не буду уверен, что ты совершенно счастлива!

На следующий день когда они покидали стаю Джейка их провожало почти все население. Женщины смотрели на Ульсена с печалью, мужчина казалось с облегчением. Уже поднявшись на борт Рита видела, что перед трапом собрались Ульсен, Джейк, его отец и несколько крупных мужчин с жесткими взглядами в которых безошибочно угадывались Альфы. Они о чем то переговорили и согласно кивая пожали друг другу руки с мрачной решимостью в глазах. Ульсен пошёл на борт. Джейк хотел последовать за ним, но его отец властно положил руку ему на плечо. Джейк руку сбросил, но на борт не поднялся, только смотрел на иллюминаторы самолёта с тоской. Рита отвернулась. Так будет лучше. Хотя ей казалось что она проспит весь полёт, почему то глаз сомкнуть не удалось. То что Алекс жив она уже знала, это выяснил отец Джейка и сообщил ей сегодня утром. Но связаться с ним почему то не получилось. И в офисе и в стае отвечали что в данный момент он не доступен для общения. Поэтому весь перелёт Рита сидела как на иголках. В Москву они долетели уже ночью. Пришлось ночевать в гостинице. Рита позвонила маме и сестре и сообщила что жива-здорова. Хотя с горечью узнала, что её отсутствия никто и не заметил. Ну что же одной проблемой меньше — не придется выдумывать объяснений своему исчезновению. Ульсен с удовольствием отсыпался после своих ирландских подвигов. Утром они вернулись в аэропорт и через три часа уже выходили из самолета в ближайшем к её усадьбе городе. Потом пара часов на такси. Казалось время тянутся бесконечно и этой заснеженной лесной дороге не будет конца. И вот уже знакомый поворот и вдалеке зеленый забор. Странно но поворот к её дому с основной дороге тоже был расчищен от снега. Выскочив из такси Рита бегом вбежала во двор. Её встретила тишина. Задыхаясь она бежала по двору. Нигде ни следа собак. Метнувшись к конюшне увидела распахнутые двери и гуляющий в пустоте сквозняк. Боль сжала сердце. А чего она ждала? Прошло полгода. Хорошо если животных просто украли и о них кто- нибудь заботиться. А если они умерли медленной голодной смертью. Сзади подошел Ульсен и обнял за плечи ничего не говоря. В доме было холодно и покрыто слоем пыли.

— Да я думаю, что нужно это сделать сегодня. Что бы меня там не ждало, лучше я узнаю все и сразу. Все равно уснуть не смогу. Немного повозившись им, все же удалась реанимировать пикап. Рита крепко держалась за руль всю дорогу, боясь выдать как трясутся руки. На въезде в поселение их встретили целых трое охранников и были они вооружены. Когда пол года назад Рита и Алекс покидали территорию она не помнила таких мер безопасности. Когда из пикапа вылез Ульсен охранники просто онемели и бытро ретировались.

— Ты прям супер стар, дедуля, хоть и ветхий очень. Приятно с тобой путешествовать.

— Надеюсь ты сейчас меня не обругала? И кстати я Древний а не ветхий.

— Ладно буду завидовать молча. Буквально через пару минут появился высокий, весьма привлекательный шатен с властным взглядом, не смотря на мороз в футболке и в джинсах.

— Для нас огромная честь видеть вас — сказал он.

— Позвольте пригласить вас на территорию нашей стаи. Меня зовут Макс. В данный момент нашего Альфы нет на месте иначе он бы приветствовал вас лично.

Рита выбралась из машины и тут глаза у Макса стали как блюдца.

— Я знаю, Маргорита-потрясенно сказал Макс и не найдя что сказать.

— Да я. И если ты не против хотела бы видеть Алекса. Я его надолго не задержу.

В глазах Макса что то мелькнуло и он сделал приглашающий жест. Ворота открылись и Рита въехала на территорию поселения. Подъехав к дому Алекса она нерешительно вышла из машины с тревогой глядя на окна. Что ждет её? Макс тут.

— Вы не откажетесь пообедать со мной? — Нет конечно, мы страшно голодны, — бодро отозвался Ульсен, подталкивая Риту в дом.

Войдя она сразу почувствовала что то не то. Прошли в знакомую гостиную от вида которой её охватило смешанное чувство радости, смущения и печали. Макс.

— Макс прости, но ты сказал, что Алекса нет сейчас на месте. Может, ты скажешь, когда он вернется, и мы приедем позже. br> — Присядьте, пожалуйста. Разговор на на пять минут. К тому же я думаю что мне стоит позвонить Сэму.

— Просто скажи мне что он жив, Макс. Если для меня нет места в его жизни я пойму. — голос предавал Риту. — Мне просто надо знать что с ним в порядке и мы…

— Маргорита о чём ты — Макс выкатил на неё ошарашенные глаза. — О господи, прости меня. Я забыл, что вы женщины вечно придумываете себе всякую чушь! Как это у вас только получается, блин! Ещё ничего и сказать то не успел — а у вас уже бац! и готовая картинка! Такую бы фантазию в другом месте проявляли…

— Прошу прощения! Но ведь я еще на самом деле еще ничего не сказал а она… — очередной рык Древнего сотряс стекла. — Ладно, ладно. Я сказал что Алекса нет на территории стаи и это чистая правда. И я не знаю когда, он появится. И не знаю где он, Маргорита. Дело в том что Алекс ушёл. Ушёл искать.

— Марго! Ты жива! Господи, Марго как мы за тебя боялись! — и он стиснул её в объятиях.

— Семен, пожалуйста — взмолилась Рита — Мне больно! — Где болит- моментально включил режим доктора Сэм.

— Да Семен. И на руках тоже. И ребра болят. Но это все потом. Я хочу Теперь глаза прятали уже двое мужчин.

— Так мне этот цирк уже надоел — раздраженно сказал Ульсен. — Или моя внучка получает ответы или вы щенки получаете по шее!

— Внучка?! — вскинулись оба. Затем Сэм собрался с духом и начал рассказ.

— Дело в том что в том что случилось с тобой и Алексом есть моя вина. У меня была сестра, младшая, любимая. Я растил её сам, баловал, восхищался и не заметил что вырастил монстра. Алине безумно хотелось власти, это стало её болезнью, наваждением. Я видел что она больна, но принять решение о её изоляции всё не мог. Просто не мог. Можете осуждать меня, я сам себя казню. Вообщем с Алексом у неё это была очередная попытка соединиться с Альфой, которая конечно не удалась, потому что Алекс нашёл тебя и все другие женщины перестали для него существовать. Алина пришла ко мне и сказала, что признает своё поражение и предложила выпить. Я не мог ожидать от неё такого и согласился. Вообщем она отравила меня. Если бы в ту ночь, после того как отвез тебя Алекс в ярости не явился в клинику, что бы в припадке ревности убить меня, то я был бы мертв. Алекс спас мне жизнь. А Алина выкрала из моего компютера все данные о тебе Марго и сбежала. Не знаю уж как она связалась с ублюдками похитившими тебя и как ей это вообще в голову пришло, но факт остается фактом.

— Ну и где эта дрянь? — прорычал Древний — никогда даже в голову не приш9ло бы.

— Она тварь! Если бы ты знал на какую судьбу она обрекла Риту ты бы не стал её защищать.

Сэм сник, не смея возражать Древнему и только гладя в глаза Риты.

— В ту ночь когда на вас напали мне в истерике позвонила мать Алекса и кричала, что с ним несчастье и я должен немедленно найти его. Я приехал к твоему дому, опасаясь что Алекс оторвет мне голову если застану вас в… интересном положении, едва тебя увезли. В воздухе еще пахло порохом и выхлопными газами. У меня был выбор — спасать Алекса или преследовать твоих.

— Ты сделал правильный выбор. Я бы не простила тебе если бы ты бросил.

— Тебе легко говорить. Знаешь, как меня Алекс проклинал, когда говорить смог! Вообщем когда через сутки очнулся, наконец Сэм, ему сразу пришлось включаться в спасение Алекса. Алиса хороший доктор, но опыта у нее маловато.

Совместными усилиями мы смогли стабилизировать его. хорошо что оружие у них было мощным. Все ранения были сквозными. Если бы пули остались в теле Алекс врядли бы смог регенерировать. Старшее было бы если бы они стреляли из дробовиков. Но если честно мне казалось что он выжил только потому, что хотел спасти тебя. Не мог умереть, не будучи уверенным, что с тобой все в порядке. Вообщем как только я понял что он будет жить я стал искать следы. Искал, вынюхивал, угрожал, умолял, подкупал. Но смог отследить только до федеральной трассы. Дальше — ничего. Когда Алекс очнулся через неделю и вообще ад начался. Он бушевал, порываясь идти за тобой, грозил нам всем смертью и поверь не шутил. Пытался сбежать, хитрил. Пока он встал на ноги мы все чуть не поседели. Когда он смог двигаться, уехал в тот же день. Но перевернул небо и землю, но найти тебя не мог. Возвращался домой все реже. Ко всему потерял интерес, не ел, не спал. На любую попытку поговорить реагировал агрессией. Потом просто исчез. Вот уже почти два месяца никто не может с ним связаться, никто его не видел. Так всё и обстоит. Он помешался на чувстве вины перед тобой и боюсь он ушёл насовсем.