Сожги мир дотла

ГЛАВА 29

Нэш

Черт. Я был на грани.

Видеть, как Джорджи достигает разрядки, чувствовать, как её мышцы сжимают мой член, выжимая из него жизнь, — это довело меня до предела.

Я никогда полностью не терял контроль в постели. Привычка все контролировать, выработанная годами, напоминала мне: я физически сильнее и несу в себе навыки, которые делают меня опасным.

Но удержать контроль с Джорджи было невозможно.

С рычанием я обхватил её и поднялся на ноги. Она вскрикнула, вцепившись в меня руками и ногами. Не разрывая нашей связи, оставляя свой член глубоко внутри неё, я опустился на колени на ковёр. Уложил её на спину и накрыл своим телом.

Черт, это самое прекрасное зрелище, которое я когда-либо видел. Джорджи подо мной, принимающая меня, пряди её волос, цвета звёздного света, раскинувшиеся вокруг, а всё её тело пылает от наслаждения.

Всё во мне напряглось — живот, грудь, яйца — и я отстранился, а затем вошел глубже.

Она выкрикнула моё имя. Мои бёдра напрягались, наши тела соприкасались друг о друга.

— Джорджи, — прохрипел я.

— Не останавливайся, — её ногти впились в мою спину. — Я хочу еще.

При следующем толчке она снова кончила. Секундой позже моя кульминация настигла меня, как взрывной удар. Я вогнался в неё в последний раз и начал кончать внутрь.

— Да, — простонала она.

— Так чертовски хорошо, — прохрипел я. — Вся моя.

— Да, — задыхалась она. — Пометь меня.

Боже, да. Включился первобытный инстинкт. Я вышел из неё, сжал свой член и довел себя до предела. Моё сперма брызнула на её грудь, живот, на ее лобок.

Опустошенный, я рухнул вперед, уперевшись ладонями в ковер, чтобы не раздавить её своим весом.

Я чувствовал себя выжатым. Как будто у меня вырвали душу.

А потом Джорджи улыбнулась мне. Нежно и с румянцем на щеках. И, глядя мне в глаза, провела рукой по моей сперме, размазав её по своей груди.

— Моя сексуальная Джорджи. — Я склонился и поймал её губы своими, это был ленивый поцелуй. Мы оба липкие от пота. Отстранившись, я увидел, как её веки смыкаются. Она устала.

Я подхватил её на руки и направился в спальню. — Душ, а потом в кровать.

Она издала милое урчание и прижалась лицом к моей шее.

Мой член, который, казалось бы, уже ни на что не способен, дернулся.

В ванной я включил душ и поставил её под струи воды. Вскоре мы оба стояли в наполняющейся паром кабине под потоками теплой воды. Я выдавил гель для душа на ладонь и начал медленно намыливать её тело. Она прильнула ко мне. Я гладил её плечи, грудь, живот. Вся та полезная еда и протеиновые коктейли, которыми я её кормил последнюю неделю, уже начали делать её формы более округлыми. Боже, как же я люблю прикасаться к ней.

Её руки скользили по моему телу. Пальцы коснулись старого пулевого шрама на спине. Она проскользнула за мою спину, и я почувствовал прикосновение её губ к шраму.

Черт, она сводит меня с ума.

Я снова повернул ее к себе. Затем выдавил шампунь в ладонь и начал втирать его в её волосы. Я не торопясь массировал её кожу головы.

Мне нравится заботиться о ней. Долгое время я считал, что мое призвание — быть наемным убийцей на службе у страны.

Но я ошибался. В конце концов, эта работа слишком много отняла у меня. Я ушел, прежде чем она уничтожила меня окончательно. Но сейчас, заботясь о Джорджи, я думал, что, возможно, нашел свое истинное предназначение.

Защищать её, заботиться о ней, давать ей всё, чего она заслуживает.

Я смыл остатки пены с её волос. Она подняла глаза, улыбаясь, и я поцеловал её, медленно и глубоко.

Затем снова поднял её на руки и отнес в кровать.

— Нэш, мы мокрые.

— Мне всё равно. — Я уложил её на простыни. — Я хочу, чтобы ты была в моей кровати.

— Я и так тут сплю уже несколько дней.

Я прижался к ней своим телом. — Я хочу, чтобы ты была в моей кровати, со мной. Я улыбнулся. — И я хочу, чтобы ты снова выкрикивала моё имя.

— Я не выкрикивала.

— Ещё как выкрикивала.

Она показала мне язык.

Она стала несравнимо счастливее, чем тогда, когда я впервые нашел её в грязном переулке. Я снова поцеловал её, позволил губам скользнуть по её носу, щеке. — Я обожаю твои веснушки. Обожал их, когда тебе было семнадцать, обожаю и сейчас.

Мои губы коснулись её подбородка. Я прикусил мочку уха и она вздрогнула.

— В этот раз я не буду торопиться, — прошептал я. — Я растяну удовольствие.

Она содрогнулась, её каре-зеленые глаза загорелись.

— Я буду поклоняться каждому сантиметру твоего тела. А потом ты уснешь, пока я буду всё ещё внутри тебя. Зная, что никто и ничто не потревожит твой сон.

— Нэш. — Её голос был полон тепла и изумления.

Я сменил положение, позволив губам проследить путь вниз, по её шее, к округлостям груди.

— Если что-то будет тебе неприятно — скажи. Если чего-то захочешь — просто попроси.

Она прижала ладонь к моей щеке, и на её милом лице появилось серьезное выражение. — Ты правда существуешь? Мне всё еще кажется, что я проснусь и окажется, что я тебя выдумала.

— Я самый что ни на есть настоящий, детка. — Я легонько укусил её сосок, и она дёрнулась. — И я весь твой.

Затем я взял сосок в рот и начал доставлять ей удовольствие.