Ты мне не братишка

Глава 9.2

От лица Марка

Весь вечер мы просидели в разных комнатах. Понимаю, что нам нужно срочно помириться, но как это сделать? Да, я не в праве, лишать её личной жизни. Но знаю одно, Максим ей не пара. С его извращёнными фантазиями, и любителем жалких групповух, он опасен для Полины. Да, я сам такой, но когда речь заходит о моей сестре, я готов порвать любого. Вечером, решаюсь приготовить ей ужин, любимую жареную картошку с цыплёнком. Может тогда, нам удастся помириться. Раньше, это безусловно, помогало! Стучусь в её комнату, и вижу, что она пуста. Куда она подевалась? И тут из ванной выходит расфуфыренная сестричка, точнее, девушка вылитая потаскуха, в коротком чёрном платье и дерзким макияжем. Ну, всё она у меня точно дождётся.

— И куда это мы собрались? — не даю ей пройти и прижимаю к стене.

— С Максимом на свидание! Так что можешь приглашать в дом девиц, и веселиться с ними до утра, а я останусь у него на ночь!

От её заявления, я был готов придушить её.

— Давно не получала по своей заднице? Никуда ты не пойдёшь! — теперь я выглядел, словно её родной старший брат.

— А не пошел, бы ты, знаешь куда! Сукин сын, ты же у нас всех девушек оприходовал! Интересно, а с моими подругами, ты тоже переспал? — вижу, что она это говорит с такой обидой, что я решаюсь её проучить:

— Ревнуешь? Хотела бы оказаться на их месте?

Она просто отталкивает меня, и мчится вниз, но я не позволю ей уйти из дома в таком дерзком наряде.

— Стой, я сказал! Ты оглохла? Быстро пошла к себе в комнату переодеваться, Полина! Я тебя предупреждаю в последний раз! А не то я разорву это чёртово платье! — кричал я, как ненормальный, но она стала злить меня ещё сильнее.

— Марк, ты теперь пустое место для меня! Можешь даже позвонить маме и рассказать, как я плохо себя вела!

Это стало последней каплей, я выхватываю её телефон, и набираю номер этого засранца, специально смеюсь, меняю голос, чтобы он понял с кем имеет дело?

— Полина, сегодня не придёт! Кто говорит? Её парень, точнее очередной хахаль! — сбрасываю вызов, на что она сердится, и хочет дать пощёчину, но я быстро заламываю ей руки:

— Сволочь, как я могла доверять тебе все тайны? Что он теперь подумает про меня? Как ты мне надоел! Не нравится это платье? Порви его! Ну же! — она плачет, а я будто озверел. Достаю свой нож, и начинаю разрезать эту ткань. Она остаётся в одном бюстгальтере, и уже не противится моим действиям! Глаза жадно уставились на её грудь, и у меня снова снесло крышу, как же она великолепна, как нежная роза.

— Чего ждёшь? Давай, а теперь порви это чёртово нижнее бельё! Ты ведь всё портишь!

— Не вынуждай меня, Полина, я ведь могу избавиться от него в считанные секунды! — мои губы слишком близко к её, это наводит на грех. Будто все звёзды на небе против нас.

— А что потом? Трахнешь меня? Тебе ведь слабо это сделать! — а потом её руки коснулись застёжки бюстгальтера, и она вмиг от него избавляется. И я увидел её сочную грудь, как два сочных персика, которых я хочу коснуться своим языком.

— Что ты несёшь? Ты же моя сестра!

— Накажи меня, Марк, как свою очередную девицу! — из её губ полились такие жестокие слова, которые не укладывались в моей голове.

— Мне стыдно за тебя! Да, я не идеален, но ты предлагаешь такие вещи? Полина, я ведь люблю тебя, как младшую сестрёнку, ты выросла на моих глазах. Я просто не хочу, чтобы ты доставалась этому выродку Максиму! Он ведь хуже меня, насилует девушек, не считаясь с их чувствами! — специально отворачиваюсь от неё, чтобы не наделать глупостей.

— Просто скажи, что не хочешь меня! Вот и всё!

Как она может так себя унижать. Сжимаю руки в кулаки, а потом стискиваю свои зубы, тут же пальцы впиваются в её роскошные волосы:

— Заткнись, мелкая, а не то я исполню твою просьбу! Думаешь, я такой пушистый! Марш в ванную смывать косметику, а не то я позвоню тёте Тамаре и выложу всё, про твои ночные похождения! Жду тебя через пять минут на кухне, а телефон пока останется у меня! — отталкиваю её от себя, то, что она мне предлагала, не укладывается в голове. Ужас. Стараюсь перевести своё дыхание, чтобы успокоить своё беспокойное сердце. Ужин остыл, пришлось его разогревать. Ничего, как-нибудь справлюсь с этим, и не такое проходили. Она заходит на кухню в одном халате, и в своих тапочках с зайчатами.

— Что это?

— Картошка с курицей! Только не говори, что ты не голодна, — не могу я отойти от нашей недавней ссоры, слишком тяжело находиться рядом с ней. Она фыркает и отодвигает тарелку:

— Я на диете! И не буду, это есть!

Сегодня она точно нарывается получить по своей заднице:

— Что ты сказала? Какая к чёрту диета?? Взяла вилку, и быстро начала есть!

Но она решила конкретно со мной поругаться. Двигается тарелку к краю стола, и она вмиг разбивается.

— Ты совсем сбрендила? Я целый час готовил этот ужин! Сучка!

— Не спорю, я хотела пойти на свидание с Максимом, а мой братец помешал! Пусть сам ест свою картошку!

Но она не понимает, что её брат на самом деле ещё тот жуткий демон:

— Ошибаешься, сейчас я тебе покажу, на что способен твой братик!

В считанные секунды она оказывается у меня на коленях. И я накладываю ещё одну тарелку картошки, и теперь принимаюсь её кормить:

— Я не буду! Отпусти меня!

— Рот открыла, или я поговорю с тобой по-другому! — моя рука развязывает халат и хочет пробраться в её трусики, видимо, она испугалась, и послушалась.

— Молодец! Первая ложка за маму! Прожёвывает содержимое, а я не нарадуюсь своей победе:

— Я сама поем!

Как же мне нравится ощущать её тепло рядом с собой, ласкать, как нежную девочку, мою любимую сестрёнку.

— Подожди, теперь за дядю Костю!

С неохотой она поднесла вилку ко рту, а я уже принялся ласкать внутреннюю часть её бедра:

— А теперь за Марка, твоего двоюродного брата! — целую её в шею, но она кажется, не собирается доедать это блюдо.

— Я наелась! А теперь убери свои руки! — пытается вырваться, но я не хочу останавливаться, меня это всё наводит на странные мысли.

— А как же за братика?

На миг наши глаза встретились, я видел, как сильно она обижается.

— Он самодовольный кретин, так ему и передай! — наступает мне на ногу и покидает кухню. А я тем временем, чувствую невыносимую боль.