Глава 5

– Что ж, продолжим, – после короткой паузы говорит лорд Кервен. – Но, с вашего позволения, я оставлю вас ненадолго.

– Разумеется, милорд.

Дейн догадывается, куда и зачем направляется собеседник. Нет, не в уборную, хотя кто его знает… Скорее всего – просто глотнуть воды, потому что от долгого разговора пересохло в горле, а конца-краю ему не видно. Пить при госте, не предлагая ему, – неприлично, подать напиток – глупо, потому что Дейн ничего не возьмет из чужих рук, даже если будет умирать от жажды… А до этого недалеко. От волнения и все тех же разговоров – давно не приходилось вести долгих бесед – во рту сухо, кажется, будто язык царапает нёбо.

Воровато оглянувшись, Дейн стаскивает перчатку с левой руки и, искренне надеясь на то, что лорд Кервен вернется не сию секунду, припадает губами к ладони. На то, чтобы вызвать крохотный фонтанчик воды, его сил вполне хватает. Даже местная атмосфера благоприятствует такой магии: в столице приходится потрудиться, чтобы добыть воду, а здесь Дейну даже напрягаться не нужно. Чему удивляться: если резиденция лорда Кервена в самом деле спрятана среди вековечных льдов, то влаги кругом – бери не хочу! Это не выжженная солнцем добела столица, чтоб ей…

Дейн прикусывает язык даже в мыслях: не стоит желать ненавистному городу провалиться. Никто не знает, как и когда отреагирует магия. Может, слова канут в пустоту, а может, именно в этот момент случится какая-то загадочная флуктуация – чтоб ему самому провалиться, они до сих пор не могут восстановить всех умений древних! – нечто среагирует на брошенную сгоряча фразу и… Нет, столица вряд ли провалится, она слишком велика и хорошо защищена, а вот обрушиться что-нибудь может, бывали случаи. Дейн навскидку может перечислить дюжины две таких, и это лишь из зафиксированных и тщательно исследованных. Сколько прошло мимо наблюдателей – неведомо.

«Да что нам вообще известно? – думает он, натягивая перчатку. – Тычемся в стены, словно слепые… Ладно, нет никого, сравнимого по силе с предками – это, может, и к лучшему, а то всем известно, что они натворили, – но ведь информации тоже нет. Уцелели какие-то клочки, обрывки, и работать с этим и пытаться хоть как-то приспособить к нынешним нуждам – все равно что паутину штопать сапожной дратвой! Нет, кое-что получается, и получается неплохо, но это ведь ничтожно мало по сравнению с тем, что было до нас…»

– Вижу, вы тоже утолили жажду? – прерывает его мысли лорд Кервен. – Предлагать вам что-либо я не стал. Решил, вы и сами справитесь с такой мелочью.

– Почему вы решили…

– У вас капли на обшлаге.

Дейн мысленно обзывает себя бараном, вслух же говорит:

– Очевидно, я не гожусь в тайные агенты.

– Будто вам кто-то предлагает поработать в таком качестве.

– А разве нет?

– Нет.

Лорд Кервен смотрит на него в упор, и Дейн не выдерживает:

– Я не вполне понимаю. Вы же сами только что сказали, что мне предстоит отправиться в Граршаайн с определенной миссией, под чужим именем, с чужой личиной, так разве это не…

– Нет.

– Тогда объясните, сделайте милость!

Дейн непримиримым, как ему кажется, жестом скрещивает руки на груди и с досадой ощущает, что левый обшлаг действительно влажный. Вот ведь… позорище, а не владетельный лорд и действительный член Совета земель!

– Тут совершенно нечего объяснять, Данари. В Граршаайн прибудет некий специалист от Союза. В его задачу входит лишь одно – узнать, что там… хм… с самоцветами. У него будет имя, ученое звание, любой сможет подтвердить, что лорд Синке Аттон – настоящий. Конечно, он будет представлен герцогине Граршаайн, быть может, поприсутствует на ужине, но не более того. У лорда Аттона слишком много дел, к тому же…

– Да вы издеваетесь! – перебивает Дейн. – Выдавать себя за Аттона… А что, если этот неуловимый исследователь действительно нагрянет в Граршаайн? Я понимаю, что это совпадение из разряда невероятных, но… Чему вы смеетесь?

– Вы потрясающе наивны для своего звания и возраста, Данари, – говорит лорд Кервен. – Двух Синке Аттонов в одной точке пространства и времени оказаться не может. Он появляется только там и тогда, где и когда нам это необходимо.

– То есть… позвольте… Не хотите же вы сказать, что…

Лорд Кервен кивает, и Дейн окончательно теряется и умолкает. Нет, в самом деле, поверить в то, что гениального ученого не существует… Вернее, он существует – как совокупность всех, кто изображал его все эти годы. Наверняка есть базовая личность, без этого никуда. Вероятно, Синке Аттон действительно когда-то родился, совершил несколько открытий, получил первые свои ученые степени, а затем попал в поле зрения лорда Кервена. И тот решил, что лучшего прикрытия для некоторых дел, нежели ученый немного не от мира сего, и пожелать трудно. Лорд Аттон эксцентричен, забывчив – особенно это касается мелочей вроде имен, лиц и каких-то событий прошлого, но ни в коем случае не профессиональной области…

Возможно, настоящего Синке Аттона давно уже нет в живых, но вместо него живут десятки других людей. В Собрание ученых отправляется один, исследует дальние острова другой, поддерживает переписку с коллегами, даже и заграничными, третий, четвертый занят чем-то в лаборатории… Главное, следить за тем, чтобы они не пересеклись в одной точке пространства-времени. Ну и за прочими мелочами – наподобие срока ответа на корреспонденцию, единого стиля в написании ученых трактатов…

– Должно быть, на лорда Аттона работает не одна сотня сотрудников, – только и может сказать Дейн.

– Верно.

– А… он жив еще? – зачем-то спрашивает он и тут же придумывает себе оправдание: – Хотелось бы взглянуть на живую легенду.

– В зеркале увидите, – коротко отвечает лорд Кервен и поясняет для недогадливого: – Нет никакого Синке Аттона и никогда не было. Я его придумал… хм… очень давно. И вовсе не с теми целями, в которых использую теперь.

– Ясно… – говорит Дейн и невольно улыбается. – Даже если так, то лорд Аттон обрел истинное бессмертие. Не удивлюсь, если его станут использовать даже после того, как от всех нас не останется и воспоминаний.

– От некоторых уже не осталось, – утешает собеседник. – Это уже пятый лорд Аттон на моей памяти. Пришлось выдумать династию ученых-затворников, иначе рано или поздно кто-нибудь заинтересовался бы этим бессмертным, как вы удачно выразились, и, чего доброго, докопался бы до истины. Ничего фатального бы не произошло, но у многих могло произойти крушение идеалов, а это, согласитесь, неприятно.

Дейн молчит, пытаясь уложить в голове эти откровения. Да уж, скажи ему кто-нибудь неделей раньше, что никакого Синке Аттона не существует, он в лучшем случае повертел бы пальцем у виска: вот же его трактаты, их можно взять и перелистать. Можно написать самому лорду Аттону – он непременно отвечает, и хоть самому Дейну не доводилось состоять с ним в переписке, дома хранятся несколько писем, адресованных деду…

– Вам не придется создавать личину самому, если вы беспокоитесь об этом, – говорит лорд Кервен.

– Не беспокоюсь. В этом я как раз неплох, вот только чтобы скопировать кого-то, нужно его хотя бы увидеть, – не остается в долгу Дейн. – Но вы сказали, что я полюбуюсь лордом Аттоном в зеркале, стало быть, личина у вас уже заготовлена?

– Совершенно верно. Стандартное заклятие, очень сильное, прекрасно ложится на любую внешность. С женщинами немного сложнее, конечно, но… – Кервен неожиданно усмехается. – Помню, пришлось однажды использовать леди Аттон. Недолго, но это был интересный опыт.

– Никогда не слышал о ней…

– Неудивительно. Документальные свидетельства уничтожены, свидетели… хм… в большинстве своем тоже.

– А сама леди?

– Умерла в своей постели, правда, выжила из ума на старости лет. Она и на момент проведения операции была немолода, а после той, скажем попросту, заварушки изрядно сдала. Да и ранения дали о себе знать…

Дейн невольно передергивает плечами: боец из него не слишком сильный. Он неплохо фехтует, но если придется схлестнуться с боевыми магами, тут одна надежда на мощные щиты, потому что в магической дуэли он почти наверняка проиграет. Прежде не было возможности проверить – к счастью! – и не хотелось, правду сказать.

– У вас будет достаточно охраны, – словно читает его мысли лорд Кервен. – И в случае непредвиденной ситуации… Данари, очнитесь! Ваша рассеянность хорошо сыграет на образ лорда Аттона, но сейчас-то вы можете взять себя в руки и не отвлекаться?

– Я весь внимание, – уверяет Дейн. – Вы говорили об охране и непредвиденных ситуациях.

– Да, и я напоминаю вам о ключе. Воспользуетесь им, если даже телохранители не справятся… хотя не думаю, будто вам угрожает какая-то опасность. Почему – понимаете?

– Разумеется. Убить лорда Аттона – все равно что в колодец плюнуть. Это если рассматривать в рамках мировой науки, – поправляется Дейн. – А в разрезе нашего дела… В Граршаайне присутствуют чужие наблюдатели, верно? Но Аттона все равно никто не тронет до тех пор, пока не удостоверятся: он что-то нашел. И не узнают, что именно нашел. И в каких количествах.

– Вот именно. Поэтому в плен вам лучше не попадать, – совершенно серьезно говорит лорд Кервен. – Не думаю, что до этого дойдет, но в любом случае сбежать вы успеете.

– Как-то все это перестает напоминать увеселительную прогулку…

– Не переживайте по пустякам, Данари. За вашу безопасность отвечает охрана, на которую я – лично я – могу положиться. Остальное – мелочи. Главное, не кричите громко, если действительно что-нибудь отыщете, – мало ли кто прикорнул неподалеку под кустом и услышит ваши возгласы…

– Может, пустить чужаков по ложному следу? – живо спрашивает Дейн. – Лорд Аттон ведь всегда может отыскать, к примеру, железную руду. Или целебные грибы. Что вам больше по нраву?

– Грибы – это бесценно, – с непередаваемым выражением отвечает лорд Кервен. – Надеюсь, вы достаточно хорошо в них разбираетесь, чтобы не нагородить чуши, которую раскусит даже местный пастух?

– Я освежу в памяти трактаты лорда Аттона, чтобы не попасть впросак.

– Уж постарайтесь… И перейдем, наконец, к деталям, Данари. Час Ветра почти миновал, а отправляться вам уже скоро. Лучше успеть до часа Длинных Теней: тогда у вас будет предостаточно времени до вечера, чтобы представиться герцогине, поприсутствовать на ужине в вашу честь… Да не кривитесь вы так, сразу вас не отравят!

– С ядами я сам справлюсь, – мрачно говорит Дейн, – но вот торжественный ужин – это, признаюсь, выше моих сил. Тем более я плохо представляю, как вести себя с этой леди.

– Я дам вам письменные инструкции. Изучите – уничтожьте. Так вот, там у вас будет достаточно времени для отдыха, и…

– Я полагал, к поискам нужно приступать незамедлительно, – невежливо перебивает Дейн.

– Все хорошо в меру, Данари. Да и, скажу вам откровенно, искать что-то на Теневой стороне после захода солнца – удовольствие на любителя, даже такого, как лорд Аттон.

– Ах, это еще и Теневая сторона…

– Разве я не сказал?

Кажется, лорд Кервен замечает что-то во взгляде Дейна, потому что добавляет холодно и твердо:

– И никаких писем родным. Это вам понятно?

– Разумеется… Кервен, а как объяснить мое отсутствие слугам? Нет, поступить с ними так же, как с помощниками, не просите – это мои люди, и я не…

– Простые люди? Всего несколько человек? И вам не под силу сделать так, чтобы неделя миновала для них как один день?

– По силам, конечно… – сконфуженно отвечает Дейн. – Я иногда забываю… о магии. Слишком редко использую ее вне лабораторий.

– Впредь не забывайте. Теперь слушайте внимательно, Данари, и не перебивайте…

* * *

«Во что я ввязался?» – в который раз думает Дейн. В руке у него зажаты порядком измятые листки, на которых незнакомым почерком, совершенно не похожим на почерк лорда Кервена, изложены правила поведения при дворе герцогини Граршаайн. Конечно, рассеянный ученый может забыть о какой-то мелочи, а чем-то пренебречь, но увлекаться ролью не стоит, и Дейн давно заучил инструкции наизусть… Вот только медлит и никак не может их уничтожить согласно предписанию. Кажется – как только бумага вспыхнет, обратного пути уже не будет. Его и так нет, но пока Дейн словно стоит на пороге, и едва шагнет вперед – дверь захлопнется, отрезая его от привычного уютного мирка…

«Надо непременно сказать Кервену, что если я все-таки убьюсь, как он изящно выражается, то мое место должен занять младший брат, а не средний. Средний пускай занимается Восточными землями, у него хорошо получается. Но Кервену нужен исследователь, значит, это младший… Тьфу ты, а как я скажу, если погибну? – невольно смеется Дейн. – Писем он писать не велел, лично я его теперь увижу нескоро… Что ж, прекрасный повод пережить это приключение и вернуться если не невредимым, то хотя бы живым!»

– Милорд, – в дверь просовывается старик Танн, – к вам прибыли.

– Кто?

– Не изволили назваться. Сказали, вы знаете, велели передать вот это…

– Положи на стол и закрой дверь с той стороны, – говорит Дейн, и слуга выполняет приказ.

На столе лежит пуговица. Самая обычная, казалось бы, пуговица, вот только она – с мундира лорда Кервена. Дейн достаточно таращился на нее и на заседании Совета, и в кабинете лорда Северных земель, чтобы не узнать. Сильбарит – металл цветом как хорошее серебро, но прочнее стали – и непрозрачный искристый лиловый камень, Дейн даже не уверен, что драгоценный, во всяком случае, опознать с ходу не может. Он не минералог, в конце концов…

«Плохо, – говорит он сам себе, – ты ведь именно в самоцветах должен разбираться, лорд Аттон недоделанный! Хотя ладно, не в таких ведь, а в особенных».

Что пуговица та самая, Дейн уверен. Лорд Кервен при нем сделал на камне магическую пометку, и она прекрасно читается даже на расстоянии.

Шаг к столу – бумаги вспыхивают в руке и рассыпаются пеплом. Второй – пуговица зажата в руке – ладонь горит уже знакомой болью. Значит, пометка действительно настоящая – вживленный Дейну ключ среагировал на магию хозяина.

– Танн! – окликает он, и старик появляется. Наверно, ждал под дверью. – Пригласи тех господ.

– Сию минуту, милорд. Прикажете подать что-нибудь?

– Нет, не нужно.

Танн мнется на пороге, и Дейн нетерпеливо спрашивает:

– В чем дело?

– Вы какой-то не такой, милорд, – говорит старик. – Случилось что?

– С чего ты взял? Просто… Дела. Важные дела, – отвечает Дейн, протягивает руку и берет его за подбородок, вынуждая смотреть себе в глаза.

Лорд Кервен прав: заставить обычного человека думать о том, что нужно тебе, очень легко. Теперь Танн уверен, будто господин очень занят в лабораториях, да не в своих, а в дворцовых, а потому некоторое время не будет появляться дома. Так и передаст остальным слугам: обрабатывать каждого в отдельности Дейну некогда.

Поначалу лорд Кервен раскритиковал эту идею, но потом согласился: заяви Дейн, будто отправился к кому-то в гости, это выглядело бы вовсе уж неправдоподобно. Не водилось у него таких привычек! Опять-таки проверить, действительно ли лорд Данари гостит у того, кого назвал, проще простого.

А вот незваных посетителей у него не случается, поэтому докладывать об отсутствии хозяина Танну будет некому. За этим еще дополнительно проследят, добавил напоследок лорд Кервен. Не за Танном, кому он нужен, а за теми, кто станет интересоваться местопребыванием лорда Данари. Нетрудно догадаться, куда угодят такие любопытные…

– Лорд Данари, – вошедший первым щелкает каблуками, остальные тоже. – Рин Монтак, к вашим услугам.

Да, именно это имя назвал лорд Кервен. Сказал – охрана будет из его северян, но эти люди выглядят словно уроженцы столицы. Приглядевшись, Дейн распознает личины, но только их: рассмотреть, что кроется под ними, у него не получается – зачаровано на совесть. Он может вскрыть эти чары и полюбоваться истинным обликом новоявленных телохранителей, но сомневается, что они будут стоять смирно, покуда он изволит развлекаться. Да и лорд Кервен не одобрит пустой траты времени.

– Я почти готов. Дайте мне еще несколько минут, – говорит Дейн, и Монтак молча кивает, встает у дверей. Прочие выходят в коридор.

Активировать заклятие под чужим взглядом как-то… неловко, что ли? Все равно что переодеваться… Что за глупости лезут в голову, право слово! Будто Монтак никогда не видел подобного и не представляет, какое зрелище его ожидает.

Дейн встает перед зеркалом – самым обычным, пришлось переместить из гардеробной (и хорошо, хотя бы для этого звать слуг не понадобилось), – внимательно оглядывает себя, будто старается запомнить настоящий облик напоследок. Мало ли… Бывали случаи, когда магическая личина так прочно срасталась с носителем, что отделить ее не получалось. Приходилось накладывать еще одну, имитирующую истинный облик, а жить в этакой шелухе наподобие луковицы крайне неудобно…

Одними губами он произносит формулу активации, не отрывая взгляда от своего отражения. И наблюдает сквозь боль – неизбежную при смене облика, но не сильную, поскольку перемены незначительны, – как течет и плавится, подобно восковой маске, угодившей в огонь, его лицо. Дейн Данари красив – это признают даже придворные дамы и сожалеют о его нелюдимости, – и лорд Аттон тоже недурен собой. Черты лица заостряются – этот человек явно привык подолгу находиться в пути, не избалован излишествами: Дейн невольно думает, что порядком обленился, сидя взаперти, так и располнеть недолго.

Волосы делаются тускло-русыми, в них светятся первые ниточки седины. На высоком лбу, уже перечеркнутом морщинами – не от старости, от привычки хмуриться в раздумье, – появляются ранние залысины. Глаза тоже меняют цвет, делаются какими-то… Дейн затрудняется подобрать определение. Болотными, разве что? Не то изжелта-серые, не то карие, да еще с прозеленью – ничего общего с его собственными. Разрез немного иной, прищур совершенно не его – Дейн привык смотреть на мир широко открытыми глазами. Брови… тут он невольно улыбается: никогда не видел настолько густых и косматых. Прекрасная черта – все станут таращиться именно на брови, особенно если живо ими играть, а к лицу присматриваться не будут. Усы подошли бы не хуже, но с ними сложнее: Дейн никогда не носил ни усов, ни бороды, и как раз на отсутствие привычки к ним могут обратить внимание.

Фигура тоже почти не меняется, разве что становится немного суше и… более угловатой, что ли? Теперь привычные движения выглядят необычно резкими, и наблюдать за этим странно.

Остается только надеть дорожное платье, поданное Монтаком: опять-таки совсем не того покроя, к которому привык Дейн за время бытности своей владетельным лордом. О нет, одежда удобна, не стесняет движений, но в ней он окончательно становится… иным.

– Пора отправляться, лорд Аттон, – говорит телохранитель. – Час Длинных Теней уже близко.

– Что, прямо со двора?.. – начинает Дейн и осекается: голос у него теперь тоже иной. Тембр стал немного выше, интонации чужие…

– Разумеется.

– Я полагал, эта резиденция достаточно хорошо защищена.

– Но мы ведь собираемся выйти, причем с вашего разрешения, а не войти без спроса, – невозмутимо отвечает Монтак. – Прошу, лорд Аттон, поторопимся. Время не ждет.

И Дейн кивает в ответ, идет за ним – хорошо, никто из слуг не попадается по пути, – с удивлением смотрит на коня, которого подводит ему один из безымянных покуда телохранителей…

– Разве мы не порталом отправимся в… то есть к месту действия? – на всякий случай поправляется он.

– Разумеется, лорд Аттон. Только до резиденции известной вам особы еще нужно добраться. Странно будет выглядеть, если мы появимся из воздуха посреди защищенной территории. То есть мы можем, конечно, но… – Монтак разводит руками. – Задачи пугать принимающую сторону перед нами не ставили.

– Ах вот как…

Понятно, даже герцогиня Граршаайн должна думать, что известный ученый добирается от границы своим ходом. И это, в конце концов, элементарная вежливость! Нельзя же вваливаться в чужой дом, даже если тебя туда пригласили, буквально высаживая двери и круша стены, а появление такого отряда вблизи герцогской резиденции, а то и внутри нее, именно так и будет выглядеть.

А как же лорд Кервен? О, он наверняка пользовался приглашением иного рода и вряд ли афишировал встречи с герцогиней. Ну а лорду Аттону лучше вести себя как подобает воспитанному мужчине. И будь он хоть тысячу раз эксцентричен, нарушать общепринятые правила не стоит. Хотя бы потому, что это непременно кто-нибудь подметит – ясно ведь, при дворе герцогини есть соглядатаи другой стороны… Знать бы еще, какой именно!

Дейн молча садится верхом – крупный рыжий конь косит на незнакомого всадника хищным желтым глазом, но зубы не скалит, хорошо вышколен.

Монтак вскидывает руку – портал открывается мгновенно, безо всякой подготовки. Сколько же сил вложил в него лорд Кервен?..

Некогда думать – первые двое телохранителей устремляются вперед, в темноту. Монтак, подхватив коня Дейна под уздцы, следует за ними, остальные замыкают строй.

Уже знакомое ощущение – будто тонешь в полынье, – но длится это недолго. Граршаайн все-таки поближе, чем резиденция лорда Севера…

По сравнению с раскаленной столицей здесь… восхитительно. Да, именно восхитительно прохладно, лучшего слова и не подберешь, думает Дейн, озираясь по сторонам. Смотреть особенно не на что: невысокие холмы, по которым ему еще предстоит полазать, сумеречное небо – на нем хорошо видны звезды, а Великий Нид выделяется особенно ярко. На его поверхности собирается колоссальная буря – воронку зарождающегося урагана можно различить невооруженным взглядом. По видимому краю гигантского диска проплывают Дис, Эрен и Дира и еще несколько небольших спутников.

На землях Союза такое можно увидеть только ночью, а здесь, на Теневой стороне, – смотри сколько заблагорассудится! И это ведь совсем рядом с границей… Каков же вид на небо там, где Дейн никогда не бывал, в самой глубине темных территорий? Может, когда-нибудь удастся взглянуть?..

Он понимает, что замечтался, берет себя в руки и следует за Монтаком. Мягкие лапы коня со втянутыми когтями бесшумно переступают по камням, тело само вспоминает навыки, приноравливается к широкому шагу мощного скакуна…

«Почти как дома», – думает Дейн, но, конечно, это самообман. С домом ничто не сравнится.

Загрузка...