Глава 1

Из окна рабочего кабинета, уединенно расположенного в западном крыле огромного загородного особняка, Леандро Санчес словно с высоты птичьего полета обозревал картину того, что можно было однозначно назвать неизбежным крахом его шестимесячных отношений с Розалиндой Дюваль.

Шел седьмой час вечера, и последние фургоны, доставившие в его особняк еду, напитки и предметы праздничного убранства, в том числе и нелепую ледяную скульптуру, выставленную в холле, покидали поместье. Специально приобретенные китайские фонарики, развешанные вдоль дорожки, ведущей к дому, мерцали среди медленно кружащихся снежинок.

Испытывая отвращение к происходящему, Леандро воспроизвел в памяти события последних трех часов. Едва он успел вернуться ночным авиарейсом из деловой поездки в Нью-Йорк, как на него обрушился шквал эсэмэсок от Розалинды с требованием немедленного прибытия в загородный особняк, где его ждет сюрприз.

Леандро терпеть не мог сюрпризов. Тем более сейчас, когда он, проведя неделю в Нью-Йорке, отчетливо уяснил себе, что его отношения с откровенно претендующей на роль супруги Розалиндой Дюваль подошли к логическому завершению.

С формальной точки зрения Розалинда подходила ему по всем статьям – была красивой, хорошо воспитанной и независимой в материальном отношении. Ее родители, хотя и не были столь же богатыми, как Леандро, относились к вымирающей породе так называемой потомственной британской аристократии. К тому же она дружила с его сестрой Сесилией, которая и подстроила их встречу.

Леандро не был заинтересован в серьезных взаимоотношениях, но на момент встречи оказался… неприкаянным. И Розалинда заполнила пустующую нишу с обещанием чего-то иного, особенного, нетривиального. Однако ничего особенного не случилось.

В силу своего происхождения и воспитания она была уверена, что любое ее требование будет тут же удовлетворяться. Будучи единственным ребенком, она привыкла всегда поступать по-своему, и тот факт, что ей уже под тридцать, не мешал Розалинде при случае топать ногами и бурно выходить из себя, если что-либо шло не так, как она хотела. Она всегда находилась в центре внимания и не видела причин для того, чтобы Леандро вел себя по отношению к ней не так, как другие.

Розалинда требовала от него постоянного внимания, часто звонила, иногда по несколько раз на день, в полной мере пользовалась кредитной картой Леандро, не находя ничего особенного в том, чтобы покупать по ней все, что бы ей ни приглянулось, – от ювелирных украшений и одежды до чрезвычайно дорогой спортивной машины. И наконец, обручальное кольцо, которое, к ужасу Леандро, оказалось тем самым сюрпризом, ожидавшим его по возвращении из Нью-Йорка.

– Специальная доставка! – Розалинда просто сияла, контролируя, как приходит и уходит бессчетное количество курьеров, суетятся рабочие, собирая и устанавливая на места все необходимое для вечеринки по случаю их помолвки, запланированной на следующий день. – Кольцо доставят к тому моменту, когда мы выстрелим пробкой от шампанского перед праздничным ужином и официально объявим о нашей помолвке. Мама с папой уже заждались внуков, и я не вижу смысла тянуть дольше. Мы оба достигли того возраста, когда просто необходимо сделать следующий шаг в отношениях. Дорогой, понимая, что ты, как большинство мужчин, и не задумывался ни о чем подобном, я решила взять инициативу в этом деле на себя.

Леандро пронаблюдал из окна, как исчезает из виду последний фургон, и направился в кухню, по пути отмечая последствия спешного отъезда всех из его дома. Нелепая ледяная скульптура в виде обнявшейся пары, установленная в холле, пока еще была на месте, но ее судьба уже была предрешена. Ему явно придется нанять команду уборщиков, чтобы вернуть особняку его прежний вид.

Леандро очень хотелось сейчас чего-нибудь выпить, и покрепче. Пресловутое обручальное кольцо уже на пути сюда. Он задумался, что ему с ним делать. Оно стоило целого состояния. Бриллиант безупречного качества, как следовало из описания кольца в баснословном счете, отправленном ему воодушевленной Розалиндой. Оставить у себя или, может быть, подарить его ей? Просто так, не как обручальное. Леандро поморщился, усомнившись в том, что этот его жест будет воспринят с радостью.

В кухне Джулия, его экономка, занималась уборкой, ликвидируя последствия приготовлений к торжеству.

– Будет еще одна, последняя доставка, – рассеянно произнес он, наливая в бокал виски. Затем взглянул на Джулию, женщину средних лет, следившую за порядком в особняке. – Мне нужно будет то, что доставят, лично отослать обратно. Когда прибудет курьер, дайте мне знать, Джулия. Вы найдете меня в рабочем кабинете. Это не займет более десяти минут, и затем вы можете быть свободной. А утром прибудут уборщики, чтобы помочь вам справиться с этим… беспорядком.

Возвратившись в кабинет и задернув шторы на окнах, за которыми снег уже просто валил, Леандро погрузился в воспоминания.

Он размышлял о Розалинде, о той цепочке событий, которая привела ее в его жизнь. Она умудрилась удержаться рядом целых полгода, хотя Леандро с самого начала отмечал, как трещинки в отношениях появлялись одна за другой. Во всей этой истории большую роль сыграла Сесилия, его сестра, и он представил себе ее реакцию на телефонный звонок Розалинды, которая выложила ей собственную версию произошедшего.

Он допил виски, остававшееся в бокале, сел в кресло и вернулся мыслями к событиям восемнадцатимесячной давности, к совсем другой женщине, которая вторглась в его жизнь всего на несколько недель и превратила ее в хаос.

Золотоискательница… лгунья… воровка…

Леандро сбежал от нее не оглянувшись, и его бесил тот факт, что, как бы далеко он ни находился от этой женщины, воспоминания о ней все равно терзали его. Он так и не смог забыть ее и до сих пор не понимал почему. Все его сомнения и тоска по ней в конце концов ослабили его защитные укрепления, и Розалинда показалась ему наиболее походящим вариантом для ни к чему не обязывающего партнерства.

Леандро заставил себя вернуться к работе в надежде прогнать воспоминания о золотоволосой зеленоглазой чародейке. С прошлым давно покончено! Теперь остается лишь отправить курьера с обручальным кольцом обратно в Лондон, и его отношения с Розалиндой тоже канут в Лету. Жизнь снова войдет в привычную колею.

* * *

Абигейл опаздывала. Она не могла отказаться от этого поручения, поскольку ее начальница, Ванесса, владелица ювелирного бутика, в котором леди Розалинда Дюваль приобрела обручальное кольцо с изумительным бриллиантом, когда-то буквально спасла Абигейл. Вместе с водителем Хэлом они получили от нее строжайшее указание доставить это кольцо в поместье «Грейлинг Манор» не позднее пяти часов вечера.

К сожалению, успешному выполнению этого распоряжения помешали непредвиденные, но взаимосвязанные обстоятельства. Прежде всего мерзкая погода и, как следствие, пробки. При этом Абигейл никак не могла связаться с леди Розалиндой, чтобы предупредить ее о задержке в пути, поскольку та не отвечала на телефонные звонки.

В «Грейлинг Манор» Абигейл должна будет вручить ей кольцо, получить ее подпись на сопроводительном документе и отбыть из поместья без промедления.

Абигейл ни в коем случае нельзя задерживаться там! Главное – не вступать в разговор с владельцем поместья, каким-нибудь молодым богатым бездельником. Мир богатых возрождал в ней худшие воспоминания о том, насколько беспринципны люди, населяющие его. Абигейл уже однажды совершила катастрофическую ошибку, связавшись с одним из его обитателей.

Конечно, для нее лучше всего было бы избежать этого поручения. В принципе она не занималась доставкой ювелирных изделий, да и Розалинду она видела мельком. Но для Ванессы наступили не лучшие времена, и Абигейл не могла ее подвести.

Абигейл в четвертый раз в течение часа проверила, не пришло ли сообщение от Клер, ее подруги. Но сотовая связь засбоила сразу же, как только они съехали на петляющую проселочную дорогу.

Со вздохом разочарования она откинулась на спинку сиденья и бездумно смотрела на проносившийся за окном незнакомый пейзаж. В такой снегопад в нем было что-то зловещее.

Впрочем, все мысли Абигейл были о Сэме, ее десятимесячном сыне, оставшемся в Лондоне. Скорее всего, он будет крепко спать к тому времени, как она вернется домой. Но когда это будет? Ей показалось, или снегопад действительно усилился? А что, если проселочные дороги занесет и по ним невозможно будет проехать обратно?

Конечно, подруга не уйдет от Сэма, но малыш еще ни разу не оставался без матери ночью. Абигейл даже представить себе не могла, как это – проснуться утром и не услышать его гуканья и настойчивого требования дать ему заветную бутылочку с едой.

Погруженная в свои мысли, она едва заметила, что машина замедлила ход, проезжая через монументальные кованые ворота и двигаясь теперь по обсаженной деревьями подъездной аллее, освещенной фонарями. Сама не зная почему, она ощутила первые признаки беспокойства и тревожного предчувствия.

Место казалось безлюдным, особняк был практически полностью погружен в темноту, светилось лишь несколько окон, и Абигейл попросила Хэла проверить, по нужному ли адресу они прибыли.

– Не похоже, чтобы здесь была вечеринка по случаю обручения, – заглушая двигатель, заметил Хэл. – На кладбище и то веселее.

– Но я же должна была доставить обручальное кольцо именно сюда, да? Ванесса с ума сойдет, если по какой-либо причине продажа сорвется.

– Не волнуйся. – Хэл дружелюбно улыбнулся Абигейл. – Наверняка сейчас выяснится, что помолвка состоится завтра. А пока счастливая пара отдыхает и наслаждается друг другом в предвкушении столь важного события.

Но какое-то время спустя Абигейл поняла, насколько рассуждения Хэла были далеки от истинного положения дел.


Леандро только-только выкинул наконец из головы все раздражающие мысли об инициативах Розалинды, как Джулия, его экономка, сообщила о доставке злополучного кольца. Леандро предстоял последний акт нелепого спектакля, и тогда он покончит с этим досадным делом. Как ни странно, настроение его улучшилось при известии о прибытии курьера, поскольку это был финальный аккорд.

Розалинда буквально визжала, взбешенная тем, что первый раз в жизни кто-то посмел расстроить ее планы. Она даже угрожала Леандро социальным бойкотом, на что тот некстати ответил усмешкой, от которой та буквально впала в ярость. Последней каплей стали слова Леандро о том, что без него ей будет гораздо лучше, поскольку он устал и больше не желает потакать прихотям Розалинды. К тому же он откровенно заявил, что не заинтересован ни в жене, ни в детях. Так что топот маленьких ножек так и останется несбывшейся мечтой ее родителей, если они не расстанутся.

Розалинда в запале выплеснула все самое худшее, что было в ней и составляло сущность ее натуры. Леандро цинично подумал, что, когда гнев Розалинды в конце концов утихнет, она найдет утешение в сплетнях о нем, рисуя картины, в которых будет являть собой образец добродетели.

Что касается самого Леандро, то он займется работой. Как всегда. И все снова будет в порядке.

Родители в памяти Леандро остались людьми богатыми, но занятыми исключительно потаканием своим гедонистическим желаниям. Удовольствия были для них смыслом жизни. Не желавшие взрослеть, они не понимали, что им делать со случайно появившимся ребенком. Сесилии, еще одной случайности в их жизни, и вовсе не досталось родительского внимания. Обязанность заботиться о младшей сестре легла на Леандро, который с самых юных лет усвоил, что бурное выражение эмоций и неупорядоченный образ жизни для него неприемлемы. Иными словами, неприятие любого беспорядка и непредсказуемости прочно укоренилось в нем с самого нежного возраста.

Взрослея, он углубился в учебу, потом в работу. А когда родителей не стало – они погибли во время бессмысленной гонки на скоростном катере в Карибском море, – именно работа, а еще забота о сестре стали смыслом его жизни. Ему нужно было спасти то немногое, что осталось от семейного капитала. Времени на развлечения у Леандро попросту не было.

Он попросил Джулию проводить курьера в одну из гостиных, не задействованных в подготовке к вечеринке. Мысли же его все еще были заняты бизнес-предложением, над которым он раздумывал, пока его не прервали.


Абигейл сидела в кресле, напряженно выпрямившись, в одной из гостиных особняка. Судя по всему, Розалинды здесь не было, а она сама доставила, похоже, уже ненужную вещь. Хэла домоправительница отправила в кухню перекусить, а Абигейл осталась дожидаться хозяина особняка, который, как она надеялась, примет-таки доставленное кольцо.

Услышав приближающиеся шаги, Абигейл поднялась, мысленно повторяя то, что собиралась сказать хозяину. Что бы здесь ни случилось, это не ее проблема. Она выполнила свою работу, и ей нужно срочно вернуться в Лондон.

Но Абигейл даже вообразить не могла, что ее ожидает. Скованная напряжением, прижимая к груди маленький переносной сейф для транспортировки драгоценностей, она на мгновение подумала, что у нее галлюцинация. Невероятно, но на нее смотрели до боли знакомые, коньячного цвета глаза, словно бахромой опушенные ресницами, которым позавидовала бы любая женщина. Этого просто не может быть! В дверном проеме гостиной стоял Леандро Санчес собственной персоной! Абигейл неотрывно смотрела на него, не в силах отвести взгляда. Этот мужчина являлся ей в кошмарных снах. И эротических тоже. При виде его немедленно ожили запретные, глубинные, порочные фантазии. Абигейл даже моргнула, отчаянно надеясь, что видение исчезнет. Однако нет, не исчезло. Видение ростом под метр девяносто осталось на том же месте, где и было. Мужчина такой греховной красоты, что перехватывало дыхание. Именно это случилось с Абигейл, когда она увидела Леандро впервые полтора года назад, и этот восторг не ослабевал на протяжении последующих нескольких недель их пылкой, но обреченной любовной связи.

Он был из тех мужчин, о которых мечтают женщины. Смуглый, с глазами цвета коньяка и гипнотической харизмой. Высокий, худощавый, мускулистый… Абигейл внезапно пришло в голову, что она помнит каждую мышцу, каждый потаенный уголок его великолепного тела.

Она никогда не предполагала, что после всего случившегося она вновь когда-нибудь увидит Леандро Санчеса, и, когда весь ужас этой неожиданной встречи наконец-то дошел до ее сознания, комната поплыла у нее перед глазами, а к горлу подступила тошнота. Опасаясь свалиться в обморок, Абигейл с трудом, но добралась до дивана. Леандро тут же придвинул к дивану стул и сел, наблюдая за ней с холодным любопытством.

– Выпей-ка вот это, – настоятельно предложил он, протягивая ей бокал. Его глаза оставались при этом холодными, взгляд настороженным, рука твердой, речь сдержанной. Ничто не выдавало в нем пережитого шока при виде той единственной женщины, которая вскружила ему голову и до сих пор сидит у него в печенках, вернее, в сердце. Но самое неприятное заключалось в том, что на него тут же нахлынули воспоминания. Тем более что эта женщина осталась такой же красивой и притягательной, какой он помнил ее.

Золотистый цвет волос Абигейл не изменился, и длина тоже, хотя сейчас ее волосы были собраны в пучок. Те же зеленые глаза с золотистыми крапинками, заметными, только если в эти глаза всматриваться. А он всматривался в них много раз… Роскошная фигура все такая же соблазнительная. Как бы сами собой глаза Леандро скользнули взглядом вниз, задержавшись на велико лепной формы груди под белой блузкой. Ноги Абигейл были скрыты серыми брюками, но даже они позволяли оценить их длину и стройность. Вся одежда на ней была явно недорогой, отметил Леандро. Видимо, после расставания с ним Абигейл еще не успела подцепить другого миллиардера.

– Леандро, этого не может быть… – Абигейл встала бы с дивана, не превратись ее ноги в желеобразную субстанцию.

– Почему? Ты в моем доме, сидишь на моем диване…

Леандро поднялся и отошел к камину, решив увеличить дистанцию между ними, поскольку каждый нерв в нем трепетал.

– Я так понимаю, что ты и есть курьер, доставивший кольцо?

– Я… Да, я… – Абигейл бросила на Леандро быстрый взгляд и тут же отвела глаза. Она протянула ему переносной сейф с кольцом. Однако Леандро проигнорировал этот жест.

– Похоже, твой босс останется внакладе. – Леандро не спеша приблизился к ней и смотрел, сузив глаза, как Абигейл, отпрянув, вжимается в спинку дивана.

– Прошу прощения, ты о чем?

– Кольцо было заказано без моего согласия. К сожалению, Розалинда ошибочно истолковала перспективу наших отношений.

– Но нас проинформировали о том, что здесь должна была состояться вечеринка по случаю помолвки…

Леандро пожал плечами, не отрывая взгляда от Абигейл, и снова сел на стул, придвинув его к дивану настолько близко, что она сразу ощутила дискомфорт.

– Чушь, – холодно отреагировал он.

– А Розалинда? Она… – Абигейл старалась понять, что происходит, но мысли ее пребывали в смятении, а тело покалывало, будто подключенное к электрической розетке.

– У меня никогда не возникало и мысли жениться на ней, – ответил Леандро раздраженно.

Теперь, когда эта женщина сидела здесь, в его гостиной, невероятная, ни на кого не похожая и все такая же сексуальная, все те воспоминания, которые он держал под замком, вырвались из заточения. Леандро вспомнил, как постанывала Абигейл, когда он касался ее, как сливались воедино их тела… Случайно встречаясь с бывшими любовницами, он не испытывал к ним ничего, кроме облегчения, что их больше нет в его жизни. Но никакие другие отношения и не заканчивались так драматически, как с Абигейл…

Абигейл наконец нашла в себе силы подняться с дивана и принялась нервно расхаживать по комнате.

– Значит, поездка сюда оказалась пустой тратой времени. И что мне теперь делать с этим кольцом?

– Ну уж если ты приложила столько усилий, чтобы доставить его сюда, позволь мне взглянуть на него, чтобы увидеть, на что ушли мои деньги. – Леандро кивком указал на сейф, и Абигейл дрожащими пальцами извлекла кольцо. Он аккуратно взял его и стал рассматривать, поворачивая на свету.

– Разве это моя проблема, если ты разорвал помолвку с Розалиндой?

– Я ничего не разрывал, потому что никакой помолвки не было. Розалинда приобрела это кольцо по собственной инициативе, потому что хотела связать меня обещанием жениться на ней. Я же решил прекратить отношения с ней, еще не зная об этом нелепом спектакле, и именно это я и сделал, вернувшись из Нью-Йорка.

Абигейл вздрогнула. В этом весь Леандро, и это так похоже на крах и их с ним отношений.

– Кольцо было продано по всем правилам торговли, – сказала Абигейл. – Мне нужно, чтобы ты удостоверил своей подписью его доставку, и я немедленно уеду.

– В самом деле? Почему такая спешка?

– А как ты думаешь, Леандро, почему? – Голос Абигейл прозвучал на пронзительно высоких нотах. – Когда мы виделись с тобой в последний раз, ты ушел, оставив меня в квартире с твоей сестрой, поверив каждому ее слову обо мне. Вот эти слова: лгунья, золотоискательница, воровка. Поэтому чем меньше времени я проведу в твоем обществе, тем будет лучше. Если бы я знала, что леди Розалинда собиралась выйти замуж за тебя, ни за что бы не приехала сюда. Итак, кольцо в твоем распоряжении. И все, что мне нужно, так это твоя подпись на документе.

– Я не намерен пускаться в воспоминания о твоей лжи, – спокойно ответил Леандро. – Что же касается кольца… Я еще не решил… Возможно, оставлю его себе, а может быть, и нет.

– Но ты обязан! – ахнула Абигейл. – Для Ванессы эта продажа очень важна…

– Меня совершенно не волнует судьба твоей хозяйки, хотя в моей голове и не укладывается, как тебе удалось получить работу, связанную с продажей драгоценностей. Обманным путем, как обычно? Твоя работодательница в курсе того, что ты, мягко говоря, нечиста на руку?

– Я не останусь здесь ни на минуту, чтобы выслушивать все это!

– О нет! Ты же обязана довести дело до конца. Или уже запамятовала, что тебе необходима моя подпись? – Леандро щелчком захлопнул коробочку с кольцом, очевидно приняв какое-то решение. – Я пришел к выводу, что мне надо сохранить кольцо на перспективу в качестве объекта инвестиции. Ведь в него вложены немалые средства. Мои к тому же. А теперь сядь, Абигейл!

– Но я должна ехать! Нам потребовалось гораздо больше времени, чем мы планировали, чтобы добраться сюда. Я должна вернуться в Лондон к половине девятого. Мне действительно очень нужно как можно быстрее попасть домой.

– Почему? – вкрадчиво спросил Леандро, заметив, как она с тревогой в который раз посмотрела на часы. – Боишься потерять хрустальную туфельку? На твоем пальце я не вижу обручального кольца и так понимаю, что нет и благоверного, поддерживающего сейчас огонь в домашнем очаге. Или есть? – Леандро вдруг обнаружил, что ему не все равно, есть мужчина в жизни Абигейл или нет. Эта женщина занозой застряла в его душе, и неприятная правда заключалась в том, что Леандро до сих пор хотел ее. Что-то было в ней такое, что вопреки всему тянуло его к ней. Скорее всего, он терзался незавершенностью всей этой истории, и, вероятно, оставался единственный способ извлечь эту занозу раз и навсегда.

Он опустил глаза и ощутил всплеск удовлетворения от принятого решения. Было бы глупо не воспользоваться преимуществом создавшейся ситуации.

– Тебя абсолютно не касается, есть ли кто-нибудь в моей жизни или нет, Леандро. А сейчас извини, меня ждет Хэл, наш водитель. Я пойду позову его, пора ехать…

– Ради бога! Хотя… – Леандро кивком указал на окно. – Посмотри-ка туда. Погода ухудшилась, и путь домой отрезан. Оставайтесь здесь, иначе может случиться, что вы окажетесь где-нибудь в придорожном рву. Летом здешние дороги весьма живописны, но зимой бывают смертельно опасны.

Абигейл побледнела. Следуя направлению его взгляда, она подошла к окну и стала вглядываться в темноту. Хлопья снега не переставая сыпались густой пеленой. Почти вся территория поместья оказалась под белым снежным покрывалом.

– Я не могу здесь остаться. Мне обязательно нужно вернуться домой.

– Не стесняйся, чувствуй себя свободно. Очевидно, тебе необходимо согласовать этот вопрос с водителем?

– Ты не понимаешь! Я должна быть в Лондоне сегодня же. Во что бы то ни стало!

– Нет. Ты никуда не поедешь. По прогнозу, к ночи снегопад усилится и продолжится до утра. Упорствуя, ты подвергнешь риску не только свою жизнь, но и водителя. Я позабочусь о том, чтобы вас накормили и устроили на ночь в гостевых комнатах. Утром, если погода позволит, вы уедете.

Абигейл готова была заплакать, но поделать сейчас ничего не могла.

– У меня в телефоне исчез сигнал связи, – уступая, сказала она, – а мне очень нужно позвонить.

Леандро ничего не ответил, но мысли его закружились вихрем. Мужчина? Не муж. Любовник! Но его это не остановит. Он хотел Абигейл. И пусть желание не взаимное, у него в распоряжении целая ночь, и этого времени ему вполне хватит, чтобы избавиться от наваждения, уложив ее в постель, и навсегда освободиться от этой женщины.

Загрузка...