Выпускной в академии магии

Глава 2.2

Чувствовала себя готовой свернуть горы. Энергия во мне сейчас била ключом, и я жаждала доказать всем, какая я крутая, и как все сейчас должны рыдать у меня в ногах и просить прощения за то, что фавориткой бала выберут не меня, а какую-то Шарлотту, чтоб ее, Стоун.

Вишенкой на торте была моя чудесная пижама. Да, я заявилась на выпускной бал в плюшевой пижаме, а что такого? Белоснежная такая пижамка, мягкая и пушистая, как мой ангельский характер. Заячьи ушки на капюшоне и даже хвостик сзади прилагался. Правда я приделала к капюшону подобие совсем не заячьих зубов, так что зверек получился немножко саблезубый. И наколдовала довольно натуральные кровоподтеки. Но это сущие пустяки, правда?

В приглашении на бал не было четкого указания на то, что прийти надо исключительно в вечернем платье. Сказано было: одеться празднично и элегантно. Пижама элегантная? Элегантная. На мой вкус — весьма и весьма. Рекомендованы цвета факультета? Так алые кровоподтёки очень даже соответствуют моей стихии огня.

В зале на мгновенье повисла гробовая тишина. На меня таращились, как на новоявленного призрака.

— Это что это такое? — слабым голосом спросила миссис Твиг, наш профессор по истории магии. — Это кто же это? Мисс Эль-де-Тье, вы ли это?!

Я гордо тряхнула головой, и копна рыжих волос, заботливо сплетенная Эми в подобие рожек, угрожающе покачнулась.

Неудивительно, что миссис Твиг пребывает в предобморочном состоянии. У меня же, в самом деле, ангельский характер. Пай-девочка, послушная и прилежная ученица, грызущая гранит науки и закусывающая мрамором ворожбы с утра до вечера.

Я вовремя выполняла все домашние и курсовые работы, экзамены всегда сдавала на отлично, была любимицей всех профессоров. Ну, ладно, почти всех, кроме одного вредного напыщенного индюка, который любил заваливать меня дополнительными отработками. А так, я же паинька-заинька, мечта, а не студентка.

Да только в тихом омуте нечисть водится. И сейчас мои внутренние демоны, подпитанные ядреным «успокаивающим» зельем, решили устроить настоящий бунт.