Я для тебя всегда

Глава 22

Саша

В приемную Саши я вхожу уже собранная. Так, как учила меня бабушка, с прямой осанкой и без суеты. Никто не догадается, что внутри меня бушует шторм. По крайней мере я на это очень надеюсь. Секретарь Саши сообщает, что у Александра Алексеевича сейчас посетитель, и интересуется, как меня представить. Не успеваю ничего ответить, потому что двери кабинета открываются и оттуда выходит мой Саша, а за ним та самая Марина, что мы видели однажды у театра.

Он смотрит на меня с непроницаемым лицом и ничего не говорит, лишь в глазах на секунду промелькнуло удивление и … радость?

— До свидания, Марина, — обращается он к девушке.

— До встречи, Саша, — говорит она, стрельнув в меня надменным взглядом, и покидает приемную, покачивая бедрами.

— Здравствуй, Русалка, — смотрит в глаза.

— Привет, — говорю я, высоко подняв подбородок и изо всех сил стараясь не выдать своего тревожного состояния.

— Пройдем, — приглашает меня в кабинет. Не двигается, оставаясь на пороге своего кабинета. Ждет пока я пройду мимо. Что я и делаю, легонько касаясь при этом плечом его груди. Тело моментально покрывается мурашками.

Едва за ним закрывается дверь, я разворачиваюсь к нему.

— У меня для тебя подарок! — говорю сходу, не готова пока говорить о чем-то другом. Что они там делали так долго с этой Мариной? Что их связывает?

— Я написала для тебя картину. Эмм... Вернее, технически их две. Я обещала, помнишь? Ты можешь выбрать ту, что понравится больше, — я закусываю нижнюю губу, разворачиваю красивую бумагу, в которую завернула холсты на подрамнике. Даже эту бумагу выбирала с особой любовью. Делаю незаметный вдох и разворачиваю картины лицом к Александру.

Саша подходит ближе, смотрит мне в глаза, а потом опускает взгляд к почти одинаковым картинам. Чуть склоняет голову к плечу, внимательно смотрит на одну, потом на вторую. Останавливается на той, что справа. Где в лунном море русалка, примостившаяся верхней частью туловища на берег и сложившая голову на руки. Розовые волосы раскиданы по плечам, глаза прикрыты, основная часть хвоста, начиная с попы, погружена в воду, но его кончик, там где происходит раздвоение, выглядывает из воды.

— Красиво, — говорит Саша чуть хрипло.

— Ты говорил, что чувствуешь себя одиноким и безжизненным, как моря луны. Но это не так, Саша. — Во мне так много чувств, я все хочу ему рассказать. Пока он не сказал, что я ему не нужна. — Ты надежный и сильный, иногда слишком серьезный. Но ты не камень. Ты — жизнь. Ты чувствуешь, ты умеешь сопереживать, заботиться, ценить, благодарить, злиться, негодовать, разве что, никогда не паникуешь. По крайней мере я никогда не видела. Это, кстати, восхитительно. — Смеюсь, сквозь поступающие слезы, которые норовят вылиться из глаз с того самого момента, как я вошла в этот кабинет. Смотрю на Сашины губы, потому что смотреть выше не хватает смелости и душевных сил. — И даже если ты никогда не полюбишь так сильно, чтобы с детьми, и котом, и недельными секс-марафонами с женой. Ты все равно наполненное до краев море, Саша. Сам по себе. Потому что ты просто есть такой. Но если ты позволишь… я бы хотела быть рядом, — делаю вздох и все-таки смотрю ему в глаза. — Я тебя люблю!

— Ошибаешься, — произносит Александр тихо.

— Что?

— Ошибаешься. Совсем недавно у меня была паника. Я боялся, что потерял тебя. Зря выпендривался, давая тебе самой выбирать. Когда увидел твое фото рядом с Виктором на премьере, думал сдохну. Нужно было сразу в пещеру и под замок.

В шоке замираю и пытаюсь осмыслить его слова.

— А я думала, умру, когда пришла сюда, а ты тут с этой, — делаю неопределённый взмах рукой в сторону двери, глаза в пол и зло выплёвываю, — с этой стервой.

— Пойдешь за меня замуж?

— Ч-что?

— Ты выйдешь за меня замуж, Русалка?

Шок. Сердце стучит как ненормальное. Но… подбородок вверх. Из последних сил кулачки сжимаю. Глаза в глаза.

— Да! — с вызовом, словно «Почему так долго? Я тебя всю жизнь жала. Наконец-то», словно это не я пропадала черт знает где полгода.

Александр растягивает губы в улыбке, в глазах счастливый блеск.

— Тогда иди сюда, — мой любимый мужчина раскрывает объятия, ждет.

И я влетаю в него, конечно. Врезаюсь всем телом, всей душой. Целую в губы, в нос, в щеки, касаюсь губами виска, дышу любимым запахом, и кажется, даже кусаю в шею. Запрыгиваю на Сашу, обвиваю руками и ногами. Люблю.

Последнее слово произношу вслух.

— И я тебя, Саша. Люблю тебя! Не отпущу больше одну никуда, — сжимает крепко. А потом со мной на руках подходит к двери и закрывает ее на замок. А потом опускает жалюзи на окнах.

— Тебя ждет очень длинный и изматывающий секс-марафон, Русалка. И начнем мы прямо сейчас.

— Где ты был? Я каждый день ждала тебя, — обняв Сашу руками и ногами, дышу ему в шею и наслаждаюсь запахом. Мы уже два дня не вылезаем из моей квартиры, просто до нее от офиса Саши было ближе.

— Я жил последний месяц в доме бабушки и дедушки, в деревне. Работал удалено, много читал, смотрел на звезды и готовил сам каждый день, — удовлетворенным и очень спокойным тоном рассказывает мой Александр, поглаживая меня по обнажённой спине, не забывая периодически спускаться чуть ниже поясницы.

— Думал обо мне?

— Шутишь? Каждую минуту, Саша. Поэтому и уехал. После тех фото с вашей премьеры, распсиховался. Боялся, что могу тебя потерять. Работал сутками. А спустя полтора месяца в таком режиме, решил сменить обстановку. Оставил все дела на зама, написал тебе ту отчаянную СМС и уехал.

«Я тебя подожду, только ты приходи навсегда»

Две строчки, огромный смысл. От продуманного, в меру циничного, но тонко чувствующего, когда дело касается личного, мужчины.

Это слова из песни (1). Той самой, которую мы слушали летом у Саши дома, за несколько дней до моего отъезда. Слушали и даже тихонько подпевали. В тот день было очень тепло на душе и в Сашиных объятиях, несмотря на скорую предстоящую разлуку. После того сообщения я добавила песню в своей плейлист и часто слушаю до сих пор.

— Я тоже думала о тебе каждую минуту. И на всякий, — отрываю голову от Сашиной груди и заглядываю ему в глаза, — приехала не из-за твоего сообщения. Я еще в сентябре поняла, что люблю тебя. Ужасно боялась, что какая-нибудь Марина тебя охомутает. Но говорить о своих чувствах по телефону не хотелось. Да и потом у меня были обязательства перед Мирославой. Мы очень сдружились, она хорошая. Я не хотела ее подвести. И тебя лишний раз дергать не хотелось, вдруг бы ты за это время понял, что с такой капризной малолеткой как я тебе не по пути. И спасибо, что ты не давил на меня. И что дождался.

— Я держался из последних сил, Русалка. Клянусь, если бы ты не приехала сама, в Новый год я был бы у тебя.

— Люблю тебя. — Целую Александра в грудь. — Люблю. — Спускаюсь к крепкому торсу и впервые решаюсь на оральные ласки. Пока еще неумелые, но я наверстаю и научусь. Потому что чувствовать, как вибрирует от удовольствия любимый мужчина, ощущать твердую и одновременно нежную плоть во рту, испытывать от этого контакта не менее сильное возбуждение — это, как оказалось, настоящий кайф.

(1) Песня «Я тебя подожду», композитор Аркадий Островский, стихи Льва Ошанина. Герои книги слушали песню в исполнении Майи Кристалинской.