Я и мой похититель

Глава 17

Эмили

Поцелуй перерастает в пожар, чего я совершенно не ожидаю. Нас обоих влечет друг к другу. Остро, неудержимо, обжигающе горячо. И безумно сладко. Сладость, с примесью горечи. Горько-сладкая страсть.

Папа строго следит за людьми, с которыми я общаюсь. Пресекает любые неугодные ему контакты. Поэтому я до сих пор без отношений, без намека на парня. Но Итан… Если бы мы встретились при других обстоятельствах, я бы не смогла устоять.

Я ведь до сих пор помню наш танец на корпоративе. Его горячие ладони и взгляд. Так на меня никогда не смотрели раньше.

Нет, я не забыла, что он сделал со мной. Прекрасно помню. Возможно, этот момент останется со мной до конца моих дней. Но почему-то мне кажется, что тот раз не доставил удовольствия не только мне.

Сейчас же все было иначе.

Никаких угроз, только нежность и забота. Умопомрачительная страсть. Буквально. Обжигающие, распаляющие поцелуи. Нежные прикосновения. Он не пытается сделать мне больно, наоборот. Каждое его касание словно наполнено любовью, теплом, исходящим из сердца. Я чувствую его. Слышу, как оно бьется. Гулко, глубоко, мощно.

Толчки внутри не вызывали боли, наоборот. От каждого его движения и прикосновения по телу расползались сладкие мурашки. Разве может быть так с человеком, которому ты безразличен? Думаю, нет.

Он становится больше внутри, тверже. Движения рваные, дыхание сбитое. А потом пульсирует, извергается в меня и это становится тем самым спусковым крючком. От удовольствия я сокращаюсь. Сжимаю его. По телу искры теплом разливаются. Мы словно единое целое. Будто одна душа на двоих.

Мы переводим дыхание. Лежим в обнимку. Я закинула на него ногу и рисую узоры подушечками пальцев на его щеке, а он нежно гладит меня по спине. Я все еще немного стесняюсь своей наготы, но рядом с ним почему-то спокойно.

Как же так вышло, что мой похититель, мой мучитель на самом деле добрый и отзывчивый человек? Мы оказались в одной лодке. Теперь главное, чтобы мы гребли в одном направлении.

– Ты… – боюсь спросить, но должна, обязана узнать и… – получил ответ?

Итан поворачивается ко мне. Наши взгляды встречаются. Не могу понять его эмоций: то ли он злится, то ли тоскует. Он берет мои пальцы в свою ладонь и подносит к своим губам. Так нежно и ласково, что я чувствую щекотку внизу живота и заливаюсь румянцем.

Если он сейчас скажет, что это не мое дело, то я буду спорить, пока не получу ответ. Я должна знать. Должна…

– Еще нет. – Кажется, что он не хочет говорить об этом.

Тоже не хочу этого, но я должна знать. Должна понять, где правда. Почему папа врет и что скрывает от меня.

– Тот отчет. – Продолжаю я. – О смерти мамы, он…

– Настоящий. – Итан сразу понимает, что я хочу знать. Не задает никаких вопросов.

– Но почему тогда…

Я хочу спросить: почему папа сделал липовый отчет и зачем обманывает меня, но и тут Итан понимает меня с полуслова.

– Потому что Морган помешан на деньгах. На прибыли и успехе компании в первую очередь.

– Но это же мама… – глаза печет, будто песка насыпали.

– Даже, если бы это была ты. Или вы обе. Уверен, он не поступил бы иначе. – Итан гладит меня по спутанным после произошедшего, между нами, волосам. Вытирает слезинку, катящуюся по щеке. – Мне жаль, Эми.

– Это не твоя вина. – Прижимаюсь щекой к сильной горячей груди. Мне хочется, чтобы момент замер, чтобы время остановилось. Потому что сейчас я чувствую себя нужной и защищенной. Хотя, понимаю, что это неправильно.

– И не твоя. – Итан прижимает меня к себе, от чего становится теплее. – Ты не виновата, что Морган такой человек.

– Папа таким не был. Раньше он был другим. Добрым и заботливым. Он очень любил маму, а она его. Но потом… в какой-то момент… он словно отдалился от нас.

– Деньги меняют людей. Большие деньги меняют быстро и бесповоротно.

– Получается, папа убил всех тех людей, – произношу это, а сама пытаюсь осмыслить и принять. Поверить. – Твою семью.

«Блин! Зачем я это ляпнула?»

Ворошить прошлое и вскрывать старые раны не то, что мне следовало бы делать.

– Прости! Мне очень жаль. – Извиняюсь. – Почему-то чувствую свою вину за это.

Итан берет брюки и одевается. Из кармана выпадает блестящий золотом предмет. Звонко ударяется о бетонный пол и скользит мне в руки.

Поднимаю. Собираюсь вернуть Итану, но мое внимание привлекает узор. Любуюсь величественным животным на зажигалке. Странно, ни разу не чувствовала от Итана запаха табака. Провожу по выпуклому узору подушечкой большого пальца.

– Олень – символ благородства. – Говорю я, а Итан застывает. Буквально замирает. Перестает моргать и, кажется, даже дышать. – Красивый.

Протягиваю Зиппо на ладони. Итан медленно тянется к ней. Забирает. Снова смотрит на меня завороженно.

– Эми, – хрипит он, – ты…

– Да?

– Нет. Ничего. Пойду посмотрю, пришел ли ответ.

Забирает зажигалку, кладет в карман. Все эти действия с какой-то нежностью совершены. Понимаю, что предмет важен для него. Как память о том, кто ее подарил.

Папа всегда говорил мне, что я слишком наивна. Может быть и сейчас я придумываю, а на самом деле все совсем не так.

– Ты выпустишь меня отсюда?

Почему? Зачем я это спросила?

Итан молча уходит, запирая дверь снаружи.