Глава девятнадцатая: Крэйл

Крэйл уставился на гаснущий экран телефона, несколько секунд всматривался в него, будто ожидал нового звонка. Телефон молчал.

Вот почему с ней всегда так: все планы коту под хвост? Даже те, которые продуманы по шагам и минутам. Хотелось громко выругаться, отвесить себе крепкий пинок под зад. Он должен был учесть эту ее «особенность» и не полагаться на других. Должен был сам контролировать…

Крэйл взъерошил волосы, с шумом выдохнул через ноздри.

— Что-то случилось? – нахмурившись, спросил Кулгард.

— Кажется, планы снова меняются. Кул, ты давно дрался?

— Надо начистить рожу какому-то светлокровному дрищу? Да не вопрос.

— Не совсем. Помочь… Им всем… - Казалось просто невероятным, что это говорит он – проклятый шанатар, которого на этом показушном празднике «мира во всем мире» наверняка мечтала убить каждая небеснорожденная сволочь. Но почему-то именно сейчас он понимал, что Марори права – нужно спасать всех, без оглядки на старые обиды.

Крэйл повернул ключ в замке зажигания, двигатель взревел. Резкий удар по педали газа рванул их прочь.

— Объяснить можешь?

— В Эльхайме отрылся Разрыв. И не один. Прямо сейчас там происходит что-то грандиозное. Портала не будет.

— Забираем Мар сами?

— Да… Проклятье!

Крэйл снова схватил телефон, почти не глядя, нашел номер Эашу.

— Что у вас…

Фразу он закончить не успел.

— Тут полная задница, Крэйл! – Инкуб кричал в полный голос, пытаясь перекрыть какой-то донельзя противный скрежет. – Все рушится. Вечеринка стала совсем не такой скучной, как я думал.

— Где остальные Потрошители?

— Кто где. Тут, знаешь ли… - его слова потонули в страшном грохоте, - … короче, полная задница.

— Повторяешься.

— Извини, господин! - огрызнулся инкуб. - Исправлюсь.

— Заткнись. Мы возвращаемся. Будем через пять минут. Соберитесь и выводите всех, кого сможете.

— Всех? И?..

— Да! Всех. Ты не ослышался. Вы где?

Очередной грохот слился с ругательствами Эашу.

— Принято… - все же послышалось из трубки. – В главном… конец связи.

— У тебя есть оружие? – спросил Кулгард.

Крэйл ощерился в кровожадном оскале.

На полном ходу они вылетели к воротам Эльхайма. Шанатар ударил по тормозам, машина пошла юзом. Обоих пассажиров бросило вперед, чуть не припечатав головами о лобовое стекло. Здесь, в нескольких сотнях метров от основного учебного комплекса, отчетливо слышался приглушенный грохот.

— Горим… - проговорил Кулгард, выбравшись из машины и указывая в сторону черного столба дыма, поднимающегося над одной из белоснежных башен.

— Лови… - Крэйл порылся в багажнике, выудил из него внушительного вида топор, вся рукоять которого была испещрена руническими символами, а лезвие отливалось зеленоватым свечением.

Кулгард с легкостью поймал оружие, несколько раз прикинул его в руке.

— И откуда этот арсенал?

— Часть плана «Б». Сгодится?

— Сойдет. Почти мой любимый размерчик.

— Я знал, - ухмыльнулся шанатар, вооружаясь парой красных мечей – тех самых, которыми сражался с Неназванным в собственном доме.

Более не задерживаясь, Потрошители бросились к Эльхайму. Из учебных корпусов уже тянулись перепуганные студенты. В основном совсем молодые: первый-второй курс. Старшекурсники попадались крайне редко – эти вытаскивали на плечах раненых, быстро передавали их на попечение молодым и снова разворачивались, направлялись обратно. Собственно, никакой паники, стенаний и криков о помощи. Все довольно организованно. Можно сказать, в рабочем режиме.

Крэйл невольно усмехнулся: склонность к порядку и дисциплине никогда нельзя было назвать сильной чертой дра’морцев. Особенно молодых, полных самомнения и глупых амбиций. А тут погляди – каждый при деле и не выеживается. Прямо перед ними проклятокровный гаст из Адептов темного плетения практически на плечах вынес еле живую небеснорожденную девчонку. Та охнула, когда он передал ее на поруки в стихийно организованный лагерь лекарей. Охнула и пробормотала слова искренней благодарности. Парень хмыкнул, подмигнул и пообещал обязательно найти ее, когда «закончится вечеринка». И, несмотря на сотни лет разногласий, взаимной ненависти и попыток подавить противоположную сторону, этот поступок казался таким… естественным. Нормальным.

Проклятие Темных! Мир катится в тартарары и, похоже, обнажает какие-то новые правила игры.

Земля под ногами вздрогнула.

Белоснежная башня, из которой, точно из заводской трубы, валили клубы дыма, накренилась и медленно начала заваливаться. Вот теперь среди эльхов послышались испуганные выкрики. Еще мгновение казалось, что башня все же устоит, замерев в последнем напряженном надрыве, но нет – падение продолжилось. Раскатистый грохот разнесся по всему Эльхайму. На месте башни поднялось черно-серое облако.

Крэйл и Кулгард опрометью проскочили мимо огромных, раскрытых настежь, ворот главного корпуса. Насколько знал шанатар, здесь располагались не столько учебные аудитории, сколько административные кабинеты, какие-то мелкие лаборатории, библиотека и несколько просторных залов. Судя по всему, именно тут и следовало искать остальных Потрошителей…

Но их тут не было.

Зато в самом центре огромного холла, сверкающего золотом и серебром, из пола торчало нечто мерзкое и чужеродное. Внешне «нечто» напоминало побег какого-то искореженного жестокой болезнью растения: черный, лоснящийся ствол, на котором то и дело вспухали алые и желтоватые сосуды. В основании ствола буквально на глазах расползалась черная же лужа… нет, скорее, плотная частая паутина с тонкими жгутами-щупальцами, настырно исследующими окружающее пространство. От ствола во все стороны тянулись ветви, истекающие какой-то вязкой дрянью. Ветви исчезали в стенах и потолке, прогибались под собственной тяжестью, будто обожравшиеся до отвала змеи.

— Что за хрень? – спросил Кулгард, поудобнее перехватив топор, будто намеревался срубить странное «дерево».

— Лучше не трогай, - остановил его Крэйл. – Слышишь?

Откуда-то справа явно приближалась волна шума, в которой отчетливо слышались яростные крики, глухие вопли и звон металла. Зал, почти пустующий минуту назад, быстро наполнялся вооруженными эльхами. Крэйл было ухватил пробегающего мимо эрэлима за плечо, намереваясь выспросить о происходящем, когда в правой части зала над мраморной лестницей распахнулись двери, и оттуда вырвался целый поток бьющихся насмерть светлокровных и исчадий Хаоса. Причем последние перли, не заботясь о сохранении собственной жизни. Клыкастые, рогатые, крылатые – они надвигались густым валом, попросту поглощая собой обороняющихся.

Крэйл с Кулгардом переглянулись и бросились в схватку. Наконец-то шанатар мог выместить на ком-то всю свою злость. Его клинки взлетели и почти исчезли из виду, зато в воздухе появился тонкий кровавый росчерк от рассеченного надвое монстра. Но твари продолжали наступать, будто со спины их нагоняло нечто еще более страшное, чем опасность смерти. На какое-то время Крэйл и Кулгард остались вдвоем – приливная волна тварей отбросила эльхов. Стоя спиной к спине, Потрошители продолжали делать то, что умели лучше всего, – убивать. Они не отступили, когда среди созданий Хаоса появился тлеющий и на удивление крупный абалис. Распространяя вокруг себя почти нестерпимый жар, тварь шла медленно и уверенно. Ее сторонились, на нее рычали и скалились, но не рисковали подойти близко, огибали, точно живой каменный остров, который вот-вот извергнет из себя поток смертоносной магмы.

Абалис атаковал без подготовки. Прыгнул с места, разбрызгивая вокруг капли жидкого пламени. Потрошители рванулись в противоположные стороны – через головы противников, по спинам и мертвым телам. За спиной ухнуло, зашипело. Крэйл насквозь пронзил подвернувшегося под руку не-мертвого, заслонился им, будто щитом. Там, куда приземлился абалис, поднялся раскаленный фонтан. Вой боли и ярости был ему ответом. Порождения Хаоса готовы были затоптать собратьев, лишь бы оказаться подальше от ходячего вулкана. И именно это желание послужило причиной тому, что вокруг абалиса в несколько мгновений образовалась своеобразная зона отчуждения, отчасти заваленная трупами порождений, отчасти залитая алеющей магмой - достаточно места для маневра.

Отбросив не-мертвого, Крэйл побежал по дуге, уводя за собой внимание абалиса. Кулгард же, пинком ноги запустив далеко в зал только что отсеченную голову настырного порождения, что-то глухо прорычал. И тут же рядом с ним сгустился воздух, заклубился чернильным зловонным дымом, из которого шагнула бронированная нога, отдаленно напоминающая крабью клешню.

«Наконец-то…»

Абалис атаковал снова. Яростно, продолжительно, пытаясь добраться до противника лапами и клыками. Крэйл просто выжидал, маневрируя и уворачиваясь, а когда тварь непозволительно надолго припала на передние лапы, прыгнул. Оба красных клинка сверху вниз вошли в область затылка, в ту самую единственную уязвимую точку, которая позволяла разделаться с абалисом одним махом. Тварь взревела, дернулась на дыбы, но шанатар уже слетел с его спины, перекатился и снова оказался на ногах. Порождение Хаоса протяжно взвыло, а потом его голова треснула и раскололась.

Схватка с порождениями Хаоса вспыхнула с новой силой, но на этот раз маятник качнулся в противоположную сторону. Эльхи, получив подкрепление в лице старшекурсников, смяли сопротивление тварей в считанные минуты. Не последнюю роль в контратаке сыграл и фэлфаэр Кулгарда: создание с почти человеческим торсом, сидящим на трех крабьих ногах.

— Почему так долго? – спросил Крэйл, кивнув в сторону фэлфаэра.

Эльхи трехметрового монстра сторонились, да и тот отвечал им полным ненависти взглядом.

— Эльхайм был запечатан. Не дозваться.

— Был?

Кулгард пожал плечами.

— Похоже, часть печатей сдохла. Оставшиеся его жгут, но не убивают.

Крэйл достал телефон, набрал номер Марори.

«На данный момент абонент не может…» - спустя какой-то время послышалось в динамике.

— Она может за себя постоять, - поддержал его Кулгард, хлопнул по плечу стальной рукой. – Она крепкая девочка.

— Я знаю.

«Хочу в это верить».

— Благодарю за помощь… - к ним подошел рослый небеснорожденный со сверкающим нимбом над головой. Его идеальное лицо с четко обрисованными скулами портил свежий, все еще кровоточащий порез через всю щеку. В руке он держал пламенеющий меч. – Полагаю, Потрошители?

— Да, - кивнул Крэйл.

— Ваши попали в засаду этажом выше. Мы пытались прорваться к ним, но безрезультатно. А потом нас и вовсе оттеснили. Я соберу людей – и повторим попытку. Вы с нами?

— Конечно!

Минут через пять небольшой отряд из десятка небеснорожденных четвертого и пятого Кругов, двоих проклятокровных и фэлфаэра направлялись на второй этаж главного корпуса.

— Что это? – спросил Крэйл, указывая на торчащую из стены лоснящуюся «ветвь», под которой уже образовалась приличная склизкая лужа.

— Не знаю, - мотнул головой небеснорожденный. – Оно начало расти, кажется, сразу везде. И быстро. Как в сказке про волшебные бобы, - он невесело усмехнулся. – Расползлось по всему Эльхайму, опутало, как будто сетью. Огня не боится, рубить его бесполезно – моментально регенерирует. А если тронешь – получишь химический ожог. Все равно что в кислоту руку сунуть.

— И? Вы что-то планируете с ним делать?

Небеснорожденный смерил шанатара тяжелым взглядом.

— Мы планируем спасти всех, кого сможем…

Он хотел сказать еще что-то, но смолчал.

— Вы же не оставите Эльхайм? – будто прочитав мысли Крэйла, вступил в разговор Кулгард.

— Тебя так заботит его сохранность? – Небеснорожденный не скрыл удивления.

— Я бы предпочел собственноручно начистить вам рожи. Слишком нечестно оставлять это удовольствие тварям из Хаоса.

— И на том спасибо… Кстати, меня зовут Ираэль.

Второй этаж походил на искривленную, искаженную реальность – какую-то оборотную сторону Эльхайма. Всюду виднелись следы недавней схватки: трупы порождений Хаоса, изломанная мебель, выбитые двери, грязь и мусор… а еще здесь было много крови. Очень много. Создавалось ощущение, будто стены и пол поливали ею намеренно. Не было одного – трупов небеснорожденных. Зато то тут, то там по полу пролегли широкие полосы, будто здесь кого-то тащили.

В воздухе пахло чем-то горьким и едким. Вздохнешь поглубже – и в горле застревает кашель.

Шли медленно, заглядывая в каждый кабинет, в каждую аудиторию. Ни звука, ни движения. Странно, что за всеми перипетиями лампы под потолком все еще светили – тусклым болезненным светом, но светили.

Несколько раз Крэйлу казалось, что в затененном углу очередного кабинета что-то двигается. Но стоило моргнуть, всмотреться – и движение исчезало.

— Где трупы? – спросил Кулгард.

— Мы не успели забрать тела… - ответил Ираэль.

Выжидающую тишину нарушил далекий крик.

Послышалось или нет? За всей этой чертовщиной уже и не поймешь.

Бойцы напряглись, вслушиваясь, но не остановились.

Крик повторился. Долгий и протяжный, отчаянный, будто звучал из самого Хаоса.

Ираэль первым перешел на бег. Они больше не проверяли кабинеты, устремившись туда, откуда доносился… уже не крик – вопль.

— Это в демонстрационном зале! – почти выплюнул небеснорожденный.

Как ни странно, но двери в зал оказались не заперты. Ираэль, видимо, ожидавший сопротивления, ворвался в них, точно таран. Двери распахнулись, с силой ударились о стены.

Источник крика располагался у самой сцены, в кругу из разбросанных кресел. Там, извиваясь и корчась в судорожных конвульсиях, росло очередное «дерево», вот только ветви его, превратившись в тонкие жгуты, не уходили в стену и потолок, а спускались густой махрой почти до самого пола, где плотно опутывали человека. Тот, окровавленный, с опущенной головой, стоял на коленях и уже не кричал, а лишь еле слышно стонал. Рядом с ним медленно и даже вальяжно прохаживалась… почти точная копия Марори – абсолютно голая, разве что измазана в какой-то полупрозрачной слизи, лысая и с огромными язвами, покрывающими большую часть тела.

Крэйл сглотнул, ощерился.

Он знал ее… вернее, знал о такой, как она, со слов Мар. Они встретились там, у сошедшего с путей поезда, – с тварью, которая стремилась завладеть тамакатой. И вот она снова вывалилась из Хаоса. Только не похоже, что в поисках чего-либо.

— Отойди от него! – взревел Ираэль.

Создание Хаоса обернулось, по ее лицу скользнул страх, глаза стрельнули из стороны в сторону, будто тварь искала путь к отступлению. Но Крэйл успел заметить, как быстро страх сменился самодовольной ухмылкой. Осознание этого кольнуло ощущением нависшей опасности как раз тогда, когда двери за спиной с гулким грохотом захлопнулись, а по их поверхности зазмеились тонкие отростки, покрывая ее сплошной частой сетью.

Человек под «деревом» дернулся, удерживающие его жгуты натянулись и подняли его над полом. Они не просто оплетали его, они проникли в него, пробились под кожу, где теперь судорожно сжимались. Изо рта, носа и ушей несчастного брызнула кровь. Он попытался закричать, но с губ сорвался лишь глухой всхлип.

Крэйл успел перехватить взгляд Ираэля – полный боли и ненависти. А потом небеснорожденные бросились на помощь собрату. Широким полукругом, перепрыгивая через поломанную мебель, они неслись к проклятой твари, что стояла, опустив руки и наблюдая за их приближением.

— Подожди… - остановил Кулгарда Крэйл.

Кто-то бы назвал их ожидание трусостью, но шанатару было плевать на то, кто и что о нем подумает. Слишком безропотно тварь отдавалась противнику, слишком сильно все происходящее походило на новую западню.

Небеснорожденные почти добрались до создания из Хаоса, когда жгуты, удерживающие человека в воздухе, метнулись в разные стороны. С хрустом и треском рвущейся плоти несчастный обратился в ничто, в набор отдельных фрагментов, которые, отброшенные прочь, разлетелись по всему залу. Потоком брызнула кровь.

Кто-то из небеснорожденных выпустил в тварь россыпь золотистых бликов. Еще кто-то вызвал у нее под ногами вспышку слепящего белого пламени.

И только теперь та, что была похожа на Марори, бросилась в сторону. Но прежде успела вскинуть перед собой руку, резко сжать пальцы в кулак. Небеснорожденные полетели на пол, точно подкошенные, будто враз лишились всех костей. А она, объятая огнем, визжала и каталась рядом.

— Пора! – бросил Крэйл.

Он понятия не имел, что сделало порождение Хаоса – то ли остановило для нападающих время, то ли просто парализовало их. Разбираться в тонкостях ее способностей не было ни малейшего желания. Шанатар шел убить и не дать раскрыться в полной мере.

— Один раз я уже сделал это, - прошипел он вполголоса.

Его прыжок был резким и высоким. С разбегу взвившись почти под самый потолок, он камнем рухнул на псевдо-Марори. Но та успела отпрянуть. Обожженная и дымящаяся, она, тем не менее, не выглядела сломленной.

Выброшенная рука перед собой.

Крэйл почувствовал, как внутри все сжимается и застывает, как воздух леденеет в легких, а мир стремительно погружается в темноту. Но рефлексы сделали все за него. Шаг, взмах мечом. Будто в полудреме, он видел, как медленно, непозволительно медленно сталь рассекает воздух, продирается сквозь него, будто сквозь вязкую клейкую субстанцию. Видел, как дергается в попытке увернуться порождение Хаоса. Видел тот момент, когда клинок отыскал цель. Кисть с искривленными пальцами взмыла в воздух, за ней протянулась россыпь капель крови.

Крэйл упал на одно колено.

Порождение Хаоса отступило на шаг, обхватило здоровой рукой культю. А потом ее просто снесло. Огромный топор врезался ей в спину и отбросил под «дерево», под самые свисающие жгуты.

— Совсем старый стал, - послышался голос Кулгарда. – С девчонкой справиться не можешь. Давай я тебя на пилатес запишу, в группу, кому за сотню перевалило. А то поранишься еще в качалке.

Он протянул шанатару руку. Тот поднялся. Силы возвращались, но перед глазами все еще плыло.

— И не говори – годы берут свое.

— Я не понял… - Кулгард нахмурился, посмотрел куда-то вверх. Крэйл поднял взгляд. Тонкие жгуты-щупальца, которые на части разодрали небеснорожденного, опутали тело псевдо-Марори и подняли ее высоко над залом. Но что самое поганое – страшная рана, нанесенная ей топором Кулгарда, затягивалась буквально на глазах.

— Кажется, сейчас нам снова вставят, - прохрипел Крэйл.

— Согласен, надо приводить их в сознание и валить, - на ходу бросил Кулгард, направляясь ко все еще неподвижным небеснорожденным.

Он едва успел склониться к ближайшему, когда Крэйл ошарашил его громким окриком:

— Назад!

Кулгард отпрянул, почти отскочил – и вовремя: его едва задел, но не успел ухватить очередной жгут. Такие же тянулись к обездвиженным телам, оплетали их, подтягивали вверх.

— Руби их! – заорал шанатар и бросил напарнику один меч. Глупо сейчас лезть за топором в самую шевелящуюся гущу.

Какое там руби…

Жгутов-щупалец было так много, а действовали они столь слаженно и четко, что даже малейшая оплошность со стороны двух проклятокровных, пытающихся хоть немного проредить их число, тут же приводила к неминуемому тугому плену, из которого лишь с огромным трудом удавалось вырваться. Куда удачнее действовал фэлфаэр Кулгарда. Бронированная помесь человека и краба орудовала одними лишь руками, увенчанными длинными зазубренными когтями, но делала куда больше, чем оба проклятокровных.

— Я разорву вас на куски… - послышалось сверху громкое шипение. И тут же за сценой раздался треск чего-то ломающегося, рев. Кто-то очень рвался в зал. И этот кто-то явно спешил на зов недобитого порождения Хаоса.

Крэйл отодрал от себя щупальце, уже было обхватившее его за горло, отступил, выискивая взглядом нового противника. В стороне сверху что-то грохнулось, прямо под ноги фэлфаэра. Тот небрежно отбросил неподвижное тело за себя, в центр зала – небеснорожденный, уже пришедший в себя, но еще слабый.

А ведь эта дрянь его боится… жгуты-щупальца не только не пытались добраться до фэлфаэра, но, напротив, подергиваясь, точно в агонии, отступали. И монстр этим отлично пользовался, кромсая и терзая их, все ближе подбираясь к плененным людям.

Второй небеснорожденный полетел на пол. Но рассмотреть его у Крэйла уже не было времени. Те, кто торопился на зов псевдо-Марори, вынырнули из-за сцены. Точнее, вырвались из-за нее, разнося в щепы все вокруг - с десяток тварей, свитых из студенистых белых нитей, разъяренных и жаждущих крови. С такими встретилась Мар, с такими теперь приходилось сражаться Крэйлу и Кулгарду. Но не просто сражаться, а пытаться не допустить их к небеснорожденным на полу.

Продержаться, хотя бы немного. Потом будет проще.

А пока приходилось быть одновременно в нескольких местах. Метаться из стороны в сторону, уворачиваться, колоть, рубить, отводить и принимать на себя удары. И все равно они не успевали. Их теснили яростным напором и жизнестойкостью. И сразу набрасывались на тех небеснорожденных, до кого могли дотянуться, разрывали их и тут же заглатывали еще трепещущую кровоточащую плоть.

В полумраке зала что-то сверкнуло. Яркий росчерк вонзился аккуратно в затылок студенистой твари. Та взвыла, поднялась на дыбы, обернулась, но лишь затем, чтобы второй росчерк угодил ей в глаз. Крэйл поднырнул под создание Хаоса, глубоко вонзил в брюхо меч, рванул его сверху вниз. Вонючие, дымящиеся внутренности едва не накрыли его с головой.

А из-за сцены, следуя проторенной тропой, проделанной созданиями Хаоса, бежали остальные Потрошители и несколько небеснорожденных. Плетение вспыхнуло в руках мастеров, окутало зал мерцающей дымкой, в которой яркими вспышками родились призрачные клинки. Крэйл, даже отбивающийся сразу от двоих монстров, не сумел сдержать улыбки: и кто кого спасать пришел?

Дальнейшая схватка превратилась в кровожадную бойню. Порождения Хаоса не желали, да и не умели отступать. Они бились тем яростнее, чем меньше их становилось, но противостоять слаженным действиям двух академий оказались не в состоянии. Вот только последнее слово осталось все равно за псевдо-Марори. Зависнув высоко над полом, она завизжала так, что разом полопались все люстры, осыпавшись мельчайшими осколками. Некоторые закрывали ладонями уши и падали на колени, не в силах терпеть острую боль, некоторые отступали, пятились, будто несколько шагов могли что-то изменить, но их ноги тоже подгибались.

А потом жгуты-щупальца, что все это время оставались гибкими и подвижными, распрямились и вытянулись, выстрелили в стороны, превратившись в длинные тонкие копья. Эффект был страшным. Студенты Эльхайма и Дра’Мора в одно мгновение оказались в подобии густой паутины, вот только ее нити не обволакивали и не вились где-то рядом, а пронзали насквозь, нанизывали жертв на себя, точно бабочек.

Все то время, что тянулся вопль псевдо-Марори, Крэйл медленно, но настырно шел к «дереву». По шагу, по сантиметру, пробиваясь сквозь боль и бессилие, охватившее тело. Порождение Хаоса, даже не касаясь, вытягивало из него силы, при этом оставалось висеть в далекой бесконечности. Но он все равно шел. Даже когда вопль стих – и резким щелчком разлетелись вмиг одеревеневшие жгуты. Шел, когда левое бедро и правое плечо пронзило острое жжение, моментально начавшее расползаться по телу. Шел, нанизывая себя все сильнее – сталь меча оказалась бессильной против проклятых щупалец.

Кто-то из небеснорожденных попытался применить Плетение, но любые его проявления попросту разбивались о невидимый барьер, окруживший псевдо-Марори. А та широко раскинула руки, будто собиралась с силами для нового удара. И шанатар знал, что не выдержит нового вопля. Он и так отдал почти все силы, чтобы устоять в первый раз. И именно потому не сдавался.

В тусклом полумраке, едва разбавляемом остатками умирающего Плетения небеснорожденных, что-то вспыхнуло. Эашу – он стоял на коленях, почти висел на жгутах-щупальцах, пробитый в нескольких местах, и готовился стрелять. В его руках золотым пламенем пылал почти прозрачный лук, точно стеклянный. Инкуб замер, спустил тетиву, лук вывалился из ослабевших пальцев, упал на пол, где почти тут же погас. Но золотистый росчерк ударил точно в грудь псевдо-Марори. Та вскрикнула, дернулась. Натяжение щупалец ослабло. Крэйл в очередной раз рубанул по ним – рассек. Бросился к «дереву», туда, где до сих пор валялся топор Кулгарда. Подхватив тяжелое оружие, размахнулся и, что было сил, метнул его вверх. Он почти не целился, но отчего-то знал, что не промахнется.

Топор ударил порождение Хаоса под ребра и разворотил тщедушное тело почти надвое. Жгуты-щупальца тут же обвисли. Пара огненных языков протянулась к дергающемуся в агонии порождению, обняла его, вгрызлась в тело. Больше не было никакой защиты, никакого шанса спастись. Псевдо-Марори вскрикнула в последний раз и затихла, чтобы облететь на пол черным пеплом.

Зал покидали медленно, унося с собой раненых и мертвых. Им никто не мешал, никто не встал на пути. Спасательная вылазка обернулась большой кровью. Ираэль, чье залитое кровью лицо больше походило на маску мертвеца, плелся последним, и Крэйл всерьез опасался, как бы небеснорожденный идиот не выкинул какую-нибудь глупость. Он был последним, кого фэлфаэр Кулгарда успел вырвать из пут «дерева» перед тем, как псевдо-Марори нанесла последний удар. Остальных плененных небеснорожденных попросту раздавило, разрезало на части стремительно развернувшимися жгутами-щупальцами.

— Откуда вы взялись? – спросил Крэйл Эашу.

Инкуб выглядел крайне паршиво и шел лишь благодаря помощи Кулгарда.

— Постеснялись нарушить ваше веселье, - усмехнулся тот. – Знаешь, если Мар когда-нибудь обретет силы своих копий, я бы на твоем месте трижды подумал, прежде чем хотя бы взглядом ее обидеть. Сотрет в порошок. Эта зараза появилась из ниоткуда и первым делом обездвижила всех нас. Одним взмахом руки – раз, и мы, Потрошители, валяемся кусками гов… без сил. Ну, и светлые тоже. А потом она содрала с себя… болячки или нарывы, что это было? Те ожили и расползлись по трупам. Честно, я чуть штаны не обмочил, думал и живых поимеют. Но нет, почему-то только мертвяков пользовали. Залезет такая дрянь на мертвяка, корни в него запустит – и пошел процесс. А в итоге тварь получается… ну, ты видел. Нас за сцену оттащили и уже по одному сюда волокли. Даже знать не хочу, что она с ними делала, но крик стоял такой, будто их заживо жрут. Ну а потом вроде драка какая-то – и оцепенение исчезло.

— А лук откуда?

Эашу усмехнулся.

— Подарок местных цыпочек.

Пол под ногами вздрогнул, а потом где-то в глубине комплекса послышался раскатистый треск. Шум ширился, расходился волнами, пульсировал. И каждая новая волна становилась еще сильнее, еще громче, а толчки под ногами отчетливее. Настолько, что вскоре устоять на ногах стало почти невозможно. По стенам и потолку побежали трещины. Особенно глубокими они были возле таинственных «ветвей», которые сжимались и раздувались, дергались, напрягались и опадали. За то время, пока дра’морцы и эльхи сражались с псевдо-Марори, внутренние помещения учебного комплекса превратились в настоящие заросли - и они, истекающие черной гадостью, в буквальном смысле разрывали Эльхайм на части.

Они бежали, помогая и поддерживая друг друга. Но события развивались слишком быстро. Судя по грохоту, верхние этажи начали складываться подобно карточному домику. Невероятно – Эльхайм, цитадель и оплот света, поддавалась напору Хаоса.

Что-то грохнулось этажом выше. Пол перед беглецами рассекла глубокая трещина, стены по ту ее сторону вспучились и взорвались каменной шрапнелью.

— Мертвых надо оставить! – прокричал Крэйл.

— Нет! – опалил его гневным взглядом Ираэль. – Может, и раненых тоже?

— Раненых мы вытащим. Но мертвецы слишком задерживают. Нам не успеть.

— Я успею. Я и так…

Шанатар схватил небеснорожденного за грудки, встряхнул, припечатал спиной к стене.

— Мы все попали в ту ловушку, только идиот будет винить одного себя. Их, - он кивнул на бездыханное тело какого-то эльха, - уже не спасти. Остальных – можно. Или сдохнем все.

Потолок резко просел, на головы посыпалась мелкая пыль.

— Вина лежит на мне. Я был ослеплен ненавистью.

— Останешься здесь - поквитаться уже не сможешь. И живых подведешь.

— Хорошо… - наконец, проговорил Ираэль - медленно, будто слова причиняют ему невыносимую боль.

Уходить пришлось через первый этаж, прыгать прямо в щель в полу. Все вокруг ходило ходуном, рушилось. Кто-то падал, его рывком поднимали на ноги. Кто-то замедлял шаг, теряя силы, его подхватывали, тянули дальше.

Из плотной пыльной завесы они выскочили на улицу, к безумию и к смерти. Сражение шло и тут. Ожесточенное, яростное, до последнего вздоха. Порождения Хаоса атаковали отступающих студентов, а те отвечали всем, на что были способны. Звон стали, крики, рев, стон раздираемой Материи и грохот взрывов накрыл все пространство перед Эльхаймом. От аккуратного сада, взращенного многими поколениями студентов, осталось лишь выжженное воспоминание, усеянное трупами созданий Хаоса и эльхов.

В нескольких местах, за линией столкновения, Крэйл заметил группы студентов, явно пытающихся открыть порталы. Два перехода вроде бы удалось наладить, еще один то возникал, то снова исчезал.

— Они уходят?! – не поверил шанатар.

— Думаю, эвакуируют раненых, - ответил Ираэль. – Хотя… Эльхайм был опечатан. Очень много печатей. Большая их часть наверняка сорвана, но некоторые еще работают, блокируя проявления Плетения, а порталы требуют тонкой настройки.

Крэйл достал чудом не разбившийся телефон, набрал номер Марори. Та снова не отвечала.

За спиной грохотало так, точно с невидимой горы неслась каменная лавина.

— Будем пробиваться! – Крэйл крутанул в руках мечи. Топор он вернул Кулгарду.

Они встали кругом, в центр которого поместили раненых товарищей.

Рядом с шанатаром встал Ираэль. Его меч пылал так, что обжигал жаром.

И они прошли, как нож сквозь масло. Не без потерь, не без собственной пролитой крови. Но прошли. А потом еще держались в строю обороняющихся, сдерживая натиск тварей Хаоса.

Крэйл старался всецело отдаться убийственному процессу и не смотреть на стены и башни Эльхайма, которые исчезали друг за другом в клубах пыли. Тут и там на развалинах появился огонь. Пламя, увенчанное черным дымом, быстро расползлось, нисколько не брезгуя каменным угощением.

Успела ли спастись Марори?

Вопрос гулким эхом отдавался в висках, не давая покоя.

А если не успела? И он теряет время здесь, когда нужен совсем в другом месте?

И Крэйл рубил, вкладывая в удары всю ярость, которая бушевала в груди.

Несколько раз Потрошители в сопровождении эльхов делали короткие стремительные вылазки обратно к стенам корпусов. То тут, то там все еще выскакивали группы студентов – им требовалась поддержка, которую им старались оказать, как можно скорее.

Но натиск ослаб.

Потрошители смогли отойти вглубь обороны, отдохнуть. Но использовали передышку с одной целью – узнать, не видел ли кто Марори.

Возле одного из порталов Крэйл наткнулся на здоровенного киборга. Тот обернулся. Их взгляды пересеклись - мгновение немого осознания, кто перед тобой.

— Сожалею, я не видел ее, - покачала головой Ти’аль.

Шанатар выдохнул сквозь стиснутые зубы, уже было хотел уйти, но задержался.

— Куда вы их отправляете?

Возле портала, удерживаемого почти десятком эльхов, постепенно собиралась группа из тяжелораненых.

— Подальше отсюда. Им нужна медицинская помощь. У нас есть несколько баз…

— Дра’Мор.

— Что?

— Отправляйте их в Дра’Мор. Поверь, у нас тоже есть лекари. Пусть их методы отличаются от ваших, но главное ведь результат. Так?

Ти’аль явно сомневался.

— Кроме того, я не думаю, что эта атака будет последней. Началась война. Это сражение осталось за Хаосом. Ни мы, ни вы не были к нему готовы. В следующий раз все будет иначе. Я не знаю, что думают по этому поводу ответственные задницы, но мне кажется… пришло время объединиться. Уверен, у нас будет много проблем. Но решать их придется в любом случае. И лучше начать это делать раньше.

— Ты удивляешь меня, шанатар.

— Забочусь о Дра’Море. Думаю, вы поможете нам его отстоять, а потом мы вас выгоним.

— Я так и знал, - усмехнулся Ти’аль. – Хорошо. Твои слова кажутся мне разумными и…

Он не успел закончить.

Полыхнуло так ярко, что на миг Крэйлу показалось – он ослеп.

А вслед за заревом разнесся рев. Бесконечно долгий рев рвущегося на куски Эльхайма. Казалось, в него затолкали само солнце, которое теперь отчаянно искало выход наружу.

Секунда, другая, третья… Эльхайм разваливался, разлетался на куски и дым, словно состоял не из вековых глыб, а был мягче и тоньше папиросной бумаги. Столб света и огня полыхнул в самое небо, умножая испуганный многоголосый крик тех немногих эльхов и дра’морцев, которым удалось спастись.

— Кусака… - Крэйл не услышал собственных слов, знал лишь, что голос предал его.

Прошло несколько секунд, прежде чем в глазах Крэйла перестали множиться алые пятна.

Две тени дернулись прочь от горящего Эльхайма. Вот одна из них споткнулась, задержалась. Вторая подхватила ее, подняла на ноги, толкнула вперед себя, вынуждая быстрее шевелить ногами. Крэйл яростно рванулся навстречу.

Крик радости заледенел на губах, когда они – эльх и его спутница – поравнялись с ним.

Что, еще одна Марори, которая не Марори? Это сходство именно сейчас казалось таким отвратительным, что пальцы едва ли не до боли сжались на рукоятях клинков.

— Спокойно, шанатар, - грубо остановил его небеснорожденный спутник девушки. – Мы тебе не враги.

— Тринадцатая осталась там! – Его рогатая спутница выскочила вперед, ухватила Крэйла за рукав, как будто ей и дела не было до грозного оружия, которое он мог запросто пустить в ход. – Это она… Иначе мы бы не смогли…

Голос предал ее. Словно сквозь туман, Крэйл видел, как небеснорожденный обхватил отнюдь не «светлую» копию Марори, твердой рукой заставил девчонку уткнуться ему в плечо. Крэйл шарахнулся от них, словно от чумы. Не смотреть, не видеть, не слышать. Проклятье, они что, нарочно?!

— Цыпочка не с вами? – Эашу был тут как тут. Приковылял, перебинтованный, подобно мумии. После короткого пересказа о том, как все трое прорывались наружу и как Марори осталась, чтобы дать им время сбежать, инкуб грязно выругался. – Но она же ушла?! Вы же не сбежали без нее?!

— Заткнись, - пробасил подоспевший Кулгард. – Просто заткнись.

— Я их убью!

Крэйл отодвинулся, медленно, словно сомнамбула, побрел прямо туда, где бушевало пламя. Ноги стали слишком тяжелыми, но он продолжал идти. Шаг, еще шаг.

— Марори, выходи оттуда, - приказал он, хоть и знал, что она не может его слышать. – Ради всех Темных, Кусака, выходи.

Он сглотнул, зажмурился.

Это просто какой-то дурацкий сон. Это не может быть реальностью. Невозможно, чтобы все случилось вот так. Не с ним и не с ней. Не с ними. Он обещал ей испепелить мир, если потребуется, а вместо этого она испепелила всех тех, от кого он поклялся ее защищать.

Жар от огня выдохнул в лицо, обжигая. Крэйл почти не почувствовал боли, просто поморщился. Зачем-то оглянулся, когда Кулгард и Ниваль закричали вдогонку предупреждения не делать глупостей. Да какие, к Темным, глупости? Самую большую он уже сделал, и не одну. Нужно было взять ее за руку, приковать к себе наручниками и не отпускать ни на шаг. Не строить сомнительные планы, ни на секунду не забывать, что с ней вечно что-то случается. Не валять дурака, думая, будто в этот раз все должно пойти по задуманному.

— Марори Шаэдис! – громко, самым сердцем прорычал он. – Немедленно выходи оттуда, иначе я иду за тобой.

Словно в издевку, из недр Эльхайма донесся новый рев, жестокий поток стекла и камня окатил шанатара с ног до головы. Он не стал прикрываться, лишь поморщился от зудящей боли в плече. Отбросил мечи, нащупал вонзившийся в самую плоть стеклянный клин. Боль отрезвляла. Крэйл выдернул «занозу» без сожаления, посмотрел на окровавленный осколок: в красных разводах его собственное окровавленное перекошенное лицо не вызывало ничего, кроме отвращения.

Он пойдет за своей Кусакой. Найдет ее или сгорит к такой-то матери. И так уже задержался.

В голове, наконец, прояснилось. Слабость улетучилась, ноги сами понесли вперед. С шага на бег. Не останавливаться, не медлить. Он понятия не имел, как будет искать ее, но знал, что найдет.

А потом он увидел… и сам не понял, что. Полутень, какой-то призрачный намек на то, что оттуда, из вакханалии огня, она, его Кусака, идет ему навстречу. Вот уже обозначился знакомый силуэт, позади которого мерно, будто ничего не случилось, вышагивает здоровенная туша Сатиса.

Марори шла – нет, скользила по стелющемуся под ногами пламени. Босая, полыхающая, словно зажженная от самого Хаоса искра. То немногое, что осталось от ее платья, продолжало тлеть прямо на теле, но ее это совсем не беспокоило. Она, как Феникс, вышла из огненной купели, то ли переродившись, то ли очистившись. И она шла прямо на него, что-то беззвучно говоря одними только губами.

Он рванулся к ней, обхватил так сильно, как только мог, наплевав на то, что ее огонь яростно лизнул его плечи, вцепился в плоть. Все равно, сгореть – так уж рядом с ней, зная, что она в порядке. Хотя, ну уж нет – не теперь. Он не выпустит ее и никому не отдаст.

— Я – Хаос, - глухим отрешенным голосом сказал она.

Крэйл на мгновение отстранился, заглянул Марори в лицо.

Ее глаза полыхали неистовым огнем.

— Я – Хаос, - повторила уже почти неслышно. – Я – Месть.

И мягко, словно сломленный цветок, упала ему на руки.

Загрузка...