Дракон по вызову

Глава 40. Королевский выбор

Кристиан

Меня переполняло огромное счастье от того, что Эльвира согласилась стать моей женой.

Но язвительный Дрейк омрачил эту радость, словно сунув едкую золу в бочку с вареньем.

У нас с кузеном были сложные взаимоотношения. Когда-то в детстве он часто пытался меня унизить или ударить, особенно в школьные годы. Это продолжалось до тех пор, пока я не устроил ему в ответ такую взбучку, после которой он едва выжил.

Меня за это сильно наказали, но это того стоило.

По крайней мере, в дальнейшем Дрейк боялся со мной связываться.

Конечно, как и прежде, он отпускал шпильки в мой адрес, но уже не настолько уничижительные, чтобы можно было со спокойной совестью набить ему морду.

А сейчас я сдержанно ответил на его поздравление и посмотрел очень выразительно — чтобы этот медный змеёныш понял: весь свой гнилой юмор ему лучше оставить при себе. Порву при короле и свидетелях.

— Как удачно ты выбрал время и место для помолвки! — громко восхитился он. — Сделал это при короле и всех придворных!

— Согласен. Получилось удачно, — холодно посмотрел я на него.

— А как же твоя прошлая невеста? Как её звали? — якобы призадумался Дрейк, но по глазам было видно: он прекрасно знал не только её имя, но и всю родословную.

— Аманда Байнс, — отозвался я, сохраняя на лице маску невозмутимости.

— Точно, милашка Аманда. Но ты же с ней уже стоял у алтаря! — покачал головой кузен, и по рядам придворных пронёсся осуждающий шёпот.

Бросить девушку во время венчания — было низким и подлым поступком для любого дракона. Разве что кроме Дрейка и приспешников моей бывшей невесты: у тех вообще понятие морали отсутствовало напрочь.

— Мы с ней остались друзьями, — вскинул я голову. — Леди Байнс оказалась очень умной и тактичной драконицей. Она с пониманием отнеслась к тому, что на моей руке проявилась метка истинной пары, — парировал я.

Лишь немногие сумели бы уловить в моём голосе сарказм. И Дрейк — в их числе.

По лицу кузена скользнула едва заметная гримаса раздражения.

Он хотел что-то мне ответить, но король прервал наш дальнейший диалог.

— Дрейк, Амиран, давайте на сегодня вы завершите обмен любезностями, — поднялся с трона Бонард.

Все придворные мигом притихли.

А я в очередной раз посмотрел на монарха с недоумением, совершенно не понимая, почему он снова назвал меня вторым именем.

Не Кристиан, а именно Амиран.

Амираном назвал меня отец. В детстве он любил повторять, что это означает «правитель».

— Дорогие подданные! — обратился король к собравшимся аристократам и слугам. — В этот светлый день я хочу объявить всем своего преемника. Мудрого и надёжного молодого человека, который сменит меня на троне и поведёт нашу страну к дальнейшему процветанию!

Дальше шли фразы про многовековую славу Гардании и её правителей. О важности грамотного управления страной. И о том, что наши предки должны нами гордиться.

Во время всей этой речи король очень пристально смотрел на меня.

В душе росла уверенность, что он выбрал именно мою персону.

Поэтому для меня было неожиданным, что в конце он заявил:

— Объявляю своим преемником князя Дрейка Роберта Лациуса!

Под рёбрами образовался неприятный тяжёлый ком, который рухнул в ноги. Наверное, именно так разбиваются надежды.

Душу не покидало чувство, что тут что-то не так. Мой дракон был полностью с этим согласен и недовольно ворочался внутри.

Но кроме меня, похоже, этого больше никто не замечал.

Весь зал взорвался овациями в честь наследного принца.

Дрейк напустил на морду лица благостное выражение и принимал радость толпы как должное. Царственно помахал всем рукой.

— Мне жаль... — с сочувствием посмотрела на меня Эльвира.

— На всё воля короля, — натянул я на себя маску спокойствия, хотя внутри всё ходило ходуном от эмоций, которые я даже не мог распознать. Разочарование? Гнев? Опасение, что Дрейк на троне с превеликим удовольствием отыграется на мне и моей семье? Уверенность, что здесь что-то не так? Всё смешалось в один плотный клубок.

Озвучив свою речь, король Бонард разом как-то осунулся. Такое чувство, что он за минуту постарел лет на десять и чувствовал себя глубоким стариком.

— Надеюсь, вы все с уважением отнесётесь к моему выбору, — глухо произнёс монарх. Почему-то он больше на меня не смотрел, словно эти слова меня не касались. — Мне уже много лет, и я заслужил покой, чтобы поправить здоровье. Гарданией нужно управлять крепкой рукой, поэтому через месяц я намерен сложить с себя все полномочия и передать трон князю Дрейку. Его коронация пройдёт здесь, в этом зале.

Снова раздались оглушительные аплодисменты.

Подождав, пока этот шквал хлопков утихнет, Бонард неожиданно развернулся ко мне:

— Поздравляю вас с помолвкой, князь Амиран Рейнард.

Ну вот, опять Амиран. Что он хочет этим сказать?

Или всё просто: из-за старческой немощи уже забыл моё первое имя?

— Спасибо, ваше величество, — поклонился я ему.

— Леди Эльвира Рафаэль, вы тоже примите мои поздравления. Вам достался замечательный жених — умный и сильный, — заявил он, особо подчеркнув тоном последние два слова.

— Благодарю, ваше величество, — моя невеста присела в изящном реверансе.

— В знак особого моего к вам расположения и в честь вашей помолвки прошу принять от меня подарок — шкатулку с голубыми айтарскими алмазами, — заявил Бонард и махнул рукой ближайшему пажу.

Тот послушно взял с ближайшего овального столика и вручил в мои руки не просто вещь, а настоящее произведение искусства.

Внутри шкатулка была пустой, там ничего не брякало. А вот её крышка и внешние стенки были щедро украшены драгоценными камнями. Такая вещь стоила целое состояние.

— Спасибо, ваше величество, вы очень добры! — потрясённо отозвался я, и мы с Эльвирой отвесили ему ещё один поклон.

— Всё, идите, — махнул он нашей паре рукой и обратился к придворным музыкантам: — Включайте вальс! Пришло время для танцев.

Зазвучала громкая приятная музыка, придворные оживились, а монарх устало опустился на трон и прикрыл глаза.

К Дрейку с поздравлениями пошли сразу несколько потоков, с разных сторон. Каждый аристократ спешил засвидетельствовать ему своё почтение и поздравить.

— Пойдём, — мягко обхватив Эльвиру за талию, я повёл её к выходу.

— Ты уверен? Никто, кроме нас, не покидает этот зал, — тихо спросила невеста.

— Король всегда выражается очень чётко. Он сказал нам «идите». Значит, нам пора уходить, — пояснил я.