Люси Дейн Жажда сердца

Глава 1

На этот сайт Лина Хоули вышла случайно.

Произошло это, когда она находилась у себя в отделе и сидела за своим рабочим столом перед компьютером.

Только не надо думать, что Лина использовала служебное время не по назначению — для компьютерных игр, болтовни на чатах, блужданию по Интернету с одной ей известными целями и тому подобных вещей, неизменно приводящих в бешенство начальство, которому выпадет удача застать подчиненного за столь неблаговидным времяпрепровождением.

Да Лина и не стала бы заниматься подобными глупостями. Во-первых, она давно перешагнула рубеж, отделявший период жизни, когда все вышеперечисленное интересно, от следующего, более зрелого, а во-вторых, барахтанье в паутине — так между собой называли эти занятия ее коллеги — не воспринималось ею как развлечение. Она и без того только и делала, что сидела в Интернете — по долгу службы.

Лина Хоули являлась сотрудником особого отдела полиции по борьбе с несанкционированным внедрением в электронные базы данных. Попросту говоря, с так называемыми хакерами — компьютерными хулиганами, специализирующимися на взломе заблокированных для общего доступа хранилищ информации.

По роду деятельности, кроме всего прочего, ей часто приходилось пользоваться виртуальными поисковыми системами, которые, как известно, не всегда выдают желаемое немедленно, и порой приходится убить немало времени, пока отыщешь необходимую информацию. Но на сей раз в задержке виновата была сама Лина. По невнимательности она не правильно обозначила предмет поиска в специальной строке и в результате получила совсем не то, что ей было нужно. Зато наткнулась на нечто такое, что сразу привлекло ее внимание, хотя и не имело значения для работы.

Интрига заключалась в следующем: Лина никогда бы не подумала, что за подобным названием скрывается такой предмет. В самом деле попробуй догадайся, что за буквенно-цифровой аббревиатурой VD-000758 скрывается сайт виртуальных дневников!

Она вообще не понимала, зачем нужно выставлять свою личную жизнь на всеобщее обозрение, и потому опешила, вникнув в суть содержания вновь выявленного сайта. Возможно, именно подобная загадка и помешала ей покинуть ненужную веб-страницу сразу по обнаружении ошибки. Позже к этому присоединилось любопытство. Следуя его зову, Лина принялась просматривать перечень адресов, пока наконец не кликнула по одному наугад.

Это оказался дневник неизвестной девушки, совсем юной, насколько можно было судить по содержанию. Лина без всякого интереса прочла пару страниц, сплошь состоявших из описаний нудных школьных уроков, критических замечаний в адрес бестолковых учителей, а также в значительной степени того, что сказал, как посмотрел на автора дневника, в каком настроении пребывал и как выглядел в тот или иной день некий Стиви, судя по всему ученик того же класса и изрядный лоботряс.

Перескочив в самый конец дневника, Лина обнаружила подпись «Сюзи», скорее всего псевдоним. Впрочем, девушка могла писать и под настоящим именем, если в глубине души питала надежду, что, случайно забредя на этот сайт, Стиви наконец оценит ее по-настоящему и в их отношениях произойдет долгожданный сдвиг в направлении сближения.

Снисходительно улыбнувшись, Лина вернулась к начальной странице сайта. Пора было покинуть его и вновь заняться работой. Однако тут неожиданно выяснилось, что первоначальное любопытство Лины успело пустить более глубокие корни, чем она ожидала.

Удивляясь самой себе, она смотрела на курсор, который сама же и подвела к другому выбранному наугад адресу.

Загляну еще сюда — и все! — промелькнуло в ее голове.

Она нажала на левую кнопку мыши и вскоре погрузилась в новый дневник. На этот раз автором оказалась молодая женщина, судя по всему домохозяйка. Она писала о своей каждодневной жизни, событиях и переживаниях, которые ей представлялись важными, о болезнях детей — мальчика пяти лет и девочки двумя годами младше, — о своих мыслях по тому или иному поводу, о разговорах с мужем, мелким клерком некоего государственного учреждения, о проблемах, порой возникавших у того на службе…

Словом, каждая страница дневника была посвящена рутинным делам, интересным, прежде всего, самой этой женщине, именовавшей себя «К», а у Лины не вызвавшим ничего, кроме скуки.

Спрашивается, зачем трубить об этом на весь мир? — опять промчалось в ее мозгу.

Она снова вернулась к начальной странице сайта с четким намерением выйти из него, снова внедриться в поисковую систему и заняться наконец делом, но…

Что-то вновь помешало осуществиться ее благим намерениям. Она поймала себя на том, что опять скользит взглядом по списку адресов.

Теперь понятно, как владельцы сайта делают деньги! — усмехнулась Лина. Стоит прочесть хоть один дневник, и все — ты на крючке. Хочется заглянуть и в другие. А ведь это не что иное, как желание припасть глазом к замочной скважине. Странно, почему чужая частная жизнь так притягательна?

Пока Лина размышляла, ее рука будто сама собой переместила мышь таким образом, что курсор уперся в какой-то адрес. Осталось лишь кликнуть.

Ну, еще разок — и все…

Но и теперь Лину не ожидало ничего особенного. Какой-то молодой человек из Торонто делился впечатлениями о майской поездке на музыкальный конкурс «Евровидение». Лина допускала, что кому-то интересна подобная информация, однако сама лишь скользнула взглядом по тексту, не найдя в нем для себя ничего занимательного.

Эту страничку она покинула еще поспешнее, чем предыдущие. И вновь перед ее глазами появился перечень адресов. Прокрутив его вверх, Лина наткнулась на нечто необычное: в отличие от многих других одна ссылка содержала имя — Расти. Вернее, это конечно же было прозвище, носить которое обречены почти все, кого природа наградила рыжеватым оттенком волос.

Наверняка какой-нибудь тинейджер, снедаемый возрастными проблемами, подумала Лина.

Или студент, жаждущий заявить о себе миру.

Что интересного могу я почерпнуть из подобного дневника? — спросила она себя. И сама же ответила: ничего. Не стану заглядывать!

Именно в этот момент, непонятно почему — ведь Лина не предпринимала со своей стороны никаких действий, — программа пришла в движение и страничка начала загружаться.

Лина посмотрела на часы. Ладно, несколько дополнительных минут погоды не сделают.

Загрузка завершилась. Ну-ка, что сообщает неизвестный Расти? Наверное, лучше взглянуть на самые свежие записи…

И она начала читать.

«Знаешь, одиночество вещь странная. Многогранная, я бы сказал Играни чередуются. Во всяком случае, так воспринимаю это состояние я.

Одна плоскость светлая, другая темная. Но идут они не подряд, в промежутках между ними множество полутонов. Понимаешь, о чем речь? Уверен, что да, потому что ты не менее одинока, чем я, верно?

Проникнуть в двойственную природу одиночества дано лишь тому, кто познал его в полной мере и в течение достаточно длительного времени. Только при этих условиях приоткрывает оно человеку свои тайны. И тогда становится понятно, что одиночество одновременно является и благом и злом. А индивидууму остается только ждать, какой стороной повернется к нему граненый столб.

Именно так видится мне мое одиночество как уходящая за облака сверкающая гранями медленно вращающаяся вокруг своей оси колонна, сделанная из чего-то наподобие гематита, только местами гораздо более темная, чем этот минерал, или, напротив, более светлая. Какой поверхностью повернется она ко мне, такое настроение у меня и возникает. Хотя не исключено, что все наоборот: цвет грани зависит от моего внутреннего состояния. Случается, я очень рад тому, что рядом со мной никого нет. Это дает возможность быть самим собой. Подобное состояние крайне важно для работы. Но рано или поздно наступает день, когда хочется какого-нибудь разнообразия. Например, не ужинать в одиночку, а разделить с кем-то вечернюю трапезу. Вероятно, это желание праздника. Несмотря ни на что, все-таки оно возникает, хоть и редко. Наверное, мне просто привычнее быть одному, чем в чьем-то обществе.

А как ты воспринимаешь свое одиночество?

Тоже привыкла к нему или не можешь смириться с подобным положением?»

Прочитав последние строки, Лина вздрогнула. Вопросы словно были направлены непосредственно к ней. Это ощущение усиливалось еще и тем, что автор текста явно обращался к женщине. К тому же манера письма интриговала.

Отключившись от Интернета, Лина некоторое время сидела в задумчивости. Последний дневник разительно отличался от тех, в которые ей довелось заглянуть сначала. Его автором определенно был человек взрослый, состоявшийся. Разумеется, это был мужчина, причем, судя по всему, ведущий замкнутый образ жизни. Но самым странным являлось то, что ему каким-то образом удалось проникнуть если не в самую душу Лины, то близко к тому. Подступиться к сокровенным чувствам, которые она по большей части держала на замке даже для себя самой.

И все же… Разве точно так же не размышляла она порой о своей жизни?

Неоднократно.

И разве не хотелось ей обсудить с кем-нибудь свои дела?

Множество раз.

Только не с кем было Лине вести подобные беседы. С матерью она вообще говорить не могла, тем более о своих делах. Потому что в ответ не услышала бы ничего, кроме упреков.

Дело в том, что мать Лины, миссис Хоули, большую часть жизни проработавшая в аптеке провизором, выйдя на пенсию, ударилась в религию и сейчас все на свете рассматривала сквозь призму постулата об изначально греховной природе человека. В речах миссис Хоули явственно сквозили признаки фанатизма, поэтому ожидать от нее понимания или, более того, сочувствия не приходилось. У нее на все был один ответ: сама виновата. И совет тоже был один: покаяться в грехах.

Самое неприятное заключалось в том, что Лина действительно сама была виновата в постигших ее несчастьях. В свое время она вышла замуж за человека, впоследствии превратившего ее жизнь в кошмар.

Бывший супруг Лины работал в порту Галифакса грузчиком. С самого начала все друзья и родственники — мать в том числе — убеждали ее, что они с Фрэнком не пара, что между ними лежит непреодолимая интеллектуальная и социальная пропасть, но она ничего не желала слышать. Любовь затмила все доводы рассудка.

Это Лина тогда думала, что любит Фрэнка.

Позже-то она разобралась что к чему, и результатом ее прозрения стал развод, но, чтобы это произошло, понадобилось долгих три года.

В течение названного периода Лина постепенно, шаг за шагом, приближалась к пониманию того, что грубость и агрессия не являются признаками страсти и не равнозначны мужественности или сексуальности. Данный процесс ускорился, когда Фрэнк начал прибегать к физическим методам воздействия на более умную, высоко организованную и деликатную супругу. Особенно сильно его раздражал первый фактор, то есть интеллектуальное превосходство Дины. Фрэнк неизменно приходил в бешенство, видя, что его жена на лету хватает то, над чем ему самому приходится долго ломать голову.

Держался их брак исключительно на взаимном стремлении к постельным удовольствиям, которое Лина поначалу принимала за любовь.

Впрочем, надо отдать Фрэнку должное, на заре их отношений тот был по-своему ласков с Линой. Это позже он начал требовать от нее в постели услуг, к которым она не была готова. В свою очередь Фрэнк не демонстрировал готовности принять ее отказ. И если приходил домой подшофе, а Лина уклонялась от выполнения обязанностей, которые, с ее точки зрения, к разряду супружеских не относились, между ними вспыхивали ссоры. Впоследствии подобные стычки стали перерастать в драки.

Лина лишь горько усмехалась, вспоминая, как металась в поисках выхода из ситуации, виновницей которой в первую очередь считала себя саму. Она думала, что с ней что-то не так, ведь прежде ей удавалось ладить с мужем и все было прекрасно, а затем семейная жизнь словно дала трещину. Обратилась к психологу, и, выслушав ее, тот попросил на следующий сеанс привести супруга. Однако Фрэнк наотрез отказался идти на прием, заявив, что с мозгами у него все в порядке и вообще он ненавидит все эти «интеллигентские штучки». А когда Лина начала уговаривать его, рассвирепел и… Словом, кроме очередного синяка под глазом, иных результатов разговор не дал. Ночью в постели Лине пришлось несладко, потому что Фрэнк взял реванш за свое, как ему казалось, унижение.

К психологу Лина больше не пошла, хотя, кроме него, обсуждать свою проблему ей было не с кем. После той истории ее брак длился еще около года. Возможно, если бы она могла хотя бы просто поплакаться кому-то на свои невзгоды, ей бы помогли добрым советом или на худой конец открыли бы глаза на то, что ее муж обыкновенный мерзавец. И тогда ее брак прекратил бы существование гораздо раньше. Однако Лине пришлось в одиночку сражаться с собственными страхами, мнительностью и неуверенностью, из-за чего процесс прозрения несколько затянулся…

Теперь ты понимаешь, что заставляет людей прибегать к услугам сайта, где можно вести дневник? — проплыло в ее мозгу, пока она сидела, глядя на экран монитора, на котором сейчас находилась привычная заставка, изображающая пустынную аллею парка.

Понимаю, мысленно ответила себе самой Лина. Невозможность поделиться с кем-то наболевшим. С приятельницами ведь особо не пооткровенничаешь. Да и не принято это. Кому нужны чужие проблемы, если у каждого человека своих хватает? И потом, если жаловаться на жизнь друзьям и знакомым, тогда психотерапевты без работы останутся!

Она вздохнула. Вот видишь, к чему приводит одиночество — пусть даже относительное, — а также ощущение безысходности. Люди заводят дневник, чтобы хоть с его помощью обрести возможность излить душу, подумала она.

С губ Лины вновь слетел вздох. Все верно. Спорить тут бессмысленно. Только прежде человек заводил тетрадку, заносил туда самые сокровенные записи и прятал от всех, чтобы не дай бог не прочли. А сейчас все наоборот: заводит себе страничку на специальном сайте и пишет, что только вздумается, в надежде на то, что кто-то проявит внимание. Владельцы же сайта знай себе подсчитывают прибыль. И им хорошо, и тем, кто ведет дневники, и тем, кто все это читает. В том же, что посетители у сайга есть, можно не сомневаться. Да и счетчик посещений наверняка свидетельствует в пользу данного соображения.

Парадокс притягательности чужой жизни действует на все сто процентов, и даже больше. Лине только что довелось убедиться в этом на собственном опыте. Дневники будто приворожили ее, особенно последний. Его автор, сам того не ведая, затронул такие струны души Лины, которые она считала глубоко спрятанными. Поэтому ей даже трудно было сразу переключиться на работу.

Кто же ты такой, Расти? — вертелось в ее голове, пока она смотрела на экран.

Неожиданно Лина поняла, что хочет больше узнать об этом человеке. Проще всего вернуться на сайт и вновь открыть нужный дневник, но… Она находится на работе, ее ожидает множество дел и вообще непривычно копаться в чужих записях, пусть даже таких, которые выставлены на всеобщее обозрение.

Однако Лина все-таки заглянула в дневник заинтриговавшего ее человека. Произошло это несколько позже, но не далее вечера того же дня. Скажем даже больше — Лина едва дождалась окончания работы, так не терпелось ей осуществить свое желание.

Наскоро перекусив, она сразу уселась за домашний компьютер, подключилась к Интерне ту, и вскоре перед ее глазами оказалась страница дневника, автором которого являлся таинственный Расти.

На этот раз Лина принялась читать с самого начала. По прошествии нескольких минут она поняла, что, оставаясь в режиме он-лайн, поступает неразумно, и скачала дневник на свой жесткий диск. После чего отключилась от Интернета и вновь погрузилась в чтение.

Начиная с этого дня она заходила на сайт VD-000758 регулярно. Расти поймал ее на крючок. Прочтя однажды его дневник, она уже не смогла забыть об этом. Послания неизвестного одинокого человека стали для нее потребностью.

Тем более что он почему-то оформлял их в виде посланий к женщине. И чем дольше Лина читала, тем сильнее одолевало ее ощущение, будто адресатом является она сама. Расти писал так просто и проникновенно, о таких близких и понятных вещах, что у Лины порой складывалось впечатление, будто эти фразы взяты из ее головы.

И все-таки Расти оставался для нее загадкой.

Его характер был неуловим. Лина читала дневники, то есть то, что, как правило, содержит самые сокровенные мысли человека, но все равно не могла постичь сути Расти. Даже относительно рода его занятий она оставалась в неведении. Поняла только, что тот нередко отправляется в какие-то поездки. Собственно, они и служили своеобразным пунктом отсчета или, лучше сказать, мерилом появления в дневнике новых записей. Однако Расти никогда не сообщал, где побывал в тот или иной раз, а лишь делился мыслями, которые посетили его в местах путешествий. Причем не всегда было понятно, связаны ли они с тем, что он повидал, или возникли параллельно с происходящими в его жизни событиями.

Единственной важной информацией, которую Лина почерпнула из дневника, было следующее: Расти живет не так уж далеко от Галифакса, на расстоянии, которое позволяет ездить в город за покупками. Данный факт почему-то взволновал Лину. Ей показалось едва ли не знамением то, что заинтриговавший ее человек живет не только в этой же стране, но даже, можно сказать, в этом городе.

Какое интересное совпадение! — ошеломленно подумала она. Вдруг это не случайно? И то, что мы с Расти живем практически по соседству, и то, что я наткнулась в Интернете на его дневник. Или, наоборот, если соблюдать последовательность… А с другой стороны, ничегошеньки это не означает. По сути, мне ничего не известно о Расти, кроме того факта, что мы с ним родственные души. Я не знаю ни его имени, ни рода занятий, ни… В общем, ничего такого, что может дать зацепку, с помощью которой удалось бы отыскать этого человека.

Отыскать? — эхом прокатилось по отдаленным уголкам ее сознания. Вот это да! Значит, ты не прочь познакомиться с этим парнем?

Давненько не возникало у тебя подобного желания. Пожалуй, после развода это впервые, а?

Поначалу Лина нахмурилась, но затем с ее губ слетел прерывистый вздох.

Ну да, мне действительно любопытно было бы взглянуть на автора такого необычного дневника, подумала она. И потом, в последнее время Расти намекает на какие-то якобы происходящие в его жизни неприятности. Вернее, прямо он ничего не говорит, однако его беспокойство проглядывает между строк. Не исключено, что человек нуждается в утешении… или помощи. И, возможно, в этом смысле я могла бы быть ему полезна.

Как же, как же! — вновь прокатилось в ее мозгу, на сей раз насмешливо. Разумеется, Расти не отказался бы от твоего участия. Мужчины любят, когда с ними нянчатся. Особенно им нравится один способ утешения, такой, знаешь ли, в постели. Конечно, знаешь! Ха-ха-ха…

Лина стиснула зубы. Ее внутренний голос вещал истину. И не случайно в его сентенциях сквозила ирония.

Ладно, ладно, смейся, мысленно ответила Лина неизвестно кому. Все равно я не смогу разыскать Расти, даже если бы очень захотела.

Кроме того, почему сразу в постели? Существуют и другие варианты общения.

Э-хе-хе, плоховато ты усвоила урок! — прозвучало в ответ. А ведь кому, как не тебе, знать мужские повадки? Три года была замужем за Фрэнком! Что говоришь? Не все мужчины такие, как он? Возможно, возможно… Однако проверять не советую. А насчет того, что ты не сможешь отыскать Расти, кто бы говорил! С твоими-то возможностями… Вспомни, где ты работаешь. Я не могу использовать служебное положение в личных целях. Лина нахмурилась. Ох, разумеется! Но можешь сделать, как эта девчонка… э-э… как бишь ее?.. Элли, кажется. Фамилию не подскажешь?

Жарден, подумала Лина. Элли Жарден.

Смышленая девочка. Жаль, что свои незаурядные способности она использовала противозаконным образом: вломилась в одну из баз данных полиции. Теперь ей грозит тюремное заключение. Мне что же, последовать ее примеру?

Тебе никуда внедряться не надо, ты и без того имеешь доступ ко всем электронным полицейским справочникам, напомнил насмешливый голос. И тебе ничего не стоит узнать о ком-то все, что только пожелаешь.

Верно. Но для этого как минимум нужно знать имя. А Расти — это, скорее всего, детская кличка. Их дают кому не лень. Даже в моем классе был мальчик, которого дразнили подобным образом, несмотря на то что волосы у него были не рыжие, а красивого каштанового цвета…

Примерно такие диалоги вела Лина с собой и дома, и на работе, когда выпадала свободная минутка. Попутно она продолжала заглядывать на сайт виртуальных дневников, но в последнее время безрезультатно — новых записей на страничке Расти не появлялось. Возможно, тот в очередной раз укатил куда-то, а может быть, у него и впрямь неприятности.

В любом случае как-либо повлиять на ситуацию Лина не могла, поэтому ей оставалось лишь ждать.

Загрузка...