Горечь и мед

Глава 18

6 января 2015 года

— Несколько — это сколько, Филипп? — Игорь Сергеевич, стоя в домашней футболке и спортивных черных штанах, сложил руки на груди. Он очень серьезно отнесся к нашему приезду в первом часу ночи и разговору с сыном. Казалось, мы вырвали его прямо из постели.

Фил, пребывая в слегка пьяном состоянии после посиделок у Вадима, только что спросил, может ли он пожить у отца несколько недель. Видимо, решил не сильно пользоваться моим гостеприимством. Хотя, по правде говоря, я была не против, если он поживет у нас какое-то время. И всячески отговаривала его от поездки к отцу ночью. Но Филипп оставался непреклонен. Мы даже почти поругались, когда я старалась убедить его не ехать.

— Пару точно. Не хочу возвращаться к матери, ты же знаешь, какая она. Даже оскорбила Еву, хотя она ничего плохого не сделала и не сказала. — проговорил он, опираясь правой рукой о кухонный стол.

Мои глаза резко метнулись в его сторону. Так говорить про свою мать, да еще и в моем присутствии. Мне стало не по себе. Взгляд скользнул по Игорю Сергеевичу. Тот нахмурил брови, отчего у него на лбу образовалась складочка. Точно такая же появляется у Фила, когда тот сильно над чем-то задумается. Он поочередно смотрел на меня и Фила.

— Обижать Еву не дело, конечно, — немного погодя ответил он. — Но сейчас я не намерен обсуждать твой переезд. Утром поговорим. Можете лечь в гостиной, я попрошу Наталью дать вам постельное белье.

С этими словами Игорь Сергеевич вышел из кухни. Филипп немного отшатнулся, пропуская отца, отчего его слегка занесло в сторону. Часы над плитой громко тикали. Филипп тяжело дышал, сжимая мою руку. Я не знала, как вести себя. Оставаться ночевать у отца Филиппа не входило в мои планы. Кроме того, он даже не предупредил меня, что мы собираемся заявиться к нему в час ночи. Я думала, что Игорь Сергеевич хотя бы в курсе нашего визита. Но нет! Я пыталась злиться на Фила, но почему-то в глубине души не хотела. Мне претила мысль, что Филипп настолько обиделся на мать за оскорбления в мою сторону, что решил временно не жить у нее. Или это она настолько его довела, выплескивая весь негатив от развода на сына, а не на бывшего мужа.

— Пойдемте? — в дверях возникла Наталья в сером махровом халате. Она держала стопку чистого постельного белья в руках. Нежно улыбнувшись, она кивнула в сторону гостиной. Мне стало еще больше неловко, ведь своим приездом мы заставили ее подниматься в час ночи и помогать нам. Наталья старалась не показывать дискомфорта от нашего позднего заявления, хотя я все понимала. Мне все еще было не по себе.

Я мягко улыбнулась ей в ответ, поддерживая ее чувства по поводу происходящего. Филипп поздоровался с Натальей и поблагодарил за белье. Он забрал стопку у нее из рук и попросил не беспокоиться. Мы сами справимся.

В гостиной тускло горел торшер около дивана. По одной стороне комнаты у стены стояли книжные шкафы из темного дерева, доходящие до потолка. Полки пестрили корешками разных художественных и не только произведений. Я мысленно дала себе наводку ознакомится с содержанием библиотеки с утра. Большой диван с велюровой обивкой стоял напротив телевизора. Стандартная гостиная, если не считать застекленного балкона-лоджии, который не был отгорожен дверью от помещения. Он как бы прилегал, продолжая комнату. На балконе расположился зимний сад с растениями.

Филипп наклонился к полу и потянул за выступающий язычок от дивана. В два счета он превратился в двуспальную кровать. И хоть Фил старался как можно медленнее раздвигать диван, слегка подвыпившее состояние помешало ему. Колесики мерзко проскользили по деревянному полу. Дорогому полу, судя по виду. Я закрыла дверь в гостиную, надеясь, что этот звук не разбудил взрослых или ребенка. Хотя вряд ли Игорь Сергеевич и Наталья уже успели уснуть.

Среди постельного белья я обнаружила также легкую розовую пижаму. Мысленно еще раз поблагодарила Наталью за заботу. Филипп уже доставал подушки и одеяло из недр дивана. Я помогла ему с постельным бельем. Все это время он молчал, шумно дыша. Затем Фил снял с себя одежду и плюхнулся на кровать в одних боксерах. Он залез под одеяло и натянул его прямо до горла. Я быстренько переоделась в пижаму и легла рядом.

— Извини, что все так спонтанно получилось. И за резкость извини. — прошептал он, лежа на боку спиной ко мне.

— Все в порядке, — я ласково погладила его по спине, — засыпай. Завтра все обсудим.

Филипп задышал ровнее. Как быстро все-таки может заснуть пьяный человек. Считанные секунды. Я потянулась к торшеру и дернула за цепочку. Переключатель щелкнул, и комната погрузилась во тьму. Перевернувшись на спину, я уставилась наверх. За окном проносились машины с сигнальными огнями, отбрасывая свечение на потолок. Красное и синее. Я находилась совершенно в незнакомом месте. Даже до туалета боялась пройти, потому что так и не поняла, где он находится в этой квартире.

С каждым днем я узнавала Фила все больше. Раньше я и подумать не могла, что он способен на такой необдуманный поступок. Заявиться к отцу пьяным в час ночи без предупреждения! Он даже не предупредил меня. Мало того, он и слушать не хотел моих просьб не делать этого. Его резкое: “Я так решил!”, до сих пор эхом проносится в моей голове. А я и слова против сказать не смогла, а лишь покорно двинулась следом. Потому что понимала, что он в любом случае поедет к отцу. Со мной или без меня.

Не знаю сколько прошло времени, но я так и не сомкнула глаз. Лежала, уставившись в потолок. Пыталась понять, почему Филипп так повел себя. Но не находила ответа. Возможно это какая-то его сторона, которая не является такой идеальной, каким я видела его прежде? Конечно, я не считала, что случилось нечто ужасное. Это не повод злиться на него или устраивать разборки. Достаточно будет простого разговора. Я лишь в очередной раз убедилась, что люди открываются постепенно. Сначала все всегда кажутся идеальными. А потом ты начинаешь замечать трещинки, маленькие сколы и затертые неровности, которые на первый взгляд сложно заметить. И вот только тогда начинаешь узнавать человека по-настоящему.

Не в силах больше лежать, я решила украдкой пройтись по квартире. Филипп мирно спал, глубоко дыша. Вряд ли он заметит моего исчезновения. Я выглянула в коридор. Из него оказалось три пути: две запертые двери, скорее всего, там располагались спальни, и арка, ведущая в еще один коридор и на кухню. Я тихо закрыла дверь за собой и двинулась в сторону кухни. Дверь в нее была слегка приоткрыта. Единственным звуком во всей этой тишине оставался гудящий холодильник. Медленно ступая по холодной плитке, я подошла к двери на кухню и толкнула ее. Около приоткрытого окна я увидела силует. Игорь Сергеевич обернулся на мое появление. Между его пальцев была зажата сигарета, дым от которой струился в щелочку окна.

— Простите, я не хотела вам помешать, — прошептала я, пятясь назад.

— Брось, ты не помешала. Тебе что-то тут нужно? Я покажу где что лежит. — ответил он очень тихо. Мне даже пришлось напрячь слух, чтобы разобрать слова.

— Я лишь хотела попить воды. — ответила я, зайдя на кухню и прикрыв дверь, чтобы сигаретный дым не проник дальше в квартиру.

— Графин на тумбе, стакан можешь взять в шкафу прямо над ним. — Игорь Сергеевич развернулся ко мне и оперся о подоконник. Он затянулся, а затем стряхнул пепел в стакан с водой.

— Спасибо.

Я быстро налила себе воды и уже собиралась уходить.

— Постой, — проговорил Игорь Сергеевич. — Я хочу кое-что спросить у тебя.

Я остановилась рядом с дверью со стаканом в руках и повернулась к нему. Отец Филиппа бросил окурок в свою импровизированную пепельницу и потянулся за пачкой, лежащей на подоконнике.

— Как он? Я имею ввиду, после нашего развода. — Игорь Сергеевич достал новую сигарету и зажег ее. Клубок дыма распространился по помещению. — Я очень переживаю за него и то, как он чувствует себя после этого.

— Он держится молодцом. — ответила я, застигнутая врасплох таким вопросом. Мне стало приятно, что отец Филиппа переживает за его состояние.

— Я размышлял о том, что мог бы сделать, чтобы ему стало легче. Сегодняшняя выходка в очередной раз говорит о том, что все не так хорошо, как может показаться. — он сделал сильную затяжку. — Как думаешь, если мы будем чаще видеться с ним… С вами. Ему станет легче? Я не хочу надоедать, но в то же время думаю, что так он поймет, что я не бросил его. Понимаешь? — облако сигаретного дамы распространилось по кухне.

— Я думаю, это хорошая идея, Игорь Сергеевич.

— Можно просто Игорь. — он по-отечески улыбнулся. — Спасибо, что находишься рядом с ним. Я рад, что мой сын выбрал хорошую девушку. Доброй ночи.

Я улыбнулась ему в ответ:

— Спокойной ночи. — я снова развернулась к двери.

— И кстати, — я услышала, как бычок зашипел, опускаясь в воду. — Не говори об этом Наталье. — он показал на сигареты и слегла рассмеялся. — А то она меня убьет.

— Договорились, — с улыбкой ответила я, и в этот раз все-таки вышла в коридор.