Химера, или Дитя двух отцов

Глава 8

Виктория

Злая, как тысяча чертей, я вихрем влетела в свою комнату и, переводя яростное дыхание, выдохнула:

– Ну уж, нет, моя девочка, мы не останемся в этом дурдоме…

Катюша икнула и прекратила плакать. Она ухватилась за мои волосы и потянула их в рот.

«Чёрт… соска осталась внизу…»

Я раздела свою малышку, чтобы она не спарилась, дала ей новую соску, посадила на кровать с игрушками, а сама выкатила разобранный чемодан и принялась собирать вещи.

Я пыхтела как паровоз, скидывая свои и Катюшкины вещи. Моя малютка решила, что я с ней играю и заливисто смеялась, когда я кидала свою очередную шмотку в чемодан. Она пыталась её поймать. Не поймав закрывала лицо ручками и смеялась.

Не знаю, сколько времени я собиралась, по моим ощущениям, у меня ушло не больше двадцати минут, но мой запал всё равно не прошёл.

Эти двое амбалов пусть и дальше выясняют отношения, дерутся, ругаются, да хоть стреляются! Мне всё равно. Пусть их самцовые разборки проходя вдали от меня и моей малышки.

Продолжая сердиться, я ещё и заготовила речь для своей бывшей подруги. Обязательно с ней «поговорю» по душам.

Посадила малышку в слинг, и двумя руками схватив чемодан, с выражением на лице разъярённой фурии, я потащилась вниз.

А эти двое спокойненько сидели в креслах и попивали кофеёк! И очень мило беседовали!

Игнат неуклюже затолкал себе в нос ватные тампоны и выглядел с ними как мужик с бивнями, а Тарас прижимал одной рукой к челюсти пачку со льдом.

Они что-то или кого-то обсуждали и выглядели так, будто являлись самыми лучшими друзьями.

«Ну и ну… Морды друг другу разбили и чуть друг друга не поубивали, а уже ведут себя как самые лучшие друзья», – подумала я едко.

Почему-то именно такое их поведение меня ещё больше разозлило.

Первым меня увидел Тарас и резко вскочил с кресла.

– Вика!

– Ты куда собралась? – прогундосил Игнат, тоже поднявшись с кресла.

Тарас подлетел ко мне и забрал из рук чемодан.

– Она приняла решение, Игнат, – с довольной ухмылкой сказал Тарас. – Мы уезжаем…

– Ещё чего! – прервала его радость. – Это мы с Катей уезжаем, а вы оставайтесь. Вон, из вас выйдет отличная семья…

Мужчины одновременно воскликнули:

– Вика! Ты никуда не поедешь!

– Вика! Ты поедешь со мной!

Моя малышка снова напряглась.

– Первое, – спокойным, но очень серьёзным тоном произнесла: – Никогда. Слышите? Никогда не смейте орать в присутствии моего ребёнка. Вы её пугаете. Второе, ни я и ни моя дочь – не вещи, чтобы их делить. И третье, мне плевать, что вы там себе надумали и решили, но знайте – никто из вас не нужен ни мне, ни моей дочери. А теперь, дайте мне уйти. Тарас, отдай мне чемодан.

Мужчины переглянулись.

Первым заговорил Игнат.

– Вика, прости нас за отвратительное поведение, сама понимаешь…

– Нет, я не понимаю, – перебила его. – Я не понимаю, почему нельзя сразу решать вопросы по-человечески, а обязательно нужно начинать молотить друг друга? Но если честно, мне на это наплевать. Мне не наплевать на то, что вы устроили кровавую драку на глазах ребёнка. И я не желаю слышать никаких оправданий. Тарас, верни мой чемодан. Я хочу уехать.

Тарас лишь убрал чемодан подальше от меня и демонстративно сложил руки на груди.

Игнат вынул из носа ватные тампоны и отшвырнул их от себя.

– Вика, мы прекрасно понимаем, что ты сейчас расстроена. Ты не ожидала увидеть ни меня, ни его. – Игнат указал пальцем на Тараса. – Но и ты нас пойми. Когда тебе сообщают новость, что любимая женщина, которая тебя бросила и сбежала в другой город, родила ребёнка, отцом которого являюсь я…

– Или я, – с нажимом сказал Тарас.

– Или он, – проворчал Тарас. – Да ещё на пути встречается соперник, который заявляет те же требования, то мозг просто взрывается. Вот мы и вспылили…

– Это ваши проблемы, – невозмутимо сказала я. Хотя внутри меня всё дрожало от опасения, потому что чувствовала, к чему они клонят.

– Мы хотим знать, кто отец этого ангела, – тихим и ласковым голосом произнёс Тарас.

Игнат его чуть взглядом не испепелил.

Я сглотнула и замотала головой. Нервно улыбнулась, сделала шаг назад, в защитном жесте укрыла Катюшу руками и сказала:

– Катя – моя дочь. Только моя. И я очень хочу, чтобы никто из вас не лез в нашу семью.

– Есть кто-то третий? – угрожающим тоном поинтересовался Игнат.

Тарас недовольно поджал губы и, натянуто улыбнувшись, ровным тоном произнёс:

– Вика, пойми и ты нас. Я и Игнат… – он вздохнул и договорил: – Мы оба питаем к тебе нежные чувства.

Игнат фыркнул.

– Когда я тебя увидел в том кафе, у меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди… И ты так быстро ушла, что я не сразу сообразил остановить тебя хоть на минуту и сказать тебе, что я… – он снова вздохнул и запустил пальцы в свои волосы, взъерошив их. – Я всегда любил тебя, Вика. Всегда. Когда ты была с ним, порой мне казалось, что я не выдержу и взорвусь от своей злости и ненависти к Игнату… И знаешь, в тот самый день, когда ты была только моя, я был самым счастливым мужчиной на свете. Вика, я ведь полагал, что ты пришла ко мне навсегда… И потому, когда я узнал, что тебе просто нужно было сделать больно ему, я сам получил такой удар под дых, что несколько недель не находил себе места и задавался вопросом «Почему?». Почему она выбрала его, а не меня? Да, время лечит и жизнь не останавливается, она кипит… И всем плевать, что судьба предательски терзает и калечит сердца, но я хочу, чтобы ты знала, Вика, несмотря ни на что, я всё равно люблю тебя…

– Значит, ты спала с ним… – угрожающе произнёс Игнат, сжимая и разжимая кулаки.

Моя малышка сидела в слинге тихой мышкой и увлечённо слушала непонятные ей, но всё равно очень занятные разговоры взрослых.

А мне в данный момент хотелось самой стать маленькой, вернуться в детство и чтобы не было сейчас этих двух мужчин и этого неожиданного признания в любви.

«Чёрт… Тарас… А я всегда думала, что не нравлюсь ему. Всегда считала, что я не в его вкусе… Боже, как всё сложно… И почему он не сказал о своих чувствах ещё давно? Быть может, тогда всё случилось бы иначе».

«Но тогда, могло и не быть моей Катюши», – подсказал внутренний голос.

С ужасом подумала, что и правда, сложись всё по-другому, моя принцесса могла и не родиться. Ведь, вдруг её отец – Игнат?

– Тарас… – обескуражено произнесла его имя и замолчала, не зная, что сказать.

«Мне очень жаль?»

«Прости, что так вышло?»

«Ты сам идиот, раз не признался в своих чувствах ещё раньше…»

Мысли сайгаками скакали в голове, но ни одна из них не была дельной.

– Вика, – снова прорычал Игнат. – Я требую ответа. Ты спала с ним?

Малышка что-то воскликнула недовольное, словно призывала Игната заткнуться.

А я, переминаясь с ноги на ногу, чувствуя себя как на суде под взглядами двух мужчин, зло выдохнула и наконец, решила сказать:

– Да, Игнат, я спала с Тарасом. Тарас, мне очень жаль… Если бы ты раньше признался, то…

– Что «то»? – начал свирепеть Игнат. – Ты бы побежала к нему?

– Игнат, заткнись, – рявкнул Тарас, не сводя с меня своих ярких глаз. – Вика… Я тебя не осуждаю. Что было, то было. Я сам должен был проявить больше характера и завоевать тебя. Я лишь безвольно наблюдал за тобой и не мешал вашим отношениям… Только сейчас понимаю, что должен был сделать по-другому.

– Весело! – зло усмехнулся Игнат. – Может, мне оставить вас? А что? Тарас любит Вику. Вика, похоже, любит Тараса… А Игнат что? А Игнат – третий лишний. Только не выйдет! Вика, я хочу знать, кто отец ребёнка.

– Игнат, продолжишь в том же тоне и останешься без зубов и языка, – пригрозил ему Тарас.

– Буду рад ответить тем же, – огрызнулся он в ответ.

«Как же они меня достали!»

– Я не знаю, кто из вас отец моей малышки, – призналась я.

Мужчины нахмурились и уставились на мою девочку.

Катюша выплюнула соску и широко улыбнулась.

Мужчины вглядывались, отыскивая в детском личике свои черты.

– Она похожа на меня, – уверенно сказал Игнат.

Тарас хмыкнул.

– Посмотри на её глаза – разрез глаз как у меня, – улыбнулся Тарас.

– У малышки один глаз зелёный, – настаивал Игнат. – Нет сомнений, что ребёнок мой.

– Зелёные глаза были у моей бабушки, – решила и я вставить свои пять копеек. – И Катя ни на одного из вас не похожа. Она точная моя копия.

Тарас вдруг шагнул поближе и присел перед малышкой на корточки. А Игнат приготовился к воплям. Но вместо этого ребёнок проворковал что-то и вдруг, обслюнявленные крохотные пальчики коснулись его губ, затем устремились к носу.

– Я ей нравлюсь, – довольно произнёс Тарас и легонько коснулся крохотных, но цепких пальчиков малышки.

– Я требую, чтобы мы провели тест ДНК, – недовольно пробурчал Игнат, злясь на то, что его девочка не подпустила к себе. – Я договорюсь со своим знакомым…

– Ну уж нет, я не поверю ни одному из твоих аферистов, – заявил Тарас. – Предлагаю обратиться в независимую клинику, где нет никаких знакомых.

– Договорились, – согласился Игнат. – Завтра?

– Да, чем быстрее, тем лучше, – кивнул Тарас.

– А моё мнение не интересует? – прошипела я. – Или я здесь лишняя?

– Прости… – вздохнул Тарас.

– Ты сама прекрасно понимаешь, что тест нужно провести, – довольно жёстко сказал Игнат. – Я уверен, что Катя – моя дочь. И чем быстрее это выясним, тем быстрее Волков исчезнет из нашей жизни.

– Или ты, наконец, уберёшься из нашей, – парировал Тарас.

– А давайте вы оба уберётесь из нашей с Катюшей жизни! – предложила я и даже топнула ножкой. Катя, вторя мне, тоже дёрнула ножками и что-то вскрикнула, будто сказала «да!»

– Я всё сказал, – авторитарно заявил Игнат и указал Тарасу на дверь. – Мы позвоним тебе…

– Ха! Я не уеду, – огорошил Тарас. – Или ты думал, что я оставлю Вику с ребёнком наедине с тобой?

– Тарас, уходи. Или мне придётся вызвать охрану, – пригрозил Игнат.

А я вдруг, сама от себя не ожидая, сказала:

– Игнат, либо Тарас остаётся, либо я уезжаю. Прямо сейчас.

Не то, чтобы я рада была присутствию ещё и Тараса, но просто я ненавижу, когда Игнат начинает включать тирана и командовать, будто он Наполеон.

По хорошему, мне бы уехать отсюда, но я прекрасно понимаю, что эти двое мне не позволят. И даже, если мне удастся сбежать, всё равно найдут.

Единственное теперь, это нужно узнать, кто же отец моей принцессы. Мне очень хотелось, чтобы им оказался…

Вздохнула про себя и поняла, что в принципе не знаю, кого бы хотела видеть в этой роли.

Тарас более терпимый и нежный, но при этом сильный и надёжный. Зато Игнат жёсткий, наглый, но при этом я знаю, каким он ещё может быть – это очень заботливый и любящий мужчина.

В таких растрёпанных чувствах, я снова вернулась к себе. Игнат под присмотром Тараса внёс в мою спальню чемодан и мужчины оставили меня одну.

Посмотрела на свою любимую дочь, и прошептала:

– Ты – моя, вот что самое главное.