Лилиан Дарси Холостяк года

ГЛАВА ПЕРВАЯ


В прибрежном городке Стоун-порт было раннее июньское утро.

Рыбаки отчалили еще до рассвета, пока туристические яхты покоились в бухте. Прогуливаясь мимо кафе «Волна», — Сиерра Тейлор решила, что обязательно зайдет туда выпить чашечку кофе, если офис «Гаррет Марине» будет еще закрыт.

Предвкушая грядущую ссору с Ти, она даже надеялась, что офис будет закрыт. Хотя вряд ли.

Ти Гаррет всегда вставал рано, и, видимо, именно это помогало ему добиться успеха в бизнесе.

Сиерра открыла дверь.

— Доброе утро! — поприветствовала ее молодая женщина со светлыми волосами, собранными в конский хвост. — Чем могу вам помочь?

— Мне нужен мистер Гаррет.

— Хотите заказать морскую прогулку на лодке? Скажите ваше имя и…

— Я по личному вопросу.

— Все равно, назовите ваше имя… — На этот раз девушка говорила медленно и внятно, словно пойдя навстречу непонятливости клиентки.

— Сиерра.

— Фамилия?

— Ему не нужна моя фамилия.

— Хорошо. — Мисс Конский Хвост пожала плечами и плавной походкой направилась по темному коридору к закрытой двери.

Девушка двигалась так, будто прогуливалась по палубе в летний день, и даже не постучав в дверь, которая вела в кабинет Ти, зашла в соседнюю комнату. Заработала кофемолка.

Сиерра глубоко вздохнула, пытаясь сдержать эмоции, кипевшие в ней. Почему все так сложно? Почему все это не может быть проще? Не для того она преодолела столько миль, чтобы все сейчас испортить.

Пытаясь успокоиться, Сиерра облокотилась на стол и огляделась. Брошюры, коробочка с мятными конфетами. И вдруг взгляд ее остановился на журнале, из-за которого она приехала в Стоун-порт.

С обложки ей подмигивал Ти, смуглый и красивый как греческий бог. Его темные волосы развевались от ветра. Позади Ти виднелся яркий парус, а его обнаженный торс отливал бронзовым загаром.

Несмотря на то, что Сиерра видела этот журнал несчетное количество раз, фотография и заголовок снова заставили бешено забиться ее сердце. От злости и от чего-то еще, в чем она боялась себе признаться.

«Холостяк Года!» — гласил заголовок.

Огромную статью под этим заголовком Сиерра знала наизусть.

В ней говорилось об успехах Ти в бизнесе. В ярких красках рассказывалась история о том, как Ти спас молодую пару на тонущей лодке во время шторма, как он привел в чувство бездыханного мужа и принял роды у его жены. Местные жители и работники «Гаррет Марине» высоко оценили его поступок и так далее и так далее…

Здесь же было несколько фотографий, подтверждающих, что он находится в отличной физической форме.

Только очень глупый человек не согласился бы с тем, что именно Ти заслуживает звание «Холостяк Года».

Была только одна загвоздка: Сиерра — его жена.

Мисс Конский Хвост сделала кофе и понесла его боссу. Она постучалась и, не дождавшись ответа, сказала:

— К вам еще одна, Ти.

Сиерра услышала до боли знакомый голос:

— Ранняя пташка.

— Лучше скажите — гусеница.

— Она хочет заказать общий класс или чартер?

Мисс Конский Хвост наконец открыла дверь и, слегка понизив голос, сказала:

— Нет, она по личному вопросу. Не назвала мне свою фамилию, только имя. В общем, ничего нового. Предыдущие сорок семь женщин пытались играть в эту же игру.

— Она красива?

— Вам судить.

— Так, как ее зовут?

— Сиерра.

Воцарилась тишина. Сиерра поняла, что и она сама перестала дышать.

— Кстати, вот ваш кофе… Ой!

Мисс Конский Хвост чуть было не разлила кофе, столкнувшись с Ти, который неожиданно вышел из кабинета. Боже, наяву он выглядит еще лучше, чем на фотографиях! Более того, лучше, чем в воспоминаниях.

На нем была белая футболка, которая выгодно подчеркивала его загорелое тело. Темно-синие шорты открывали мускулистые ноги. Он смотрел на Сиерру так, как будто не верил, что она действительно здесь.

— Сиерра?!

— Угадал…

Напряжение в комнате нарастало.

— Ты совсем не изменилась за эти восемь лет. — Ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Зато ты изменился, — пробормотала Сиерра.

Он стал мужественнее, и его голубые глаза были полны уверенности. Впрочем, даже в молодости он отличался уверенностью в себе и своих силах.

— Думаю, на этот раз вам действительно не нужна ее фамилия, — сказала Мисс Конский Хвост.

Его взгляд обжигал ей кожу, и Сиерра внезапно вспомнила, почему любила его, почему так искренне верила в их будущее и почему так страдала, когда все закончилось.

— Ты свободна на это утро, Куки, — сказал он секретарше.

Мисс Конский Хвост немедленно удалилась, и Сиерра с Ти остались вдвоем.

В последний раз они были вдвоем восемь лет назад. Тогда они расстались. Ти в этот же день уехал из Лэндервилля и больше не возвращался.

Они давно должны были поговорить.

Они не должны были позволить их ссоре зайти так далеко.

— Знаю, почему ты приехала, — начал Ти. Он смотрел на нее настороженно, готовый в любой момент ответить на ее выпад.

Сердце Сиерры екнуло.

— Знаешь?

— Интересно, видела ли ты журнал?

— Видела ли я его? — рассмеялась Сиерра. — Иногда мне кажется, что уже все американцы его видели. Фотографии потрясающие. Мои поздравления. Но я здесь не из-за этого. — Как ни старалась Сиерра говорить уверенно, ее голос предательски дрожал.

— Погоди-ка, — удивленно протянул он. — Ты здесь не из-за статьи?

— Перестань, — голос Сиерры зазвучал сильнее. — Да, я здесь из-за статьи. Конечно, я здесь из-за нее. Но не для…

В этот момент входная дверь распахнулась, и Ти попятился назад, будто опасался двинуться в другом направлении.

В комнату нерешительно зашла женщина. Она выглядела лет на тридцать пять и была одета в слишком вызывающий купальный костюм с синими шортами.

— Э-э… меня интересуют прогулки на лодках, — смущенно сказала она.

— Да, пожалуйста, — ответил Ти непринужденно. Сиерра увидела ту же улыбку, которая сияла на обложке журнала. — Сейчас все места заняты, но я могу записать ваши данные, так как мы организовываем дополнительные рейсы.

— Простите, а эти дополнительные рейсы… вы лично будете за штурвалом?

Ти понимающе улыбнулся. Незнакомка могла не заметить этой улыбки, но Сиерра заметила и была удивлена тем, как хорошо она помнит его мимику.

— Я пока точно не знаю.

— Просто я хотела, чтобы управляли именно вы.

— Естественно, вы бы этого хотели…

— Ой! — Женщина неожиданно зажала рот руками. Она покраснела и растерянно захихикала. — Я не имела в виду ничего такого. Простите! — Нервный смех, красное лицо и этот купальник совсем ее не украшали.

— Вообще-то мы сейчас закрыты, — поспешил сообщить Ти. — Не могли бы вы прийти после обеда и сообщить свои данные секретарю?

— Ох, конечно. — Женщина попятилась. Через секунду дверь закрылась за ней.

Ти вздохнул с облегчением.

— Может, закроем офис и пойдем выпьем по чашке кофе? — спросил он у Сиерры. — Я рад, что ты хочешь поговорить. — Его глаза внимательно изучали ее, оценивая то, как она выглядит, что на ней надето. Казалось, он остался доволен увиденным. — Нам действительно стоит поговорить, — продолжал Ти. — Только не здесь.

— Почему? — Сиерра не была уверена, что хочет разговаривать в публичном месте, даже если это будет тихое кафе «Волна», мимо которого она проходила. С другой стороны, полное уединение ее тоже не устраивало.

— Неужели ты думаешь, что эта женщина в купальнике первая? — усмехнулся Ти.

— Нет, конечно. Особенно судя по тому, что сказала твоя секретарша. Но я думаю, что такой ажиотаж полезен для твоего бизнеса.

— Ажиотаж? Да вся фирма находится под осадой с тех пор, как вышла эта статья. — Он посмотрел в окно, увидел там несколько женщин, толпившихся у входа, и крикнул им: — Мы закрыты. Приходите позже.

Ти в считанные секунды запер входную дверь, выключил компьютер, потушил свет и направился к черному ходу. Сиерра последовала за ним. С улицы были слышны разочарованные голоса: «Жаль, они еще не открылись».

— Давай быстрее, — сказал Ти.

Он схватил ее за руку и подтолкнул за угол маленького здания, в то время как две женщины все еще изучали часы работы «Гаррет Марине». Он держал ее руку сильно и уверенно. Именно так Ти пытался увезти ее из Лэндервилля в Стоунпорт.

Схватил.

И потащил.

Тогда Сиерра отказалась, но сейчас не сопротивлялась. Ей нравилось, как он держал ее за руку. Ей нравилось это даже больше, чем хотелось бы. В нем было столько энергии, что казалось, он передает ее Сиерре через одно прикосновение… Сердце молодой женщины билось чаще и чаще.

— Мы пришли, — сказал Ти, подходя к тому самому кафе, которое по пути в офис приметила Сиерра.

— Здравствуйте, мистер Гаррет, — прощебетала очередная девушка.

Так как Ти отреагировал абсолютно спокойно, Сиерра догадалась, что эта девушка его работница, а не одна из многочисленных поклонниц. Видимо, это кафе уже тоже принадлежало Ти.

— Мы займем угловой столик, — сказал он официантке. — И не могла бы ты как-нибудь замаскировать нас?

— Может принести модель катера?

— Идеально!

Девушка позвала повара и вместе с ним принесла большой макет катера, который прекрасно загородил их столик. Никто не удивился этой просьбе, ведь с недавнего времени Ти был «в осаде».

Не дожидаясь меню, они сделали заказ.

— Постарайся побыстрее, Джина, ладно?

Заказ принесли мгновенно.

Как только Джина удалилась к новым посетителям, Сиерра сказала:

— Вот только не делай вид, будто не знаешь, почему я приехала.

— Объясни мне все, и тогда мне не придется притворяться.

— Если ты хочешь развестись, Ти, так и скажи. Все что от тебя требуется, — только попросить. Тебе не обязательно рекламировать себя в газетах, как восхитительного холостяка, чтобы дать мне понять: ты хочешь получить развод.

— Думаешь, что это все из-за развода? Ты действительно думаешь…

— Каждый незнакомец в Лэндвервилле только и делал, что спрашивал меня о нашем браке.

— Твой отец мэр Лэндервилля много лет, и ты прекрасно знаешь, что в этом городе нет незнакомцев. Твоя жизнь — это общественное достояние. Таковой была и моя жизнь, пока мне это не надоело.

Сиерра проигнорировала его реплику и продолжила:

— Мои сестры ведут себя так, будто кто-то умер, а отец…

Но Ти было абсолютно все равно, что думает о нем ее отец.

— Мне очень… неудобно, — закончила Сиерра неуверенно, понимая, что говорит не то, что чувствует на самом деле.

— Неудобно? — повторил Ти. — Ну-ка расскажи мне об этом! Поверь, Сиерра, я специалист по неудобным ситуациям.

— Уж конечно! — зло ответила Сиерра. — Должно быть, очень весело было работать над этой статьей и потом подписывать разрешение на ее выпуск, да?

Его голубые глаза сузились.

— Я никогда не давал разрешения печатать статью, Сиерра! Ты думаешь, что я способен на этот дешевый трюк? Черт, послушай! Это идея журналистки. А не моя!

— Ты мог отказаться!

— Я понятия не имел, что она в таком свете представит ту историю с лодкой, пока сам не прочитал об этом в газете. Я понятия не имел, как сильно это отразится на моем бизнесе. Ты представить не можешь, что здесь на самом деле происходит.

— Ничего себе! Конечно, ты не знал, что туристы читают газеты, и даже не подозревал, сколько денег ты на этом заработаешь!

Ти нахмурился.

— Не делай такое лицо. Это тебе не идет.

— Какое?

— Словно ты жуешь лимон.

Все еще хмурясь, он протянул руку и коснулся ее лица… Какого черта?

После его прикосновения Сиерра сама почувствовала, как напряжены были ее мышцы. Интересно, не из-за этого ли ее лицо всегда так уставало к концу дня? Ведь столько всего на нее навалилось в последнее время.

Она учила нуждающихся детей, следила за тремя младшими сестрами, выслушивала папины наставления да еще помогала ему в делах.

Сиерра знала, что ей нужен отдых, но… при чем здесь лимон?! Она отпрянула и сказала:

— Вот уж спасибо!

— Вот, опять то же выражение.

— Может быть, это все из-за твоих странных комплиментов?

— А теперь и того хуже…

— Ти, ты хочешь получить развод или нет? — выпалила она.

— А ты не будешь сопротивляться?

Так, Сиерра. Спокойно. Не вспоминай про лимон.

Она подняла голову, пересилила свое желание накричать на него и тихо ответила:

— Нет, конечно, я не буду возражать.

— У тебя было восемь лет, чтобы подать на развод, но ты этого не сделала.

— Нет, не сделала. Так же, как и ты. Но я хочу сделать это сейчас. Лучше поздно, чем никогда, ведь так?

Безусловно, она права, думал Ти. Они опоздали на семь лет и восемь месяцев. Он сам должен был разобраться с документами, как только услышал, что Сиерра назвала его бессовестным обманщиком и наотрез отказалась ехать с ним в Стоунпорт.

Он был слишком упрям. И всегда старался спрятать боль за упрямой гордостью. Но не он один сделал их брак невыносимым. Не он один ошибался! Пускай Сиерра разводится, если ей так этого хочется, рассуждал тогда Ти.

Но она никогда этого не хотела.

В свои двадцать четыре года Ти был слишком самоуверен.

— Ты знаешь, где найти меня, — заявил он ей.

— И ты знаешь, где найти меня!

Сейчас чувство боли и разочарования утихло. Время лечит даже такие раны.

Ти наконец-то ответил:

— Почему же именно какая-то дурацкая статья подтолкнула тебя?

Сиерра покраснела и пожала плечами. Наступило неловкое молчание.

— Назовем это внезапным пробуждением. У терпения есть свои пределы, как оказалось.

— Чего же ты терпела? Найти меня было легко.

— Не я разрушила наш брак. Ты. Так что развод должен быть твоей заботой.

— Я не собирался разрушать наш брак! Я всего лишь хотел уехать из Лэндервилля.

— По-моему, это одно и то же.

— Нет, это не так! По крайней мере, я был в этом уверен. Для меня там не было перспектив. Я не мог быть там счастлив. Мне нужно вот это. — Ти окинул взглядом кафе.

— Что «это»? — передразнила Сиерра.

— Океан, лодки, шанс создать свою жизнь там, где я не был бы беззащитным мальчиком Гарретом, который только и может, что работать в магазине и ждать, когда дочка мэра снизойдет до него. Неужели ты этого еще не поняла?

— Нет. Потому что мой папа никогда не думал о тебе так.

— Все остальные в Лэндервилле думали именно так.

Щеки Сиерры пылали, и ее глаза сверкали.

— Нельзя просто уйти от семьи, Ти. Я не могла просто уйти от своей семьи.

Он резко выпрямился:

— Но я даже и не думал… я и никогда не хотел просить тебя покинуть семью.

— Неужели?

Ти не знал, что сказать. Опять все то же самое. Все как восемь лет назад, когда они расстались.

Она права: они слишком долго тянули с разводом.

Сиерра смотрела на него, и Ти воспользовался моментом, чтобы оценить изменение, произошедшее в жене. Он был поражен ее красотой тогда, когда предложил ей выйти за него замуж. Она была грациозна как модель. Кремовая кожа, выразительный рот, темные длинные волосы…

Она до сих пор великолепна. Волосы только стали короче, зато ее фигура — более женственна, и это ему определенно нравилось.

Ее глаза, ее рот, кожа…

Да, они прекрасны.

Сногсшибательны.

Но…

Иногда она казалась уставшей. Утомленной. А может быть, злой? Несчастной?

Привычка щуриться так, что свет, который всегда пылал в ее глазах, был не виден, делала ее лицо похожим на лимон.

И если причина всему этому их неудачный брак, то тем больше оснований для того, чтобы поскорее покончить со всем этим.

Ти отпил немного кофе и взял кусочек датского сыра, обдумывая тем временем, как бы разобраться побыстрее с адвокатами.

Детей у них нет, совместно нажитого имущества за четыре года их брака тоже не появилось. Со стороны Сиерры претензий можно не ждать, она никогда не отличалась жадностью. Наоборот, всегда была слишком щедра…

Ти наклонился к Сиерре.

— По идее никаких проблем быть не должно, так? Ведь мы оба этого хотим.

— По идее да.

— Тогда мои люди об этом позаботятся. Пусть все идет своим чередом.

— Хорошо, — сказала Сиерра. — Не будем торопиться.

— Восемь лет ждали, можно и еще подождать…

— Да. Тем более мы…

— Ти?

Сиерра не успела закончить, потому что приятный женский голос перебил ее.

Перед ними стояла Люси Литл, журналистка, виновница славы Ти. Она ослепительно улыбалась и выглядела настолько уверенно, будто жила в Стоунпорте всю жизнь. Ти в свою очередь не ожидал ее приезда, особенно после того, как она выпустила в свет статью, наделавшую столько шума.

И Ти, и Сиерра молча смотрели на Люси.

Только Ти собирался ответить на приветствие, как журналистка взяла его за подбородок и расцеловала в обе щеки, при этом второй поцелуй задел губы. И это была совсем не случайность. Он моментально вспомнил ее слова об общих профессиональных и личных интересах во время ее пребывания в городе в прошлом месяце.

Теперь все ясно. Профессиональные отношения плавно перетекают в личные. Было очевидно, что все многочисленные вопросы Люси о его жизни не имели ничего общего со статьей и заголовком «Холостяк Года», который так ему не нравился.

— Люси, — сказал Ти так же тепло, как обычно говорил своим клиентам. Все-таки ее статья принесла немалую прибыль его бизнесу. — Рад снова видеть тебя в городе.

— И я безумно рада вернуться. Признайся, ты ожидал, что я приеду! — Она смотрела на него сквозь длинные ресницы.

Люси удостоила Сиерру улыбкой и отвернулась от нее. Сиерра улыбнулась в ответ и попыталась занять себя кексом.

— Знаю, я должна была позвонить, — улыбка журналистки становилась все обольстительнее. Люси взяла стул у соседнего столика и подсела к Ти. — Но я должна лично убедиться, что тебе по душе шумиха вокруг статьи. Ты знаешь, мы получили кучу звонков от женщин, желающих заполучить твои личные данные. Мой редактор угрожает и требует продолжения статьи.

— Угрожает?

Люси надула очаровательные губки.

— Фактически я здесь в отпуске. Ты помнишь, что я говорила о наших профессиональных отношениях?

К сожалению, он помнил.

Люси была не в его вкусе. И дело тут не во внешности — Люси весьма красива. Но Ти никогда не привлекала комбинация двусмысленных усмешек, соблазнительного тела и агрессии, с которой она нападает на понравившегося мужчину.

Пока они работали над статьей, Ти был приветлив и обходителен, но сейчас Люси перешла границу и пора было поставить ее на место. Тем более за последние дни он получил прекрасную практику в этом деле.

— Что еще ты можешь написать? — Вопрос прозвучал грубее, чем Ти того хотел.

— О реакции на статью, конечно. О женщинах. Наша газета — самое известное издание, Ти. И ты теперь звезда.

Черт возьми, он действительно стал звездой!

— Это мои пятнадцать минут славы? — протянул он.

— Больше чем пятнадцать минут, если ты правильно всем распорядишься. — И Люси начала в деталях расписывать, как сильно эта шумиха может изменить его жизнь.

Нет уж, спасибо, думал Ти. Его все устраивало в жизни. Не считая развода с Сиеррой…

Он должен был прочитать статью до ее выпуска! Должен был знать, что эта журналистка перевернет все с ног на голову! В статье было всего шесть слов из его интервью, а Люси пыталась это оправдать тем, что редактор потребовал сократить статью. Теперь же Ти понимал, каким наивным он был.

Интересно, что будет, если он откажется от второй статьи? Вся эта известность и популярность — палка о двух концах. Ти это почувствовал на своей шкуре ровно шесть недель назад. Но теперь он отчетливо понимал, что одна нелестная статья о нем может вдребезги разбить все то, над чем он так долго работал.

— Я в отпуске, — повторила Люси. — И буду здесь еще десять дней. Я обещала редактору, что поговорю с тобой о продолжении истории, но статья не выйдет в свет, пока я не покажу ее коллегам. Профессиональные отношения, понимаешь? — Она опять взглянула на Ти из-под длинных ресниц. — Будучи хорошим журналистом, я должна быть объективна, и… ну… при таких обстоятельствах быть объективной очень сложно.

Люси захихикала, и это напомнило Ти утреннюю сцену с женщиной в купальнике, которая хотела, чтобы он лично управлял лодкой. Как ему все это надоело!

Две женщины в сопровождении Джины подошли к столику, откуда Люси забрала стул. Той не оставалось ничего другого, как встать, извиниться и отдать стул обратно. Женщины были очень возбуждены, громко обсуждали меню, свои новые солнечные очки. И все для того, чтобы иметь возможность как бы невзначай посмотреть в сторону Ти.

— Простите. Это последний столик, — сообщила Джина Ти, и только тогда он заметил, что в кафе не осталось ни единого свободного места.

Он увидел множество женщин, в возрасте от двадцати до сорока, и каждая держала в руках или журнал о его лодочной школе, или брошюру о его ресторане.

Каждая брошюра была украшена его автографом: «Добро пожаловать в мой мир! Ти Гаррет».

— Мы поговорим позже, когда у нас будет больше времени, — сказала Люси.

Лишенная своего места, она явно понимала, что выглядит глупо. Все посетители с интересом смотрели на нее. И, конечно, на Ти с Сиеррой. Это был тот самый момент, когда Ти понял, что получает больше общественного внимания, чем хотел бы.

— Я остановилась здесь, — Люси протянула ему карточку с адресом и номером телефона гостиницы. — Но я сама тебе позвоню. Может быть, даже закажу прогулку на лодке лично с тобой. — И она снова захихикала.

Все.

Пора покончить со всем этим. И покончить навсегда.

Напротив него сидела Сиерра. И если он не сделает этого немедленно, то будет слишком поздно.

Он должен сказать это или сейчас или не говорить никогда.

— Прежде чем ты уйдешь, — Ти старался говорить также уверенно и спокойно, как и всегда, — позволь представить тебе Сиерру. Она самый важный человек в моей жизни. И я должен сказать тебе причину, почему ты не можешь написать вторую статью обо мне как о Холостяке Года.

— Почему? — непонимающе улыбалась Люси.

Ти положил свою руку на красивую руку Сиерры. Он бы погладил ее, если бы не был уверен в том, что тогда Сиерра тут же отпрянет.

— Потому что Сиерра — моя жена.

Загрузка...