Нелюбимый. Искушение любовью

Глава 5

Очнувшись, как от дурмана, Эдвард обнаружил, что они снова потеряли слишком много времени…

Уже смеркалось, когда они наконец вышли из домика. Проклиная свою несдержанность, герцог буквально тянул Аделин за собой по дороге. В любой момент они могли попасть в облаву, и время, которое до этого работало на их стороне, теперь работало против них. Утром все корабли до последнего ялика будут проверены прежде, чем выйти в море.

Вскоре солнце село, и они оказались в абсолютной чернильной темноте. Аделин жалась к нему, а Эдвард сжимал её руку, понимая, что виноват во всем сам. Если бы он держал себя в руках, то сейчас они уже отплыли бы из Турции и на рассвете оказались бы у Греческих берегов. Карим будет недоволен, а бродить по дорогам ночью, да ещё и в сопровождении женщины, совсем небезопасно.

Шарахаясь от каждой тени, герцог наконец вышел к морю. Дорога, где несколько раз встречались им запоздалые путники, не казалась ему безопасной. Среди путников могли оказаться и разбойники, и солдаты. Воображение его рисовало, как они отбирают у него Аделин, и он ничего не может сделать один против толпы. Идти по лесной дорожке казалось намного безопаснее, но было темно и абсолютно ничего не видно. Они то и дело спотыкались и падали бы, если бы не подхватывали друг друга в последний момент.

Несмотря на обостренное чувство опасности и самый настоящий животный страх, Эдвард чувствовал руку Аделин в своей руке, и постепенно в голову начинали закрадываться самые грешные мысли. Он одёргивал себя, но мысли эти становились все настойчивее. Он целовал её губы, чтобы хоть немного успокоиться и ощутить, что она рядом. Он никому и никогда её не отдаст! Никому и никогда!

Яхта стояла в условленном месте, в небольшом заливе среди ещё нескольких подобных судов. Эдвард узнал её силуэт, и у него отлегло от сердца. Оставалось объяснить дяде свою задержку и решить, когда им сниматься с якоря. Ждать утра было бы безумием, но не меньшим безумием было плыть сейчас, когда у берега можно нарваться на мель или рифы.

Взяв стоявшую на берегу лодочку, он помог Аделин войти в неё и расположиться на корме, сам же столкнул её в воду и сел к вёслам. Скользя к яхте, он в голове придумывал, как будет оправдываться перед Каримом, но так ничего и не придумал. Аделин сидела напротив него, снова вызывая в голове чувственные образы, и он улыбался, решив, что не упустит времени, что они проведут на яхте.

На всякий случай он первым поднялся на борт, подал руку Аделин.

Дяди на палубе не было, и Эдвард решил, что тот ушел спать.

— Карим-бей! — позвал он, распахивая дверь каюты.

В каюте завозились какие-то люди. Эдвард напряг зрение и наконец различил образы. Это был совсем не Карим-бей. Это были совсем незнакомый пожилой мужчина и мальчик, видимо его слуга.

— А где Карим-бей? — спросил он растерянно, чувствуя, как Аделин положила руку ему на плечо. Она испугалась не меньше него, но он не может позволить себе показать свой страх.

— Карим? — переспросил мужчина, поднимаясь. — Нет никакого Карима. А вы кто такие?

Эдвард закусил губу. Он перепутал яхты, но сейчас искать ту, где ждал его дядя, было безумием. Он не мог забираться на каждую искать дядю, с возможностью нарваться на настоящую опасность.

— Я очень извиняюсь, — проговорил Эдвард, доставая пистолет и взводя курок, — но мне придется попросить вас сняться с якоря и прямо сейчас выйти в море.

Аделин вскрикнула, вцепившись в его плечо.

— И не подумаю, — коротко сказал старик.

— Я хорошо заплачу вам.

— Я не оказываю услуги пиратам.

Эдвард отступил, заставив Аделин выйти на палубу, и вышел сам, заперев дверь каюты снаружи. Придвинул к ней какой-то ящик, зафиксировал ручку и убедился, что дверь не открыть.

— Что мы будем делать? — Аделин смотрела на него блестящими от страха глазами.

Герцог засунул пистолет обратно в портупею и взял жену за руку.

— Мы отправимся в Грецию, как и планировали.

Аделин подняла голову, осматривая мачты, теряющиеся в темноте на фоне звёзд.

— Ты умеешь управлять этим? — удивлённо спросила она.

Эдвард сжал губы. Он абсолютно ничего не понимал в парусах и был на яхте всего один раз, когда они с дядей плавали на остров Мармара. Он тогда наблюдал за работой матроса и даже задавал какие-то вопросы. А когда-то в детстве отец учил его ставить парус на спортивной яхте. Но это было очень давно, и герцог уже не мог ничего из этого вспомнить.

— Да, Аделин, — кивнул он уверенно, чтобы не позволить панике охватить всё его существо и не показать ей, насколько он боится, — мы выходим в море…