Мне все больше не нравилось происходящее, особенно то, что любопытный шепоток стал в разы громче. Ящеры взволнованно заговорили между собой, наполнив зал сильным гулом. А тот главный — с драгоценностями — пафосно раскрыл руки и приказал:
— Ведите сюда, человечку! Мы ее ждем!
Ящеры схватили меня за руки и это насильственное, принуждающее действие сразу же вывело из некоего анабиоза, в котором будто бы находилась последние минуты, я вырвалась и предприняла попытку бегства.
Но, увы. Куда было бежать?
— Нет! Прекратите! Оставьте меня в покое! — заверещала, когда меня сильнее сгребли и тверже подтолкнули вперед. По направлению к тому странному ящеру с драгоценностями. Своим видом он напомнил мне священнослужителя.
— Ведите! Ведите человечку! — поманил он меня руками.
А я еще пуще задергалась в мощных лапах, заупиралась, да только без толку. Лишь силы потратила и нервы.
Меня подвели к «жрецу», при этом он начал что-то монотонно шептать-петь. Словно молитву произносить. А после поднял руку ладонью вверх и дунул, тут же в воздух взвилась странная пыльца. Едва я вдохнула ее, все мои эмоции и рефлексы разом притупились, все стало так легко и просто, ничто более не волновало, страх полностью растворился. Я прекратила сопротивление и ящеры вслед за мной успокоились, отпустили.
Молча и абсолютно равнодушно рассматривая морды в толпе, я услышала торжественную речь жреца:
— Возрадуйтесь, братья и сестры! Наконец, сасхадда, настал этот долгожданный день, когда древнее пророчество сбудется! Асалахаххх! Когда человечка спасет нашу расу! Пройди же, дитя мое, ассы, сюда!
Жрец галантно подал мне руку, и я, ни капли не страшась и не задумываясь о своих действиях, с улыбкой приняла ее. Мужчина учтиво повел меня дальше по проходу. Вглубь зала.
Вокруг стало так шумно. Все это время ящеры шипели, свистели, ликовали, махали руками, издавали своеобразный боевой клич. Но едва жрец возобновил пламенные речи, толпа затихла, внимая его воодушевленным словам.
— Мы должны утолить жажду крови нашего Идола! И тогда закончится путь саморазрушения! Сытый Идол снова поднимет наши хасы, насытит их плодовитым семенем! Наши женщины прекратят самооплодотворение и снова смогу понести от своих мужчин! Да будет так!!!
Раздалось одновременное жуткое шипение, отразившееся от каменных стен, и под этот аккомпанемент музыки меня передали в руки трем молодым ящерам. Под всеобщим вниманием и ликованием с меня стянули ту тряпку, что служила одеянием.
Мое обнаженное тело снова стало доступно для всех, но на этот раз под воздействием наркотической пыльцы я всего лишь улыбнулась, расправила плечи. Мне понравилось лицезреть немое восхищение в их глазах, трепет, страх, любопытство. Все это читалось на их мордах.
Затем меня осторожно взяли за ладони и направили еще дальше. К каменной статуе ящера.
— Давайте, помолимся, чтобы эта человечка понравилась нашему Идолу! Да будет так!
Толпа воодушевленно повторила последнюю фразу.
Я остановилась напротив статуи.
Заглянула ей в глаза и застыла, как загипнотизированная. Ничего не соображавшая.
Две секунды, пять, десять…
Что-то невидимое не отпускало меня из плена.
Вскоре мне показалось, что статуя моргнула. Как настоящая. Да, так и было.
Прошло еще несколько секунд и каменные веки раскрылись. Кроваво-красные очи каменного ящера сощурились на моем лице и теле.
Реальная магия!
Глаза Идола, действительно, ожили, а его пасть раскрылась и оттуда показался длинный, словно настоящий слюнявый язык. Я опустила взгляд и потрясено увидела, что его каменные хасы точно также ожили, покрылись плотью, и за несколько секунд увеличились в размере.
— Дааааа! — заорал жрец и вся толпа единодушно вместе с ним. — Идол прощает нас и принимает человечку в жертву!