Истинная для пятерых

Глава 36

Наш путь по лесу был невероятно долгим. Я успела обо многом подумать и прийти к одному выводу, если исходить из сбивчивой речи испуганного ящера.

Похоже, раннее человеческих девушек использовали для группового секса. Затем что-то произошло и это привело к тому, что бедняжки вымерли, а секс между несколькими особями стал считаться грехом, его официально запретили законом и этот проступок даже карался смертью!!!

Это что же, за произошедшее в палатке нас могли казнить?! Но слава богу, у них не имелось камер и никто не смог бы доказать преступление. Так ведь? Как раньше в «отсталую эру», без связи и техники собирали доказательную базу в суде? Что имело вес: чьи-то домыслы? Слухи? Мама дорогая. Что если кто-то не спал в лагере и теперь мог рассказать о нас?

Теперь я понимала ящера и старика-эльфа и их потрясение...

Развратному идолу было чихать на все людские законы и проблемы! Для него имели важность лишь развлечения и собственные желания. В эту ночь он просто захотел большой любви и получил ее и неважно каковы будут последствия!

Спустя время я снова начала замечать на себе взгляды вспыльчивого Вожака, чья ярость, остыла и теперь, видимо, самец сожалел о сказанных на эмоциях словах. Как он выразился? Соблазнила своими большими грудями и дырками? Вот на эти места молодой ящер опять бросал жаркие взгляды. Моя грудь и соски отчетливо проступали под платьем и удостаивалась особого пристального внимания, но попа была скрыта широким подолом, поэтому ящер больше смотрел на изящные обнаженные икры девчушки.

Боже, да у нее (у меня) даже пальчики на ногах были сексуальные! Как же щедро природа наградила!

В общем, я не отвечала на страстные взгляды, делала вид, что Вожака не существовало в этом мире, ни одного слова не подарила ему после нашей стычки. Обида была еще слишком свежа, ярко пылала в груди, я не собиралась прощать наглеца за унизительные оскорбления!

С эльфом же была наоборот очень разговорчива.

Постепенно старик начал уставать, уже тяжело передвигался, иногда прихрамывал, а порой держался за больную спину.

— Ох, умираю! Мое сердце сейчас остановится! Проклятье, где моя сила и юность?! Мне нужно передохнуть! Красавица, дай свою ручку! — в конце концов запыхавшийся старец присел на пенек и взял мою руку, начав поглаживать ее своими морщинистыми пальцами. — Ох, какая нежная кожа, что за чудо я встретил?! Чудесно... прелестная человечка... само очарование! Какая несправедливость! Вот бы встретить тебя лет десять назад, когда я был полон мужской силы! Эх с каким бы удовольствием я исследовал твою влажную пещерку!!!

Восхищенно тараторил дедуля, не зная, что, в отличие от ящера, я прекрасно понимала эльфийский язык и, наверное, даже могла бы уже произнести некоторые фразы на нем. По истине я с потрясающей скоростью адаптировалась к этому миру, очень быстро запоминая их языки. Будто в моей памяти все было сохранено, оставалось только вспомнить эти знания, услышав их разок.

К счастью, Вожак не понимал похотливую речь, но на мою плененную руку, на восторженное морщинистое лицо старца и его мечтательную улыбку очень уж недовольно поглядывал. Кажется, начинал уже злиться и снова скалиться.

Я же, услышав последнюю фразу старца про пещерку, начала медленно высвобождать свою руку из захвата, но с удивительной силой эльф задержал ее, а затем прислонил к своей груди:

— Ох, как сердце-то бьется! Словно молодое и переполненное страстью к тебе, прекрасный цветочек!

Последнее действие все-таки заставило вспыхнуть агрессивного ящера, он приставил твердую палку к шее эльфа, благодаря чему у меня появилась возможность вернуть руку, и я это охотно сделала. Столь великовозрастный и настойчивый поклонник пока настораживал… поэтому я была рада освободиться от посягательств, но вот дальнейшее вмешательство ящера мне не понравилось, он говорил так будто бы между нами не произошло ничего страшного, и я была опять в его полной власти.

— Тшшсхх! Не трогай ее, ушастый!

Хмуро взглянув на дикаря, я гордо вздернула подбородок и направилась дальше в лес. И впредь собиралась игнорировать все его слова и действия.

Когда запыхавшийся старец все с большей периодичностью стал останавливаться, чтобы посидеть, я начала немного беспокоиться. Хотя изначально у нас было преимущество в несколько часов, но с каждой такой запинкой все больше осознавала, что враг скоро настигнет.

И спустя некоторое время опасения подтвердились. Ящер неожиданно встрепенулся и огляделся, будто что-то услышал.

— Они идут по нашим следам! Скорее бежим! — скомандовал он шепотом, а после, сжав мою руку, потащил за собой в сторону.

Обернувшись, я с сожалением увидела: старец как мог старался бежать, держась за сердце и щурясь от боли, но все-таки слишком стремительно отставал.

— Постой! Но как же эльф?! Мы не можем его бросить! — прокричала я, в панике дернувшись на помощь мужчине, но как бы не так. Ящер продолжал насильно тянуть вперед.

В этот тревожный миг я увидела, что четверо вооруженных мечами эльфов вынырнули из глухого леса и заметив немощного старца, они синхронно двинулись на него.

— Берегись!!! — громко закричала.

Алиэзрам, услышав мой вопль, успел развернуться, да только как бедный мужчина мог защититься от молодых крепких воинов? Чувствуя неизбежность печального конца, я трусливо отвернулась от дикого зрелища, чтобы не видеть как смертоносные мечи пронзают старческое тело. А Вожак все тащил и тащил, отдаляя от того страшного места, ведь следующие в очереди на погибель стояли мы. Через много секунд нервного напряжения я все-таки нашла в себе смелости и в заключительный раз обернулась...

И обомлела, остановившись.

О, чудо, наш дорогой друг по несчастью был еще жив! От его замерших в воздухе рук исходило мистическое фиолетовое сияние, очень похожее на то, которое в палатке создавал Идол. Разве что цвет волшебных энергий отличался. Когда мистический свет полностью проник в тела эльфов, те с глупыми выражениями на лицах, прекратив преследование, вдруг развернулись и направились обратно в лес.

Тем временем тяжело дышавший Алиэзрам обернулся, и я увидела, что его лицо было искажено муками боли и покрыто каплями потом, но на его устах сияла такая яркая победная улыбка. Она была столь завораживающая, что передалась и мне. Я тоже невольно улыбнулась, испытав счастье от того, что он спасся.

Да только радость было сиюминутная, вскоре его взгляд потускнел, лицо поменялось, перекосилось будто бы от паралича, а сам старец внезапно схватился за грудь. Из его рта вырвался жалобный стон, рукой он попытался что-то нащупать, возможно, какую-то горизонтальную поверхность, чтобы присесть, похоже, ноги его плохо слушались.

С медленно рождающимся отчаянием в душе я вырвалась из хватки ящера и рванула на помощь, но поздно: уже будучи в беспамятстве, эльф с глухим стуком рухнул на землю.

«Нет...нет...нет...пожалуйста, нет! Пусть я ошибаюсь!» — преисполненная жалости к бедному мужчине мысленно застонала.

Да только какой смысл в словах и мольбах, ведь прекрасно знала это страшное состояние и симптомы. Уже дважды была невольной свидетельницей подобного. Мой старший брат и дед скончались от инфаркта. И ни скорая помощь, ни молитвы не помогли спасти их.