Измена. (не)потерянная любовь

Глава 11

Стою на улице на выходе из клиники и чувствую себя счастливой. Смотрю на людей торопящихся куда то по своим неотложным делам и хочется всем и каждому рассказать о безумной любви к еще таким крошечным, моим дорогим долгожданным деткам. Запрокидываю голову и щурясь от солнышка, смотрю на облака, плывущие по небу, на птиц и мечтаю махнуть руками и полететь паря над городом и пролетая над людьми, поделиться своим восторгом.

Я вынесла с собой из клиники эту радостную благую весть и жизнь уже не кажется мне такой ужасной, нас трое и мы сильнее. А для того, чтобы малышам было хорошо у мамы в животике, буду выполнять советы врача. И теперь мне стало даже жалко мужа, я уже познакомилась с нашими детьми, я их видела, а он их не знает, и даже о том что они есть не ведает. Обидно конечно, дети наши, а радуюсь я одна. Сам виноват, что потерял семью, а я поеду к маме и обрадую ее, скоро бабушкой станет. Она тоже очень ждала, я знаю, но не приставала лишний раз с расспросами, потому что понимала, как я переживаю.

Сидя за рулем, медленно тронулась и также медленно плелась за автобусами. Не хотелось больше совершать глупостей, как было вчера. Я не одна! Включила музыку и думала о том, что я поторопилась и договорилась насчет работы, устраиваться на четыре месяца незачем. Тем более подводить Виктора Петровича. Приеду к маме позвоню ему, говорить ничего не буду про беременность, а то мужу скажет. Пускай пока это будет тайной, не могу видеть его. Может когда нибудь боль от предательства утихнет и я смогу общаться с ним. И как я могу вычеркнуть его из своей жизни? Детям нужен отец.

Так я потихоньку и прибыла к дому, где жила мама. Встретила она меня так, как будто не видела год. Обнимала и целовала, и все причитала про бедную свою девочку. Но я не бедная, если в плане денег. Скоро и я такой буду, вечно переживающей за своих чад.

— Да ладно мамуль, жива и здорова твоя девочка. Ты как, не заболела? Я не думала, что они тебя звонками терроризировать будут. Надо было тебе все сразу рассказать. Но мне надо было подумать. А теперь я все решила для себя.

— Давай проходи, мой руки. Я там приготовила тебе все, что ты любишь и расскажешь.

Мы сели за стол, я осмотрела его и заметила:

— Мам, ну ты как будто на десять человек приготовила. Ты никого больше не пригласила? — напряглась я, а то вдруг мама решила нас помирить. В это как раз с трудом верилось, но все же.

Мама посмотрела на меня с упреком:

— Своих не предаю. Я не знаю, что он сделал, но я знаю тебя. Просто так, ты бы не ушла, ты его любишь. Значит что то случилось плохое. Покушай, а потом расскажешь. Что тебе положить дочь?

Я хотела сама, но она настояла и положила мне всего понемногу. Мой любимый фаршированный перчик, разнообразных салатиков, запеченную курочку. Глядя на курочку меня затошнило. Я встала и попросила маму пойти со мной.

Выйдя с кухни я сказала:

— Начну я пожалуй с самого хорошего. Очень даже прекрасного. Ты мамочка самая лучшая у меня! А скоро ты станешь самой доброй бабушкой двух еще крохотных малышей!

Мама стояла напротив и была просто поражена. Брови взлетели, глаза округлились и она бросилась меня обнимать плача от счастья. Я тоже заплакала и мы с ней стояли некоторое время обнявшись, а потом подошли к дивану и сели. Так в обнимку мы сидели и разговаривали.

— Спасибо моя родная! Какое счастье! Двое. Ну надо же. У нас в родне не было. А ты от врача приехала?

— Ага. Сама еще не верю. Поэтому мамуль я и сбежала с кухни. Детям курочка не понравилась. Но я люблю, ты это знаешь. Зато они сладкоежки: — засмеялась я.

Мама тоже посмеялась и сказала:

— Значит девочки будут. Примета такая. Это хорошо, девочки для мамы на всю жизнь.

Я удивилась.

— Правда мам? Это здорово. Платьица, бантики. Как я это люблю.

— Моя ты хорошая, спасибо тебе за все. Пойдем на кухню, я уберу что вам троим не нравиться. Приходи лучше через несколько минут, а я уберу в холодильник и проветрю, по себе знаю что это такое.

И она ушла. Вернувшись на кухню, я посмотрела на еду и мне очень захотелось все попробовать. С тех пор, когда я была здесь и прочитала сообщение, ела я очень мало и даже немного похудела. А может мне так кажется? Наверное просто осунулась. Я накинулась на еду, а мама сидела и с улыбкой смотрела на меня своими добрыми глазами.

— Значит токсикоз мучает? Как ты поняла? И у меня тогда тебя тошнило? — расспрашивала мама. А я попросила налить чаю и начала свой рассказ, с сообщения.

Мама внимательно слушала, то хмурясь, то гладя меня по голове как маленькую. Ругала Диму и Ленку. Жалела меня. Ругала меня, что не сказала сразу ей, что мама всегда поддержит и поможет. А я дурочка, сама переживала.

— Наташенька, не надо от меня было скрывать ничего, я же и так поняла что у тебя неприятности. А тебе бы легче было. Вот у тебя скоро детки будут и ты поймешь, как все чувства матери.

Я поплакала, но мне уже было легче, чем в первые дни. А с мамой было так просто. Она нашла для меня слова утешения и горечь обиды немного отступила.

Еще долго мы с ней

разговаривали. Я ей рассказала, что переехала в отель и буду снимать жилье.

— А может у меня пока поживешь? А там видно будет. Будем вместе, как раньше. Я позабочусь о тебе.

— Нет мам. Я с ним встречусь теперь только при разводе, но не здесь. А к тебе он наведаться может. Нет. Лучше ты ко мне приезжать будешь.

Мама согласилась со мной и я спокойная за нее и уже за себя поехала в отель отдыхать.