Виктор.
С середины фильма меня стало отчаянно клонить ко сну. Марина уже спала, использовав мое плечо, в качестве подушки. Не хотелось ее будить, но спать сидя не было особого желания, поэтому оторвав девушку от своего плеча, аккуратно положил ее голову на диванную подушку. Не хотелось подниматься к себе, сегодняшний вечер был наполнен теплом и уютом и я не желал, чтоб он заканчивался. Снял с себя неудобную рубашку и брюки, надел домашнее трикотажные штаны и лег рядом с девушкой на диван, укрыв нас обоих пледом.
Наверное, я окончательно сошел с ума, то непонятная тоска по прошлому браку, то играю роль сиделки, теперь ещё и спать лег рядом. К чему, это все идет, я понимаю, не пятнадцатилетний пацан, все-таки. И я не имею на это права. Жизнь Оле я уже сломал, Марина не должна становиться следующей, но тепло и поиск защиты в этой девушке подкупало меня. И мои инстинкты брали верх, я начинал помогать и оберегать ее быстрее, чем осознавал это.
***
Марина.
Пробуждение было слегка странным. Первое, что я почувствовала, это чье-то тело под своей рукой, и чью-то руку на своем теле. Не стоило труда догадаться, чья рука это была.
Я вся залилась краской, наверное, не только щеки, но и все мое лицо от корней волос, пылало от стыда. Во сне я просто обернулась вокруг Виктора, к слову сказать, последний продолжал крепко спать. Освободив свои ноги, я аккуратно вылезла из-под пледа и, пытаясь не создавать лишнего шума, почти бегом направилась в свою комнату.
Завтрак прошел в гробовой тишине, никто из нас не хотел делать ситуацию более легкой, я из-за боязни показаться глупой, а что останавливало Виктора, я могу лишь догадываться.
Когда машина Виктора скрылась за воротами, я решила устроить полномасштабную уборку, дабы в голову не закрадывались ненужные мысли, нужно занять себя работой.
Вечером закончив с готовкой ужина, поднялась к себе в комнату. Часы показывали уже одиннадцать часов, Виктора все не было дома. Ужин был в микроволновке, поэтому я без зазрения совести, нырнула под одеяло и почти моментально заснула.
Разбудил меня шум внизу.
— Только не опять
Как бы я не хотела обманываться, но внизу раздавался голос женщины.
Слышен быть смех и звон посуды.