Кровь служанки

Глава 2. Обещание спасения

Эва не сразу поняла, что пытается сказать мужчина сквозь ветер и дождь, хотя знала русский с детства. Прихоть ее мамы или бабушки – кто теперь разберет – позволил ей, как эксперту, выйти на рынок, где покупали задорого, не задавая лишних вопросов. Хотя в детстве казалось совершенно несправедливым корпеть над учебником непонятного языка, пока подружки ходили на показы мод и встречались с мальчиками из старших классов.

– Простите… – мужчина приблизился, его лицо теперь было так близко, что казалось, их носы вот-вот соприкоснутся. Он смотрел прямо в ее глаза, и в его взгляде скользило какое-то спокойствие. – Машина сломалась… не могли бы вы подвезти?

– Подвезти? – Эва моргнула, удивленно глядя на него. – Но куда? Вы знаете дорогу отсюда?

– Я покажу путь, – он кивнул и улыбнулся так легко, словно не было ничего проще, чем вывести из этой бури.

– Может вы знаете, где здесь можно переночевать и переждать непогоду? – Эва улыбнулась незнакомцу.

Он чуть прищурился:

– Машина осталась за поворотом. Там… – Эве показалось, что мужчина замялся на полуслове, но она решила не уточнять почему. Тем более внутри поднималось странное беспокойство. Не страх, скорее, интуиция или что-то на уровне инстинктов. Слишком все это выглядело неожиданным. Мужчина голосует в грозу среди леса и просит подвезти, когда они и сами не знают где находятся и что теперь делать. Почему Мирона нет так долго? Эва снова перевела взгляд на незнакомца в своем окне. Дождь успокоился, но по его лицу стекали капли воды, цепляясь за трехдневную щетину и скатываясь на дешевую болоневую куртку. Ей стало неловко, словно она судила человека, не дав ему ни единого шанса.

– Это не та дорога, по которой стоит гулять в такую погоду, – сказала она и разблокировала двери. – Садитесь. Покажете, куда ехать.

Он открыл заднюю дверцу и сел за сиденьем водителя. Эва внимательно посмотрела на него, но ничего не сказала. Мужчина был почти метр девяноста, если судить по тому, что его фигура заполнила весь салон. Она почувствовала запах мокрой ткани и… чего-то древесного.

– Спасибо, – сказал он, – вы выручаете. Если нужен ночлег, то можно у нас.

– Отличная новость. Сейчас вернется Мирон, он пошел искать дорогу, – ответила она, вглядываясь в темноту за окном. – Меня зовут Эва.

– Федор.

– Как Достоевский?

– Как мой дед. Ну и может немного, как Достоевский.

Они оба вдруг рассмеялись и Эва почувствовала, как напряжение этого дня отступает, будто дождь вымыл из души все страхи и сомнения.

Но в следующий момент в темноте за стеклом мелькнул свет от фонаря мобильника, а еще через мгновение из леса вышел Мирон.

Он выглядел раздраженным, усталым и немного растерянным. Куртка прилипла к телу, кроссовки чавкали от воды, лоб блестел от влаги и страха. Не глядя на Эву, Мирон опустился в кресло водителя и положил голову на руль:

– Здесь нет другой дороги, придется заночевать в лесу, а утром вернемся обратно.

Эва аккуратно тронула его за рукав и показала глазами назад. Мирон настороженно посмотрел на победную улыбку Эвы и, словно почувствовав чужой взгляд за спиной, резко развернулся. Оттуда довольно уверенно улыбался Федор:

– И вам здрасьте, если говорите по-русски. А нет, так продолжайте по-французски, я понимаю, не возражаю и на нем поговорить.

– Что за?.. – перешел Мирон на русский.

– Федор, – представился лесной незнакомец, протягивая руку.

Мирон скользнул взглядом по ладони с длинными, утонченными пальцами, будто разглядывая в машине деталь, которой там быть не должно. Но все же пожал ее, хоть и с заметной настороженностью.

– Мирон. Если говорить по правде, мы обычно не берем попутчиков. Особенно в лесу. Особенно в грозу.

Он включил обогрев стекла и бросил взгляд на Эву:

– Ты решила заняться благотворительностью? Или это социальный эксперимент?

– Он попросил помочь, – спокойно сказала Эва. – Его машина за поворотом. И он знает как отсюда выбраться. И знает, где здесь можно переночевать.

– Точно, – кивнул Федор, – только надо заехать за девушкой, а потом я покажу дорогу.

– Девушкой? – Мирон усмехнулся. – Среди леса?

– Просто вместе ехали. Мы… по делам, – зачем-то начал оправдываться Федор.

Мирон скептически фыркнул и включил фары.

– По делам, говорите. В лес, без связи и дороги в грозу. Отличная стратегия. Говорите, куда ехать.

Федор скомандовал дать чуть назад и въехать в небольшой проем между кустами орешника. Машина медленно двинулась по лесной дороге. Дождь совсем утих, остались только капли, лениво сползающие по лобовому стеклу. Внутри было душно, пахло мокрой одеждой, терпкостью кожи и Эва отчетливо чувствовала возникшее в машине напряжение. Дорога сделала два поворота и фары наконец выхватили серый джип без света. Из-за темного стекла приветливо помахала девушка со стильной стрижкой, насколько смогла рассмотреть ее силуэт Эва.

Федор выскочил из машины и перенес огромный желтый чемодан. Мирон фыркнул, но открыл багажник и помог уложить его поверх уже лежавших бежевых чемоданов и сумок. Девушка села на заднее сиденье рядом с Федором и оказалась прямо за спиной у Эвы. Голос ее был довольно высокий и Эва подумала, что она очень старается понравиться. Интересно, насколько близко она знакома с Федором?

Незнакомка устроилась поудобнее, и салон наполнил густой, сладковатый аромат – приторный, настойчивый и странно знакомый. Эва была уверена: этот запах не имел ничего общего с ее собственными духами. Краем глаза она уловила, как девушка, слегка наклонившись вперед, пыталась рассмотреть ее профиль в полутьме салона. Эва медленно отвернулась и уставилась в боковое окно, где капли дождя лениво стекали по стеклу.

Мысли прервал веселый, почти вызывающий голос:

– Ну вот, теперь все спасены и можно продолжить путь! – в этой бодрости угадывалась попытка скрыть неловкость. – Спасибо, что не проехали мимо. Это было бы совсем не в духе хорошего кино.

Эва молчала, глядя вперед. Внутри становилось тесно от аромата и чужих голосов. «Лишь бы это не оказалось плохим кино», – почему-то подумала она.

Мирон внимательно посмотрел на девушку в зеркало заднего вида, но промолчал.

– Это Диана, из Минска, – вмешался Федор, – мы встретились сегодня утром.

– Вы здесь по какому-то делу? – вдруг спросил молчавший до этого Мирон.

– Я увлекаюсь историей и путешествиями по необычным местам, – уклончиво ответила девушка.

– В лес без связи на джипе – считается необычным путешествием? – уточнил Мирон.

– А что, разве не с этого начинаются самые необыкновенные истории? – Диана снова улыбнулась, хотя Эва не могла видеть ее лицо, но улыбка чувствовалось в интонации. Эва подумала, что слишком много в этой лесной незнакомке из Минска желания понравиться. Слишком старается.

– Вы студентка? – вдруг снова спросил Мирон и Эва закатила глаза: какое ему дело, если его задача довести их до указанного места, где все смогут переночевать, чтобы завтра продолжить путь к границе и затем в аэропорт соседней Польши. Ей отчаянно хотелось наконец улететь домой и оказаться в родных стенах лионской квартиры.

– О, спасибо за прекрасный комплимент, – рассмеялась девушка. Лет десять назад была ею. Сумерки имеют ряд преимуществ перед солнечной погодой, иначе вы бы не приняли меня за студентку.

– Ну что же, раз мы волею судеб вынуждены будем провести ночь вместе в незнакомом доме, хотя бы уточните, Федор, будет ли в нем четыре спальни для нас? – Эва вернула всех к более насущным пролемам.

– Не переживайте, у нас говорят: "В тесноте, да не в обиде". Хотя думаю, тесно не будет никому. Правда, я не знаю к чему вы привыкли. Все познается в сравнении, и я не знаю с чем будете сравнивать вы.

– О, так вы не знаете, куда мы едем? – удивилась Диана.

Ева почувствовала как напряглись мышцы в области ключиц, но уточнять ничего не стала. Ей почему-то категорически не нравилась эта Диана, хотя объяснить себе вдруг появившуюся неприязнь к незнакомке, она не могла.

В машине повисло напряжение. Только дворники скребли на лобовом стекле остатки дождя, нарушая тишину.