Любовь это иллюзия тебя

Глава 27

Корнелия

Мама:

Дорогая Корнелия, я хочу, чтобы ты выслушала меня и поняла, что я не хотела сделать тебе плохо, приезжай в Нью-Йорк, мы поговорим. Пресли тоже хочет с тобой увидеться.

Я сжимала свой телефон в руке и перечитывая сообщение уже десятый раз, за последние три дня. Ровно с того момента, когда мы покинули этот гребанный город.

Я ждала Вини, стояла возле ворот на заднем дворе университета, у меня была нестандартная просьба к нему и я заранее готовилась к отказу, кажется, что этот ответ меня устроит больше.

— Привет. — Резко произнес Хадсон у меня из-за спины, отчего я легонько испугалась.

Развернувшись к нему я непроизвольно улыбнулась, он был в черных спортивных штанах и сером пальто.

— Здравствуй.

Он улыбался мне своей беззаботной улыбкой, но я смотрела только в голубые радужки его глаз. Винтер нахмурился, когда заметил мое беспокойство.

— Что стряслось? — Спросил он с большим энтузиазмом.

— Я хотела спросить у тебя, не хочешь ли ты поехать со мной в Нью-Йорк? — Осторожно спросила я, переминаясь с одной ноги на другую.

Плечи Вини заметно расслабились, но замешательство в его взгляде все еще не собиралось уходить, я знаю, что странно звать своего друга в другой город, но Энни дергать я не хочу.

— Кажется вы с Энни уже были там на этих выходных.

— Да, но случился казус и мне необходимо вернуться, опять на выходных. — Ответила я и еще сильнее сжала телефон в своей руке.

Мое дыхание остановилось тогда, когда Хадсон неожиданно положил свою ладонь мне на макушку и начал играть с волосами, массируя мою кожу. Я ответила ему хмурым взглядом, а он усмехнулся и вернул свою руку на место.

Я сделала глубокий вздох, отбрасывая все мысли назад.

Не время.

— Когда? — Ровным голосом спросил Вини, будто, только что не заставил мои легкие на время прекратить свою работу.

— На выходных.

На волосы Винтера упал листок, который пролетал мимо из-за сильного ветра, он даже не заметил этого. Я поднялась на носочки и я постаралась смахнуть мешающую листвую. Хадсон немного нагнулся, чтобы помочь мне. Нежно я взяла в руки листок и выкинула его в сторону, но из-за порыва ветра, он так и не опустился на землю.

— Спасибо. — Прошептал он, глядя мне прямо в глаза.

— Не за что. Я напишу тебе позже. — Затараторила я и попыталась сбежать от этих ледяных осколков, но как только я развернулась и сделала несколько шагов, то ощутила сильную хватку за локоть.

Меня по инерции вернуло назад и я ударилась об торс. Сильный, рельефный торс Винтера. Аромат Ментола ударил мне в грудь, хотя я так отчаянно его избегала, ведь знала, что останусь в плену под названием — Винтер Хадсон. Точнее мое сердце.

Его руки обжигающе обхватили мою талию прижимая к себе, он уткнулся носом в мою шею, это так странно. Кажется мы договорились больше не притворяться парой, но то, что происходит сейчас — явно выходит за рамки, которые мы поставили.

Я ощущала его руки на своем теле через достаточно плотную ткань, но этого хватало, чтобы я ощущала каждое прикосновение, дрожь поглотила мое тело в свои игры и он явно это заметил.

А еще я не хочу вылезать из его хватки.

— Я поеду с тобой в Нью-Йорк, если тебе так нужно. Обращайся всегда, ведь ты услышишь только слово Да. — Пробормотал Хадсон, когда оставил мою шею в покое.

— Даже, если я попрошу тебя убить меня? — Спросила я улыбнувшись.

Хадсон провел пальцем по моей щеке, словно заставляя меня посмотреть ему в глаза и я послушалась.

— Все, кроме этого.

— Если ты меня сейчас не отпустишь, то я умру. — Буркнула я.

Да, умру.

Задохнусь либо от желанного запаха Ментола, либо от своих чувств, которые убивают меня изнутри.

— Как жаль, если ты умрешь, то кто будет смотреть со мной сериалы? — Ехидно спросил он и усилил хватку, всем видом показывая, что не собирается меня отпускать.

— Мой призрак будет ходить за тобой. — Усмехнулась я и попыталась укусить его за подбородок, но Хадсон дернул голову вверх.

— Мне этих трех лет хватило.

— Ну значит еще потерпишь.

Вини отпустил голову вниз и с улыбкой вглядывался в мои глаза, вызывая по моему телу целую бурю мурашек. Господи, это голубые радужки до добра не доведут и прямо сейчас мое тело начинает расслабляться под его хваткой.

— Ты красивая.

У меня все замерло вновь.

Я не рассказывала ему о том, что произошло и мне приятно, что Винтер без лишних вопросов согласился поехать со мной в Нью-Йорк. Я знаю, что именно там мне придется объяснить, что за спешка такая.

— Еще кое-что. — Сказала я, попытавшись проигнорировать его слова. Винтер вопросительно вскинул брови. — Мы скорее всего будем жить в доме моей мамы, но если хочешь, то ты можешь снять себе отель.

Улыбка Хадсона стала еще шире и я ощутила нежный трепет где-то в груди, который тут же попыталась проглотить. Это не нужно ни ему, ни мне. У нас дружба и не более, не стоит портить ее ради каких-то невзаимных чувств.

Меня охватило волнение, когда Винтер, словно псих держал меня в своих руках и улыбался как чокнутый. Его большой палец поглаживал мою талию сквозь одежду и до этого момента я не придавала именно этому жесту особое значение. Теперь все мои мысли находятся в этом движении его рук, ведь провоцировало мое скрытое желание поцеловать этого парня.

— Не молчи.

— Я не против.

— Отпустишь меня?

Я видела на лице Винтера тень сомнений, будто я вор, который сбежал и сейчас прошу отпустить меня и не сдавать полиции. Но еще теплоту, которая исходит от его глаз и остается где-то в моей груди, понемногу расплываясь по всему телу.

— Хорошо.

Мы прилетели ровно тридцать минут назад и теперь стоим перед огромным белым особняком моей матери.

Пролет прошел хорошо, я спала, иногда делала вид, что сплю. Мне не хотелось, чтобы я от стресса наговорила Винтеру лишнее, например то, что я все еще влюблена в него как маленькая девочка, а тот факт, что то, что было раньше по настоящему — лишь усилило мои чувства. Еще я хотела избежать лишних вопросов по поводу того, почему я попросила его приехать со мной сюда, но это еще одна вещь, которая мне в нем нравится. Хадсон может пройти за тобой хоть весь мир, если тебе нужно, не спросит зачем, но сделает. Спросит тогда, когда ты будешь готова ответить, а прямо сейчас — я совершенно не готова.

Я переминалась с ноги на ногу, чтобы постучать в дверь, а Вини спокойно стоял рядом, словно это обыденный момент. Хотя, судя по тому, как медленно он моргает и иногда шатается из стороны в сторону, ощущение, что Винтер не спал несколько суток, хотя когда я его об этом спрашивала, то он отвечал, что все нормально.

Я еще раз осмотрела просторный сад, с фонтанами у дорожек, журчание воды немного успокаивало мое волнение.

Сделав глубокий вдох я все-таки постучала в дверь, не успев я убрать руку обратно, дверь открылась и нас встретила помощница по дому, вроде ее звали Сабрина. Взрослая, высокая, с мягкими чертами лица женщина поправила свой пучок, который немного взъерошился. Убрав несколько каштановых прядей, женщина взяла в руки наши рюкзаки и пригласила войти.

— Привет. — Тихо сказала я и сделала первый шаг в дом, где последний раз была несколько лет назад.

Винтер молча последовал за мной, судя по медлительному топоту, ему немедленно нужно показать его комнату, чтобы он с удовольствием вырубился прямо на кровати.

— Это Винтер, он мой друг. — Сказала я, сделав акцент на последнем слове.

— Здравствуйте. — Кивнула ему Сабрина.

— Здравствуйте. — Ответил он.

Я прошла по длинному коридору, ощущение, что была здесь вчера.

— Где мама? — Спросила я у Сабрины, когда мы оказались на кухне.

— Она задерживается, ваши спальни уже готовы.

Я заметила, как Вини широко улыбнулся при упоминании слова спальня. Хадсон за все время не проронил ни одного слова, шутки или упрека. Он точно уснет стоя, если ему не дать доступ к свободной кровати.

— Пошли я покажу тебе комнату, Сабрина, это вторая гостева? — Уточнила я и получила одобрительный кивок.

Вини взял из рук помощницы свой рюкзак и направился следом за мной вверх по лестнице, ступеньки были большими, поэтому, когда мы дошли до второго этажа, я уже запыхалась.

— Кажется мне нужно брать кое-кого на тренировки. — Усмехнулся Винтер, когда я пыталась отдышаться.

— Отстань.

Хадсон лишь тихонько посмеялся, а его уставшие, томные глаза не сводили с меня взгляд, какой же он красивый, когда сонный.

Я открыла дверь, чтобы пропустить Винтера вперед и он тут же рухнул на кровать, раскинув руки в стороны. Я оперлась на стену, напротив кровати и сложила руки на груди, с усмешкой наблюдая за ним.

— А кто-то говорил, что не хочет спать.

— Я не спал двое суток. — Наконец-то честно признался он.

— Почему? — Нахмурилась я.

— Нервничал из-за того, что познакомлюсь с твоей мамой.

Идиот, нельзя говорить такие вещи просто так.

В груди напряжение выросло в разы, я попыталась сделать вид, что для меня это совсем ничего не значило, поэтому проглотив ком в горле я лишь постаралась сменить тему.

— Если тебе что-то нужно, найдешь Сабрину, отдыхай, Вини. — Сказала я и направилась к двери, но когда я собиралась выйти, то Хадсон меня позвал.

— Эх, а я надеялся, что мы будем спать в одной кровати. — Пошутил он и теперь я уверена — Винтер в порядке, раз его чувство юмора вернулось.

Я стояла внизу на кухне с бокалом апельсинового сока ждала маму, которая вместе с Пресли должна быть здесь с минуты на минуту. Оперевшись на кухонный островок я медленно потягивала жидкость через трубочку, грустно глядя на белоснежный пол.

Что она скажет? Почему мама решает за меня, что мне поможет, а что нет.

Я пыталась успокоить мелкую дрожь в теле, отчаянно я даже выпила успокоительные, гул в ушах это успокоило. Только не тревогу внутри меня, я боялась, что сейчас она захочет начал разговор, который я избегала несколько лет, который я готова была не поднимать всю жизнь. Все годы, что мы общались, подобную вещь мама решила сотворить именно перед моей первой и единственной подругой. Мне не нужна ее помощь и поддержка, она нужна была мне в детстве, но сейчас я научилась жить без нее.

Мои ноги утопали в белоснежном ковре, на мягкой шерсти оставались отпечатки от любого прикосновения к ней и меня это раздражало, хотелось, чтобы он оставался всегда в одном положении.

Секунды длятся дольше обычного.

На столешнице стоит пустая упаковка от апельсинового сока, который я выпила за час, грустно вздохнув я направилась за водой, у меня во рту сухо, как в пустыне, то ли от стресса, то ли я чем-то заболела, то ли у меня похмелье.

Слышу звук маминых каблуков.

Я моментально выпрямилась в спине и первым на кухню забежал Пресли, который мигом кинулся меня обнимать, а из моих рук чуть не выпал стеклянный бокал.

— И тебе привет. — Сказала я. — Отпусти меня.

Пресли послушался меня и убрал свои руки, а я сделала глубокий вдох, ведь у него определенно сильные руки.

— Малыш иди наверх, разложи вещи, а мы пока поговорим. — Сказала мягким голосом мама, а затем встретила меня с мягкой улыбкой, будто ничего не произошло. Как обычно.

Винтер

Я раскрываю глаза, не знаю, сколько я спал. Уснул я в десять утра примерно, мда, режим испорчен окончательно. Но несколько дней просидеть в напряжении, проверить всю доступную информацию о Кларе Клейтон, а также просмотреть все возможные интервью — тоже занимает немало времени.

Мне понадобилось несколько минут, чтобы осознать ситуацию, в которой я оказался и мои губы непроизвольно расползлись в улыбке.

Я, дома у Корнелии, сплю в комнате, которую их домработница специально подготовила для меня. Корни попросила именно меня сопровождать ее при поездке к матери, с которой у них напряженные отношения. Я не знаю причины, не знаю, почему именно я. Не хочу давить на нее, ведь вижу, что она и так вся на нервах, я смотрел на нее весь полет, не мог оторвать взгляда. Будто мальчик, который впервые увидел шоколадное мороженое.

Колли выглядела так, будто готовилась к ядерной войне, на на шутку. Каждый раз, когда она куда-то садилась, то вжималась в сиденье, словно пыталась стать с ним одним целым. У меня даже не было сил, чтобы поддержать ее, сказать, что все хорошо, ведь единственное, о чем я думал — Кровать, сон, отдых.

Чувствовал ли я себя идиотом, если глаза Корни выглядели пустыми стекляшками, а состояние ее подушечек пальце оставляли себя желать лучшим, а я всего-лишь молча наблюдал за этим? Определенно, я сам виноват в этом. Хотя мне хотелось обнять ее, прижать к себе и сказать, что все будет хорошо, что я рядом и в любой момент времени поддержу ее. Буду на стороне Корнелии, даже если все будут говорить, что она не права. Я этого не сделал, я всего лишь пытался не уснуть, стоя на ногах.

Хлопковая простынь кажется смялась подо мной, потому что я ощущаю эти неприятные складки своей спиной. Вытянув руку в сторону, я нащупал край кровати, обхватив ладонью ткань, которая обхватывала матрас — я потянул ее в ту сторону. Когда мне удалось избавиться от дискомфорта подо мной, то лег на спину разглядывая потолок, в комнате не была мрачная темнота, благодаря лунному свету, который исходил от окна.

Мое тело начало напрягать от мысли о том, что я вряд ли усну в эту ночь и мне придется проторчать в этой комнате, пока не проснется Корнелия, даже не понимаю, сколько сейчас времени.

Поднявшись, я принял положение сидя. Я потянулся к своему телефону, который находился на прикроватной тумбе из белого дерева. Только двенадцать часов ночи, Колли точно спит.

Поднимаю глаза в сторону двери в комнату и выругавшись, вздрагиваю от испуга.

Там стоит парень, в темноте я не понимаю кто это, может грабитель или работник дома.

Черт, неужели он смотрел на то, как я сплю.

Сердце бешено забилось, мы с этим незнакомцем просто смотрели друг на друга в темноте, к сожалению лунные лучи не попадали в его сторону, поэтому я не мог разглядеть его лица.

Может мне просто мерещится или я умер и нахожусь в мире духов. Обе мысли мне не приходят по духу.

Включив первый переключатель светильника возле кровати, я обнаружил, что эти кнопки вовсе не для управления над освещением, а над кроватью, ведь матрас начал подниматься и сгибаться, принимая форму дивана.

От испуга я тут же нажал вторую кнопку и теперь простынь начала нагреваться. Твою мать. Зачем столько функций для обыкновенной кровати для сна.

Пока я пытался вернуть все в исходное положение, то тусклый холодный свет включился, и я замер. Спокойно. Ничего страшного, я всего лишь в другом штате, в другом доме и в комнате, где я сплю находится неизвестный мне человек.

— Доброе утро, спящая принцесса. — Достаточно тихо послышался звучный голос, он еще и разговаривает.

Я повернулся в его сторону и ахнул от удивления, ведь его лицо было очень знакомым. Светлые волосы, средний рост, худые черты лица. Это был тот самый друг Корнелии, с которым она постоянно общалась, а еще он обнимал ее.

От воспоминаний мои руки непроизвольно сжались в кулаки, а челюсть сжалась.

Почему он находится так поздно, в доме Колли.

— Что ты… — Я остановился, ведь не понимал, как именно задать ему вопрос, точнее какой.

Их было так много.

Моя грудь стала тяжелее, вдруг это Корни позвала его так поздно, потому что ей нужен был кто-то, а я как идиот сплю. Черт.

— Тихо, я Пресли, а вот, кто ты и что ты здесь делаешь, это совсем другой вопрос. — Процедил сквозь зубы блондин.

— Почему тебя это касается, Пресли? — Усмехнулся я, скрывая зарождающуюся ревность внутри.

— Кажется я тебя знаю, точно! Ты тот псих, который наблюдал за Корнелией. — Рассмеялся блондин, своей идеальной улыбкой, как будто кен сбежал из вселенной барби. — Я не хочу тебя огорчать, но я здесь живу.

Что?

Он может жить в доме мамы Корнелии только по одной причине, только если он не…

— Твоя фамилия… — Опешил я.

— Клейтон. Да, Пресли Клейтон собственной персоной. Теперь ты можешь сказать, кто ты и что ты здесь забыл?

Все эти месяцы, я переживал из-за какого-то друга Корнелии, который оказался ее сводным братом. Да я сегодня ощущаю себя не просто идиотом, а человеком неудачником.

От новой информации об Пресли, мои плечи расслабились и я облегченно выдохнул, это ее брат. Я представляю смеющееся лицо Корнелии, если бы я все таки спросил, что между ними и почему она позволяет ему себя обнимать. Как хорошо, что мне повезло избежать такой разговор.

— Ты не ответил на мой вопрос. — Сказал Пресли, выводя меня из транса.

— Я Винтер, друг Корнелии и она попросила меня приехать с ней.

— Ясно.

Хмыкнув, Пресли пожал плечами. Он еще раз осмотрел меня, комнату, а на его лице появилась легкая и задорная улыбка, прямо как у Корнелии. Он провел руками по выключателю и свет погас, а темная фигура скрылась за дверью.

Черт, у них одинаковый цвет волос и Пресли выглядит слишком молодо для Корни, как я вообще мог избежать мысли о том, что это ее младший брат. Ответ был прост. Я не был так близок к Колли теперь.

Она совершенно не рассказывает мне о своей матери, о своем брате, о своей новой жизни и почему-то этот факт отдается с болью в моей груди. Мы редко обсуждали повседневные вещи, в основном это были темы совсем далеки от семейных дел или внутренних переживаний и чувств. Мы говорили о фильмах, ее книгах, высказываний или цитатах из ее книг, искали информацию о теориях заговора, при этом согласовывались о том, какие они глупые.

Мне это нравится, я чувствую себя себя свободным, чувствую внутри нежный трепет и когда ее нет рядом, то мне хочется немедленно бросить все дела, чтобы найти ее и поделиться с новой информацией про фильм, книгу или цитату, да все что угодно. Мы могли обсуждать происхождение бабочек или дождевых червей.

Но мне хотелось разговоров о большем, о том, что происходит в ее голове, о чем думает Корни, когда рассматривает голубое небо и облака, о чем она мечтает.

Я пытался сам начать диалог о таком, но в ответ я не получал желаемых историй из жизни Колли, а мне бы так хотелось узнать о ней побольше, намного больше, чем все остальные. Только мисс холодное сердце меня не подпускает к себе, совсем не дает проникнуться и держит на расстоянии вытянутой руки, но сегодня лед растаял, я на это надеюсь. Все таки она попросила именно меня поехать с ней, значит доверяет чуть больше, значит, что мы все таки сможем поговорить о чем-то более глубоком, нежели поверхностные темы.

А еще больше мне нравилось наблюдать за тем, как ее глаза мило сужаются, когда на ее лицо падает солнечный свет. Радужка глаз становится светлее и влечет за собой куда-то далеко. Туда, где хорошо, вокруг поют птички, ангелы играют на арфе, на душе спокойствие и слышен только стук сердца, который ускоряется при взгляде на Корнелию.

Черт, я серьезно влип.

Стал гребанным влюбленным идиотом.