Мой рок-мерзавец

34. Артём

Жизнь закрутилась с такой скоростью, что меня штормило, как лодку в океане, но мне это пиздецки нравилось. Любимое дело, в которое я окунулся с головой, самая прекрасная девушка, с которой мы жили душа в душу, пися в писю, мотоцикл снова был на ходу, бабки полились рекой — чего ещё желать?

Светочка почти переехала ко мне. Оставалась ночевать всё чаще, в ванной было не протолкнуться от её косметики, в холодильнике всегда полно еды, я постиранный и поглаженный. Всё, как при бабуле, только ещё лучше.

Я уж было чуть однажды не предложил Свете насовсем переехать ко мне. Хер знает, что на меня нашло. Скучал сильно, когда её не было рядом. Не представлял, как уеду на гастроли, а её в Омске оставлю.

Потом вспомнил, что я не готов к серьёзным отношениям, и хата пока что не моя. Так что и предлагать было нечего. В принципе, меня всё и так устраивало. Свету тоже. Я старался для неё, делал всё, что мог, поэтому она была счастлива. Она реально заслужила моих стараний. Если бы не она, не было бы нашего нового альбома. Мы всей группой должны Светочке ноги целовать, но поскольку я был ревнив, и больше никто не знал о секретике моей гениальности, то целовал их только я. Один за всех.

Альбом мы записали в рекордные сроки — плюс, минус месяц. Треки тут же разлетались по сети, принося нам деньги с первых секунд прослушивания.

Весь ТикТок кишел роликами с нашей музыкой. Её крутили на радио, она слышалась из каждого утюга. Мы стали знаменитыми по-настоящему. Если я раньше считал себя рок-звездой, то теперь вообще корона спать мешала.

Билеты на предстоящий концертный тур были раскуплены все до единого. Пашка ссался кипятком, считая деньги и неустанно повторял, что он всегда в нас верил.

Я поймал бога за яйца, не иначе!

Заживу теперь! Приеду из тура, сразу займусь покупкой дома, может, тачку себе возьму ещё. Джип. Чёрный. И аэрографией разрисую, чтобы сразу было понятно, кто едет.

Поеду за границу отдохнуть. Отель пять звёзд, не меньше. Могу себе позволить. Добавлю им шестую звезду своим присутствием. Надо, наверное, и Светочку с собой взять? Покажу ей мир, так сказать. А потом…

— Убери гитару из-под кровати, Артём! И носки собери. И мусор вынеси! Я пылесосить буду!

Моя Муза уборку затеяла. Опять. Чё так невовремя, сука? Не дают мне спокойно полежать на кроватке. А я, между прочим, звезда!

— Кисунь, бросай свой пылесос! Иди ко мне, поваляемся?

— Артём, ты и так с утра валяешься. Не надоело? — уперев руки в бока, раскудахталась Светочка.

Бу-бу-бу! Прям, как жена сварливая!

Не рановато ли начала пиздеть на меня? Думает, пыль три раза протёрла, права качать можно?

Я вздохнул, поднялся с кровати и пошёл разбираться со своими звёздными носками и мусором. Только собрался лечь обратно, как вдруг:

— Сходи за сметаной, Артём! Сметана кончилась. И бумага туалетная ещё, и сахар.

Да ёб вашу мать!

Пошёл наряжаться. Долго выбирал, в чём пойти.

— Свет, так нормально? — решил посоветоваться я с Музой. — Футболка подходит к штанам?

— Тём, ты за туалетной бумагой пошёл или за Оскаром? — рассмеялась она. — Нормально, — отмахнулась тряпкой, которой пыль протирала.

Ей вообще на меня насрать? Я знаменитость! Я не могу в чём попало идти. Вдруг со мной сфотографироваться захотят?

Молча переодел футболку, зашвырнув в шкаф прежнюю.

— Нормально повесь. Я по сто раз гладить не собираюсь! — тут же прилетело мне из-за спины.

Гестапо какое-то, блять!

Повесил на плечики футболку, закрыл шкаф и съебался из дома. Хоть обратно не заходи. Купил всё, что Светочка просила, три бутылочки пивка и чипсы. Сел на лавочке, пил пиво, кормил голубей чипсами и слушал свой новый альбом. Охуенно!

Никто, правда, меня не узнал и не подошёл фоткаться, но это и ладно. Надоели уже. Пива спокойно попить не дают.

Сидел, пока ссать не захотел. Раньше я мог бы и в кусты сходить, но теперь нельзя. Хейтеры только того и ждут. Зачем мне репутация зассанца?

Пришлось домой идти. Света, слава богу, закончила с уборкой.

— Чё так долго, Артём? Я уже звонить хотела. Ты чё пиво пил? А мне почему не купил? И где сахар?

— Ты не просила сахар!

— Просила! Я точно помню! Иди обратно в магазин!

А я не хотел идти обратно. Я ссать хотел.

— Ну, ладно, заюш. Проживём без сахара как-нибудь?

— Я тесто завела на блины. Как же без сахара? Выкидывать, что ли?

— Может, ты сама сходишь, а? Я устал.

— Знаешь что! Пошёл ты в жопу, Артём! — рассердилась Света и начала куда-то собираться. — Как рабыня тут фигачу, а тебе трудно за сахаром сходить,?

— Да ладно, чё ты завелась! Щас схожу!

— А всё! Не надо уже! — выпалила она и принялась обуваться.

— Ты за сахаром?

— Я домой! У меня там есть уже сахар!

— Свет, ну, хорош! Ну, ты чего?

Она ничего не ответила. Схватила сумку и ушла.

Я должен был как-то ее остановить, но мне хотелось полежать в тишине. Без неё. Поэтому я закрыл за ней замок и пошёл в туалет.

Пропсихуется, сахара поест и сама позвонит. Нехуй тут мне истерики закатывать!

Но Света не звонила. Ни в этот день, ни в другой.

Проверяет меня. Ждёт первого шага. Думает, я бегать за ней буду? Ага, щас.

Дома чисто, сварено… Скучно только без неё…

Похуй вообще!

В тот день мы отмечали последнюю запись на студии. Засели в любимом баре всей группой. Все пацаны пришли с жёнами, Лёва с Тамарой. Я Свету специально не позвал, чтобы не думала, что я на неё планы большие строю. Пусть сначала за сахар извинится, курица. Такого мужика рискует упустить! Веселились, отдыхали, принимали поздравления от знакомых и незнакомых гостей бара.

— Я решил Тамаре предложение сделать на днях. Вот, зацените, пацаны! — Лёва достал из кармана коробочку и козырнул кольцом, когда мы вышли с мужиками покурить на улицу. — Как думаете, понравится ей?

— Зачётное!

— Круть!

— Поздравляю, Лёва!

— Мужик!

— Достойное богини, — вставил и я свои пять копеек. — Молодец, Лёва!

— А ты что же, Тимон? — подхватил Пашка. — Только ты и остался холостым.

— И предпочитаю оставаться им дальше! — отметил я.

— А как же девочка твоя? Почему не с нами? Вы с ней уже так долго мутите. Мы думали, ты тоже решил остепениться?

— Светочка — моя Муза! Она вдохновила меня на целый альбом! Но даже ей не удастся меня окольцевать! Так что не надейтесь, лошарики семейные! Нюхайте свои памперсы без меня!