Моя несвободная

Глава 11

Рома

Я знал, я мать его задом чувствовал, что не так просто он всеми зубами вцепился в мою фирму. Зачем такому богатому и влиятельному человеку только что созданная фирма, не приносящая толком никакой прибыли. Теперь понятно зачем.

После последней его фразы мое молчание длится слишком долго, просто потому что я охренел. Охренел настолько, что впервые в жизни не знаю, что сказать. Хотя, что тут говорить, тут надо морду бить сразу, потому что наглость и борзота у этого богатого отморозка зашкаливает.

– Ты совсем с катушек съехал, Романов? – рычу сквозь зубы, – больше тебе ничего не надо?

– Нет, я ясно озвучил, – беззаботно пожимает плечами, – я хочу Дашу.

Видимо, это было последней каплей, потому что я срываюсь с места и за долю секунды подскакиваю к нему. Хватаю его за ворот рубашки, но ударить не успеваю. Он легко перехватывает мои руки и отталкивает от себя.

– Тебе со мной тягаться не стоит, – выдает с ядовитым смешком, – да и бесполезно это. Я сильнее тебя во всех отношениях. В любом случае, сразу предупреждаю, чтобы не было неприятных сюрпризов. Я ее у тебя заберу. Так что перестань рыпаться и сдавайся. Будешь хорошим мальчиком, еще и фирму обратно получишь.

– Пошел на хрен отсюда, – ору на него, сжимая кулаки, – и чтобы больше я тебя здесь не видел. Дашу ты не получишь.

– Посмотрим, – опять лыбится во все свои тридцать два, но к моему огромному облегчению покидает мой кабинет.

Я устало опускаюсь на стул и вытираю пот на лбу. Как вообще могло так получится? Как сложилась такая идиотская ситуация? Откуда он знает мою жену, черт возьми? Они не могли нигде пересекаться. Этот богатый придурок крутится совсем в других слоях. Как он ее заметил? Как? Такую тихую и скромную.

Мою голову сейчас разорвет от тяжелых мыслей. Вскакиваю с места, накидываю на плечи пиджак и выхожу из кабинета. Работать сегодня точно не смогу. И домой ехать сейчас тоже не хочу. Могу сорваться и обидеть Дашку. Пишу ей сообщение, что останусь ночевать в гостинице, рядом с офисом из-за загруженности делами.

Спускаюсь на первый этаж, там сразу заворачиваю в бар и заказываю выпивку. Чувствую, если сейчас ничего не предприму, то взорвусь к чертовой матери. Опрокидываю в себя виски залпом и еду в ту самую гостиницу. Там тоже есть бар на первом этаже, вот там и продолжу.

Злость немного утихает под действием алкоголя и тело расслабляется. Знаю, что я не очень хороший муж, знаю, что не уделяю Дашке достаточно времени. Не потому, что не хочу, у меня реально не остается на это сил. И в самом начале нашего знакомства идеальным я не был, но блядь… больших грехов за мной явно замечено не было.

Я ей даже не изменял никогда. Реально не изменял. Хотя возможностей была куча, но как-то всегда отводило в последний момент. А потом просто мне стало неинтересно. Зачем другие бабы, если дома всегда есть чистенькая хорошенькая жена. Домашняя вся такая, трогательная. Повзрослел, наверно, надоели доступные пустышки. Хотелось чего-то своего, родного.

Я даже секретутку эту долбанную Ирму всегда игнорировал, хотя она из декольте готова была выпрыгнуть и сама в штаны ко мне забраться. Подставляла меня несколько раз перед Дашкой, стерва. Терпел ее только из-за продолжительного опыта работы с моим отчимом.

Чувствую, что теряю связь с реальностью, забираю бутылку с собой и плетусь в номер. Сегодня надо отоспаться, а дальше… дальше будем разбираться, откуда в нашей жизни взялась эта проблема по имени Игорь Романов.

Даша

Захожу в аудиторию и, кажется, весь мой внешний вид кричит о том, что я только что читала жутко пошлые сообщения. А если вспомнить, что происходило в кинотеатре не так давно и с кем, можно захлебнуться от чувства стыда и быть заживо съеденной своей же совестью. Щеки пылают пунцовым румянцем, глаза блестят так сильно, что хоть очки темные надевай. Одним словом, горю, как в лихорадке. И имя у моей лихорадки Игорь Романов.

Да, я многое узнала о нем. В принципе сделать это было не так сложно. Его семья настолько богата, что в интернете при наборе слова «Игорь» вылетает куча всякой информации. А еще очень много фотографий в главной роли с самым завидным женихом нашего города. От количества девушек, которые мелькают рядом с ним мне стало не по себе еще на третьей странице, остальные я даже открывать не рискнула. Блондинки, брюнетки, шатенки, кого там только рядом с ним не было. Скандальные заголовки пестрили и заставляли мои волосы шевелиться от ужаса.

Отсюда сразу возникает вопрос, что могло понадобиться от меня, замужней девушки, такому красавчику, мажору и бабнику? Неужели душа требовала разнообразия, например, развести на секс замужнюю. Или он с кем-то поспорил на меня? Так у нас с ним уже все было. Или то, что я сама пришла не считается? Нужно обязательно проявить себя завоевателем?

Если честно, я его боюсь. Вернее, не его самого, а того действия, которое он на меня оказывает. Стоит мне увидеть его, даже издалека или почувствовать его запах, как мое белье бесстыдно намокает, а внутри разливается волна горячего предвкушения.

– Выглядишь, как нашкодивший щенок, – с улыбкой подводит итог Вика, внимательно просканировав мое лицо.

Я морщусь на ее слишком довольный вид и приземляюсь рядом. Хорошо, что Стас больше не маячит под рукой. Кажется, у меня начинает развиваться аллергия на мужчин.

– А ну признавайся во всех грехах, кому говорю, – подруга тыкает в меня ручкой, закрытой колпачком, и продолжает ехидно посмеиваться.

– Вика, отстань, мне и так тошно, – отмахиваюсь от нее, потому что не представляю, как в таком можно сознаться, тем более рассказать во всех подробностях.

Мне стыдно и хорошо одновременно. И это ужасно. Я изменяю мужу, но то, что испытываю с Игорем, когда мы вместе заставляет меня парить в небесах. В итоге потом чувствую себя последней дрянью. Удовлетворенной, похотливой и счастливой. Капец набор, конечно.

– Ладно, – оставляет меня в покое, – но потом все равно расскажешь.

После первой пары, едва я выхожу за порог аудитории, мне звонит Рома. Это очень странно, потому что днем он мне практически никогда не звонит, а еще он сегодня не ночевал дома. Вчера поздно вечером прислал сообщение, что переночует в гостинице, рядом со своим офисом. Впервые я не чувствовала ни ревности, ни беспокойства, ни тревоги. Я выдохнула с облегчением, потому что рядом с Ромой моя нечистая совесть обостряла мое многострадальное чувство вины. Нет Ромы и совесть заталкиваем в дальний ящик.

– Даша, нам нужно срочно увидеться и поговорить. Я жду тебя дома, – голос грубый и холодный.

– Что случилось? Я же на учебе, Ром, – смутное чувство беспокойство уже зарождается глубоко внутри и мой голос садится почти до шепота.

– Плевать на учебу, срочно домой, – рявкает в трубку и сбрасывает вызов.

Я убираю телефон в карман и застываю прямо на пороге аудитории. Вика оборачивается, видит меня в таком состоянии и подскакивает ко мне.

– Что, Даш?

– Рома звонил. Приказал в срочном порядке явиться домой, – растерянно шепчу, нервно сжимаю в руке свой рюкзак.

– Зачем?

– Не сказал. Ладно, поеду я, пожалуй.

– Сейчас же экономика, Даш. Если ты снова пропустишь занятие, он точно занесет тебя в свой черный список.

– Так просто Рома бы не позвонил, значит, случилось что-то плохое.

– Ладно, ты позвони мне потом, как узнаешь причины истерики своего благоверного.

Я киваю Вике, но мыслями уже далеко. Более того, когда я несусь по лестнице на первый этаж, с размаху врезаюсь в нашего злобного препода по экономике.

– Звонок уже был, Миронова, – я замираю под действием его прожигающего взгляда и мысленно охреневаю от того, что он знает мою фамилию. Черт, наверно это плохо, – или вы ждете, когда для вас прозвучит персональное приглашение на мою пару?

– Извините, – выпаливаю на адреналине, – мне срочно нужно домой.

Я сбегаю еще до того, как он успевает мне ответить. И наверно, так будет лучше. Мне сейчас совсем не до разборок со злым Королевым, мне бы личные проблемы решить.

Пока я добиралась до дома, чего только не передумала. Даже тот вариант, что Рома нашел мой телефон и прочитал все сообщения от Игоря. Ну ведь этого никак не может быть. Во-первых, с недавних пор у меня стоит пароль на телефоне, во-вторых, все уведомления на сообщения скрыты и на экране не высвечиваются. Конечно, было бы правильнее удалять весь этот позор, сразу, как только я его прочитаю, и я честно собиралась это сделать, но так и не смогла. Рука не поднялась, потому что, как ни крути, вся эта эротическая переписка поднимала мне настроение и многострадальную самооценку.

Забегаю домой и нахожу мужа в гостиной. Рома стоит у окна, засучив рукава рубашки. Он медленно поворачивается и пытается распять меня взглядом. Лицо опухшее, волосы взлохмачены, он явно не спал сегодня. Более того, уверена, что он еще и пил всю ночь.

– Что случилось? – с тревогой выдавливаю вопрос и медленно оседаю в кресло. Ноги от волнения совсем отказываются меня держать.

– Ты знаешь Игоря Романова? – задает вопрос в лоб, а я чувствую, как кровь отливает от лица.

– Мы виделись как-то на приеме, – нерешительно отвечаю после паузы, стараясь не выдать себя, потому что сердце в это время готово вырваться из груди, – но я не уверена, что это был именно он.

Рома снова отворачивается к окну и продолжает давить на меня напряженной тишиной.

– Ты можешь четко сказать, что случилось? Ты вырвал меня с учебы, чтобы задать этот идиотский вопрос? – мой голос сам по себе повышается, потому что от нервного напряжения меня уже начинает потряхивать.

– Он тебя хочет, – раздаются, как выстрел, его четкий ответ.

– Что? В каком смысле?

– В прямом. Он забрал себе мою фирму, скупил контрольный пакет акций, а теперь готов оказать мне огромную, блядь, услугу. Вернуть все обратно в обмен на мою жену.

Я соскакиваю с кресла, но дрожащие ноги подводят меня, и я валюсь обратно. Мой мозг не готов принять эту новость, не говоря о том, чтобы переварить ее. Я в шоке пялюсь на своего мужа и не могу понять, что должна сделать дальше.

– Как это? – вырывается из меня вопрос.

– Богатый озабоченный придурок захотел чужую жену. Что тут непонятного, Даша? – Рома срывается и начинает кричать.

– Не ори на меня! – мой голос дрожит от слез, – я не вещь, чтобы отдавать меня кому-то. Разве можно так с живыми людьми?

– Где ты с ним пересекалась, Даша, отвечай? Где успела покрутить своим задом, что он запал на тебя?

– Я уже ответила. Чего ты еще от меня хочешь?

– Неужели той единственной мимолетной встречи было достаточно?

О, она не была мимолетной. У меня до сих пор от этих воспоминаний горит все внутри и пульсирует между ног. Пытаюсь задвинуть воспоминания подальше, иначе начну краснеть и выдам себя с головой.

– Откуда я знаю, Рома. Это ваши с ним игры. Я тут причем? Зачем ты меня водишь на все эти дурацкие приемы? Чтобы в случае чего можно было поделиться с партнером по бизнесу? Или закрепить сделку сексом втроем?

Рома замирает от моих слов и ошарашенно на меня пялится. Я и сама в шоке от всего сказанного. Все-таки Романов очень плохо на меня влияет. Я стала совсем развязной. Но сейчас я нахожусь на грани истерики, меня пытаются обменять на фирму. Как тут вообще можно оставаться адекватной?

– Что ты несешь, Даша? На таких мероприятиях положено быть с женами. Этикет этого требует.

– Или с любовницами. Мог бы легко прихватить одну из своих, а не таскать меня на эти ваши развратные деловые ужины.

Меня несет без тормозов, вижу, что Рома находится на грани, но остановиться я не могу.

– Даша, заткнись. Я никогда так к тебе не относился и не заслуживаю сейчас всех этих обвинений. И я никогда не изменял тебе.

– Я знаю, как дорога для тебя эта фирма. Чего ты хочешь, Рома? Только честно. Чтобы я легла под него?

Рома опять вскидывает на меня ошарашенный взгляд и смотрит, как на сумасшедшую. Да, адекватной меня сейчас сложно назвать, но у всего этого есть весомое оправдание, не каждый день тебя пытаются обменять, как вещь.

– Дура, блядь. Какая же ты дура. Я послал его на хер сразу, как только он озвучил всю эту муть. Я никому тебя не отдам. Даже, если потеряю все, что у меня есть сейчас, я никогда не поступлю так с тобой.

– Что ты собираешься делать? – уже спокойнее спрашиваю, хотя внутри все продолжает трястись от эмоционального шока.

– Ничего, – равнодушно пожимает плечами, – хочет фирму, пусть забирает, с голоду мы не помрем. Но тебя он не получит. Я хочу, чтобы ты пообещала мне, что, как только он появится в поле зрения, ты сразу звонишь мне. В университет и обратно будешь ездить с водителем. Одна нигде не оставайся.

– Что за бред, Рома. Меня никто не собирается похищать. Я не хочу жить под колпаком.

– Он намного коварнее, чем ты думаешь. И не привык ни в чем себе отказывать. Он не успокоится, поэтому будь осторожна.

Рома подходит ко мне и обнимает. Гладит по волосам и шепчет на ухо какие-то признания. Не могу ничего расслышать, потому что голова гудит от тяжелых мыслей. Как он мог? Как мог так со мной поступить?

А еще чувство вины снова возвращается ко мне и постепенно сжирает изнутри. Я так виновата перед Ромой.

Ведь это я все затеяла. Я заварила эту кашу. И только я могу поставить точку.

***

Игорь

Открываю дверь с улыбкой, потому что уже знаю кого за ней увижу. Тело начинает вибрировать от предвкушения, с трудом удается взять себя в руки и не наброситься на Дашу прямо с порога.

Но стоит мне увидеть ее, особенно выражение лица, я понимаю, что рано обрадовался. Моя девочка очень бледная, глазки красные от слез, на щеках разводы от туши. Ее всю трясет мелкой дрожью, особенно руки, хотя она и пытается справиться с собой и сцепить их в замок.

– Что с тобой? – не выдерживаю напряжения и делаю шаг к ней, но она отскакивает от меня, как от прокаженного. Меня в этот момент распирает от ярости. Что этот мудак сделал с ней? Неужели ударил?

– Ничего, – выдавливает неживым голосом, – ты хотел меня видеть. Я пришла. Ты… Когда ты выполнишь свою часть договора и вернешь фирму моему мужу?

Меня это ее «моему мужу» как ножом по сердцу.

– Или мне надо сначала раздеться и … переспать с тобой? Сколько раз? – она дрожащими руками стягивает лямки платья с плеч, потом скидывает туфли, но дальше действовать не решается, – сколько раз я должна буду сделать это? Ну, давай же, Романов, скажи, во сколько ты меня оцениваешь? Ах, да. Не меня. Мое тело. Во сколько?

С каждым произнесенным словом ее трясет все сильнее, по щекам не переставая льются слезы, а голос… голос срывается в сплошной крик отчаяния.

Блядь. Я вообще ничего не понимаю. О чем она говорит? Что вообще ей наговорил этот мудак. Я вообще никогда женщин ни к чему не принуждаю. В отличие от некоторых.

– Зачем? – тихо спрашиваю, пытаясь осторожно выяснить причины ее истерики.

– Что зачем? Зачем пришла? Идиотских вопросов не задавай. Пришла, чтобы ты вернул фирму моему мужу. Такой ведь был уговор?

– Почему ты плачешь, Даша? Что он сделал с тобой?

– Он? – сквозь слезы издает горький смешок, – ты еще смеешь заикаться про него. Не смей! Не смей, слышишь, ставить себя наравне с ним.

Я ни хрена не понимаю. Она что его сейчас защищает? Человека, который отдал ее другому за какую-то идиотскую фирму.

– Он продал тебя, Даша, – рычу сквозь зубы, – он продал тебя мне за свою вшивую фирму.

Она вскидывает на меня взгляд, который моментально разбивает мне сердце. Там столько всего клубится. Разочарование, боль, ненависть.

– Он не продавал меня, – начинает говорить очень тихо, будто это дается ей с трудом, – Он пришел домой и начал выяснять откуда ты можешь меня знать, что предъявляешь такие требования. Где мы могли пересекаться и что между нами происходит. Он не отправлял меня к тебе.

– Сама значит пришла? По собственной инициативе? – со злостью выплевываю.

– Да, сама. Я подумала…, какая теперь разница, раз уж я ему уже изменила один раз с тобой и предала. Сделаю это еще раз и помогу вернуть фирму.

Я не сдерживаюсь и начинаю громко хлопать в ладоши. Ну, надо же какие жертвы ради этого козла. Охренеть, мать вашу!

– Ну и как? Рассказала? – не сдерживаюсь, потому что муж оказывается у нас белый и пушистый, а я так… кусок дерьма, – Чего молчишь? Рассказала, как горячо ты отдавалась мне всю ночь напролет? Как стонала подо мной и теряла голову. У вас с ним также? С ним ты тоже так течешь, Даша?

– Заткнись, – слышу ее пронзительный крик, а следом мою щеку обжигает хлесткая пощечина, – ненавижу! Как же я тебя ненавижу!

Я перехватываю ее руку и завожу за спину, со второй проделываю то же самое, максимально прижимаю к себе, чтобы не рыпалась. По ее щекам снова текут слезы, и я чувствую себя настоящей сволочью.

И теперь я понимаю, как же прав был Гордеев. Сука, как же он, оказывается, был прав, когда говорил мне, что такие правильные девочки таких поступков не то, что не оценят, они их никогда не простят.

Как я мог так облажаться? Я же просто сделал ставку на то, что ее придурок муж сам толкнет ее мне в руки. Что он заставит Дашу принять эти условия, а она навсегда уйдет от него. Уйдет ко мне.

Я же как лучше хотел. Хотел освободить ее от этого недомужа, который ни хрена не ценит такое сокровище рядом с собой. Такую девочку надо на руках носить целыми днями и любить. Любить до искр перед глазами, до стонов сладких, до диких криков.

Конечно, я понимал своей головой с самого начала, что с такими как она надо действовать более деликатно. Осторожно завоевывать, шаг за шагом, не пугать, ждать, когда привыкнет. Ну не мог я больше ждать. Не мог. И дело даже не в том, что у меня из-за Даши очень давно не было секса. Это конечно плохо, но сейчас не главное.

Я как представлю, что она ужины для него готовит, с работы его ждет каждый вечер, а потом встречает, рассказывает, как прошел день. А потом… вот дальше представлять вообще полный пиздец. Не мог я больше мучиться ночами, представляя, чем они там занимаются в своей супружеской, блядь, кровати.

– Ты зачем в мою машину села, а? Зачем? – выдаю с отчаянием, когда понимаю, что мой план ни хрена не работает.

– Это была просто случайность. Я думала, что Рома изменяет мне с секретаршей, увидела их вместе и сделала выводы. Неправильные выводы. Но, когда узнала правду, было слишком поздно. Я уже отомстила ему за измену, которой не было.

– Как в сериале, блядь. Нарочно не придумаешь, – зло выплевываю и не могу поверить, как мог так вляпаться.

– Представляешь, каково мне теперь? Постоянно жить с этим чувством вины.

– Почему ты вышла за него замуж, едва тебе исполнилось восемнадцать? – решаю еще этот вопрос уточнить, потому что неоднократно ломал над этим голову. Даша ощутимо вздрагивает и отводит глаза в сторону.

– Не твое дело, – отвечает со злостью. Значит, откровений сегодня не будет. Ясно.

– Я ни к чему тебя принуждать не собираюсь, – выдыхаю ей прямо в губы, – и заставлять спать с собой не буду.

– Да ну? Откуда такое благородство? – подает ироничный голос моя заноза, блядь, в заднице.

Я легонько ее встряхиваю, но стараюсь держать себя в руках. Если она не перестанет меня провоцировать, могу не сдержаться. Отлюблю ее прямо здесь, не сходя с этого места и нарушу свое же слово.

– Долг будешь отрабатывать по-другому.

– Как? На панель отправишь? Или конкурентам предложишь? Может танцовщицей в ночной клуб, а?

– Даша, блядь, – рявкаю и зажмуриваю глаза. Как же я хочу сейчас заткнуть ее смелый ротик. Для начала губами, а потом… потом моя фантазия не будет знать границ, – лучше заткнись сейчас. Иначе сама напросишься. Не надо меня провоцировать. Ты и так давно по краю ходишь.

Даша замолкает и пытается вырваться. Отпускаю, но только потому, что ее запах напрочь сносит мне мозги.

– Будешь работать у меня секретаршей. Моей прежней давно нужен отпуск, поэтому ты заменишь ее.

Она переводит на меня недоверчивый взгляд и хмурится.

– Я учусь вообще-то.

– Приходить будешь после учебы. Только без обмана. У меня есть твое расписание.

– А сейчас? – мнется на месте, опустив глазки в пол.

– Что сейчас? – не понимаю, к чему она клонит.

– Сейчас я могу поехать домой? – с такой надеждой блядь спрашивает, что я ее придушить готов.

– Нет, забудь про дом. Про свой прошлый дом. Жить будешь у меня.

Ну, не могу я отпустить ее к мужу. Я же подохну здесь от ревности сразу, как только она выйдет за порог этого дома.

– Нет, – рявкает и поднимает на меня полные слез глаза, – не буду. Я не могу так.

– Хорошо, – соглашаюсь после небольшой паузы, – у нашей фирмы есть несколько корпоративных квартир, поселишься пока там. С мужем ты жить не будешь. Больше это не обсуждается. Варианта у тебя только два. Либо со мной, либо в квартире.

– В квартире, – с трудом выдавливает из себя и начинает пятиться от меня к выходу.

Ну, что за детский сад, а? Как будто я ее насиловать собираюсь.

– Вот ключи, – подхожу ближе и протягиваю связку, – даю тебе день на то, чтобы собрать вещи и переехать. С завтрашнего дня жду на рабочем месте.

– Когда ты вернешь фирму? – поднимает опять этот идиотский вопрос.

– Как только ты отработаешь долг, – бесстрастно пожимаю плечами и молчу о том, что с зарплатой секретарши ей придется отрабатывать его всю жизнь.

Ну, а что? Раз уж я все равно последняя сволочь в ее глазах, больше мне терять нечего. Привяжу к себе, как смогу.

– Это очень долго, – едва заметно качает головой.

– Я смотрю кто-то явно успокоился и осмелел? – давлю на нее своим злым предупреждающим взглядом, но на нее это ни хрена не действует.

– Верни сразу, я не обману тебя, даю слово.

Я гипнотизирую ее взглядом, пытаясь понять, насколько она сейчас в состоянии отвечать за свои слова. Даша смело выдерживает этот горячий зрительный контакт, смотрит прямо, даже почти не мигает.

– Хорошо, завтра начну готовить все документы. Но ты дала мне слово. Запомни.