Наглец. Без шанса на отказ (СИ)

Глава 12

Артур сверлит меня взглядом, а я качаю головой.

— Нет. Просто ему же нужно остановить кровь.

— Кира, малыш, поставь цветы в вазу, — мягче произносит Артур и передает мне букет. На этот раз он принес фрезии. Много-много фрезий. — А мы тут как-то сами.

— Артур… — произношу неуверенно.

— Иди, Кира, — строже повторяет он.

Олег смотрит на меня глазами побитой собаки, а мне хочется… добавить. Сжать кулак покрепче и вмазать в этот многострадальный нос. Понимаю, что Артур сделал для носа моего бывшего все, что мог, и закончит Олег в больнице, но новое для меня желание заставляет ладонь прямо чесаться.

Беру букет и тащусь покорно на кухню, чтобы достать последнюю свободную вазу и поставить в нее роскошные фрезии.

Слышу, как в прихожей Артур о чем-то говорит с Олегом. Тон угрожающий, и от него у меня по телу бегут мурашки. Не такие, которые выражают страх. Мне, блин, по кайфу, что он рычит на Олега, который каждую секунду находится на волоске от нового удара.

С удивлением обнаруживаю, как между ног сжимается сладким томлением.

Ох, какая же я, черт возьми, непостоянная!

То пытаюсь прогнать Артура, то хочу его так, что сводит низ живота, а трусики становятся влажными.

Чертов наглец! Это все он виноват!

То, что он вытворял в спортзале, только подлило масла в огонь. Кажется, все это время мое нижнее белье даже не просыхает, и мне приходится менять его каждые три-четыре часа. Утром я подумывала даже не надевать трусики. Но тогда, боюсь, кто-то мог бы увидеть, как по моей ноге стекает капля возбуждения.

Слышу какую-то суету в прихожей, а потом входная дверь открывается и закрывается. Ставлю цветы в вазу и заглядываю в прихожую. Артур спокойно запирает дверь, снимает мокасины и поворачивается лицом ко мне.

— А Олег? — спрашиваю.

— Он уже большой мальчик, справится без нашей помощи.

Я чувствую, как во мне нарастает возбуждение. Щеки покрываются теплым румянцем, а соски под тонкой блузкой превращаются в твердые горошинки. Это не ускользает от взгляда Артура, и его глаза темнеют.

Он облизывает свои греховные губы и, клянусь, я чувствую на языке его вкус.

Артур медленно надвигается на меня, словно дикий кот, подступающий к своей жертве. Один взмах когтистой лапы — и я труп. От этого осознания по телу прокатывается волна мелкой дрожи.

Но вместо того, чтобы отступать, я замираю на месте и жду, когда он подойдет еще ближе.

— Ты чертовски сексуальна с такой прической, — произносит низким, слегка хриплым голосом. — Как будто несколько минут назад я хорошенько тебя трахнул. Разорванная блузка довершает образ.

— Я должна прогнать тебя, — говорю тихо.

— Так прогони, — бросает он вызов, и опять эта чертова бровь приподнимается. — Только перед этим скажи, ты именно этого сейчас хочешь?

— Черт, нет, — выдыхаю и сама бросаюсь к нему.

Артур мгновенно ориентируется и хватает меня за попку, вздергивая вверх. Я оплетаю его талию ногами, благодаря саму себя за то, что сегодня на мне не узкая юбка, а брюки.

Обнимаю Артура за шею, а он вжимает меня в свое тело так, что я промежностью чувствую его твердые кубики.

— Мне нравится, когда ты в брюках и рубашке, — произношу, а потом сама целую.

Да-да, я — та, которая хотела прогнать и все такое. Сама на него запрыгнула и сама коснулась его губ своими.

Ох, это непостоянство доведет меня до приключений!

Или уже довело?

Да плевать.

Одной рукой Артур держит меня под попку, а вторая зарывается в волосы на затылке, и он сразу же врывается в мой рот языком.

Целует так, что у меня перехватывает дыхание, а я сама превращаюсь в желе.

Ох, и наглец! Ну как можно такому противостоять? Да и зачем, собственно?

Артур разворачивается и вжимает меня в стену, продолжая терзать мой рот. Пряжка его ремня ощутимо впивается острым углом во внутреннюю сторону моего бедра. Ерзаю, и Артур отрывается от моих губ.

— Что такое?

— Пряжка, — отвечаю. — Впивается мне в ногу.

Он прищуривается, и на его лице появляется коварная улыбка.

— Значит, ремень надо снять. Где спальня?

— Там, — показываю направление.

Пока Артур несет меня в спальню, я впиваюсь губами в его шею. Она пахнет им и туалетной водой. Вкусно так, что я проезжаю по его коже расслабленным языком, а потом вгрызаюсь под низкий рык Артура.

Ох, какой же он вкусный!

Мы заходим в спальню.

— Где свет?

— Не надо свет, — отзываюсь я.

— Кира, где свет?

— На ночном столике.

Все еще поддерживая меня под попку, Артур чуть наклоняется вперед и включает ночник. Быстро окидывает взглядом спальню и останавливает его на моей большой кровати с кованой спинкой. На его лице появляется улыбка, от которой, клянусь, сводит между ног, а клитор начинает тянуть от желания.

— Ты мне доверяешь? — спрашивает он.

— К чему этот вопрос? — хмурюсь.

— Просто ответь.

— Да… наверное.

Улыбнувшись каким-то своим мыслям, Артур бережно укладывает меня на кровать, а сам выпрямляется.

— На какую-то секунду я подумал, что ты притащила сюда мужика, чтобы отшить меня, — говорит он и начинает расстегивать пряжку ремня.

Мой взгляд мечется между его руками и лицом.

— Это бы помогло? — уточняю хрипло.

Артур легонько качает головой.

— Я бы переломал ему все кости и заставил смотреть, как я тебя трахаю. Просто чтобы он наверняка понял, кому ты принадлежишь.

— Еще раз скажу. Ты меня рановато присвоил.

— Самое время, малыш, — парирует он и вытягивает ремень из петель. — А теперь будь хорошей девочкой и вытяни вперед руки.

— Что ты собрался делать? — спрашиваю и наблюдаю за тем, как он ставит одно колено на кровать, сжимая в руке кожаный ремень.

— Ты же любишь играть. Именно этим мы сейчас и займемся.