Глава 20

Скачет, скачет по лесу бравый Бреннан, бравый Бреннан,

Смел он и отважен, бравый Бреннан.

«Бравый Бреннан», баллада неизвестного автора XIX века о реально существующем ирландском разбойнике

Приближался рассвет, в комнату проникли первые лучи солнца. Прислонив голову к железному изголовью кровати, Дэниел наблюдал за наступлением утра. Одной рукой он поглаживал волосы спящей Хелены, а другой потирал покрытый щетиной подбородок.

«Ну что ж, я это сделал. Построил свой воздушный замок и перебрался в него жить». Вместе с Хеленой. Эта мысль заставила его сердце учащенно забиться. Девочка так верит в него, в их будущее. Он, как мог, старался уговорить ее не связывать с ним жизнь, но она убедила его, что все их сумасшедшие мечты могут стать реальностью.

И – только подумать – она любит его! Он не смел даже надеяться на это, не позволял себе привязываться к ней, опасаясь, что его сердце окажется разбитым. Но она первая призналась в своих чувствах, отдала ему сердце, тело и душу. Никто никогда к нему так не относился, и Дэниел до сегодняшнего утра не понимал, насколько ему это нужно.

Но одна мысль все еще беспокоила его – то, что это может оказаться временным наваждением. Конечно, Хелена уверяла его в обратном, но он прекрасно знал, какие обещания могут даваться в моменты опасности. Не изменятся ли ее чувства, когда она вернется в свою привычную среду? Снова оказавшись в Лондоне, Хелена может решить, что совершила ужасную ошибку. Остается молиться о том, чтобы этого не случилось. Дэниел не может потерять ее сейчас, когда надежда переполняет его глупое сердце, – это его убьет.

Внизу раздались голоса, и Дэниел принялся осторожно будить Хелену:

– Любимая, пора вставать. Похоже, в доме что-то происходит, нам надо одеться.

Она вздрогнула, как испуганный лебедь, которому кто-то помешал оправлять оперение.

– Что случилось? Где я? – Взглянув на Дэниела, она покраснела, на ее лице появилась очаровательная улыбка. – А я, было, решила, что мне снится прекрасный сон.

– Ну, в этом случае ты не стала бы запирать нас в доме, полном контрабандистов.

– Ты прав. – Она поцеловала Дэниела в губы. – С добрым утром, Дэнни.

– С добрым утром, любимая.

– Надеюсь, ты себя чувствуешь так же прекрасно, как я? – Она сладко потянулась, и простыня, упав, оголила ее чарующую грудь.

Неугомонный «дружок» Дэниела тут же проснулся.

– Девочка моя, сюда могут войти в любую минуту. Нам предстоит встретиться с Краучем. Если не хочешь танцевать джигу на матрасе в присутствии этих людей, лучше не соблазняй меня.

Обернувшись простыней, Хелена поднялась с кровати и начала искать свою одежду.

– Неужели они придут в такую рань? – Дэниел тоже стал одеваться.

– Крауч только что вернулся с рейса. Он сначала захочет уладить все дела, а потом завалится в постель с какой-нибудь девицей. Похоже, сейчас они разбирают вещи, а значит, скоро войдут к нам.

– Что ты будешь делать? – Хелена уже оделась.

– Пока не знаю. Сначала надо понять, каковы его намерения.

Дэниел надел на себя все, кроме сюртука, и собрал с пола шпильки Хелены. Затем достал из кармана нож, проделал им небольшую прорезь в подкладке рукава сюртука, спрятал туда оружие и заколол прорезь шпильками.

– Думаешь, нам это понадобится? – спросила Хелена испуганно.

– Надеюсь, что нет. Возможно, Веселый Роджер прислушается к доводам рассудка. Я бы хотел избежать кровопролития.

В этот момент ручка двери повернулась, и на пороге возник Джек. За ним маячила фигура Большого Энтони.

– Ну что, голубки, хорошо отдохнули? – В глазах Джека светились озорные искорки. – Я слышал, как цепь громыхала всю ночь.

– Просто мне тяжело было спать в кандалах, – холодно отозвался Дэниел. Мысль о том, что Большой Энтони, или Джек, или кто-то еще слышал, как они с Хеленой занимались любовью, была ему крайне неприятна. Раньше он никогда не заботился о таких вещах, но теперь другое дело – он спал с женщиной, которую любил.

– Что ж, рад, что вы оба готовы. Пора идти.

– Ты спросил Крауча о том, о чем мы с тобой говорили в дороге?

Веселость Джека как рукой сняло.

– Еще нет. Я ему даже не сказал, что ты здесь, и парней просил об этом не упоминать. Хочу посмотреть на его реакцию, когда он тебя увидит.

Он сказал что-то Большому Энтони на ломаном итальянском. Тот связал Дэниелу руки, и только после этого Джек снял с него кандалы.

– А ты считаешь меня опасным парнем, Джек? – спросил Дэниел.

– Просто решил подстраховаться, Дэнни. В прошлый раз, когда мне пришлось с тобой бороться, нас было пятеро против вас с Найтоном, и вы победили. Теперь-то я знаю, что не стоит тебя недооценивать.

Дэниел взглянул на Хелену. Ее связывать не стали, хотя, судя по тому, как она сжимала набалдашник трости, ее тоже нельзя было недооценивать – она вполне способна сломать свое «оружие» о глупую голову Джека.

Они стали спускаться по ступеням. Большой Энтони шел впереди, за ним – Дэниел и Хелена. Завершал процессию Джек. Дэниел незаметно достал нож и принялся перерезать веревки на запястьях, пользуясь тем, что Хелена загораживала его от глаз Джека.

Когда они спустились вниз и направились к двери, ведущей в подвал, Хелена спросила:

– Куда мы идем?

– В пещеры, – отозвался Дэниел. Ему бы следовало раньше сообразить, почему Джек привез их к себе домой. – В подвале начинается туннель, который ведет к Сент-Клементским пещерам. Там Веселый Роджер хранит контрабанду.

– Молодец, Малыш Дэнни, – отозвался Джек. – Я смотрю, ты не совсем нас забыл. Ежели когда-нибудь надумаешь вернуться к работе…

– Благодарю, но я не хочу всю жизнь скрываться от полиции, – ответил Дэниел. – Не говоря уже о том, что честным путем я зарабатываю гораздо больше.

Джек усмехнулся:

– Похоже, Веселому Роджеру надо было к тебе прийти за деньгами.

– Это верно. Потому что я бы придумал кое-что получше, чем спустить его с лестницы. Я бы отправил его в тюрьму.

Джек замолчал.

Они вошли в подвал. Большой Энтони отодвинул край ковра, который висел на стене, и за ним оказалась дверь, ведущая в туннель. Внутри тянулся освещенный факелами коридор, проделанный в песчанике.

Дэниел принялся усиленнее работать над веревками. Воспоминания детства невольно нахлынули на него. В одном Джек был прав: в его прошлом были как плохие, так и хорошие времена. В последние годы он так старался забыть прежние связи, что ни разу не вспомнил о тех простых радостях, которые когда-то освещали его жизнь, – о том, как приятно было играть в прятки с другими мальчишками в проходах туннеля, как они подшучивали над Джеком и Веселым Роджером, когда те были навеселе.

Веревка неожиданно порвалась. Дэниел бросил ее под ноги, надеясь, что Джек перешагнет через нее, не заметив. Он продолжал держать руки вместе, не выпуская из них рукоятку ножа, лезвие которого все еще было спрятано в его рукаве. Ему предстоит притворяться связанным, пока он не увидит всю картину.

Туннель привел их в большую пещеру, посреди которой к ним спиной стоял светловолосый человек и громко раздавал команды. Шестеро контрабандистов сновали взад и вперед, распаковывая товар для транспортировки в Стокуэлл. Сердце Дэниела ностальгически заныло. Это было частью его жизни.

– Крауч, – позвал Джек. – У меня для тебя сюрприз.

Блондин повернулся, и Дэниел застыл от удивления, увидев знакомые черты. Дьявол побери! Десять лет порядком изменили Крауча. В его волосах появилась седина, но причины перемен были не только в возрасте. Веселый Роджер начал сутулиться и невероятно похудел. Некогда плотный человек, теперь он выглядел так, что, казалось, простое дуновение ветра могло переломить его пополам. Значит, Джек не соврал по поводу его здоровья. Было, похоже, что Крауч, родной дядя Дэниела, находится одной ногой в могиле. Эта мысль казалась невыносимой. Несмотря на то, что этот человек сделал или собирался сделать с его жизнью, Дэниел не мог видеть его таким больным. В конце концов, у него были и хорошие черты. Он с легкостью мог оставить Дэниела в работном доме, но не поступил так.

Крауч сощурился в темноте и медленно направился к ним. Подойдя к Дэниелу достаточно близко, он вздрогнул.

– Что за черт! Неужели это Малыш Дэнни?

– Он самый, собственной персоной! – ответил Джек, кладя руку Дэниелу на плечо. – Решил нанести нам визит.

– Привет, Веселый Роджер, – отозвался Дэниел. – Давненько не виделись.

В первую секунду казалось, что Крауч обрадовался встрече. Но затем его лицо исказилось от злости.

– Ты что, свихнулся? Зачем ты привел его сюда? – обратился он к Джеку.

– У меня не было выбора, – отозвался Джек. – Он рыскал по Суссексу в поисках девчонки – банда Уолласа на него наткнулась. Ты был в море, и я решил поступить, как счел нужным. Я его вроде как… взял под стражу.

– Ах ты, чертов осел! Ты понимаешь, что Найтон где-то поблизости?! Они не должны были узнать, что мы в этом замешаны!

– Так ведь Дэнни уже знал, – возразил Джек. – Не знаю уж, как он разнюхал.

– Этот ваш Прайс был не слишком осторожен, заметая следы, – спокойно заметил Дэниел.

Крауч выругался. Затем он перевел взгляд на Хелену:

– А это еще кто, скажите на милость?

– Его женушка, – ответил Джек. Крауч усмехнулся:

– Значит, обзавелся женой, а, Дэнни? Дай-ка на нее взглянуть.

Дэниел весь внутренне сжался, когда Джек подтолкнул Хелену вперед, но ничего не сказал, только заскрежетал зубами. Крауч осмотрел Хелену и, к удивлению Дэниела, отвесил ей шутливый поклон:

– Стало быть, вы жена Дэнни?

– Да. – Хелена гордо вздернула подбородок.

– Так у вас, должно быть, хлопот по горло. Наш Дэнни – большой проказник.

Дэниелу стало весело – чья бы корова мычала!

– Что ты будешь с нами делать? – спросил он.

– Мне придется взять вас с собой, – отозвался Крауч. Дэниел насторожился:

– А куда ты собираешься?

– На остров Уайт. Когда Найтон вернется в Англию, мой человек передаст ему, чтобы он отправлялся туда. На острове его встретит другой человек и проследит, чтобы он был один. Девчонка останется у меня на корабле, ее ему покажут издали, и, думаю, он не захочет посылать к нам ищеек. Как только мы получим денежки, мы ее отпустим. – Крауч вздохнул: – Конечно, теперь, когда ты в этом участвуешь, Найтон может сперва появиться тут. Но нас-то здесь не будет, и он поедет куда нужно. А я уж постараюсь, чтобы он понял, что девчонка поплатится жизнью, если что-то будет не так.

Краем глаза Дэниел увидел, как побледнела Хелена.

– Значит, ты дошел до того, что готов совершить убийство?

– Дэнни! – воскликнул Крауч. – Проклятие, я думал, ты знаешь меня получше! Да я к ней и пальцем не притронусь, но Найтон не должен об этом знать. Похоже, он меня считает сущим дьяволом. Меня это не особо волнует. Как только получу денежки, я уеду во Францию.

– А что будет со мной? – Крауч отвел взгляд.

– Делай, как тебе говорят, и все будет хорошо.

Такой уклончивый ответ не устраивал Дэниела. Отправиться в море, где тебя могут выбросить за борт в любой момент, и никто ничего не заподозрит? Надеяться на то, что его дядя поступит с ним лучше, чем с его родителями? Дэниел не мог так рисковать. Он не доверял Веселому Роджеру и, уж конечно, не мог подвергать опасности жизни Хелены и Джульет. Крауч вполне может расправиться с ними, и никто об этом не узнает. Надо устроить побег раньше, чем они сядут на корабль.

Неожиданно Крауч взглянул куда-то за их спины и улыбнулся:

– А вот и Прайс с девчонкой. Как раз вовремя, теперь можем отплывать.

Дэниел увидел, как из одного туннеля выходит молодой человек. Прайс был элегантно одет и манерами походил на джентльмена. Войдя в пещеру, он остановился и настороженно огляделся вокруг. Из-за его спины показалась Джульет. Дэниел отметил, что с девушкой все в порядке.

Прайс пристально посмотрел на Дэниела и Хелену, затем повернулся и что-то прошептал своей спутнице. К удовлетворению Дэниела, она не вскрикнула от радости при виде сестры, а вместо этого подошла поближе к Прайсу, взволнованно осматриваясь вокруг.

Прайс взглядом велел ей вернуться назад. Он обратился к Краучу:

– Ну, здравствуй, Веселый Роджер. Вижу, у тебя посетители?

– Это поверенный в делах Найтона, Дэнни Бреннан. Они с женой тебя выследили, глупый ты осел. Ты был неосторожен.

– Очевидно, так, – спокойно отозвался Прайс, взглянув на Хелену. – Значит, это его жена?

– Ну да, – отозвался Крауч. – Дэнни совершил ошибку, взяв ее с собой.

Дэниел задержал дыхание, ожидая, что сейчас Прайс раскроет Краучу глаза и тот поймет, что у него в руках находится не одна, а две родственницы Найтона. Но Прайс медленно перевел взгляд на Дэниела:

– Действительно, мистер Бреннан. Вам не следовало брать… жену в такое опасное место.

Дэниел услышал, как Хелена глубоко вздохнула, и понял, что она удивлена реакцией Прайса не меньше его.

– Я думал, это побег, – откликнулся Дэниел. – Иначе я бы ни за что не взял ее с собой, уж будьте уверены.

Похоже, Прайс что-то задумал. Он попятился назад, прикрывая Джульет и не вынимая руки из кармана.

– Так Найтон знает, что это твоих рук дело? – обратился он к Краучу.

– Возможно, – ответил тот. – Поэтому я и решил изменить план. Малыш Дэнни и его жена отправятся с нами, а ты останешься здесь.

– Зачем? Чтобы послужить мишенью Найтону и солдатам, которые приедут вместе с ним в Гастингс?

– Не думаю, чтобы он был настолько глуп. Он беспокоится о безопасности девчонки, в этом я уверен. Мне надо, чтобы ты ему как следует, разъяснил, что он ее не получит, пока не выплатит выкуп.

– Нет, она без меня никуда не поедет, – мягко возразил Прайс.

– Делай, как тебе говорят! – прорычал Крауч. Глаза Прайса стали как щелки.

– Я выполнил свою часть сделки, Крауч, – привез ее сюда, не привлекая внимания. А ты свое слово не держишь. Так что я ее пока не отпущу. Я с радостью встречусь здесь с Найтоном, но только после того, как ты сделаешь то, что обещал.

«Как удачно все складывается. Эта размолвка нам на руку», – подумал Дэниел.

– Найтон заплатит тебе куда больше, чем Крауч, – обратился он к Прайсу. – Если ты отпустишь девушку, он не поскупится.

Крауч хрипло хохотнул:

– Хорошая попытка, Дэнни, но деньги его не интересуют. Ему нужно то, что могу дать только я. – Он кивнул Джеку, и тот подошел к Прайсу.

В тот же момент Прайс вынул из кармана пистолет, и лицо Джека стало белым, как полотно. Все было продумано тщательно – позади находился туннель, который был соединен с множеством других. В этом лабиринте Прайсу с Джульет не составляло труда скрыться.

– Послушай, Морган, – вкрадчиво сказал Крауч, – не надо делать глупости. К чему тебе все это?

– Сделай то, что обещал, Крауч, – повторил Прайс. Хотя Дэниел находил их разговор увлекательным, он не собирался упускать возможность бежать. К ним подходили другие контрабандисты, заметившие, что происходит нечто необычное. Пока все смотрели на Прайса, Дэниел незаметно подошел к Краучу, зажав в руке нож.

Веселый Роджер покрылся пятнами от ярости.

– Ах ты, чертов идиот! Ты вовсе не выполнил свою часть сделки! Тебя выследили, и теперь мне приходится разбираться с Малышом Дэнни и менять свои планы!

– Однако, – спокойно отозвался Прайс, не отводя дула пистолета от Джека, – это дает тебе преимущество. Теперь у тебя в заложниках мистер Бреннан и его жена, и тебе есть чем шантажировать Найтона. Если ты выполнишь обещанное, то и девушку получишь в придачу. – Он сделал шаг назад. – А не выполнишь – я ее отсюда уведу, и буду иметь дело с Найтоном.

Дэниел воспользовался моментом и, оказавшись позади Крауча, обхватил его за талию и прижал лезвие ножа к его горлу.

– Хелена, иди сюда! – скомандовал он, оттаскивая ругающегося Крауча к ближайшему туннелю. Большой Энтони бросился к ней, но она так сильно ударила его набалдашником трости по челюсти, что Дэниел услышал, как хрустнуло и то и другое.

Хелена встала за спину Дэниела.

– Придется подарить тебе трость побольше, любимая, – пробормотал он.

– Предпочту пистолет, – отозвалась она.

– Хорошая идея. Проверь-ка у Крауча карманы. Он обычно носит с собой оружие.

Хелена последовала его совету и обнаружила не один, а целых два пистолета.

– Какая роскошь!

– Молодец, дорогая. Из тебя выйдет отличная жена контрабандиста!

– Стараюсь, как могу. – Хелена подняла пистолеты: – Ну, и кого мне пристрелить?

Черт возьми, похоже, эта женщина действительно способна кого-нибудь убить.

– Пока не стреляй, любимая. Просто направь один из них на Прайса. – Дэниел встретился с ним взглядом. – Отпусти Джульет, и я скажу жене, чтобы она оставила тебя в живых.

Прайс усмехнулся:

– Вы сами знаете, она меня не тронет. Бьюсь об заклад, ваша «жена» ни разу в жизни и мухи не обидела, а рисковать жизнью моей пленницы, пытаясь попасть в меня, и подавно не будет.

Похоже, парень далеко не глуп.

– Что ж, у меня есть план получше – я сейчас перережу горло Краучу, и ты никогда не получишь то, что тебе от него нужно.

– Дэнни, ты с ума сошел! Не станешь же ты убивать собственного… – подал голос Джек.

– Замолчи, Джек. Еще как стану. – Не время сообщать Прайсу о том, что Крауч приходится Дэниелу дядей.

Однако Прайс не собирался отступать:

– Если вы убьете Крауча, я буду вынужден пристрелить Джека. Тогда ни у вас, ни у меня не останется козырей, и нам надо будет бежать отсюда вместе с дамами, спасаясь от разъяренных контрабандистов.

Бежать вместе с дамами? Так вот что он намеревается сделать? Или он собирается спасти Джульет только для того, чтобы потом шантажировать Гриффа?

Люди Крауча обступили их, и Дэниел плотнее прижал нож к горлу своего пленника:

– Скажи им, чтобы отошли, или я перережу тебе глотку. Ты же знаешь, я могу. Я уже сражался с тобой раньше, и ничто не помешает мне сделать это снова.

Крауч грязно выругался, но все-таки велел контрабандистам отступить назад.

– А теперь дай Прайсу то, что ему нужно, – рявкнул Дэниел. – Пусть отпустит девушку.

На секунду вся пещера застыла в молчании. Каждый участник происходящего оценивал шансы другого. Дэниел так плотно прижал нож к горлу Крауча, что тот вздрогнул от страха, но потом вдруг расслабился.

– Чума тебя возьми, Прайс, чертов ты осел! Делай с этим все, что хочешь. «Океания», семнадцатое июля.

Дэниел чуть было не задушил его за такой ответ, но, казалось, Прайс остался доволен.

– Ты уверен? Если лжешь, я тебя найду и убью, ты это знаешь.

– Уверен. Ну вот, ты получил что хотел. Теперь отдай Дэнни девчонку.

Губы Прайса сложились в кривую улыбку, когда он посмотрел на Дэниела.

– Не сейчас. Сдается мне, мистер Бреннан, у вас и так хлопот хватает. Если не возражаете, я задержу леди Джульет, пока не буду знать, что вы из этого выбрались. Встретимся снаружи. – Он что-то шепнул Джульет, та запротестовала, но Прайс подтолкнул ее к входу в туннель.

– Прайс, вернись, черт тебя побери! – закричал Дэниел, но тот, оказавшись в туннеле, выстрелил вверх. Сверху посыпался песчаник, скрывая их с Джульет от взглядов преследователей.

– Догони его! – рявкнул Крауч, обращаясь к Большому Энтони.

Дэниел сразу сообразил, что делать. Не убирая ножа от горла Крауча, другой рукой он забрал у Хелены один из пистолетов и скомандовал:

– Ни с места! Иначе буду стрелять!

Похоже, итальянец наконец-то понял английскую речь. Он застыл на месте, не решаясь сделать ни шагу. Джек тоже не шевелился. Дэниел вернул пистолет Хелене.

– Направь его на Большого Энтони, дорогая. А другой – на Джека.

– Но, Дэниел, а как же Джульет?

– Спаси меня Бог, если я ошибаюсь, но мне кажется, она будет в большей безопасности в компании Прайса.

Этот мошенник был прав: Дэниел не представлял, как они с Хеленой смогут выбраться отсюда.

– Я бы не причинил девушке вреда, клянусь, – пробормотал Крауч.

– Если ты думаешь, что я тебе поверю, дядюшка, значит, ты просто дурак, – отозвался Дэниел.

Крауч весь внутренне сжался.

– Дя… дядюшка?

– Джек рассказал мне о том, что ты – мой дядя Томас. Занимательная история.

– Проклятие, Джек! – прорычал Крауч.

– Мне пришлось это сделать. – Джек повернулся к Веселому Роджеру. – Я хотел убедить Дэнни, что ты не причинишь ему вреда. Но он говорит… – Джек заколебался, потом взглянул на Дэниела и продолжил: – Он сказал, что это ты предал его родителей, потому-то их и повесили. Я ему не поверил, но он продолжает настаивать. Он ведь ошибается?

Крауч начал медленно сползать вниз.

– Господи, мальчик, – прошептал он, – значит, ты узнал об этом… Могу себе представить, что ты подумал.

Джек побледнел.

– Так это правда?! Ты… ты…

– Все эти годы, – продолжал Крауч, не обращая внимания на слова Джека, – все эти годы я боялся, что ты узнаешь. Кто же тебе сказал?

– Я поехал в Суссекс, – прорычал Дэниел, – и поспрашивал людей.

Крауч покачал головой, забыв о ноже у своего горла:

– Все было не так, как ты думаешь…

– Неужели? – Рука Дэниела задрожала. В этот момент он бы спокойно мог убить Веселого Роджера. – И как же это было? Может, объяснишь, почему ты передал родную сестру в руки солдат?

Все контрабандисты, находящиеся в пещере, замерев, ждали ответа. Даже Большой Энтони, который вряд ли понимал хоть слово из их разговора, застыл в напряжении, глядя на Веселого Роджера.

– Я хотел передать им твоего отца, а не ее! – Крауча била дрожь. – Я не знал, что Молли была с ним! У мерзавца не хватило людей, и он взял ее с собой. Я всегда ненавидел этого чертова ирландца. Он на ней даже не женился, обращался с ней как со шлюхой. Она заслуживала лучшего. Я думал, ежели я от него избавлюсь, она найдет себе хорошего мужа. Я знал, куда он направлялся, и сказал солдатам, это правда.

– И взял за это деньги, – закончил Дэниел.

– Да. Но ведь деньги-то я взял для нее. Думал, они ей пригодятся, раз она останется с тобой на руках. И когда я узнал, что она была с ним, что ее тоже повесили… – Голос Крауча дрогнул. – Видит Бог, Дэнни, я хотел умереть. Пытался с собой покончить. Пришел к реке и понял, что я такой трус, что даже утопиться не могу. Бедная Молли… Моя бедная любимая сестренка…

Слова Крауча эхом звучали у Дэниела в голове. Он понял, что больше не может ненавидеть своего дядю. И все же…

– Однако золото пригодилось тебе самому, когда ты переехал в Суссекс, не правда ли? Ведь с его помощью ты и начал заниматься контрабандой?

– Это все, что я умел делать. Как, по-твоему, твоя мама познакомилась с Диким Дэнни? Мы с ним занимались контрабандой в Эссексе.

В пещере наступила тишина. Дэниелу казалось, что он больше никогда не сможет дышать. Он убрал руку от шеи Веселого Роджера и отступил назад. Мысли о прошлом причиняли ему такую боль, что настоящее перестало иметь значение. Сколько бед из-за его мерзавца-отца! Никогда еще он не испытывал такой ненависти к Дикому Дэнни.

Похоже, остальные участники происходящего тоже не знали, что делать. Джек потрясенно смотрел на Крауча, в его взгляде боролись растерянность и негодование, но Веселый Роджер этого даже не заметил. По лицу пожилого мужчины текли слезы. Дэниел еще ни разу в жизни не видел этого сильного человека плачущим.

– Разве для тебя не важно то, что я заботился о тебе? – прошептал Крауч. – То, что я забрал тебя из работного дома?

– И как быстро вы это сделали! – резко отозвалась Хелена. – Оставили его там, на целых три года! А ведь он был всего лишь ребенком!

Ее горячая защита согрела сердце Дэниела. Крауч побледнел.

– Когда я уехал в Эссекс, то думал, что семья о нем позаботится. – Он бросил на Дэниела умоляющий взгляд: – Поверь мне, Дэнни, не мог я взять маленького мальчика с собой. Я сделал это, только когда узнал, как они с тобой поступили. Чертовы мерзавцы! – Он перевел дыхание. – Прости, что не приехал за тобой раньше. Я думал, с тобой все в порядке, иначе я бы никогда не позволил сыну Молли… – Он был не в силах продолжать дальше.

– Но когда ты наконец-то за мной приехал, почему не сказал, что ты мой дядя, дьявол тебя возьми?! – Боль и отчаяние, преследовавшие Дэниела годами, вырвались наружу. – Все это время ты лгал мне…

– Ты бы меня возненавидел, разве не так? Ты всегда тосковал по родителям. Я знал, что однажды ты выяснишь, что случилось, и тогда ты мне этого не простишь. Не мог я тебе сказать, Малыш Дэнни. И, говоря по правде, когда ты предпочел мне Найтона, я жутко разозлился, но ничего не стал делать. Я знал, что он может предложить тебе будущее, что с ним ты чего-то добьешься. Ты заслуживал лучшей жизни, чем я мог тебе дать.

Дэниел усмехнулся:

– Вот как? Зачем же ты тогда вернулся и попытался все уничтожить, шантажируя его моим прошлым? Зачем похитил ни в чем не повинную девушку?

Во взгляде Крауча появилось раздражение.

– А кто сказал, что я святоша? И потом, меня взбесило то, что ты за десять лет у нас ни разу не появился. Вот я и подумал, что пришло время напомнить тебе – и ему, – что ты у меня сперва работал, что это я дал тебе шанс хорошо жить, когда его еще и в помине не было. А он… обошелся со мной как с негодяем, с лестницы меня спустил.

– Когда ведешь себя как негодяй, другого ждать не приходится.

– Все одно от этого осла бы не убыло, ежели б поделился со мной небольшой суммой. У него-то денег достаточно, а помогаешь ему зарабатывать ты и твоя смышленая голова.

В его голосе звучала неподдельная горечь, и Дэниел неожиданно понял отчего. Крауч ревновал, и дело было не только в деньгах. Грифф сумел вызвать у Дэниела неподдельное уважение. Без сомнения, Крауч переживал из-за того, что не мог открыть Дэниелу правду об их родстве. И конечно, его раздражало, что «смышленая голова» племянника приносит прибыль кому-то другому.

– Поверь мне, – отозвался Дэниел, – я помогал Гриффу, но он сам заработал каждое пенни своих денег. – «И заслужил мое уважение и преданность, то, о чем ты не заботился, пока этого не лишился». – Его состояние не имеет к тебе никакого отношения. Не говоря уже о том, что он сколотил его, не прибегая к шантажу и не похищая молодых женщин. Он всегда много и тяжело работал и никогда не уклонялся от ответственности.

К сожалению, Краучу было не дано это понять.

– Я хотел раздобыть денег, чтобы уехать, только и всего. Джек может подтвердить.

– Он мне об этом уже рассказал. – Дэниел взглянул на Хелену и увидел, как она взволнована, как переживает за свою сестру и за него. – Ты вовлек в дело невинных людей, дядя, и тем самым переступил черту.

Лицо Крауча стало суровым, это выражение было отлично знакомо Дэниелу с детства.

– Ты берешься судить меня, да, мальчик? Свою плоть и кровь, человека, который, как мог, старался обеспечить тебе хорошую жизнь? Хочешь передать меня в руки ищеек и увидеть, как меня повесят?

– Нет. – Дэниел вздрогнул. – В отличие от тебя, я питаю уважение к родственным узам. Но я не позволю тебе разрушить мою жизнь. Ты уже неплохо поживился за мой счет, пора смириться с тем, что этому пришел конец. Пора тебе ехать во Францию, как ты и планировал. Если останешься там, я смогу гарантировать, что твой покой не будет нарушен.

– Дэнни, ежели ты не позволишь мне ни получить выкуп, ни продолжить заниматься контрабандой… – начал Крауч.

– Я не сомневаюсь, что у тебя кое-что отложено на черный день. Может, эта сумма не такая кругленькая, как тебе хотелось бы, но чтобы обосноваться во Франции, наверняка хватит. Я не позволю тебе остаться в Англии и продолжать портить жизнь мне и моим близким.

– Это мы еще посмотрим! – прорычал Крауч.

Дэниел обернулся. Контрабандисты стояли в нерешительности, потрясенные рассказом о том, как Крауч предал его родителей.

– Думаю, они сделают так, как я скажу. Особенно когда узнают, что в Лондон направлен листок, на котором изображены их физиономии, дом Джека, пара слов о твоем занятии контрабандой и подробный отчет о похищении. Грифф вот-вот получит эту посылку.

Контрабандисты пришли в волнение.

– Ты блефуешь! – рявкнул Крауч.

– Вовсе нет. Джек, помнишь портрет Прайса, который ты нашел в моем кармане?

– Да, Дэнни, – отозвался тот глухо.

– Его нарисовала моя жена. У нее настоящий талант. Так вот, она набросала портреты остальных, и вы получились так, похоже, что отправить всех в тюрьму не составит труда. Эта горничная из гостиницы согласилась доставить их в Лондон, конечно, за вознаграждение.

Джек тяжело вздохнул. Видно, вспомнил, сколько шуму поднялось из-за той «девушки», и понял, зачем это было нужно.

– Я написал Гриффу, чтобы он использовал эту информацию, как сочтет нужным, если мы все трое не вернемся через неделю. Отпустите нас, и, клянусь, мы оставим вас в покое. Вы сможете продолжать заниматься контрабандой до конца своих дней. Но попытайтесь только вмешаться в жизнь мою или жизнь близких мне людей, и, будьте уверены, вы тут же окажетесь в полиции. Свидетели у меня найдутся.

– Успокойся, мой мальчик, ты нас убедил, – вмешался Джек. – Парням и так в голову бы не пришло строить тебе какие-то козни. И никто из нас не станет тебя останавливать.

Дэниел забрал у Хелены пистолет.

– А что касается тебя, дядюшка, то я лично прослежу за твоим отплытием во Францию. И если когда-нибудь услышу, что ты вернулся, сверну тебе шею, слышишь?

Крауч повернулся и послал своим людям красноречивый взгляд, но те не собирались рисковать жизнью. Бормоча под нос что-то вроде «Снова Крауч какую-то ерунду придумал», они вернулись к своим делам.

– Что ж, Дэнни, похоже, ты победил, – с горечью заметил Веселый Роджер. – Что, доволен собой?

– Да, лучше и не скажешь, – пробормотал Дэниел, взяв Крауча за руку и направившись вместе с ним к туннелю, ведущему в дом.

Когда они проходили мимо Джека, тот сделал шаг навстречу Дэниелу:

– Может, заедешь ко мне как-нибудь в гости, а, Дэнни? Вспомним старые времена…

Дэниел грустно улыбнулся:

– Может, и заеду.

Джек кивнул в сторону Крауча:

– Не обижайся на него, мой мальчик. Он только хотел быть поближе к своей родне.

Дэниел взглянул на Хелену, которой пришлось столкнуться с унижениями и угрозами, попасть в плен к контрабандистам, для того чтобы спасти свою родню.

– Возможно, ты прав. Но некоторые люди ради этого рискуют жизнью.

Когда Дэниел вывел Крауча и Хелену на улицу, он подумал о том, что вовсе не постыдное прошлое, а отношение к нему связывает человеку руки. И если он, в отличие от Крауча, не станет прятаться от собственных ошибок, то навсегда останется свободным.

Загрузка...