* * *

(Юла)


Это было какое-то помутнение… Никогда раньше ничего подобного со мной не случалось. И клянусь, если бы мне рассказали, что так бывает, я бы не поверила и покрутила пальцем у виска, но оно бывает…

Игорь оказался невероятно приятным собеседником, уже через несколько минут мне казалось, что знаю его много лет. Рядом с ним было не просто спокойно и хорошо, как бывает, если рядом симпатичный тебе мужчина. Я верила ему, где-то глубоко, на интуитивном уровне теплилась уверенность, что конкретно этот мужчина не придаст, не унизит, не обманет, потому что просто не способен на грязь.

И да, это говорит та, кого еще сегодня утром едва не поимели в машине. Глупо так кому-то верить, но это было сильнее меня. Еще никогда мне не встречались такие мужчины, способные так говорить, так слушать, так смотреть. Его жадный взгляд ловил каждую мою эмоцию. Ему было важно услышать ответ на заданный вопрос. А спрашивал он обо всем, о моем детстве, о моей первой любви, о подругах, о родных.

И за какие-то минуты я выложила ему все, впрочем, как и он не скрывал от меня ничего. Работал Игорь в международном агентстве телохранителей, объездил весь мир, знает в совершенстве английский и французский, потому что именно во Франции бывает чаще всего. Сейчас вот вернулся из Мексики, поэтому-то такой загорелый. Умеет стрелять, и да, убивал, уже случалось. Игорь признался в этом так открыто и честно, что у меня и мысли не возникло испугаться его.

В общем, этот вечер определенно обещал стать лучшим в моей жизни. Он поцеловал меня во время третьего танца. Нежно и ласково, едва касаясь, будто я хрустальная. Не было никакой жадности и страсти, которая граничит с болью и страхом. Все было очень чинно и… правильно. Он касался своими сухими губами моих, давая при этом мне возможность отстраниться, передумать. И каким же счастьем горели его глаза, когда поцелуй мы все-таки разомкнули! Он радовался этому разрешению, как я никогда и ничему не радовалась.

Ведь так не бывает, чтобы столько и сразу, с первой встречи.

— Ты невероятно красивая, — шептал он, прижимая к себе.

И я верила. Это был не просто комплимент, а именно его мнение. Сейчас, для него, я и правда была красивой.

Все вялые сомнения вылетели из моей головы, когда мы, наконец, устроились на одном из диванов. В дали от танцпола и любопытных глаз. Мы видели весь зал, а в нашу сторону никто не смотрел. Только один парень…

— Кто это? — спросила я, заметив компанию из трех мужчин.

Один из троицы внимательно смотрел не столько на меня, сколько на Игоря.

— Мой хороший друг, Слава, — тут же ответил мужчина. — Мы с детства знакомы, так что нас можно назвать друзьями со времен горшка.

— А почему он так внимательно смотрит на тебя?

— Наверное, потому что я только приехал и обещал «накрыть поляну».

— А-а-а, — улыбнулась я, — так значит, я мешаю твоим посиделкам?

— Ни разу! — тут же открестился он. — За вечер с такой прекрасной девушкой я готов отдать все пьянки с друзьями.

— А где твоя девушка? — решила расставить все акценты я.

— Какая девушка?

Его искренее недоумение от моего вопроса разлилось теплом внутри. Я и не думала, что Видана его девушка, иначе бы она не знакомила нас так легко или как-то указала бы на свой статус, но лучше все-таки уточнить.

— Ну Видана, кажется… — проговорила, тут же делая глоток коктейля.

— Она тоже мой друг, Юла. Только друг.

— Ты веришь в дружбу между мужчиной и женщиной? — уточнила я, улыбаясь.

Он пододвинулся ближе, мягко пересадил меня так, чтобы я оказалась впереди, между его ног, и в кольце его рук. Меня тут же окружил сильный мужской запах. Не противный, не аромат пота, а именно запах мужчины, очень приятный, чуть пряный. И да, я хотела бы чувствовать этот запах на своей подушке по утрам.

— С тобой в дружбу я не верю, уж прости. Тебя можно только любить, от кончиков волос, до ноготков и пяточек. А вот с Бесом мы именно друзья. Я, можно сказать, ее старший брат…

— Так вы родственники? — уточнила, потому что сходства в них не было.

— Не совсем, — посуровел мужчина. — Скорее брат и сестра по смерти.

— Объясни, — нахмурилась я.

— Ее родители и мой старший брат погибли в один день, в одном и том же месте. Горе сплотило нас сильнее кровных уз.

— Господи! Соболезную.

— Спасибо, уже семь лет прошло. Я-то еще ничего, старше был, а вот Виде пришлось тяжко, и тогда, и сейчас…

— Теперь понятно… — прошептала.

— Что?

— Лицо у нее странное, возрастное немного. Хотя, если бы и я родителей лишилась, то тоже, наверное, постарела бы в один момент.

Игорь нахмурился, явно задумавшись. Мне стало очень неуютно, оттого что я своими вопросами и ревностью испортила такой отличный вечер. Вывернулась назад, потянулась к его губам, но поцеловала в щеку. Мужчина повернул голову — и мы снова растворились друг в друге.

Ну а дальше он словно читал мои мысли. Стоило в голове промелькнуть желанию, чтоб он коснулся, как его рука тут же нырнула под футболку. Кружево бюстгальтера терло напряженную кожу. За какие-то несколько минут страстного поцелуя в брюках стало жарко.

Его рука переместила мою ногу на его колено. Я дернулась.

— Не волнуйся, лучик. Мой нежный лучик… на нас никто не смотрит, я знаю…

— Но…

Его рука прошлась по молнии брюк.

— А еще я знаю, что тебе жарко… там. Лучик, единственное чего я хочу, это чтобы тебе было сладко… разреши.

И глаза, как же горели его глаза при этих словах. Мне оставалось только кивнуть. Мужчина тут же снова поцеловал, одновременно прижимая к себе.

Почувствовала, как он расстегнул молнию. Жутко томительный момент, когда ты знаешь что будет, но замираешь в ожидании. И мне хотелось, чтобы он прикоснулся. Мне хотелось кончить. Больше всего на свете хотелось понять, какой он любовник, ведь если плохой, то никакие его достоинства не перекроют этого факта… И мне не было стыдно от того, что я устроила такой тест мужчине. Да, секс важен для меня, важна совместимость.

Миг, когда его чуть прохладные пальцы отогнули трусики, показался вечностью. Я почувствовала холодный воздух зала, который опалил. Только сейчас ощутила как жарко и мокро там, внизу. Только на контрасте поняла, что нижнее белье можно выжимать. Секунды, пока его пальцы проникали внутрь, раздвигая уже налитые кровью губы. Как же я его хотела, оказывается. И я не дышала, ожидая этого прикосновения. И поцелуй вместе с ласками.

И уже не важно, что мы вообще-то в общественном месте, что вокруг люди и музыка. Не важно, что я толком и не знаю этого мужчину. Кто я сейчас? Шлюха? Да, очень похоже, но никакие силы не заставили бы меня передумать. Да, вот так просто, одна короткая встреча — и я уже готова поставить крест на любой морали.

— Боже, какая же мокрая! — его шепот у уха.

Его трясет мелкой дрожью, как после купания в холодной воде. Трясет и меня, только ниже пояса. Бедра двигаются за его пальцами. Никогда ничего подобного не было. Мне и в голову не приходило, что я могу настолько обезумить, настолько опуститься до… да до всего, что сейчас происходит. Страстные поцелуи с незнакомцем, почти незнакомцем, уже повод, чтобы начать волноваться о собственном здравии.


Все что происходит — кошмар. Но самый сладкий, самый приятный кошмар!

Оргазм накрыл резко. Почувствовала, как раскрывается все там, внизу. А затем срыв вниз, как с горки, в бездну удовольствия. И мой стон, пусть и ему в губы, но он прекрасно перекрывает музыку.

Внутри все еще сжимается, пульсирует, горит, при всей влажности, а Игорь уже вытащил пальцы. Внутри кольнула иголочка разочарования. Да, вот она реальность после удовольствия. Сейчас, наверное, попросит у него отсосать…

Но мужчина удивил. В полумраке его пальцы блестели. Он жадно облизал их, далеко высовывая язык, как большая собака. Не знаю, почему пришла именно такая ассоциация, но напомнил он мне именно собаку. Было в этих движениях что-то звериное…

— Сладкая! И не думал, что женщины могут быть такими сладкими…

Я покраснела. Сложно представить более удобный способ пожалеть о сексе, чем сравнить женщину сразу после ее оргазма с другими. Этот смог. Захотелось встать и уйти. А еще засмеяться… Ну как я могла подумать, что в ночном клубе, в области мне встретиться мужчина, который будет умнее всех встреченных ранее? Ну не дура ли? Дура она и есть…

— Стой! — остановил он, возвращая меня в сидячее положение. — Лучик мой, я же сказал, что слаще ничего в жизни не пробовал! Мне мало… мне тебя всегда будет мало! Мало твоих стонов. Хочу, чтобы ты еще и покричала.

И поцеловал в шею…

— Отпусти! — прошептала, останавливая его руку, которая опять нацелилась на трусики — Я не хочу больше!

— Я знаю, что не хочешь. Зато я хочу, чтобы ты меня хотела, всегда…

И снова эти прикосновения, снова эти движения. По кругу, едва касаясь вершинки клитора, то прижимая его, то просто задевая. Эти скользящие касания по складкам, тихие едва слышные выдохи из глубины его груди, будто его заводили мои ласки не меньше, чем меня. Но так ведь не бывает?

— Кончи для меня! — мольба.

И да, это была именно мольба. Так о глотке воды просят… или о дозе. Эти слова — все что угодно, но только не заигрывания ради красного словца.

На этот раз я выгнулась в его руках. И громко застонала, почти закричала, в последний момент успела сама себе закрыть рот, чтобы не заорать на весь зал. Он продолжал гладить. Ласково и нежно, пока я полностью не успокоилась. Поправил трусики. Застегнул брюки.

— Пойдем наверх…

— Что? — перебила я.

— Здесь есть комнаты для персонала, что-то вроде номеров. Я, конечно, могу пригласить тебя к себе, но ты ведь не поедешь?

— Не поеду, — качнула головой.

— И в отель не поедешь?

— Нет!

— А здесь, ну можно сказать, что Серый — мой дом, в каком-то роде. Лучик, я так хочу тебя, что либо меня разорвет на части, либо я просто тут скончаюсь от остановки сердца. Я хочу вылизать тебя, сожрать…

Он провел дрожащей рукой по лицу, будто сон отгонял.

— Мне кажется, я сплю…

— Мне тоже, — прошептала, и покорно пошла за ним следом.

В этот раз бармен уже не улыбался. На меня вообще не смотрел, а вот на Игоря глядел зло.

— Гостевые комнаты свободны?

— Одна, Черныш.

— Ну и отлично! Давай, мы повторим, плюс, пару салатов и ликер сладкий.

— Я понял, — отозвался бармен и выудил из-под стойки обычный ключ с черной пластиковой биркой.

Загрузка...