Отрицание чувств. Теперь на ты

Глава 2. Ценный сотрудник

Марго

Пока я возвращалась в свой кабинет, то все никак не могла до конца восстановить дыхание и привести в порядок мысли. Я злилась на себя, что так легко поддалась на его действия, при этом мне ужасно понравилось, как он хитро обошел меня. Только в этом всем был один большой минус, целый рабочий день впереди и абсолютное непонимание, как быть дальше. Тело отказывалось подчиняться, отзываясь спазмами жгучего желания, потому что выкинуть из головы его поцелуи не получалось. Подвох я почувствовала сразу, как только он легко уступил мне свое место, только его дальнейшие прикосновения оказались слишком обжигающими и моментально свели с ума, лишь проблески сознания отчаянно намекали на неподходящее место и время. У меня снова не осталось сил противостоять его напору, однако я упрямо пыталась достучаться до директорской выдержки, которая отказывалась выходить на связь. Безусловно мне понравилось, что Завьялов снова сбросил свое равнодушие, открыв реальные желания, только условия вновь играли против нас. Хотя на деле он явно побеждал, ведь я уже была готова снова впустить его в свою кровать, лишь бы закончить то, что мы начали на его столе.

Вернувшись в свой кабинет обнаружила окончание небольшой перестановки, а также скромное чаепитие коллег со стажером и их рассказы о том, что его новая работа исключительно моя заслуга.

— У нас директор нынешний очень строгий, но Риточка нашла к нему подход, он и завод закрывать передумал, потому что она настояла! — коллега отхлебнула чай, прервав свою тираду, в которую сразу вклинилась я.

— Вообще-то директор сам понял, что завод не нужно закрывать, а вот на счет нового сотрудника не скрою, я немного постаралась. — я решила в шутливом ключе поддержать беседу, чтобы хоть немного отвлечься от навязчивых мыслей о произошедшем, только в итоге вспомнила еще больше пикантных моментов.

— Ой, постаралась она! — в разговор включилась вторая коллега, а стажер лишь переводил взгляд на каждую из нас. — Тебе и стараться не надо, глазками небось похлопала, он и согласился.

— Он не хотел меня брать на работу? — стажер наконец подал голос.

— Директор никого не хотел брать, но я сумела убедить его, что ты самый подходящий кандидат. — я мило улыбнулась, схватила печенье со стола и вернулась на свое рабочее место.

— Вот видишь, Артем, она ж прибедняется, а сама нашего директора на коротком поводке держит. — коллега сама посмеялась над своей шуткой, а я всерьез задумалась, что пусть мне порой удается схватить Завьялова за галстук, но я понятия не имею, кто из нас кого держит и как вернуть себе контроль над сложившейся между нами сейчас ситуацией.

— Это она шутит. — вторая участница беседы снова вернула себе внимание стажера. — Он очень строгий, но справедливый, а Риточка у нас умная, он это понял, вот к ней и прислушивается. — такая интерпретация показалась мне крайне забавной и все-таки помогла немного сменить направление своих мыслей.

Полностью согласиться с таким высказыванием мне было сложно, однако теперь я точно знала, что имею некоторую власть над суровым директором. Этот факт меня однозначно радовал, только в любом случае он добился своего и сейчас мне было необходимо закончить начатое. Полностью вернуться к работе вышло не сразу, потому что я упорно пыталась решить, как получив свое, не дать Завьялову расслабиться. Единственная пришедшая на ум идея показалась не самой подходящей, а ее реализация вызывала еще больше вопросов, однако после недолгого мыслительного процесса окончательное решение я отложила до конца рабочего дня, вновь вернувшись к текущим делам. Трудовой настрой удалось вернуть, поэтому новоявленный сотрудник быстро попал под раздачу и покорно начал изучать основы своей грядущей работы. Тем временем я не менее покорно взялась за выполнение задачи директора по сверке еще одного пункта, полностью переключившись на работу. Все это меня отвлекло, поэтому до конца продумать мою не самую гениальную задумку я не успела. Конечно использовать автомобиль Завьялова вместо моей кровати было как минимум странно, поэтому мысль смягчить свои условия и пустить его к себе все больше казалась самой правильной. В конце рабочего дня коллеги по кабинету увели с собой стажера, намекнув мне не засиживаться, на что я искренне пообещала следить за временем. Только закончив дела, поняла, что задержалась уже на час. Первым делом проверила наличие директорского автомобиля на парковке, который все еще был здесь, после чего отправила ему документацию и решила использовать ее в качестве повода, чтобы оказаться у него кабинете. В конце концов именно он сегодня меня обманул, поэтому я могла оправдать свое желание проверить все сразу.

Приближаясь к директорскому кабинету вдруг поняла, что ситуация выглядит глупо, потому что мое появление сейчас будет слишком понятным. Я хоть и была уверена в его желании на мой счет, только все равно ощущение собственной навязчивости меня не покидало. В итоге все мои опасения разбились о запертый кабинет, что одновременно меня разочаровало, но при этом успокоило. Вероятность того, что мы разминулись, было невозможно исключить, а значит скорее всего я просто опоздала. Неосознанно облокотившись на стену возле кабинета сделала глубокий вдох. Хотелось биться головой об эту стену, напоминая себе, что нельзя вешаться на шею Завьялову и самой идти в его руки. Внутри разрасталось крайне неприятное ощущение, что я действительно делаю необдуманные шаги, ведь если он ушел, то, выходит, сам не стал предпринимать никаких действий в отношении меня. Этот факт меня достаточно сильно расстроил, что мысли о моей навязчивости приобрели совершенно другой еще более нелепый оттенок. Пока я боролась с собой, Завьялов внезапно обратился ко мне, заставив сердце пропустить удар от неожиданности. Повернув голову в сторону коридора, откуда он шел, увидела на нем спецовку, которая намекала на недавнеее посещение производства.

— Я прислала документы, хотела сразу все уточнить. — я неосознанно начала оправдывать свое появление, но говорить уверенно оказалось сложно.

— Думаю, это подождет до завтра, сейчас у нас другая проблема. — он подошел, достал из кармана ключ и вставил его в замочную скважину, мельком посмотрев на меня.

— Проблема? — я не сдержала легкой игривости в голосе, ведь успела подумать, что он говорит о нашей дневной так называемой беседе на столе, только дело оказалось в работе.

Пока он открывал дверь, быстро объяснил, что именно пошло не так. Ситуация действительно оказалась сложной, ведь одна из производственных линий в который раз за последнее время давала сбой. Все это усугублялось тем, что размер финансирования уже был утвержден, а дополнительный ремонт конкретно этого выходящего из строя оборудования никак не предполагался. Теперь появилась необходимость перераспределить планируемые расходы с учетом новых обстоятельств, при этом с минимальными потерями для изначальных планов. От этой информации я впала в задумчивость, ведь при первоначальном распределении у нас не было запланировано резервных средств, а изменения в затратах на другие ремонты или закупку материалов для производства могли пагубно сказаться на всей удачно выстроенной концепции. Видимо директор понял, что я слишком погрузилась в размышления, поэтому молча завел меня в кабинет, бесстыдно положив ладонь мне на поясницу. Это я заметила, только когда он убрал свою руку, стоило нам оказаться внутри. Сказать на эту тему ничего не успела, потому что Завьялов тут же перешел на другую, спросив про нового сотрудника. Я как на автомате кратко отчиталась, что пока ввожу стажера в курс дела и более информации предоставить не могу, после чего вернулась к вопросу о перераспределении. Мы лишь немного обсудили, в каком направлении придется двигаться с учетом новых обстоятельств, но принять решение без производственного персонала возможности у нас не было. Естественно я не могла оставить ситуацию, поэтому практически настояла на необходимости составить предварительный план. Завьялов скептически отнесся к моему рвению, но мне хватило доводов для дальнейшей оккупации директорского кресла и компьютера, где я в течении некоторого времени набросала примерные варианты изменений, постоянно отвлекая его от изучения экрана своего телефона.

— Я закончила, но ты бы мог участвовать активнее. — мои слова не смогли отвлечь Завьялова от гаджета.

— Учитывая упорство, с которым ты отобрала мое кресло, я тебе в принципе не нужен. — он ответил, даже не глянув в мою сторону.

— Нужен! — на мой возмущенный возглас он с нескрываемым удивлением посмотрел на меня, а я поняла, что выразилась довольно неоднозначно, поэтому тут же продолжила. — Кресло, конечно, удобное, но твое директорское одобрение моих идей мотивирует куда лучше. — от этих слов он даже усмехнулся, но наконец отложил телефон.

— Хорошо, твои варианты действительно неплохие и имеют право на жизнь, однако завтра после заключения производственников есть вероятность, что всю систему финансирования придется выстраивать с нуля. — теперь он внимательно смотрел на меня.

— Ну вот, можешь ведь, когда захочешь! — я улыбнулась ему, все-таки оценив немного натянутое одобрение.

— Сейчас я просто хочу отвезти тебя домой. — он говорил излишне равнодушно, хотя я уже знала, что кроется за этим желанием меня подвезти.

Естественно его настрой на диалог и в принципе подход мне не понравились. Я знала, что Завьялов всегда ведет себя сдержанно, однако в данной ситуации хотела лицезреть чуть больше заинтересованности в нашем совместном времяпрепровождении. Мне удалось сохранить улыбку на лице, потому что теперь я точно не собиралась пускать его к себе, а кроме дурацкой идеи у меня не оставалось других вариантов.

— Тебе так понравился мой растворимый кофе? — я выключила компьютер, вышла из-за стола и направилась к нему.

— Скорее понравилась твоя кровать. — директор продолжал наблюдать за моим приближением, но как только я подошла совсем близко, он поднялся, чем несомненно нарушил мое личное пространство и пошатнул стойкость.

— Мог бы придумать что-нибудь более оригинальное, чем постоянно возить меня домой. — мне пока удавалось твердо смотреть ему в глаза, тем более я уже была готова оставить его ни с чем.

— Хочешь ко мне в гостиницу? — директор скрестил руки на груди и с легкой ухмылкой посмотрел на меня.

— Во-первых, изображать ночную бабочку, это не про меня, во-вторых, ночевать я хочу дома. Одна. — я сделала ударение на последнем слове. — Гарантии, что ты ночью уедешь, у меня нет. — с этими словами я провела ногтями по его груди и невзначай взялась за галстук.

— Однако ты пришла сюда, значит хотела что-то предложить. — он естественно все понял, только я как обычно не собиралась так просто сдавать свои позиции, поэтому схватилась за галстук второй рукой и чуть сильнее затянула узел на его шее.

— Предлагаю для разнообразия поискать сеновал. — мне стало слишком смешно от своего нелепого предложения, а глядя на явное удивление директора, я не сдержала легкий смешок.

— Надеюсь, ты это несерьезно, Марго, потому что я не понимаю, к чему нужны эти сложности. — он убрал мои руки от галстука, ослабив его обратно, но не отошел, значит все еще был заинтересован провести вечер со мной.

— Достаточно серьезно, чтобы разбавить твою слишком правильную жизнь. Можем кстати обойтись твоей машиной, ты ведь явно в свое время успел заманить очередную куклу на заднее сидение. — меня забавляло его негодование, потому что смотрел он на меня с особым недоверием.

— Предпочитаю более традиционные места. — ему явно было сложно сдерживать себя, потому что его ладонь слишком приятно прошлась по моему бедру, двигаясь дальше вверх по телу.

— Тогда я тем более хочу отличаться от других. — не разрывая зрительного контакта, я аккуратно убрала его руку от талии в отместку за галстук и чуть отошла, чтобы взять с соседнего стула свою сумку.

— Ты и так отличаешься. — он снова сократил между нами расстояние, а мне в свою очередь стало сложно сопротивляться ему, поэтому я уже в самом деле приготовилась сбежать.

— Не убедил, но могу предложить еще твой кабинет! Правда это рискованно, ведь даже сейчас в дверь могут постучать. — я пожала плечами, отчего лямка платья вновь свалилась, однако вернуть ее на место я не успела, потому что Даниил достаточно резко притянул меня к себе.

Я оказалась прижата к нему спиной, отчего на несколько секунд задержала дыхание, потому что его крепкие объятия неизменно сводили с ума, стирая все мысли. Одной рукой он полностью обхватил мои плечи, а давление на грудную клетку лишь усугубляло мое заведенное состояние, что я неосознанно схватилась за его запястье. Второй рукой он медленно двигался от моего бедра к животу, еще сильнее прижимая к себе, отчего тело практически сводило нарастающим желанием. Я моментально утонула в этих ощущениях, с трудом находя в себе силы держать в руках сумку и сдерживаться самой, а его размеренное дыхание в волосах у моего виска и близость, которой он меня окутал, поставили точку в его очередной победе надо мной. Мне стало ясно, что выбор пал на кабинет, однако я была уже согласна на это, потому что ситуация развивалась слишком стремительно и думать о другом совсем не хотелось. Я немного повернула голову к нему и уже задумалась откинуть сумку в сторону, чтобы ничего не мешало полностью отдаться во власть происходящего, но момент оказался слишком хрупким. Мы стояли в полной тишине недалеко от двери, поэтому внезапное матерное перекрикивание сотрудников на тему неполадок в производственной линии услышали достаточно хорошо. Наваждение легко разбилось о чужие разговоры в коридоре, а мне стало очень смешно, что пришлось сдерживать желание смеяться. Из своих объятий Завьялов меня не выпустил, сжав еще крепче и довольно тихо заговорив, опаляя дыханием мою щеку.

— Твоя взяла, используем в качестве убеждения машину. — с этими словами его хватка ослабла, а я смогла немного повернуться и посмотреть на него.

— Тогда поехали, я покажу тебе одно укромное место.

Оказавшись в машине, он снова хотел поставить навигатор, но я решила показать дорогу сама. Сразу объяснять, куда именно мы едем, не стала, выдержав так называемую интригу, ведь на деле вела нас практически в лес. Уединенное место находилось за чертой города около бывшей территории колхоза, который уже много лет был заброшен. От здания скотного двора практически ничего не осталось, зато все еще стояла старая водонапорная башня. Раньше здесь часто собиралась молодежь, но за последние годы территория сильно заросла деревьями, поэтому народ эту площадку забросил, а на картах навигатора она больше стала напоминать именно обычный лесной массив. Однако сейчас это было как раз то, что нужно, так как густые кроны деревьев забирали максимум освещения длинного светового дня, в чем я убедилась, стоило свернуть с основной дороги. Это был последний поворот, который вел в тупик к самой башне, поэтому больше мне нечего было сказать. Зато Завьялов, который всю дорогу молча вел автомобиль по моим указаниям, только сейчас заговорил.

— Мне стоит начинать бояться? — по его голосу сложно было понять, как он относится к происходящему.

— Нужно было бояться, когда решил со мной познакомиться. — я понимала, что обстоятельства в самом деле довольно абсурдные, поэтому старалась скрыть некоторое волнение за шуткой.

— Не самое живописное место. — остановив авто у башни, он равнодушно начал осматриваться.

— Мы сюда не пейзажами любоваться приехали. — с этими словами я отстегнулась и отстегнула его, а потом, облокотившись на его колени, попыталась достать до кнопки, чтобы отодвинуть его сидение.

— Что ты делаешь? — он конечно старался сохранить невозмутимость, но сейчас ему это явно не удавалось, поэтому свой смех он сдержать не смог, а я как раз нашла кнопку.

— Двигаю сидение, ты ведь новичок в этих делах, сам не догадаешься. — много двигать не пришлось, поэтому я быстро выпрямилась и сняла кроссовки, чтобы не запачкать салон, после чего смело полезла к нему.

— Ты сейчас серьезно хочешь заниматься этим вот так? — он даже слабо вздохнул, но я уже села на него, только ноги все еще оставались на пассажирском сидении.

— Именно! Неужели у тебя правда ни разу не было в машине? — я притормозила свою бурную деятельность и посмотрела на него.

— Ни разу. И, честно говоря, не планировал пробовать. — он хоть и не планировал, но явно пытался смириться с моими действиями, потому что моя спина отчетливо ощущала его ладонь.

— А я вот пробовала, только на заднем сидении. Там поудобнее будет, но сейчас хочу на водительском. — мне удалось принять нужное положение, задев кнопку сигнала. Звук был внезапным, поэтому я дернулась, после чего не сдержала немного истеричный смех.

— Это какое-то ребячество, Марго. — он мой смех подхватил. — Я думаю не стоит. — он конечно хотел меня вразумить, но сейчас я была настроена решительно.

— То есть ты хочешь сказать, что я сейчас зря сюда залезла? — к сожалению, мне было действительно смешно, хотя изначальная идея поездки подразумевала совершенно другое.

— Я пытаюсь понять, почему в принципе на это согласился. — видимо дорога сменила направление его мыслей, потому что на смену неконтролируемого желания пришло вполне логичное мышление.

— Может потому, что я очень ценный сотрудник? — я решила вернуться к первоначальным планам при помощи тактильного контакта, поэтому моя рука бесстыдно двинулась вниз по его торсу.

Он оставил без ответа мой вопрос, потому что я уже дразнила его короткими поцелуями у края губ. Руки Даниила быстро оказались под юбкой платья, чем моментально вернули мне то, на чем нас дважды прервали в его кабинете. Напряжение, которое возникло днем, все еще искало выход, поэтому сейчас Завьялов смело стянул платье с плеч, обжигая требовательными поцелуями и позволяя мне добраться до пояса его брюк. Находясь не в самом удобном положении, я довольно легко сумела справиться с застежками одежды и даже немного ослабила галстук, чтобы расстегнуть несколько пуговиц его рубашки. Несмотря на то, что происходящее в данный момент я совершенно не планировала, утром оделась как нельзя кстати, ведь платье совсем не мешало, а нижнее белье давало возможность без труда под него забраться. Не самые типичные условия в итоге лишь усилили эффект от процесса, потому что осознание дикого желания, не имеющего преград на своем пути, работало как дополнительный афродизиак. Будучи скованной в своих движениях, я хотела его еще больше и практически сгорала от грубых прикосновений крепких мужских рук. Мне нравилось видеть и ощущать, как он несдержанно берет меня в свой плен, доводя до затуманивающего разум удовольствия и заставляя целовать его еще сильнее. Именно в эти мгновения я полностью подчинялась, лишь бы не останавливаться и чувствовать, как сильно он меня хочет. Место оказалось не таким важным, ведь даже в машине все было головокружительно, но этого все равно было мало.

В попытке привести в порядок дыхание, я все еще плотно прижималась к нему, уткнувшись в шею. Мне явно хотелось продолжения, но уже в более комфортных условиях, поэтому мысли искали повод не слишком навязчиво предложить ему все-таки переместиться в мою кровать. Естественно я понимала, что буду выглядеть глупо, если скажу об этом напрямую, ведь по сути можно было сразу поехать именно ко мне. В голову пришло очередное изворотливое решение, которое я приняла за единственное более-менее подходящее под обстоятельства и сразу начала его воплощать. На мои мягкие прикосновения губами к шее и подбородку молчаливый директор практически сразу среагировал, закопавшись руками в моих волосах и притянув к себе в чувственном поцелуе. От этого я снова вспыхнула как спичка, готовая сдаться без боя, а Завьялов сам решил спросить про смену места.

— Может теперь все-таки переместимся в более неоригинальную кровать? Могу пообещать честно уехать. — он приятно провел ладонью по моей шее, убирая волосы за спину. Я продолжала его дразнить, нежно проводя носом и губами по щеке.

— Может… — я почти прошептала это ему на ухо, но все-таки решилась задать свое каверзное условие. — Если дашь мне сесть за руль. Права у меня есть. — для убедительности прикусила его за мочку уха.

— Нет, так не пойдет. — Завьялов неожиданно схватил меня за плечи, отстранил от себя и заглянул мне в глаза. В сумерках было плохо видно, но его недовольный взгляд я сумела разглядеть. — Ты мне постоянно собираешься ставить непонятные условия?

— Что Даниил Борисович, уже жалеете, что связались со мной? — я перешла на «вы» из-за его слишком жесткого тона, тем более такого ответа не ожидала.

— Не жалею. Однако подобные ультиматумы не приемлю. — со мной снова разговаривал непреклонный директор, только несмотря на не самый приятный для меня диалог, эта строгость Завьялова все равно мне слишком нравилась.

— Знаешь, я тоже много чего не приемлю, но при этом согласилась временно побыть твоей постельной игрушкой, так что ты мог быть и посговорчивее. — естественно теперь ни о каком продолжении и речи быть не могло, но я позволила себе застегнуть обратно пуговицы его рубашки и вернуть на место галстук, после чего полезла обратно на пассажирское сиденье.

— Ты не игрушка, Марго. — он до конца поправил свою одежду, в то время как я одевала кроссовки.

— А кто я? — заданный мною вопрос оказался неосознанным и абсолютно ненужным, явно поставив Завьялова в тупик.

Я внимательно на него посмотрела, хотя аналогично понятия не имела, каким может быть ответ. Даниил изучающе посмотрел на меня несколько секунд, после чего с усмешкой перевел взгляд вперед и завел авто, все-таки ответив мне.

— Ты слишком ценный сотрудник. — его слова меня позабавили, однако бессмысленный вопрос неприятно осел в мыслях.

— Комплимент принимается. — я использовала слово «комплимент», помня его особое отношение к этому определению, ведь сейчас обстоятельства явно сошлись.

Мне удалось изобразить улыбку, но игривый настрой неизбежно был потерян, поэтому всю дорогу до моего дома мы ехали молча. Я не знала, что сказать, потому что внутри разрасталось противное чувство моего крайне невыгодного положения. Невеселые размышления усугублялись привычным молчанием Завьялова, но в этот раз именно он прервал тишину, когда мы свернули в мой двор.

— Видимо сегодня приглашения мне ждать не стоит. — его слова меня рассмешили, выдернув из задумчивого состояния. Наверное, из-за такой моей реакции Даниил решил, что я смягчилась, поэтому задал следующий вопрос. — Или мне нужно выполнить очередное условие?

— Условий нет. — я повернулась к нему, чтобы насладиться его дальнейшим разочарованием. — Чтобы снова оказаться у меня, тебе нужен код для входа, но говорить его тебе я не собираюсь.

Завьялов снова не скрыл вздоха, однако этим вечером я больше не собиралась налаживать так называемый контакт. Ехидно улыбнувшись и попрощавшись до завтрашнего дня, пошла домой. Код действительно был нужен, ведь домофон уже успели починить, но понять теперь, хочу ли я продолжать эту игру, оказалось слишком сложно. Постоянно выдвигаемые условия были скорее проявлением моих тщетных попыток оправдать свое поведение, ведь именно так мне удавалось не чувствовать себя очередной пустой и ничего не значащей девицей в жизни такого как он. Безусловно я не сомневалась, что Даниил и впрямь считает меня неплохим сотрудником, при этом вне стен завода найти более правильное название для наших отношений было непросто. Я отдалась ему, ведомая своими желаниями, но совершенно не задумалась, к чему мы в итоге можем прийти. Сегодня он действительно согласился на авантюру с машиной, словно убедив меня, что я не просто кукла для развлечений, однако, несмотря на это, ему никто не мешает найти другую более безотказную девушку. Пытаясь осмыслить, насколько правильно я поступила, поддавшись самой себе, пришла к выводу, что в самом деле ни о чем не жалею. Я давно не чувствовала себя так хорошо в мужских руках, поэтому вполне могла простить себе небольшую женскую слабость. Только помимо этого были и другие положительные моменты. С появлением в нашем городе директора, моя жизнь пусть не радикально, но изменилась. Я снова задумалась о переезде в столицу, работа приобрела новые краски, мой багаж знаний пополнился, и теперь мне было известно, как выглядит идеальный мужчина. Конечно, Завьялов не был абсолютным идеалом во всем, но ему удавалось нравиться мне даже тем, что он меня порой злил и раздражал. Мысль о прекращении нашей интрижки была заманчивой, только я уже поняла, что Завьялову не составит труда меня переубедить. Эта своеобразная зависимость пугала, но пока во мне еще были силы сопротивляться ненужным чувствам и периодически ломать директорскую невозмутимость.