11 глава — Тео


Я вновь просыпаюсь ранним утром. Обнаженная Лилли растянулась на моей груди. Одна ее нога закинута на мои, а мои руки крепко обернуты вокруг нее. Как ни странно я чувствую спокойствие от ее близости. Обычно, когда я просыпаюсь с женщиной вот так, моя первая мысль: или как бы поскорее убраться, или как избавиться от нее, и я не уверен, нравится ли мне на самом деле, что с ней я не чувствую подобного. Может быть, это потому, что я знаю, что она не хочет и не ожидает ничего от меня. По моему опыту, женщины могут иногда придавать сексу больше значения, чем есть на самом деле. Когда некоторые фифы, с которыми я проводил ночь, пытались затянуть меня в отношения, я незамедлительно «покидал судно». Лилли отличается от остальных, она активно препятствует этому, точь-в-точь как я, и это делает ее еще более интригующей.

Она шевелится, затем прижимается губами к моей груди.

— Ты остался, — шепчет она.

— Мы спали всего несколько часов, и я все еще не закончил с тобой, сладкая, — улыбаюсь я.

Клянусь, эта женщина подобна кровавому демону. Я просто в восторге от нее.

Она улыбается, когда медленно проводит рукой по моей груди и животу, прежде чем начать поглаживать мой уже затвердевший член. Лилли смеется у моей шеи, когда начинает целовать и покусывать, продвигаясь вниз по моему горлу.

Я поворачиваюсь, вжимая ее в матрас.

— Значит, ты считаешь, что моя постоянная эрекция — это забавно, да? — улыбаюсь я. Она кивает. — Ну, поскольку, ты ответственна за это, думаю, будет крайне справедливо, если ты это и исправишь.

Скудный отблеск лунного света проникает в комнату, освещая ее лицо и отбрасывая тени. Она кусает губу, ее глаза искрятся в темноте, когда хватает меня за волосы и тянет вниз так, чтобы поцеловать. Она дразнит мою нижнюю губу своим языком.

Затем Лилли толкает меня и садится сверху с поразительной силой. Разумеется, я сильнее ее, но я угождаю ей и позволяю уложить меня на спину и оседлать. Такого рода неудобства я могу вынести. Она добирается до ящика рядом с кроватью и начинает в нем шарить, я слышу разрыв фольги, и она поспешно раскатывает презерватив на моем уже твердом члене, затем быстро целует меня, прежде чем опускается вниз и крепко сжимает меня, направляя головку моего члена в себя. Я удивлен, насколько она влажная, ее тело готово и ожидает в нетерпении.

Лилли медленно опускается вниз, она ощущается так чертовски хорошо, и когда принимает меня полностью, то издает тихий стон, отчего я дрожу.

Чертовка движется вверх и вниз по моей длине, объезжая меня, ее кожа светится в отблеске лунного света, волосы ниспадают на плечи. Ее торчащие соски выглядят так соблазнительно на безупречной груди, она вколачивается бедрами в меня, изгибы ее тела напрягаются и извиваются, когда она двигается.

Я хватаю ее бедра и сильно тяну на себя, в ответ на это она откидывает голову назад и издает стон. Зрелище настолько сексуально, что мне приходится крепко держать ее за бедра, приостанавливая ее движения.

— Не останавливайся, — стонет она.

— Просто дай мне секунду, или я кончу сию же минуту, — говорю я, тяжело дыша.

Она же настойчиво раскачивается на мне.

— Отлично, — лукаво улыбается она.

Я приподнимаюсь и сажусь так, чтобы быть лицом к лицу с ней, она тяжело дышит, и я могу ощутить ее дыхание на своем языке. Я обхватываю ее руками, а она зарывается пальцами в мои волосы, при этом сильнее вдалбливается в меня, жадно целуя. Я хватаю ее за бедра и тяну еще сильнее на себя, слегка проводя языком вдоль ее верхней губы. О боже, она ощущается так чертовски потрясающе, я почти на пределе.

— Тео, — задыхаясь, произносит она мне в губы.

Я делаю в нее, она откидывает голову назад и вскрикивает, в то время как я чувствую, что она сжалась и напряглась вокруг меня.

— О черт, Лилли, — рычу я в ее шею, быстро достигнув кульминации следом за ней.

Я плюхаюсь обратно на кровать, задыхаясь и дрожа от пережитого потрясения. Лилли лежит на моей груди, не шевелясь и не произнося ни звука. У меня еще ни с кем никогда не было такого жаркого и ошеломляющего секса, она выжимает из меня полностью все соки.


***


Мой телефон звонит в семь тридцать. Мне требуется всего мгновение, чтобы понять, где я, когда осматриваю бледно-серые стены комнаты Лилли. Она лежит на животе, одеяло наполовину отброшено, закрывая только ее попку. Изящный изгиб ее спины частично прикрыт волнами медных волос. Лицо повернуто в мою сторону, она выглядит совершенно спокойной и безупречной во сне, и сейчас, когда она выглядит такой расслабленной, я осознаю, что постоянное напряжение является для нее нормой, будто она несет тяжесть всего мира на своих плечах.

Я неохотно поднимаюсь с постели и надеваю свои джинсы и футболку. Подхожу к ее спящей фигуре и впервые замечаю небольшую надпись на боку ее бедра. Я наклоняюсь, чтобы рассмотреть крошечный шрифт. Он гласит: Алмазы создаются под давлением. Она, безусловно, алмаз, и я не сомневаюсь, что ее жизнь проходила трудным путем. Я хочу узнать ее, и это на самом деле глупо с моей стороны. Это всего лишь секс и не более того.

Сажусь на краю кровати и осторожно убираю волосы со спины, чтобы нежно поцеловать ее между лопаток, не в силах удержать свои руки или губы на расстоянии слишком долго. Она стонет, ее веки трепещут, когда она открывает их и переворачивается, сонно мне улыбаясь. Луч солнечного света пробивается сквозь шторы и озаряет ее лицо. Свет отражается от ее волос, сияющих блестящим красным пламенем. Я изучаю ее черты: яркие глаза, полные губы, сексуально взъерошенные волосы, она никогда не выглядела более сексуально, и я сразу же хочу погрузиться в нее... снова, но я действительно должен идти. К сожалению, я не могу истратить всю свою жизнь, проводя ее с ней в постели.

Я наклоняюсь и касаюсь губами ее собственных, она обвивает рукой мою шею и удерживает меня, затем отпускает меня, скорчив угрюмую гримасу:

— Ты уходишь?

— К сожалению, сладкая. Я обещал утром встретиться с сестрой за кофе, прежде чем она улетит в Париж.

— Это досадно. Я бы совсем не отказалась от утреннего секса прямо сейчас, — говорит она, кусая нижнюю губу и одновременно поглаживая свою идеальную грудь.

— Лилли, — рычу я, дергая молнию на ширинке своих джинсов.


***


Я встречаюсь с Кэт в нашем обычном месте; здесь подают лучшие горячие завтраки. Как обычно, Кэт выглядит бодро. Я этим утром не совсем хорошо отдохнувший, поэтому выгляжу, должно быть, дерьмово.

— Тео, ты вообще слушаешь меня? — хмурится она.

— Прости, да. Я совсем немного отвлекся.

Она выглядит задумчивой.

— Это из-за девушки? Черт, а она хороша.

— Я не отвлекаюсь на женщин. Это просто работа.

Теоретически, Лилли работает на меня в каком-то смысле...

— Как бы не так. Я знаю этот взгляд, — усмехается она.

Я снова смотрю на нее.

— Итак, когда мне предстоит встреча с твоим новым мудаком-бойфрендом? — ухмыляюсь я, а она хмурится.

— Он не мудак, — надувает Кэт губы.

Я смеюсь над ней.

— Они всегда мудаки. Мужчины засранцы. Уж поверь, я-то знаю.

— Нет, это ты засранец. И нечего приравнивать других к своим собственным глупым стандартам, — ворчит она.

— Просто пойми, что ты не права. Мы все засранцы, просто я достаточно честен, чтобы признать это. Факт природы — у самца любого вида есть инстинкт распространить свое семя.

— Боже, ты придурок, — бормочет она, делая глоток кофе.

Я смеюсь.

После часа досаждений я подвожу Кэт к подъемнику в аэропорту и обещаю, что в скором времени поужинаю с ее мудаком-дружком. Какое счастье.


***


В понедельник вечером Хьюго приглашает несколько «чуваков», как он называет их, хотя я не знаю, как можно обратиться так к Генри или Уиллу, для ночных игр. Что означает пить пиво и играть в видеоигры. Если бы кто-нибудь спросил об этом любого из нас, мы бы это отрицали, но это основная составляющая мужской ДНК — желание бегать туда-сюда и стрелять во всякую дрянь. Естественно, я не могу этого сделать в жизни, хотя Хьюго купил два акра земли в прошлом году лишь для использования ее под пейнтбол. Видеоигры — единственный доступный вариант.

Я стучу в парадную дверь Хьюго, но не получаю ответа. Он иногда работает в кабинете, поэтому оставляет дверь открытой. Я распахиваю дверь и вхожу, затем ставлю упаковку «Короны» на стол.

— Хьюго! — кричу я.

— Одну минуту, — отзывается он, по голосу кажется, что он в гостиной.

Я иду по коридору и слышу голоса, возможно, плачь. Я поворачиваю за угол, и, о боже, это не плачь. Это визг.

— Эй, приятель. Я обещаю, что управлюсь очень быстро, — говорит Хьюго, в то время как стоит на коленях с голой задницей и трахает девушку, которая в свою очередь лицом находится в киске еще одной девушки. И все это прямо на диване Хьюго.

— Чувак, я не возражаю, чтобы ты наблюдал, но, если ты не хочешь видеть, как я кончу, тебе следует развернуться и выйти, — говорит Хьюго с тупой улыбкой на лице.

Черт возьми, я люблю его, но он и впрямь не знает границ.

— Это, несомненно, оставит глубокий след во мне. Я буду на кухне.

Я направляюсь в кухню и сажусь за барную стойку, в то время как хор визгов становится громче и, в конце концов, прекращается. Чертов Хьюго.

— Прости, приятель, — говорит Хьюго, когда все-таки появляется.

— Не стоит, — смеюсь я.

— Ты прав. Это был лучший трах за недели. Они близняшки. Очень талантливы. И довольно дорогие, — пожимает он плечами.

— Они проститутки?! — фыркаю я.

— Эй, они предпочитают термин «эскорт». Да, и я плачу им, но они добавляют много чего сверх программы бесплатно, если ты понимаешь, о чем я. В связи с этим, мы задержались, — приподнимает он бровь. — Только не говори мне, что ты никогда не платил за это. Просто меньше хлопот, когда платишь за то, что ты точно знаешь, будет качественным трахом. Подцепить кого в баре — всегда авантюра.

— Конечно, я никогда не платил за это, — смеюсь я.

— Чушь собачья.

— Эй, будь у тебя моя внешность, тебе бы тоже не пришлось платить за это, — я резко отклоняюсь, когда он подходить, чтобы ударить меня по руке.

— Чертов придурок, — бормочет он и открывает банку пива.

— Во всяком случае, я думал, Молли была качественным трахом, иначе ты бы не стал возвращаться. Так ведь? — спрашиваю я и делаю глоток «Короны».

— Молли классная. Она не запаривается. Вот почему я возвращаюсь и да, она сексуально опытная женщина. По этой же причине ты трахаешь Лилли, разве не так? — злобно ухмыляется он.

— Стоп, — вздыхаю я.

— Что?

— Я знаю, что прямо сейчас ты представляешь, как трахаешь Лилли, остановись. Долбаный извращенец, — ворчу я.

— Чувак, это странно. Ты что, телепат? — произносит он и, кажется, действительно смущается.

— Нет, просто ты ужасно предсказуем.

Он пожимает плечами.

— Везде, где бы ни появилась эта девушка, все равно каждый парень в комнате мысленно трахает ее сотней различных способов. Одна моя маленькая фантазия не повредит. Все в этой девушке излучает секс... развратный, непристойный секс, — усмехается он.

Я не могу не согласиться с этим.

Дверь открывается, и Хьюго приветствует Генри и Уилла.

— Привет, братишка. Готов к тому, чтобы тебе надрали задницу, как маленькой сучке? — насмехается Хьюго, пока они проходят на кухню.

Уилл — младший брат Хьюго, но он полная его противоположность. Уилл всегда безупречен, тих и сдержан. Совсем не как Хьюго.

— Привет, ребята, — приветствую я их.

Уилл машет мне с того места, где Хьюго взял его в захват.

— Здоров, Тео. Как жизнь? — Генри садится на стул рядом со мной. Генри — наш старый школьный друг, он был бесшабашный в былые времена, но теперь женат и угомонился. Хрен. С ним. — Кажется, он в хорошем настроении, — кивает он на Хьюго.

— Да, он просто только что потрахался, — говорю я.

— Это все объясняет, — хихикает он.

— Тащите сюда свои задницы, сучки. Call of Duty зовет, — говорит Хьюго неестественным оперным голосом, а затем имитирует, будто скачет из комнаты верхом на лошади.

Я никогда не говорил, что считаю Хьюго полностью в своем уме, просто благодаря ему всегда обеспечиваются зрелищные моменты, которых у нас было немало.

Я даже не знаю, кто выигрывает. За исключением того, что Хьюго обвиняет нас всех в мошенничестве, в игре, где нет мошенничества — только тактика.

К концу ночи я достаточно пьян, что распластаться на полу. Я не достаточно пьян, чтобы забыть о случившемся на диване и уснуть на нем.



Загрузка...