Поцелуй на удачу-2

56

— Спасибо за бутерброд, — негромко поблагодарил я Виктора, когда мы влились в общий поток студентов, и остальные ребята разбрелись по встреченным компаниям.

— Пожалуйста, — улыбнулся Виктор одними уголками губ.

— Но можно я все-таки не поеду на жеребьевку? — спросила я.

Еще и постаралась сделать жалобный голос, чтоб парень проникнулся!

— Можно, — внезапно согласился Виктор, — но не нужно.

— Почему это? — удивилась я в ответ.

— Понимаешь, Лекси, — вздохнул парень, — мы создали уникальный прецедент, когда девушка стала игроком аэрена, и не просто тут для красоты массовку изображает, а участвую по-настоящему. Принесла нам победу. И вот представь, приедем мы такие на жеребьевку, и меня спросят: «А где ваша знаменитая девица с луком?». А я им что? У нее занятия по пяльцам?

— Занятий по пяльцам не существует, — тут же поправила я.

— Без разницы, — улыбнулся Виктор. — Но ты же понимаешь, ситуация будет нелепой. Возникнет много вопросов.

Я печально вздохнула.

— Ты не хочешь появляться на императорском дворце, — констатировал парень.

Я не ответила, это и так было очевидно.

— Наверное, тебе не хочется, чтобы тебя там узнали, — продолжил свою мысль Виктор, заставив меня скривиться. — Но у императора нет дочерей… по крайней мере о них не известно.

Я фыркнула:

— Не пытайся вообразить себе больше, чем есть на самом деле, Вик. Просто я хорошенькая девушка, а там наверняка будет много гадких людей.

Какая я умничка! Как славно придумала! Ну вот прям не прикопаться!

— Увы, — не стал отрицать парень. — Но ты не просто хорошенькая девушка.

— Да? — удивилась я. — Думаешь, мне разрешат кого-нибудь пристрелить за сальный комплимент или непристойное предложение?

— Думаю, что ты будешь держаться рядом, и это оградит тебя от неприятностей, — пожал плечами Виктор.

«Ага, как же,» — мрачно подумала я.

— Вы встанете стеной и не покажете меня никому? — спросила я, мило улыбнувшись и посмотрев на Виктора.

Карие глаза сверкнули золотыми искрами, и парень отзеркалил мою улыбку.

— Нет, просто я буду стоять рядом и не отпущу тебя от себя, — заявил Виктор.

Почему-то от этих слов мое сердце кинулось вскачь. Но, к счастью, тут к нам подлетела Эмма.

— Похищаю твою лучшую лучницу! — безапелляционно заявила подруга и буквально уволокла меня в сторону бытового факультета.

Мы протаранили поток студентов на какой-то невообразимой для каблуков Эммы скорости.

Ну как мы.

Эмма!

Я просто болталась у нее на предплечье. Могла развиваться как шарф — развивалась бы.

Первой парой была практика кулинарии. Темой сегодняшнего семинара было дрожжевое тесто, так что каждый фантазировал, как мог на тему конечного результата.

Эмма пекла сладкие завитушки с сахаром и корицей, а я — пирожки с луком и яйцом, с фаршем и с картофелем с грибами.

— Соседство с мужиками на тебя влияет тлетворно, — заявила Эмма, окинув взглядом мой рабочий стол.

— Норд! — ахнула подошедшая к нам Ванни. — Вы собираетесь накормить роту солдат?

— Четверых, — невозмутимо ответила я. — Четверых игроков в аэрен.

— Кхм, — кашлянула педагог, — ну, это многое объясняет…

Что там ей многое объясняло, я так и не поняла, но оценку она мне поставила высшую. Результат нашей трудовой деятельности по желанию можно было оставить в холодильном ларе, и я решила, что вечером приду сюда с парнями за замороженными полуфабриками. Им-то, наверное, все равно, что на завтрак есть: воздушные омлеты или пирожки. Метут и то, и другое с одинаковой скоростью.

— Мне подселили какую-то кошмарную девицу, — жаловалась Эмма между занятиями. — Она читает все свои конспекты вслух!

— Ты ее уже выжила? — флегматично спросила я, больше поглощенная мыслями о том, как пережить жеребьевку.

— Если бы! — воскликнула подруга. — Она племянница кого-то там из педагогов, и комендант умоляла меня потерпеть до ее выпускного. Обещала, что оставит всю комнату за мной, если я не отгрызу блаженной голову.

— А ты? — механически поинтересовалась я.

— А что я? — пожала плечами Эмма. — Целая комната до конца обучения!

— И то верно, — согласилась я в ответ.

— В общем… такое дело… — протянула Эмма.

— Ммм? — равнодушно отозвалась я.

— Можно я перееду к тебе?

Что?