Поцелуй судьбы (СИ)

Глава 9

Эдгар

Мне пришлось ждать в приемной Всеволода Ивановича целых полчаса. Скучающая секретарша даже не предложила кофе. А единолично съеденную шоколадную конфету можно было вообще посчитать объявлением войны. Конечно, я понимал, что чиновник высокого эшелона чрезвычайно занят, но в прошлые наши встречи он всегда подчеркивал: общемировые дела важнее.

Что ж, этого следовало ожидать: я впал в немилость, и на мне будут отыгрываться до последнего. Оставалось только сжать покрепче зубы и вспомнить про обещание, данное Марку Анатольевичу. Я обязан принести извинения, договориться о новой инициации.

Телефонный звонок, и секретарша, косо глянув на меня, важно берет трубку. Внимательно слушает повеление шефа, а потом манерно произносит:

— Проходите! Вас ждут.

Натянуто улыбнувшись, я киваю и вхожу в кабинет.

Всеволод Иванович не молод, но держит себя молодцом: подтянутая фигура, быстрые движения, резвый ум. Слышал, он с командиром отряда низших играет в любительский футбол. А то, что с нашим шефом раз в месяц ходит на рыбалку, уже ни для кого не секрет.

— А, проштрафившийся! — добродушно приветствует он меня и протягивает руку.

Будто ничего криминального не произошло, и жалобу на меня он не собственноручно подписывал. Губы растянуты в приветливой улыбке, а глаза цепко ощупывают лицо.

— Пришел просить прощения и каяться, — в тон ему ответил я, — Вашу дочь поставлю в план на инициацию на следующий квартал, если не возражаете. Бумажная волокита, утверждение по новой потребует времени… Ну, вы сами знаете… В этот квартал верхние не позволят провести дополнительную инициацию, они итак на меня злы…

Мои слова заставили расслабиться Всеволода Ивановича.

— Что, получил леща? — довольно потер руки он, — Ну ты, Эдгар, даешь! Удивил меня! Такой способный молодой человек и всегда правильно выполняешь свою работу и выставляешь приоритеты…

— Стараюсь. — Осторожно ответил я.

— И вдруг такой промах! — хлопнул ладонью по столу чиновник, — И где твои глаза были? Ты же видел фото?

— Видел, — не моргнув глазом, соврал я.

Знал бы ты, Всеволод Иванович, в каком состоянии я был накануне — ни за что бы не подпустил к своей дочери. К счастью, шеф тоже был не в курсе. И если в воскресенье я ругал себя за беспечность и самомнение, то теперь ситуация виделась иначе: без этой глупой ошибки я никогда не встретился бы с Марго. Теперь в этом досадном недоразумении мне виделся перст судьбы.

— И знал, что Марго — моя дочь… — продолжал надвигаться Всеволод Иванович.

Он растерял все свое добродушие и отчитывал меня резко, как своего подчиненного.

— Да, мне сказали… — покорно подтвердил я.

Хлесткие слова вырывались изо рта чиновника со скоростью пулемета:

— Так почему же ты, дубина, передал дар другой девчонке? Гормоны взыграли? Моча в голову ударила? Надуть меня решил? Или врагов тебе мало?

— Простите, — покорно склонил голову я, стоя перед его столом, как провинившийся школьник перед директором.

— Разве Марк Анатольевич тебе не сказал, насколько важно мне получить ее дар?

— Сказал, — все также послушно подтвердил я.

Что-то такое шеф упоминал накануне в телефонном звонке. Если честно, я не слушал. Сердце разрывалось от такой дикой боли, что мелкие подробности жизни других людей меня не интересовали. Я пытался прийти в себя, восстановить душевное равновесие… Какая мне разница, в самом деле, для чего чиновнику даровитая дочь?

Но Всеволод Иванович явно не разделял моих философских взглядов.

— Тогда почему ты, скотина, нарушил все планы? — в бешенстве заорал он и скинул со стола все папки, — Жить надоело? Думаешь, я шутки шучу? Твой безумный папаша давно сдох, а таких, как ты в Москве — тысячи! Думаешь, шеф за тебя заступится? Как бы не так! Он сдал тебя, сдал! Разрешил делать с тобой всё, что захочется! Ты никому не нужен без твоей работы. Как грязь под ногами. Как раздражающий прыщ на чистом теле. И знаешь, что, Эдгар? Ты не имел права на ошибку! Не имел! А я никогда не прощаю предательства!

Он замолчал, тяжело дыша. Красные пятна переместились с щек на шею, и чиновник тяжко плюхнулся в кресло.

Я молчал. Что мне ему сказать? Что я уверен в симпатии Марка Анатольевича? После смерти отца, он стал мне названным отцом. То, что я — не последняя пешка в нашем королевстве? Слишком самонадеянно и совсем не к делу…

Пока обиженный Всеволод Иванович переводил дух, я молча стоял и ждал продолжения.

Соседняя дверь открылась внезапно и в комнату походкой от бедра неспешно вошла виновница всех бед.

— Папа, ну что за манеры? — надула пухлые губки она, — Ты даже не выслушал, почему Эдгар поступил так.

При виде дочери, лицо чиновника немного смягчилось.

— Действительно, дорогая. Ты права. Присаживайся, давай послушаем, что он нам расскажет. Должна же быть причина! И вообще, несправедливо судить, не выслушав последнюю волю.

Я едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Вся эта комедия походила на дешевый фарс. Если они, таким образом, планируют прищучить меня и напугать, не выйдет. Да, я обещал Марку Анатольевичу сыграть свою роль. Но уж точно не на их условиях…

Они вдвоем уселись, с ожиданием уставившись на меня.

— Знаете, многоуважаемый Всеволод Иванович, я не обязан отчитываться перед вами. Вы не являетесь моим руководителем. Прошу вспомнить об этом. Да, я виноват, признаю. Предлагаю исправить свою ошибку в следующем квартале. Со своей стороны могу предложить помощь в решении проблем, если вам понадобятся паранормальные способности, до инициации Маргариты.

— Марго! — с возмущением поправила меня девушка.

Она сидела, закинув ногу на ногу, и задумчиво рассматривала меня взглядом хищницы.

Знаю я таких девушек — избалованные дитя, которым с детства позволяют все. Залюбленные и эгоистичные, они не понимают отказов, а слово «Нет» воспринимают, как личное оскорбление.

— А ведь там, в кафе, есть видеокамеры, — вдруг говорит она, — И я могу отследить, кому вместо меня ты передал дар. А потом проведем процедуру изъятия — слышала, и такое возможно. Кстати, почему ты сам не сообразил о подобном варианте?

— Хороший вариант! — с радостью поддержал ее отец, — Так нам не придется ждать целый месяц. Твои слова, Эдгар, крайне дерзки и самонадеянны. И, если бы не присутствие Марго, ты бы уже пожалел о них… Ха! Думаешь, я заплатил пять миллионов за инициацию дочери затем, чтобы обсуждать с чужаком свои дела? Бери мою дочь, дуйте в это кафе и ищите девицу. Чтобы к завтрашнему утру у Марго проснулся дар.

— Я так понимаю, вы ожидаете какой- то определенный дар? — напряженно спросил я.

Очень мне не нравилась эта спешка.

— Вас предупреждали, что дар выравнивается не сразу? Это только природный дар, очень редкий, рождается одновременно с человеком. Он срастается с ним, становится дыханием… В вашем случае, дар передается искусственно, и требуется некоторое время, чтобы носитель и сила слились воедино. Чтобы научились слушать друг друга и взаимодействовать…

— Да, мы несколько раз делали расчёт в твоем отделе, — надменно прервала меня Марго, — По всем результатам, у меня должен проснуться дар ясновидения и предсказания. Моя бабушка по маминой линии имела сильную энергетику и потенциал.

— Ясно.

— Мы поехали, папа, — Марго элегантно поднялась с кресла, — Эдгарчик, ты на машине?

Не уставая поражаться наглости этой девицы, я кивнул. Посмотрим, что она отчебучит дальше.

— Тогда мы поедем на твоей, — проворковала она, насмешливо улыбаясь, — Я вечерком отзвонюсь, пап.

И мы вдвоем вышли из офиса Всеволода Ивановича. Причем девица капризно сморщилась, подойдя к моему Майнбаху.

— Если будешь держаться меня, то поменяешь на новую модель, — лениво произнесла она, усевшись на переднее сидение.

— Ты так в себе уверена? — не сдержал сарказма я.

— Послушай, ты сам не понимаешь, с кем играешь, — в глазах мелькнули надвигающиеся грозы, — Я крайне на тебя зла, и еще вчера вечером уговаривала отца тебя пристрелить.

Неожиданно правдивое признание. Уж ложь-то я за версту чую.

— И что изменилось? — я завел мотор и набрал адрес в навигаторе.

Ничего, прокатимся к кафе «Nатюрморт», раз папа с дочкой так настаивают. Попытаемся выудить записи за субботу, хотя я знаю на сто процентов, что они удалены с компьютеров и переданы в архив. Но Марго я об этом говорить не буду, пусть девчонка поразвлекается. «Nатюрморт» — наше кафе, и по правилам, если за сутки не было инцидентов или запроса с отдела распределителей, видео стирается.

А уж про архив персонал кафе и сам в неведении. Видео извлекают скрытно наши айтишники.

— А ты симпатичный, — она положила руку мне на колено и легонько погладила, — И я подумала, чего сразу стрелять? Можно ведь решить вопрос полюбовно.

— Хм… — выруливая на улицу, я резко тормознул. Не привык, чтобы меня так откровенно домогались, — Уверена, что нужно?

— А как же, — хищно улыбнулась она, — Парня у меня нет. Можем замутить с тобой. Вдруг что-нибудь получится?

И ее рука скользнула на внутреннюю сторону моего бедра.