Принадлежащая Якудзе

Глава 18

Ориана

Офис был местом, которое ассоциировалось у меня только с плотскими удовольствиями и Тадао. Теперь же я оказалась здесь пленницей. Меня привязали к офисному креслу, а запястья прикрепили к подлокотникам черной веревкой. У меня заканчивались обидные слова, которыми я могла бы осыпать пленившего меня мужчину.

— О, пожалуйста, заткнись. Если не хочешь умереть быстрее, — он насмехался.

Я рыкнула и отшвырнула в его сторону одну из своих туфлей. Промахнулась.

— Я смотрю, ты такая же огненная, как и твои волосы, — усмехнулся он.

Мужчина, стоявший на страже у двери, тоже рассмеялся.

— Не волнуйся, мы скоро об этом позаботимся, — сказал он и махнул рукой в сторону крупного мужчины, стоявшего у двери. — Иди, посторожи!

Когда мы остались одни, мой похититель наклонился вперед.

— Сначала представимся, — он рассмеялся и был так близко, что я могла различить тонкие белые кольца контактных линз в его глазах. Его подбородок был покрыт щетиной.

— Кто вы? — спросила я сквозь стиснутые зубы.

— Можешь звать меня Угаки-сан. Или сама, если хочешь, — мужчина ухмыльнулся.

— Да пошел ты! — прошипела я.

Угаки засмеялся. Наступила короткая пауза, а затем он ударил меня по лицу.

Я покачнулась, увидев звезды, и ударилась головой о спинку кресла.

Где-то на первом этаже раздалась стрельба. Сквозь стены до меня доносились приглушенные крики и вопли.

Угаки держал мой лоб, говоря очень медленно и тихо.

— Не испытывай меня, огненная девочка, — он отпустил меня и сделал шаг назад. — Ты знаешь, почему я здесь?

— Должна ли я знать?

— Я работаю на Симадзу-кай, — он сделал паузу, с лукавой улыбкой изучая меня. — И судя по твоей реакции, которую только что пыталась скрыть, знаешь, кто мы такие. Тогда ты знаешь, почему я здесь?

— Конечно, нет! — воскликнула я. Симадзу-кай были соперниками Химура-гуми. Неужели я оказалась в центре вражды только из-за того, что переспала с Тадао?

Угаки продолжал. Он тянул время, как злодей из «Бонда», раскрывающий свой план. Как неоригинально.

— Похоже, твой отец умел заметать следы лучше, чем мы думали. Видишь ли, он уже много лет должен нам деньги. Пятьдесят миллионов йен, включая проценты.

Я затаила дыхание. Странно подумать, что всего неделю назад я жаловалась на миллион йен.

— Жаль вам говорить, но он умер в прошлом месяце.

— Я знаю это, — хмыкнул Угаки. — Потому что это я его убил.

Признание мужчины обрушилось на меня, как тонна кирпичей. Воздух был вытеснен из моих легких. От ужаса у меня защемило кожу, а сердце остановилось на полуслове.

— Что? — задыхалась я. Мои глаза горели, грозясь залить горячими слезами.

— Преследовал их прямо на дороге, — хмыкнул он. — Никто бы и не подумал, что два человека потеряют управление в дождливую ночь и сорвутся с обрыва.

Я замерла. Мои родители были убиты. Из-за долга. Якудза убили их только потому, что отец задолжал им деньги. Неужели их жизни были настолько бесполезны? На их душах висел ценник в пятьдесят миллионов йен. Я стиснула зубы. Нельзя плакать перед этим чудовищем.

— Конечно, все выглядело как несчастный случай, это моя специальность, — Угаки продолжил. Он наклонился ближе и провел пальцем по моей щеке. — Точно так же я поступлю и с тобой.

Я поморщилась: от давления его пальца щека болела в том месте, где он отвесил мне пощечину.

— Думаю, я сделаю так, чтобы это выглядело как самоубийство. Это всегда весело, — он похлопал себя по боку, где был пристегнут пистолет. — Но сначала, — его рука опустилась к моему бедру. — Думаю, нам стоит немного развлечься.

— Еще раз тронешь ее, и я вышибу тебе мозги.

Угаки отпрянул от моего лица.

— Тадао! — воскликнул я. Мое сердце встрепенулось от волнения, когда я увидела его, стоящего в дверях. Слезы потекли сами собой.

— А, вижу, Химура уже здесь, — Угаки нахмурился и выпрямился. Он покачал головой и издал громкий разочарованный вздох. — Прости, Котенок, но, похоже, у нас не будет времени поиграть, — в мгновение ока он вытащил из кобуры револьвер и направил его мне в лоб. — Пожелай мне спокойной ночи.