Проклятие Алевтины

Глава 12 Дурацкий план

Мы стояли возле входа в отдел полиции и неловко переминались. Вернее, неловко переминалась Светлана, до последнего настаивавшая на своем нелепом плане, а я была решительно настроена найти Дениса Михайловича. Он уже несколько дней упорно игнорировал мои звонки, и мне это категорически не нравилось.

— Ты уверена? — в который раз спросила соседка. — Может, лучше сделаем, как я предложила?

— То есть в полицию ты идти боишься, а звонить этому головорезу нет? — моему удивлению не было предела.

— Ну… Его я знаю лучше, чем этих людей. И знаю, как его выманить. Тебе останется только дотронуться до его руки.

Признаться, меня подкупала ее храбрость. Их последняя ссора закончилась чуть ли не дракой и ее уходом Несколько недель она натягивала бесформенные толстовки, чтобы спрятать лицо, сидела в душной комнате общежития, пугаясь шумной улицы. В общем делала все, чтобы остаться незамеченной.

Но как только она узнала, что Стас не просто перебивает номера машин, а также может быть связан еще с чем-то более ужасным, сразу же согласилась добровольно с ним встретиться. Мол, она будет с ним разговаривать и отвлекать, а я тем временем пройду мимо и ненароком коснусь его руки, чтобы узнать, где искать улики преступления. А когда узнаем, тогда уже и сдадим с потрохами полиции этого гада. Бесстрашная какая! Сама вздрагивает от малейшего шума!

Нет, ее план был интересен. И я даже собиралась им воспользоваться, но с некоторыми поправками: на встречу со Стасом (если он, конечно, согласится) мы пойдем не одни, а с помощниками, которых организует мой знакомый следователь. Осталось его найти только. И уговорить.

— Пойдем! — решительно заявила я и ухватила Свету за рукав куртки.

Увы, на месте нас ждало сплошное разочарование. Когда пять лет назад, не в силах сопротивляться зову, я заявилась туда испуганной и дрожащей девчонкой, меня, мягко говоря, встретили весьма недружелюбно. Никто и слушать не стал мои сбивчивые заявления о том, что продавец в супермаркете собирается ограбить собственный магазин, и что при этом ограблении могут погибнуть три человека. Никто не понимал, что тем людям уготована была другая судьба, которую я видела. Никому нельзя было рассказать всю правду, и я была в отчаянии.

Я их понимала. В такое сложно поверить. Куда проще сдать девчонку родителям, что мужчины с погонами и намеревались сделать, но я ни в какую не называла им свою фамилию и не давала телефон. Даже сдуру пыталась их шантажировать и со слезами в голосе зачитывала вслух свои права. Вот смеху-то было! Три мужика гонялись за мной по кабинету, пытаясь отобрать рюкзак, а один серьезно намеревался позвонить в психушку.

Помнится, Денис Михайлович появился неожиданно. Высокий, как каланча, худой, но жилистый. С цепкими и хитрыми зелеными глазами. Сграбастал меня за локоток, строго осадил товарищей и вполне миролюбиво предложил:

— Слушай, гражданочка, пойдем чаю попьем, и ты мне спокойно все расскажешь? Ну этих мужланов!

Так и сделали. Ограбление удалось остановить, никто в тот вечер не погиб, к моей величайшей радости. Я не знаю, почему следователь тогда решил мне довериться, но была безумно благодарна ему за это.

С тех пор так и повелось: когда я случайно видела что-то подобное, то всегда обращалась к нему. Благодаря мне он даже повышение получил. Единственный минус: ему всегда требовались конкретные места, факты, ведь он не мог себе позволить рисковать репутацией и действовать опрометчиво. Когда я видела только преступление, но не видела остального, расследование стопорилось.

Именно поэтому я морально готовила себя к тому, что он может отказать. Я видела преступника, знала, что он совершил, но ничего не могла доказать. А чтобы получить доказательства, нужна была его помощь. Замкнутый круг какой-то!

— Девушка, вы слышали, что я сказал? Нет Дениса Михайловича, — уже раздраженно откликнулся охранник на пропускном, — на задании он.

— Да все хорошо у меня со слухом. Я еще раз спрашиваю: когда он вернется? — не теряла надежды я.

Но тот, продолжая что-то тыкать в своем телефоне, пожал плечами, давая понять, что разговор закончен.

— Вот же не везет, пойдем, Свет… Света? — недоуменно огляделась я, но соседки рядом не было.

Вот же трусиха, неужели улизнула по-тихому?

Подруга обнаружилась возле входа. Судя по лицу и по тому, как судорожно она сжимала телефон, случилось что-то нехорошее.

— Света⁈

Страх и вина в серых глазах. Я начинала догадываться.

— Извини, Аля, я ему все-таки позвонила. Услышала, что твой друг нам не поможет, и решила попробовать сама.

Я почувствовала, как мои внутренности завязываются в тугой узел.

Мы сидели в маленьком кафе у дороги, ели горячие пирожки с картошкой и запивали их дешевым кофе.

— Извини, — в сотый раз произнесла Света и придвинула мне еще один пирожок.

Я молча отодвинула его обратно. Все соображения на этот счет уже были высказаны, даже пару нецензурных оборотов проскочило.

— Это все ради тебя! — патетично заверила Светлана.

— Что⁈

— Ты же мучаешься по ночам, не спишь… И могла бы давно это остановить, но продолжаешь терпеть из-за… как ты это назвала? Зов?

Я хмуро кивнула.

— Так вот, — воодушевленно продолжила подруга, — а если Алекс, твой единственный спаситель, умрет со дня на день? Нет, ну чего ты так таращишься, ты же не видела его судьбу, вдруг ему на голову кирпич завтра упадет.

— Тебя надо с одним спортсменом познакомить, — пробурчала я, — у вас талант предполагать самое худшее.

— Но согласись, что доля логики в этом есть⁈ — не унималась Света.

— Не соглашусь.

— Ты такая вредная бываешь! — заметила она. — А если твой друг-следователь объявится через неделю или больше? Может, он под прикрытием где-нибудь. Да и поздно уже, Стас так легко согласился на встречу. Не убьет ведь он меня в самом деле!

— Он знает меня в лицо, мы не подготовились.

— Не переживай, я одолжу тебе свой снуд, он прикроет нос. Спрячем волосы, капюшон на голову. Не узнает.

— И куда подевалась тихая соседка, вздрагивающая при моем появлении, — вздохнула я. — Сколько времени у нас осталось?

Дурное предчувствие не покидало меня с того самого момента, когда я услышала ее признание.

— Через тридцать минут надо быть на месте, не забудь снять перчатки.

Бравада постепенно покидала девушку, но понимая, что сама все затеяла, Светка крепилась и пыталась держать лицо. Только я прекрасно чувствовала ее животный страх и от него становилось совсем тошно. Внезапно появилась мысль позвонить Алексу. Или Андрею, он ведь предлагал свою помощь.

— Ладно, идем уже…

И почему я не стала слушать свою интуицию? Она ведь меня еще ни разу не подводила. Как только он подошел к ней, коренастый, сильный, сразу стало ясно, что Света не справится. Я как-то читала про то, что даже если жертва вырывается из-под гнета тирана и начинает жить нормальной жизнью, то все чувства, что она с ним испытывала, вновь возвращаются, если она снова пересекается с похожим человеком. Здесь ситуация еще хуже. Встретившись со своим бывшим, Света вновь стала жертвой. Хрупкие плечи поникли, вся ее тонкая фигурка как будто сжалась, подбородок опустился. Парень положил ей свои руки на плечи, заглянул в лицо, стал что-то говорить вкрадчивым голосом. Не в силах больше ждать, я сняла перчатки, натянула капюшон на голову и быстрым шагом направилась в сторону пары.

Затея могла бы обвенчаться успехом, но в тот самый момент, когда я приблизилась к парню, произошло следующее: он резко притянул Свету к себе за талию и сдвинул ладонь, тем самым помешав мне до нее дотронуться. Соображая на ходу, я сделала вид, что запнулась и ухватилась за его локоть.

Почти получилось! Если бы Стас был джентльменом, он бы придержал меня за руку, и всё бы закончилось хорошо, но вместо этого он зло выдернул мою единственную опору, и я, удивленно охнув, действительно поскользнулась и со всего маха приземлилась на свою пятую точку.

При падении капюшон вместе с шапкой слетел с головы. Ящер скользнул по мне ленивым взглядом, а я замерла, словно кролик перед удавом, искренне надеясь, что он не узнает. Мало ли вокруг длинноволосых зеленоглазых брюнеток. Может, к нему в мастерскую такие каждый день захаживают. Судя по тому, как нехорошо сощурились его светлые и холодные, как льдинки, глаза, узнал. Да еще как.

— Ты⁈ — Шипение в его голосе заставило быстро принимать решение.

Итак, приступаю к плану Б.

— А он у нас был⁈ — испуганно пискнула Света, пытаясь вырваться из своего капкана.

Когда я волнуюсь, то мыслю в слух, видимо.

— Есть, — пытаясь сохранять спокойствие и действовать неожиданно, поправила ее я. — Закрой глаза, а потом беги.

Думаю, она заметила крайнюю нелогичность моего приказа, но, увидев, как я достаю из кармана кожаный чехольчик, все поняла и перестала изумленно хлопать ресницами. А вот Стас ни черта не понял, и это было хорошо, потому что, когда он одной рукой по-прежнему удерживая Свету, второй попытался сграбастать меня за грудки, я с мстительной улыбкой впустила ему в глаза струю слезоточивого газа.

Припечатав меня нецензурным словом, он часто-часто заморгал, согнулся и, естественно, разжал руки.

— Беги! — заорала я Свете, а сама попыталась отползти на корточках.

Абсолютно дезориентированный злодей не мог погнаться за двумя одновременно, и у нас были все шансы, но я все еще надеялась на счастливый конец и сделала наконец то, из-за чего мы, собственно, и затеяли все это безобразие. Крепко ухватилась за его кулак, которым он остервенело тер глаза.

По-хорошему, мне нужна была минута, но с разъяренным парнем хватило и десяти секунд. Даже в таком состоянии Стас оставался очень сильным. Поняв, что мне с ним не справиться, оглушенная его тайнами, я усилием воли заставила себя отдернуть ладонь и побежать, но тут же почувствовала, как меня тянут обратно.

— Стой…

— Ай…

Снова гололед, падение тел, отборная ругань, и, кажется, это хрустнуло мое плечо. Что ж, план Б тоже закончился не очень…

Как мне удалось встать, я даже не поняла. Лишь внезапно ощутила, что меня больше никто не держит, а затем рядом оказывается чье-то хрупкое тело, и тонкий испуганный голос шепчет:

— Он живой, но так ругается… Бежим скорее, Аля.

Я бы на его месте тоже ругалась, а сил бежать у меня не было.

— Ой, кажется, прохожие сейчас вызовут полицию. Алечка, ну же. Давай…

Ума не приложу, как у нее это получилось, но Света умудрилась дотащить меня до ближайшей остановки.

— Прости меня, прости, — всю дорогу не умолкала она, — только держись, пожалуйста…

Когда я тяжело плюхнулась на деревянную скамейку, она ощупала меня своими тонкими ручками и чуть не плача заметила:

— Рука у тебя странно висит, скорую вызываю? Или в травму поедем?

Постепенно шок начинал проходить, и я наконец-то могла трезво оценить, насколько всё плохо. Плечо пульсировало и отзывалось острой болью в суставе, рука плохо двигалась и казалась чужой, но сломанной не выглядела. Еще я, кажется, отбила себе копчик, а голова просто раскалывалась. Этот человек со своими тайнами мог меня реально убить.

— Не надо скорую, звони…э-э-э…

Соображала я плохо, но все-таки попыталась серьезно обдумать. Если так задуматься, то моя мама медсестра и она умеет вправлять вывихи, но ей я бы позвонила в самую последнюю очередь. Кроме нее, на ум пришел только Денис Михайлович, но он был неизвестно где. Оставались еще двое из ларца, но и тут я никак не могла решить, к кому лучше обратиться за помощью. В какой-то момент мне показалось, что я заснула, потому что, когда открыла глаза, передо мной на корточках сидел Алекс, а позади него длинной тенью маячил спортсмен.

— Господи, ты что, позвонила им обоим? — не поверила я, и Света виновато шмыгнула носом.

— Извини, но ты все бормотала: «Один просил обращаться, если меня вдруг побьют, настал его шанс», а потом добавила: «Что же это за спаситель такой, из-за которого я всё время вляпываюсь. Нет уж, пусть он выручает!». Я никак не могла разобрать, о ком конкретно ты говоришь, а потом было ужасно холодно, у тебя начали синеть руки, а трогать их было нельзя… И мне показалось, что ты умираешь…Я…

— Сделай глубокий вздох, досчитай до десяти и… помолчи немного, — мягко и даже доброжелательно произнес Алекс, но от его тона так явственно несло холодом, что Света испуганно замерла.

Кажется, про вздох она забыла.

— Так, а теперь ты, — в голубых глазах Алекса плескалась вселенская тоска.

Мне вдруг стала стыдно. Судя по досадно поджатым губам Андрея, он тоже не понимал, за что такое счастье в виде меня свалилось ему на голову.

— Где болит?

«Везде», — тут же хотелось заявить мне, а потом сжаться калачиком, укрыться одеялом и поплакать. Мой психолог говорил, что достаточно повыть три минуты, как заметно станет лучше.

Мне обычно хватало даже одной. Пожалела себя немножко и будет. Жива ведь, уже хорошо.

— Аля, не молчи. — Парень легонько потряс меня за плечи. — Оцени свое состояние по шкале от одного до десяти.

— На пятерочку, — поморщилась я. — Кажется, он вывихнул мне плечо.

— Кто, мелкая⁈ — тут же подбоченился Андрей. — Только скажи, и я ему!

— Не сейчас, — отрезал Алекс, не дав мне дослушать. — Все разговоры после. Встать можешь?

Чувствуя, как онемели ноги, я виновато покачала головой.

— Со мной такое впервые, извини.

— Андрей, забирай блондинку и езжайте в аптеку. Затем ко мне. Знаешь, что брать?

Спортсмен хмуро кивнул, сграбастал своей ручищей молчаливую Светлану и потащил ее к своей машине.

— Эй, оставь девушку, — обеспокоенно дернулась я, но тут же испуганно ойкнула, когда Алекс неожиданно подхватил меня на руки.

— Переживай за себя, а не за подругу, — посоветовал он, аккуратно загружая меня на заднее сиденье своего черного кроссовера. — Как так получилось, что она в порядке, а ты — нет?

— Она тоже не в порядке, — возразила я, но почувствовав страшную усталость, тихо попросила: — Давай пока мы едем, ты не будешь ни о чем меня спрашивать, и я посплю.

Надо отдать ему должное, он все понял. Накинул на меня что-то меховое и теплое, а я, устроившись максимально удобно, насколько позволили больные плечо и копчик, задремала.

Бесконечно долгий и тяжелый день остался позади, и это поистине прекрасно.