Проклятие Алевтины

Глава 7 Девочкам там не место

Сумрак сгущался быстрее, чем я рассчитывала. Он быстро проглатывал уродливые очертания кирпичных громад заброшенных заводов и покосившихся гаражей. Воздух был густым и горьким, пахнущим остывшим металлом, угольной пылью и чем-то еще, от чего невольно съеживались плечи. Местность была абсолютно незнакомой. Я определенно никогда не бывала в этом районе и поэтому здорово плутала, пока не нашла наконец нужный ориентир, а затем и нужную улицу. К тому же в голове все время звучал голос знакомого следователя, который позвонил мне вчера вечером и начал строго выговаривать:

— Алевтина, я думал, ты разумная девочка! На кой ляд ты связалась с таким мутным типом, как Алекс Котов? Неужели других парней для симпатии не нашлось⁈

— П-почему мутным? — не поняла я, чувствуя, как внутренности в животе скручиваются тугим узлом.

— П-п-потому! — передразнил меня Денис Михайлович.

Когда-то давно я случайно помогла одному недоверчивому следователю поймать преступника, а он в ответ опрометчиво пообещал, что вернет должок. Впервые я решила воспользоваться щедрым предложением и уже жалела. Ведь я совершенно ничего не знаю о жизни Алекса. Неужели мой сказочный принц на самом деле разбойник? Или того хуже?

Денис Михайлович тяжело вздохнул и рассказал пару неприятных моментов из жизни нового знакомого.

Нет, он не разбойник и не вор. И не убийца. Вздохнула с облегчением. Приводов тоже нет. Но пару раз Алекс лично нанимал адвоката, чтобы отмазать своих дружков. А уж те типы отмороженные. Значит, и Алекс не лыком шит, а потому Денис Михайлович на правах старшего товарища советует не общаться с такими мальчиками. Если надо, он меня лучше со своим племянником познакомит. Не надо? Ну и ладно! Место работы выяснить удалось, у следователя ведь все-таки связи. Но адрес все равно не даст, мастерская находится в Кировском районе, а там на каждом углу преступность расцветает. Нечего девчонкам там делать.

В общем, пришлось пообещать, что я никуда не пойду. Мужчина, почему-то поверив на слово (сразу видно, что плохо меня знает), бодро пообещал помочь как-нибудь в другой раз и отключился.

Спасибо, Денис Михайлович, вы уже помогли! Благодаря интернету быстро удалось выяснить, что в печально известном Кировском районе всего пять мастерских. До трех удалось дозвониться и уточнить, что никакого Алекса там отродясь не знают, а значит, оставалось всего две. Вернее, уже одна. Не прав парень, однако, из меня получится хороший сталкер!

Вот только время я не рассчитала. Темнело быстро, я замерзла, Алекс по-прежнему не отвечал, а нужная вывеска всё не попадалась на глаза. Пройдя пару домов и проводив грустным взглядом последнюю маршрутку, я поняла, что если все-таки проведаю парня, то обратно придется ехать на такси. И ключевое было — если я вообще его найду и останусь в целости и сохранности, чтобы куда-то ехать. Оптимизм стремительно таял вместе с дневным светом.

Найти нужную дверь помогла случайная бабка, которая сначала выслушала, а потом, окинув меня цепким взглядом, пробурчала недовольное:

— И ты туда же⁈ А с виду приличная!

— Я же вроде дорогу не в бордель спросила, — растерялась я от такого приветствия.

— Тю… Наивная! Думаешь, они там только машинки чинят? Ну-ну. Вон за магазином вывеску разбитую видишь? Скатертью дорога.

Обласканная, я еще пару минут раздумывала, а не повернуть ли обратно, но потом все же решилась заглянуть и узнать, чем же еще занимаются в автомастерской, кроме того, как чинят машинки…

Спускаясь по обитым ступенькам в непонятный подвал, подумала, что для разнообразия неплохо было бы иногда слушать старших. И еще поняла, что ботильоны на каблучках и длинная юбка не годятся для таких посещений, а в тонких кожаных перчатках ужасно мерзнут руки. Чертыхаясь и смотря под ноги, дуя на озябшие пальцы и проклиная весь свет, я не сразу услышала голоса, а когда все-таки обратила внимание на недружелюбную интонацию, было уже поздно.

— Я же тебе сказал вовремя номера сменить, ты чем думал, когда тачку засветил⁈

Так и пристыла к ступенькам, забыв даже дышать. Что-то не похоже на разговор с клиентами.

— Я не… — что бы ни пытался сказать второй собеседник в свое оправдание, но ему такого шанса не дали. Звук удара и удивленный вскрик прозвучали одновременно.

— Эй, ты чего!

Да, да, неизвестный как с языка сорвал.

— Остынь!

Ох, кажется, там назревает драка…

Признаю, первой моей реакцией было пойти и помочь незнакомцу. Хоть гаечным ключом отбиваться, ей-богу. Но затем я включила голову. Молодец, Аля, проведала товарища. А теперь давай двигай отсюда, пока не ввязалась во что-нибудь неприятное. Ты же всегда была адекватной девушкой и в отличие от героинь своих любимых романов не любила совать нос в чужие разборки. Тайн и интриг тебе и без того хватает, хоть книгу пиши!

Уговаривая саму себя и уже мысленно набирая номер Дениса Михайловича и «скорой помощи», я потихоньку поднималась обратно. Наверное, я бы смогла убраться незамеченной, и не было бы никаких фееричных падений со ступенек, случайных возгласов, выдавших меня с головой, и прочей ерунды, что часто происходит с главными героями, но уйти мне попросту не дал огромный человек, в которого я уперлась спиной, когда пятилась к двери, как рак.

Хватило лишь беглого взгляда на этого великана, чтобы понять — уйти мне отсюда так просто не дадут. Но я все же решила для начала прикинуться полной дурочкой.

— Здравствуйте! А мне машинку починить. Ехала-ехала, значит, а потом всё, приехала, то есть шину проколола. Я ведь адресом не ошиблась?

Главное, уверенно тараторить, не опускать взгляд и прямо держать спину. Но верзила глубокомысленно хмыкнул и ткнул пальцем куда-то в потолок. Проследив за ним взглядом, я обнаружила там камеру. Значит, все мои манипуляции и топтания на лестнице не остались незамеченными. Очень жаль. Есть еще один вариант. Мужчина большой и медлительный, стоит, облокотившись на стену, и лениво разглядывает меня маленькими глазками. И явно не ожидает, если я…

— Вы знаете, я на минуточку. Только ключи заберу и…

Не прокатило.

Стоило мне резко рвануть вперед и нагнуться, чтобы проскочить у него под мышкой, как он вдруг попросту схватил меня за шкирку, как нашкодившего котенка. Ворот дубленки тут же затрещал по швам, а я подавилась возмущенным криком, потому что меня попросту поволокли по ступенькам туда, откуда все еще раздавались крики избиваемого незнакомца.

Так и есть. Судя по стоявшим в ряд машинам, запчастям и прочим атрибутам, это действительно была автомастерская, но откуда тогда взялась лестница? Что за странный гараж такой?

Вряд ли кто-то хотел отвечать на мои вопросы. Парень, валяющийся на полу, был порядком избит, но живой, а второй, коренастый и злющий, как черт, недоуменно посмотрел на меня и спросил у моего надзирателя:

— Вал, это кто такая⁈

— Подслушивала с запасного выхода. Поймал.

У Вала оказался на удивление писклявый голос, так не вязавшийся с внешностью.

— Этого еще не хватало!

Как в замедленной съемке я отсчитывала его шаги, прекрасно зная, что может произойти в следующую минуту.

Один.

Два.

Три.

На цифре шесть мужчина схватил меня за грудки, а я, коснувшись озябшей ладонью разбитой в кровь руки, провалилась в его жизнь.

Маленький вихрастый паренек со злой усмешкой закидывает котенка камнями…

Мне хочется ее ударить, не могу больше сдерживаться…

Ненавижу мать, ненавижу. Это все из-за тебя.

Я вас всех ненавижу…

Картинки сменяли друг друга, как в дурном кино: вот он бьет стекла в подъезде, вот с наслаждением ломает ветку о колено, вот смотрит на отражение в луже с таким всепоглощающим гневом, что мир вокруг кажется выжженным. Этот гнев был его топливом, его единственной защитой от всего мира.

Да он же ненормальный! Мне страшно…

Из чужой души, наполненной ненавистью, страхом и болью, меня вырвал знакомый голос. Спасибо тебе, Алекс, а то так и задохнуться недолго.

Он появился в проеме дверей, суровый, но запыхавшийся, в наспех надетом пальто, без шапки, неожиданно в кедах.

— Отпусти ее, — так просто приказал, даже не выдав никакого удивления моим присутствием.

— Твоя девчонка? — выгнул бровь парень, все ещё удерживающий меня за грудки.

— Моя, — зачем-то согласился Алекс, остановив на мне взгляд, в котором явно плескалась досада. — Соскучилась, не может долго одна. Отпусти ее, иначе я тебе пальцы переломаю.

И сказал так спокойно, равнодушно даже, но у всех присутствующих явно не осталось сомнений в услышанном. И право слово, а что я вообще знаю об этом парне? Может, у него хобби такое интересное — пальцы налево и направо ломать.

Меня не пришлось долго упрашивать. Я прекрасно знала, кто стоит рядом со мной, и хотела убраться от него подальше. И если ради этого надо признать Алекса своим парнем, то пожалуйста, хоть женой или наложницей!

Он сам взял меня за руку и уверенно задвинул за свою широкую спину. Я даже не стала оттуда победоносно выглядывать.

— Ты знаешь правила, Ал, какого черта? Никаких баб и знакомых на рабочем месте.

— Она перепутала вход. Я разберусь, не парься.

— Но…

— Я сказал, что сам разберусь со своей девочкой. Мы уходим.

Больше нас не окликнули и не остановили. Алекс уверенно увел меня вон из этого душного и неприятного помещения, его пальцы крепко сжимали мою руку, не оставляя шанса вырваться или отстать. Он шел быстро, его спина была напряжена, и я чувствовала, как по его руке передается гневная вибрация. Мы миновали грязный коридор, и вот уже хлопнула тяжелая дверь, отсекая тот жуткий мир с его запахом бензина, крови и злобы.

Всё еще не оправившись от увиденного, я даже не заметила, как мы оказались возле машины Алекса, а он уже мягко, но настойчиво толкает меня на пассажирское сиденье и закрывает дверь. Садится, заводит мотор. Я очнулась только когда поняла, что мы отъезжаем, и тут же схватилась за телефон.

Так, надо позвонить Денису Михайловичу. Срочно.

Кажется, обронила фразу вслух, потому что Алекс тут же участливо поинтересовался:

— Кто такой Денис Михайлович?

— Знакомый следователь. Ты вообще заметил, что там человека чуть не убили?

— Ага. Аля, дай, пожалуйста, телефон.

— Зачем? — крайне растерялась я. — У тебя твой сел? Погоди, сначала позвоню… Эй⁈

Мой мобильник был ловко выдернут из-под уха и деловито убран в карман чужого пальто.

— Так ты с ними в сговоре⁈ — не поверила я и тут же потребовала: — А ну останови! Так, вдох-выдох. Сосчитать до десяти. Попить водички. И салфетки, мне срочно нужны салфетки. У тебя есть, а?

Он все-таки остановил машину.

— Я так понимаю, у тебя начинается истерика? — деловито так поинтересовался, будто каждый день сталкивается с паническими атаками.

— Нет! Не начнется, если найдешь салфетки! Мой психолог говорит, что нужно соблюдать определенный алгоритм. Сначала вдох-выдох, затем спокойно считаю до десяти, пью водичку и…

— А салфетки тогда зачем⁈

Да чтоб тебя! Надо отдать ему должное, едва заметив, как начали увлажняться мои глаза, Алекс молча прижал мою головку к своей широкой теплой груди и аккуратно погладил, окончательно сбив шапку на лоб.

— Ш-ш-ш… отвезу тебя домой и забудем.

— Ну-ну, сначала вызовем полицию.

— Глупости, они сами разберутся. Никто никого не убил.

— Ага, только малость побил

— Аля, — тяжело вздохнул Алекс, осторожно отстраняя меня от своей груди и участливо заглядывая в глаза. — Какого хрена ты забыла в этом богом забытом месте?

— Тебя искала, — шмыгнула я носом. Мне не очень хотелось отстраняться. На груди у Алекса было тепло и надежно. Хотя и пах он какими-то химикатами, а его руки были перемазаны машинным маслом.

— Ну вот, нашла. Тогда чего тебе еще надо?

— Твой друг — маньяк. Ты в курсе вообще?

— Который из них?

Я бы испугалась вопроса, но уголок рта Алекса дернулся в едва сдерживаемой усмешке.

Издевается! И как не стыдно⁈

— Я видела, что он творит! Ты не понимаешь, с кем имеешь дело! Он зло во плоти!

— Уверен, ты преувеличиваешь, — не поверил мне парень, — Ящер, конечно, хам еще тот, но маньяк — это слишком. Но это действительно взрослые разборки, и девочкам там не место. Никогда больше не ищи меня там. Сейчас я увезу тебя домой, ляжешь баиньки и забудешь происходящее, как страшный сон.

Он окончательно избавил меня от объятий и снова завел мотор.

— Ну-ну, разве что ты владеешь заклинанием забвения.

— Аля…

— Молчу. Но с домом осечка вышла, извини.

— Какая?

И снова этот вечно равнодушный тон! А у самого желваки так и ходят.

— Общежитие закрывается через двадцать минут. Мы не успеем.

— Твою… Серьезно⁈ О времена, о нравы!

Мысленно попрощавшись с повышенной стипендией, я со вздохом признала очевидное:

— Ладно, вези меня уже в гостиницу. Наверняка по дороге что-нибудь будет. И телефон верни, не буду я никому звонить.

Мой голубоглазый водитель только хмыкнул, но телефон не отдал. Зараза!