Развод. Вернуться к началу (СИ)

Глава 39

Глава 39

Роберт

Мне потребовался час, чтобы убедительно расписать все нюансы нашей семейной жизни дежурившему врачу. Приукрасил, приврал, но он, в конце концов, сдался. Не забыв при этом взять немаленькую компенсацию, за потраченное время.

- Меня ваши семейные проблемы не касаются. – Произнес мужчина средних лет в синем больничном костюме. - Но имейте в виду, что любой стресс, губителен для будущей матери и уж тем более ребенка. – Тонкий намек, от которого меня передернуло. Но я быстро взял себя в руки.

- Я все понимаю, доктор. – Задолбался лебезить перед ним, но надо дожать. – Повышенный комфорт и внимания, а цена благодарности не имеет значения. – Расставляю грамотно акценты на словах, чтобы он не стеснялся в своих запросах.

Он смотрит на меня, примерно прикидывая, на какую сумму может претендовать. Классические часы на моем запястье, но бренд узнаваем. На ключах от тачки четыре кольца. И остальные для меня мелочи, которые он успевает заметить. А мне ровно. Ведь деньги — это такая мелочь, по сравнению с ее жизнью.

- Договорились. – И он радостно хлопает ладонями по столу.

Это его первая живая эмоция за весь наш разговор. Не сдержавшись, ухмыляюсь. Кто бы сомневался в его согласии.

- И еще, у ее палаты, будет стоять мой человек. – Я не спрашиваю его разрешения, а просто ставлю перед фактом.

После того как я узнал, что эта стерва была у Веры, сомнений не осталось. Она приложила руку, и к самому дорогому, что у меня было.

- Но вы же понимаете…

- Понимаю, поэтому прибавьте еще одну цифру. – Мне легче перейти на деловой тон, где можно просто, без эмоций, решать вопросы и ставить свои условия. Особенно когда он уже на крючке.

Он чуть приподнимает бровь в удивлении. А может, думает, что раз я так легко расстаюсь с деньками. Он, возможно, продешевил. Но, поздно. Мы уже договорились.

- Пациентка находится под контролем. Она получает сейчас все необходимое лечение, для сохранения беременности. На ближайшие три недели, у нее строгий постельный режим. Любой стресс. Любое неосторожное движение, может привести к разрыву околоплодного пузыря и к другим неблагоприятным последствиям. Преждевременные роды на восьмом месяце, опасны. И с жизнью практически несовместимы. По статистике…

- Я вас понял. – Перебиваю его, чтобы не слушать то, что и так понятно.

Я далек от его мира, но в курсе всех рисков, что могут случиться в этот период.

- Значит, проблем не будет. – Он встает и выходит из кабинета.

Пока его жду, времени зря не теряю. Ведь я и так, слишком много упустил. Работал в тех направлениях, где думал меня сильнее всего, подставляют. А по факту упустил самое главное. Недооценил, насколько может быть, опасна ревнивая женщина.

И тут же вновь появляется чувство вины. Но уже не так явно. Просто чуть царапает душу. Я столько лет, ее жалел. Винил себя, за то, что хотел от нее невозможного. Что не считался с ее желаниями. Сам испоганил нашу семью. Старался искупить свои грехи перед ней.

Что и не заметил, как она изменилась. Из веселой и счастливой девочки она превратилась в безжалостную суку. Которая идет по головам, не задумываясь о последствиях.

Я упустил многое и потерял самое дорогое. Пока гнался за прощением той, что душила меня своей ложью.

Можно засунуть свою голову глубоко в самокопание, и ждать, пока меня разъезд жалость к себе. Но я и так потерял слишком много времени. По своей же глупости.

Достаю телефон и набираю несколько сообщений. Знаю, что ответ я получу в ближайшее время.

Вера

Спина затекла. В пояснице адская боль. Пытаюсь согнуть руку, что лежит на излом. Но не могу ею пошевелить. Морщусь от странной ломоты в теле. Голова словно набита ватой. И даже мысли даются с трудом.

Приоткрываю веки и не сразу понимаю, где нахожусь. Просторная комната, в светлых тонах. Это не моя квартира. Сквозь закрытые жалюзи пробирается свет с улицы.

На правой руке онемели пальцы. И я опускаю взгляд на свою руку. Стоит увидеть торчащую иглу из вены, что в сгибе руки. Вспоминаю свой звонок в скорую. И тут же замерев, трогаю свой живот. Он на месте, значит, и мой малыш тоже.

Прислушиваюсь к своим ощущениям. Ведь в последнее время, он стал более активно шевелиться. А сейчас притих. Это так не привычно, что пугает до чертиков. Медленными поглаживаниями, дрожащими пальцами, пытаюсь себя успокоить.

Вожу вокруг пупка, пытаюсь определить маленькие выпуклости на натянутой коже.

А внутри все начинает вибрировать от напряжения. И как только я перестаю контролировать свое состояние на грани истерики. Боль внизу живота усиливается. Меня словно начинает растягивать в разные стороны.

Дыхание сбивается, и уже в груди горит огнем. Легкие от частых, пустых вздохов скалывает.

Я хочу закричать, только вместо крика, вырываются рыдания.

- Боже, девочка, ты что плачешь? – Это первые слова, которые привлекли мое внимание.

Женщина в светлом халате поспешила ко мне. Она проверила капельницу. Затем взяла меня за руку и приложив палец к запястью. На секунду сосредоточившись, помолчала.

- Я его не чувствую…- сквозь рыдания стараюсь объяснить причину истерики.

Понимаю, что я в больнице и меня это успокаивает на мгновение.

- Ну и правильно. Ребёночек после стресса, отдыхает. Спит, наверное. – Она убирает мои руки с живота и поправляет одеяло. – Вон у тебя какие ледяные руки.

Она недовольно осматривает меня, а затем неожиданно улыбается.

- С малышом пока все хорошо. Но, тебе нельзя нервничать. Любые нервы могут ему навредить. Стресс, слезы, этого всего тебе нельзя. Только максимальный покой и отдых. И тогда, ты его сможешь доносить до даты родов.

- Но я же…

- Вечером вместе послушаем сердцебиение твоего малыша. Только если ты мне пообещаешь больше не плакать. Договорились? – Она потрогала мой лоб, а после вытащила иглу из вены.

Проделав еще стандартные манипуляции, она ушла. Меня же снова накрыло сном. Видимо, ее обещание вразумило меня. Успокоило на время. Дожить бы до вечера.