Ребенок от босса-гада

Глава 2

Анжелика

Зло топаю на свое рабочее место и плюхаюсь на стул, все еще горя после разговора с Медведевым. Понимаю, что сама была не до конца с ним честна, но я, по крайней мере, не угрожала.

Умею право на злость после того, как он меня бросил.

Краем глаза замечаю, что все коллеги в составе десяти человек, направляются ко мне. Окружают и с интересом ждут, пока я что-нибудь им расскажу. Из моего отдела я вторая, кто ходил к боссу. Первая девчонка ушла в слезах, и никто ничего не понял. Я же первая, кто вернулся, способная хоть что-то поведать.

— Ну что там? Как там? Правда, сокращают? — закидывают они меня вопросами. — Деньги платят? А другое место предлагают?

— У нас новый владелец, — отвечаю им всем сразу. — Какие у него планы на нас, не знаю, — оглядываю каждую и замечаю на их лицах ступор. — Но я написала по собственному желанию.

— Чего?! — разносится такой громкий и единый возглас, который даже оглушает.

— Босс новый — гад настоящий! — делюсь своими мотивами. Частично. Про то, что мы раньше были вместе, решаю промолчать. — Я с ним как-то раньше имела дела. Не хочу больше. Поэтому увольняюсь, ребят.

— Ну, я бы на месте Лики тоже ушла, — отзывается одна из девчонок. — Она беременна. Пока к новому боссу притрешься — уже уходить! Да и на месте нового босса такую пузатую, которая на работе родить может, держать бы не стала.

— В декрет бы лучше ушла, — вздыхает другая женщина. — И копеечку сохранила бы. И место.

— Но куда же нашей пчелке! — фыркает следующая.

В нашем небольшом отделе у нас всех приятельские отношения. Мы, можно сказать, дружим, поэтому каждый может высказать свое мнение. И никто не обижается.

— Девчонки, прекратите, — молю их. — Вы же знаете, что ребенка нужно на что-то содержать. Поэтому я к вам и пришла. Но я больше не останусь. Не с новым боссом!

— Да мы шутим, Лик! — тянет коллега и гладит по плечу. — Все хорошо. Ты нам лучше расскажи, босса нового видела вживую или только слух?

— Видела, — отвечаю ей с ухмылкой.

И не только видела, но и успела поругаться.

— Симпатичный? — поигрывает бровями наша мечтательница захомутать богатенького мужичка. — Нам график свиданий с ним составлять?

— Составляйте, — равнодушно бросаю ей. — Но только свиданий. Серьезные отношения с продолжением его не особо интересуют. Так что все мимо!

— Девочки, а чего столпились?! Работаем! Работаем! — восклицает Елена Степановна, начальник нашего отдела, заметив скопление людей. Девчонки недовольно закатывают глаза, но расходятся. А начальница, наоборот, подходит ко мне.

— Уволили гады? — спрашивает тихо.

— Ой, Елена Степановна, — скулю, выдавив жалобную мордашку. — Там такая Санта-барбара! Новый босс у нас. И, да, увольняюсь. Но сама написала по собственному желанию.

— Ужас! Ироды! — возмущенно бросает женщина и сжимает кулаки от злости. — Ну хоть отрабатывать не заставят? Все же беременная, могут тебе простить отработку. Мы бы как-нибудь без тебя справились.

— Заставят, — вздыхаю устало. — Новый босс — зверь!

— Я пока об этом ничего не знаю, — признается, но, собственно, об этом мало кто сейчас знает. — Надеюсь, что тебе показалось. Ладно, работай, девочка. Работай. Потом зайдешь, я тебя пироженкой угощу, а то не нравится мне, что ты в лице схуднула. Ешь нормально? — заботливо интересуется она.

— Да все обычно. Белки, углеводы и добавки, — перечисляю.

— Вечером зайдешь ко мне. А тебя жирненьким борщом угощу. Тебе нужно набирать вес, а ты, наоборот, худеешь. Непорядок! — гладит по плечу и уходит.

Провожаю ее взглядом и благодарно улыбаюсь. В свое время Елена Степановна устроила меня сюда и поручилась. Она руководит колл-центром нашей компании. У нее был набор, и она меня взяла, хотя опыта в этой сфере у меня не было.

А ведь я просто дала соседке соли, когда та зашла. И вот, чем оно обернулось. Теперь Елена Степановна и ее муж меня подкармливают, частенько называя дочерью. А их сын забегает, чтобы помочь с мужскими делами по дому.

Не буду отрицать, что Елена Степановна и ее муж хотят нашего с их сыном союза, но ни мне, ни парню эта идея не по душе. Мы можем поболтать весело и интересно, но у нас совершенно разные вкусы во всем.

— Дамы и господа, — разносится голос будущего владельца компании по нашему залу. — Разрешите представиться. Илья Медведев, ваш новый босс, — произносит, взглядом проходится по всем девчонкам и останавливается на мне. — Ты здесь больше не работаешь.

— Я знаю, Илья Витальевич, — отвечаю, поджав губы и с трудом сдерживая злость. И к чему этот спектакль? — Я лично заявление об увольнении писала. Своей правой рукой!

— Да, но отрабатывать ты будешь не здесь, — коварно усмехается, — а в приемной моего кабинета. Ваш бывший босс уволил моего предполагаемого секретаря. Займешь ее должность, Лика, пока будут подбирать нового.

— Я не владею навыками секретарского дела, — поднимаюсь и скрещиваю руки на груди. — Я даже не знаю, что они делают.

— Разве это мои проблемы? — хмыкает он, посмотрев на меня, словно я сказала ему что-то бредовое. — Босс сказал — ты должна выполнять.

— Я в рабство не продавалась.

— Разве? — изображает искреннее недоумение. — По-моему, трудовой договор ты подписывала. У тебя есть пять минут, чтобы подняться ко мне в приемную. Не люблю опозданий. Могу наказать штрафом, — бросает и уходит.

— Вот же гад, — тянет Елена Степановна, и все коллеги согласно кивают ей.

— Настоящий гад! — повторяет девочка, сидящая по соседству со мной. — Лучше бы Дорофеев остался! Хоть и игроман, но не такой, как этот гад!

Анжелика

Поднимаюсь в приемную босса и захожу в кабинет, оставив свои вещи на прежнем месте. Думаю, Медведев просто вредничает и секретарем меня точно не сделает.

Это изначально плохая идея!

Мало того, что обязанностей не знаю, программ, так и не подхожу я на эту роль. Не для беременной девушки вся эта беготня и нервы. Я могла спокойно и дальше сидеть на телефоне и отвечать на звонки.

— Ты вовремя, — хмыкает Илья со своего места, опустив руку с часами под стол. — Я уже думал, как именно тебя оштрафовать, покупкой мне торта или же пирожных, — мечтательно тянет он.

— Увы, придется вам самому за ними идти, — развожу руками, не скрывая злорадной улыбки.

— О, нет, девочка моя, — растягивает губы в улыбке. — Идти точно тебе. Отличие лишь в том, кто за это будет платить. Держи, — достает платежную карту и протягивает ее мне. — Возьми “Прагу”. Пин-код три семь три восемь. И поторопись. Не люблю, когда мои сотрудники долго пропадают и шляются непонятно где.

— В обязанности секретаря не входит покупать торты, — заявляю, скрестив руки на груди и всем своим видом показывая, что не собираюсь идти у него на поводу.

— В обязанности секретаря входит заказывать еду для босса, — бросает он, и я поджимаю губы, вспомнив, что секретарь Дорофеева часто это делала. — Я буду есть торт, Лика! Иди.

Долго сверлю его взглядом, сопротивляясь. Но вскоре понимаю, что это все бессмысленно. Медведев упертый до безумия, а я лишь наполовину. Не сравнится моя гордость с его характером.

Молча разворачиваюсь и иду на выход из кабинета, но у самой двери не выдерживаю и оборачиваюсь к нему.

— Чем я заслужила такое отношение к себе? — спрашиваю у него. — Будь на моем месте другая беременная, ты бы поступил так же?

— Будь на твоем месте другая беременная, она бы согласилась уйти в декрет и не делала бы мне мозг, — в тон мне отвечает Илья, скопировав даже вызов в глазах.

— Я не делаю тебе мозг! — восклицаю.

— Разве? А к чему тогда все эти фокусы, Лика? Что ты хочешь мне доказать своим увольнением? — вздергивает бровь. — Что тебе не плевать на мое присутствие рядом? Поздравляю, я уже все понял! Я тебе не безразличен. Но я так и не разгадал твоих мотивов касаемо некоторых поступков, — отводит взгляд. — И, наверное, никогда не пойму.

— Прага? — уточняю, решив уйти от разговора, и он кивает.

Выхожу из его кабинета с чувством глубокой тоски. Спускаюсь на лифте, думая о словах Ильи. Отчасти он прав. Чувства к нему у меня определенно остались, несмотря на злость. Нашу любовь сложно забыть так быстро. По крайней мере, для меня.

Выхожу из офиса и взглядом ищу ближайшую пекарню или магазин, где можно купить Прагу.

— Лика! — окликают меня, и я оборачиваюсь на голос. И почти сразу расплываюсь в улыбке при виде широко и лучисто улыбающегося мужчины. От него всегда исходит такая добрая и приятная энергия, что хочется, словно кошечка, свернуться около него и мурчать во сне.

— Витя! — радостно восклицаю, увидев сына Елены Степановны. — Ты чего здесь?

— Мама сегодня записалась к терапевту. Попросила меня забрать ее, пока обеденное время, отвезти и привезти. Чтобы она успела все, — рассказывает, подойдя ко мне. — Забрать ее приехал.

— Поняла, — дарю ему улыбку. — Счастливо тогда!

— А ты куда?

— Ой, Вить, не спрашивай! — вздыхаю. — Пекарню ищу. Или магазин. Нужно купить кое-что.

— За углом есть пекаря, — указывает себе за спину. — Кофе там на днях брал. Подожди меня. Маму встречу и подвезу до туда, а обратно пешком пойдешь.

— Спасибо, Вить. А то как-то низ живота с утра ноет, — жалуюсь ему.

Парень мне подмигивает и скрывается в здании офиса, чтобы встретить маму.

Подставляю лицо солнцу, радуясь его теплу. Прикрываю глаза и даже на минуту забываю обо всех проблемах, но, когда открываю глаза, сразу же в окне на третьем этаже замечаю лицо Медведева.

Посылаю ему натянутую улыбку и отвожу взгляд ровно в тот момент, когда Витя и его мама выходят из здания.

Коварно усмехнувшись, решаю позлить Медведева.

Не мне одной не плевать. Иначе бы не издевался!

— Вить, а можешь обнять за талию? — прошу его с улыбкой. — Немного сбавить нагрузку со спины.

— Конечно, — довольно быстро соглашается. — А кстати, я изучал этот вопрос, когда сестра беременна была, — принимается он рассуждать и, как всегда, свои мысли озвучивать вслух. — Почему для беременных не придумают корсеты специальные или накладки, которые помогают поддерживать спину? Это ведь такая нагрузка на позвоночник! И бог его знает, какие потом от этого проблемы могут возникнуть, — возмущается он, и я даже на секунду завидую его жене. Он будет о ней и правда заботиться, если даже мне по малейшей просьбе решил помочь. Он готов отозваться на просьбу в любое время. Помню, у меня месяца два назад труба подтекать начала. Парень приехал ко мне в свое рабочее время, чтобы посмотреть и поменять какую-то сломанную деталь. И сейчас, когда я использую его, чтобы позлить Илью, мне стыдно и неловко, но Витя делает все так непринужденно, что со стороны кажется, будто между нами что-то есть, в действительности же он относится ко мне, как к своей сестре.

— Для них придумали декрет, Витя, — бросает Елена Степановна. — Но наша трудяжка в своем словаре такого слова не хранит.

— Декрет обычно в словаре стоит напротив слова муж, — отвечаю ей. — А у меня последнего нет, так что декрета тоже нет.

Илья

Освободив офис от ненужных элементов, а точнее от слабых беременных, которые подвержены влиянию гормонов, бросаю взгляд в окно. Чтобы убедиться, что Лика ушла и ближайшие двадцать минут ее точно не будет.

Как бы сильно эта девчонка ни разбила мне сердце в прошлом, я все еще ценю ее и не хочу волновать.

А волноваться сейчас будут все, потому что, несмотря на то, что у Дорофеева часть сотрудников ушли по сокращению, я намерен уволить еще половину. И вернуть некоторых из сокращенных.

Мне крысы в коллективе не нужны. Наберу новых ребят, которые будут ответственно и качественно работать.

— Роман, подойди, — прошу мужчину, который устроился месяц назад, в тот момент, когда я получил намек, что компания Дорофеева, возможно, станет моей. И все это время мой верный сотрудник собирал мне списки “нужных” Дорофееву и тех, кто действительно работает.

— Вот списки, — отдает мне свой планшет с именами сотрудников, отсортированными по отделам. — Илья Витальевич, позвольте мне заступиться за одну девушку, — благородно начинает он.

— За кого?

— У нас в колл-центре девушка работает, Анжелика, — рассказывает и указывает в планшете на ее имя. — Вы ее сегодня перевели к себе в секретари. Не сказал бы, что работает лучше всех, но работник достойный. Может с легкостью конфликты в отделе уладить, помочь коллегам. Да, и знаете, девушка очень хорошая. Порядочная и честная. К тому же голос красивый и дикция идеальная. Клиенты всегда понимают, что она говорит.

Голос у нее и правда красивый. Чистый, без акцента и прочей мишуры. А как поет — можно с легкостью принять за сирену, что заманивает моряков в глубины вод.

— Влюбился? — бросаю, скрывая за вопросом легкую тень ревности.

Из головы не выходят ее слова о гражданском муже и мысли о размере живота. Сразу после меня начала с другим встречаться? В такое сложно поверить, зная Лику. Хотя любовь могла вскружить ей голову. Да и семью она всегда хотела, так что с легкостью могла пойти на контакт с мужчиной, который пообещал ей семью.

— Влюбишься здесь! — фыркает Роман. — Начальник ее отдела подойти к ней не дает. Ходят слухи, что Лика крутит роман с ее сыном.

— Правда? — искренне удивляюсь, заинтересовавшись слухами.

— Да, — кивает он.

Но дальше ничего узнать не удается, потому что мы заходим в первый по пути отдел. Роман сразу меня представляет, после я произношу речь и отдаю тесты на знание обязанностей, которые работникам нужно быстро заполнить.

Справятся — балл им в пользу того, чтобы остаться. Нет — сразу вылетают. Но будут учитываться и сроки работы. Работник, который работал в компании два или три месяца не может знать все, в отличии от того, кто проработал полгода и более.

Пока работники первого отдела справляются, я подхожу к окну, чтобы взглянуть на улицу, и почти сразу замечаю у выхода из офиса Лику. К ней подходят мужчина и одна из моих сотрудниц в возрасте, почти сразу создав в моей голове предположение о личностях подошедших.

Мужчина приобнимает Лику за талию, и они втроем уходят в сторону парковки.

— Ром, — подзываю мужчину, который моментально оказывается рядом. — Это та женщина, о которой ты говорил? С сыном которой роман у Лики?

— Да, — кивает он. — Елена Степановна Голенько.

— Почему она ушла с рабочего места? — уточняю, словно он за это ответственен и знает причину.

— Если не ошибаюсь, то у их отдела сейчас обеденный перерыв. Некоторые уходят есть в столовую, а некоторые в пекарню за углом. Там подают легкие обеды за небольшую плату.

— Понял, — киваю. — Как вернется, эту Голенько в мой кабинет пригласи, — отдаю ему приказ.