Руководство творческой девчонки по спариванию с оборотнем (Лола Гласс) читать бесплатно онлайн полную версию книги (ч. 10)

Глава 8

Стелла

Грэм целовал меня так же, как и трахал пальцами.

Грубо.

Дико.

Неукротимо.

Он не пытался контролировать меня или момент. Он просто наслаждался этим.

Мне это чертовски нравилось.

Мы целовались, пока я ласкала его эрекцию своей щелкой. Учитывая, что весь его опыт ограничился бывшей, было ясно, что мне нужно взять инициативу на себя, и меня это устраивало.

Со временем он станет увереннее.

А пока мы прекрасно повеселимся, двигаясь к этому.

Я двинула бедрами ровно настолько, чтобы принять кончик его члена. Его ответный стон и то, как его рука крепче сжала мою шею сзади, заставили меня опуститься еще ниже, медленно принимая больше.

Его бедра слегка дернулись, движения стали грубее. Я могла сказать, что он боролся с собой, пытался не реагировать, но проигрывал эту борьбу. И я была рада.

Я не хотела, чтобы он контролировал себя.

Я хотела его грубым и настоящим. Даже диким.

Забавно, что то, что сильнее всего беспокоило меня в его стае, мне больше всего нравилось в нем. По крайней мере, в постели.

Мы двигались медленно. Я отвечала на его попытки сдержаться, и он, в конце концов, понял, что мне нравится, когда он двигается именно так.

Его толчки становились все сильнее и грубее.

Звуки моего наслаждения — и его — становились громче и отчаяннее.

Пока, наконец, мы не кончили вместе.

Оргазм был гораздо более сильным, чем раньше. То, как его огромная эрекция пульсировала от удовольствия, растянуло мой оргазм, как мне показалось, на целую вечность.

Когда я наконец рухнула на его грудь, ошеломленная и блаженная, я не могла не подумать, что секс с оборотнем намного лучше человеческого.

И я тут же провалилась в сон.

Глаза Грэма были первым, что я увидела, проснувшись в следующий раз.

Он не отрывал от меня взгляда. Усталого, тяжелого ото сна и полностью сфокусированного.

Его член все еще был внутри меня, толстый и твердый.

Когда наши взгляды встретились, он запульсировал. Мне пришлось сдержать улыбку.

— Привет, — прошептала я, мое обнаженное тело все еще было растянуто на нем.

— Привет, — его рука скользнула вниз по моему позвоночнику, словно он не мог удержаться. — Мне нужно тебя накормить.

— Я не хочу, чтобы ты вставал.

Его член снова запульсировал.

— Хочешь, я слезу с тебя? — спросила я его, на всякий случай, если он не чувствует того же, что, казалось, демонстрировало его тело.

Его глаза потемнели.

— Блядь, нет.

— Хорошо.

Я снова закрыла глаза.

— Как долго я была в отключке?

— Не знаю. У меня с собой нет телефона. Или часов. Но на улице темно.

Значит, прошло какое-то время.

Вероятно, поэтому я чувствовала себя немного лучше.

— Сколько мне нужно поспать? — спросила я, когда зевота растянула щеки.

— Много.

Его рука снова скользнула вверх-вниз по моему позвоночнику.

— Мне правда нужно приготовить тебе что-нибудь поесть.

— Или не надо.

— Стелл…

То, как он сократил мое имя, звучало интимно. Не думала, что мне это понравится, но понравилось.

Я приоткрыла один глаз.

— Хватит чувствовать себя виноватым.

Его член пульсировал.

— Я чувствую точно не вину.

— Тогда просвети меня.

— Я хочу трахнуть тебя так сильно, что едва могу дышать.

Его слова прозвучали слегка напряженно.

— Тогда сделай это, — сказала я.

Грэм моргнул.

Затем еще раз.

Он смотрел на меня минуту, словно ожидая, что я передумаю или возьму свои слова назад.

Когда стало ясно, что я не собираюсь делать ни того, ни другого, он прижал мое тело к своему и перевернул нас.

Я лежала на спине, а он склонился надо мной, его член все еще был погружен в меня.

— Ты уверена?

Его голос был низким и хриплым, но я знала, что он не станет давить.

Он был полной противоположностью моему бывшему.

И таким совершенным.

— Уверена.

Его грудь издала глухое урчание, он вытащил член, а затем снова медленно заполнил меня. Сантиметр за сантиметром.

Он никуда не торопился, и я тоже.

Впервые в жизни я поняла, почему некоторые люди называют это занятием любовью.

После быстрого совместного принятия душа, который перешел в бурный секс у кафельной стены, мы пошли на кухню. На нем были спортивные штаны, а на мне — одна из его футболок.

Мои веки отяжелели, но желудок урчал так яростно, что не давал уснуть.

Я тяжело облокотилась о кухонные шкафы, пока Грэм собирал все необходимое для готовки. Заметив, что я вот-вот рухну, он на мгновение замер, а затем усадил меня на столешницу.

— Спасибо, — пробормотала я.

— Всегда пожалуйста.

Он слегка сжал мое бедро, прежде чем вернуться к продуктам.

Я минуту смотрела, как он двигается.

Его осанка полностью изменилась с тех пор, как моя волчица укусила его. Если раньше он был спокойным и уравновешенным, то теперь словно стал еще выше, немного больше соответствуя своей комплекции. Он определенно казался более уверенным в себе.

Это я так на него повлияла?

Полагаю, причиной мог быть секс. У парня явно был багаж из прошлых отношений. Тот факт, что он переспал только с одной женщиной, которую он даже не привлекал, вряд ли мог положительно сказаться на его самооценке.

— Мне, наверное, стоит вернуться к работе, — сказала я. — И поговорить с Джейд. Она явно сходит с ума, а Эбби замечательная, но не умеет успокаивать людей. И лгать. Майя даже не хочет пытаться.

— Обе эти вещи могут подождать, пока ты немного отоспишься.

— Пожалуй.

Я зевнула, проводя рукой по волосам. Это движение снова привлекло его взгляд. Его влечение было чертовски очевидным. И, честно говоря, это заставляло меня чувствовать себя на все сто.

Он начал готовить, и я несколько минут наблюдала за ним. Каждые десять-пятнадцать секунд он переводил взгляд на меня, как будто ничего не мог с собой поделать.

— По тебе видно, что ты решаешь, спрашивать тебе что-то или нет, — сказала я. — Просто спроси. Я не стеснительная.

— У меня так много вопросов, что я даже не знаю, с чего начать, — признался он.

Это было понятно.

После месяцев, проведенных волчицей у него на хвосте, я знала его позицию практически по всем вопросам.

Он обожал свою работу и не желал переезжать из дома на озере.

В отношении детей он мог склоняться в любую сторону, но не хотел бы больше одного. Двое были бы жестким максимумом.

Так же, как и я. В любом случае, оборотням было трудно забеременеть.

Ему нравилось мое творчество, и он хотел увидеть, как я рисую вживую. Ему действительно хотелось узнать, почему я стала художницей, и как все это началось, но по очевидным причинам он не мог спросить.

Он считал, что отношения с людьми, о которых ты заботишься, важны. После того, как ему пришлось расстаться со своей кровной семьей, чтобы оставить их со своей бывшей, он присоединился к Дикой стае и стал тем парнем, которому все звонили, когда у них спускало колесо. Все его люди знали, что Грэм бросит все, чтобы помочь им.

В политическом плане наши взгляды и ценности почти полностью совпадали.

Он любил проводить время на природе.

Он любил быть оборотнем.

Независимо от того, что с ним случалось в жизни, ему требовалось несколько минут, чтобы осознать, что изменилось, и тогда он находил способ противостоять ударам судьбы.

Он не был шумным или энергичным.

Он был спокоен. Уравновешен. Содержателен.

И это было именно то, чего я хотела и в чем нуждалась в жизни.

Но он не знал меня, и мне нужно было это исправить. Он был достаточно спокойным, чтобы не торопиться знакомиться со мной. После стольких наблюдений глазами моей волчицы я знала его достаточно хорошо, чтобы предпочесть просто окунуться во все с головой.

Когда он будет готов, конечно.

— Хорошо, давай устроим быстрое свидание. Я вкратце расскажу тебе, что к чему, и ты можешь спрашивать меня о чем угодно, пока мы не закончим есть. Прервемся только потому, что я снова отрублюсь, как только перестану чувствовать голод.

— Тебе и следует. Пушинка долго охотилась.

Я кивнула и протянула руку.

— Привет, я Стелла. Обожаю долгие прогулки по лесу, стейки с кровью, искусство в любой форме и, как выяснилось, парней в пижамных штанах со сморами.

Лицо Грэма покраснело, но нельзя было не заметить улыбку, которая озарила его великолепные зеленые глаза, когда он подставил свой локоть в мою руку. Он как раз нарезал овощи, так что пожать локоть было, вероятно, лучше, чем ладонь.

— Приятно познакомиться.

— И мне тоже.

Он фыркнул.

Мои губы дрогнули в улыбке.

— Я серьезно. Спрашивай что угодно.

— У тебя был кто-то после твоего бывшего? — спросил он.

— Сразу к делу, да?

Его лицо залилось краской.

— Тебе не обязательно…

— Нет, у меня ни с кем не было отношений после моего бывшего-оборотня. Ты знаком с Пушинкой. Она не отличается дружелюбием. Даже если бы я захотела переспать с кем-то, чего я не хотела, она никогда бы мне этого не позволила.

Грэм кивнул.

— И ты сказала, что не поддерживала контактов с его стаей с тех пор?

— Нет. Даже если бы они связались со мной, я бы не ответила. Мое прошлое осталось в прошлом чуть сильнее, чем твое.

Грэм скривился.

— Ситуация с Карли далека от идеала.

— То, что она до сих пор пишет тебе и ходит на праздники твоей семьи — единственная тревожная деталь, которую я заметила за наши… четыре месяца?

— Что-то в этом роде.

Он все еще был красным.

— Ничего романтического в этом нет. Ты видела переписку. Ничего не было. Просто… неловкость.

— Я знаю. Уверена, она счастлива со своей парой, но отправлять тебе их совместные фотографии кажется несколько жестоким.

— Думаю, она все еще чувствует себя виноватой. И, полагаю, мои родители надеются, что ее попытки связаться как-то заставят меня вернуться обратно.

— Этого не произойдет, — прямо сказала я.

— Ни единого шанса.

Он снова посмотрел на овощи.

— У меня нет к ней чувств. Не думаю, что они вообще когда-либо были. Я не ненавижу ее так, как большинство парней ненавидят своих бывших, просто ничего к ней не испытываю. Если это доставляет тебе неудобство, я попрошу ее прекратить писать мне.

— Я знаю, что ты бы так сделал.

Грэм оторвал взгляд от разделочной доски.

— Правда?

— Я же практически шпионила за тобой несколько месяцев. Я тебя неплохо знаю. Думаю, если отправить ей нашу совместную фотографию, это положит конец ее сообщениям, так что беспокоиться не о чем. Но этот разговор должен был стать твоим шансом задать мне вопросы.

— Верно. Быстрое свидание.

— Угу.

Я протянула руку и вытащила кусочек помидора из миски, которую он наполнял.

Есть в человеческом облике было невероятно приятно. Я не осознавала, как сильно по этому скучала.

— Ты всегда любила искусство? — спросил Грэм.

— Хороший вопрос.

Я стащила еще один кусочек помидора.

Он придвинул миску поближе ко мне, чтобы я могла совершить кражу.

Хороший мальчик.

— Если честно, нет. Ну, не совсем. Я всегда ходила на уроки рисования в средней школе и старших классах. И преуспевала. Но мне это никогда особенно не нравилось, понимаешь? Это было просто хобби. На самом деле я поступила в колледж с намерением продолжить семейную традицию и стать юристом.

Брови Грэма взлетели вверх.

— Юристом?

Я улыбнулась.

— Ага. Из меня вышел бы плохой юрист.

— Что заставило тебя передумать?

— Все, что произошло с моим бывшим. После того как я ушла, мне нужен был выход, и искусство просто… оказалось под рукой. Я окунулась в него с головой и довольно быстро поняла, что не хочу выныривать. Страсть последовала за моей энергией, полагаю. Я сменила специальность, к ужасу моей семьи, и довольно быстро осознала, что мне придется проявить смекалку, если я хочу зарабатывать.

— В твоей семье все юристы?

— Ага. Я неудачница.

Я отправила в рот еще один кусочек помидора.

— Скорее всего, ты не понравишься им с первого взгляда, так что готовься. Но, уверена, они привыкнут. Они сочтут твою работу куда более респектабельной, чем мою.

— Почти весь город поначалу ненавидел нашу стаю.

— Я слышала, у Дикой стаи неплохая репутация.

— Раньше она была хуже, — признался он. — Но люди привыкли.

— Как они могли устоять? — поддразнила я.

Он снова ухмыльнулся.

— Как ты оказалась в университете?

— Один из моих преподавателей услышал о программе и предложил мне подать заявку. Я начала свой бизнес на несколько месяцев раньше, и дела шли хорошо, но меня беспокоило отсутствие стабильности. Когда я осознала, что университет находится недалеко от Лунного хребта, Пушинка дала понять, что другого выхода нет. С самого начала ей было тяжело находиться вдали от других оборотней.

— Так ты подала заявку и поступила?

— Угу. Думаю, помогло то, что я сказала им, что готова работать неполный день, если это все, что они могут предложить. Я преподаю всего два дня в неделю. Остальное время я посвящаю бизнесу, но даже этих двух дней было многовато. Предполагалось, что в текущем семестре я буду работать только один день, что облегчит поездки на работу.

— Поездки на занятия?

— С Лунного хребта в университет. Я полагала, мы будем жить здесь. Если, конечно, ты не отвергнешь меня.

— Этого не случится.

Его голос стал низким. Почти рычащим.

— Я не говорила, что случится.

Я взяла еще один ломтик помидора. Помедлив, я поднесла его к губам Грэма.

Его глаза потемнели. Он наклонился вперед и медленно обхватил губами мои пальцы.

Мое лицо запылало.

Остальная часть меня сделала то же самое.

Мой мощный зевок прервал этот момент, и Грэм выглядел удивленным, отстранившись.

— Я чертовски плохо справляюсь с тем, чтобы накормить тебя.

— Ты неплохо накормил меня своим членом.

Грэм фыркнул, передавая мне разделочную доску с нарезанными помидорами, и повернулся к плите.

— До сих пор не могу поверить, что ты просто залезла на меня вот так. Это была самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел.

— Хотела бы я сказать, что я всегда так сексуальна, но это было бы ложью. Обычно я расхаживаю исключительно в древних хлопковых шортах и самом уродливом, самом удобном бюстгальтере на свете, с волосами, собранными в небрежный пучок, который торчит во все стороны.

Я показала на макушку, куда этот пучок всегда водружался.

— Полагаю, это объясняет испещренные краской бюстгальтеры, которые я нашел, когда перевозил твои вещи.

— Ага.

— Ну, я явно не из тех парней, которых волнует, что носит его женщина.

— Его женщина? — поддразнила я.

— Ага, Стелл. Ты укусила меня. Это делает тебя моей.

— Справедливое замечание.

Я съела еще несколько кусочков помидора, а Грэм принялся готовить мясо.

— Спасибо, что вел мой бизнес.

— Это меньшее, что я мог сделать, спровоцировав тебя на охоту за парой.

— Технически, моя волчица сделала это сама. Я знала, что это возможно, но на самом деле не думала, что это произойдет, понимаешь?

— Ага. Вероятно, лучше, чем у большинства людей. Ты видела, как я был потрясен, когда ты превратилась.