Семья по контракту (СИ)

31 Глава

Я отправилась на кухню. Мама пыталась разморозить утку, поставив ее под горячую воду — наверно по рецепту. Я не стала ничего говорить маме и села на диван. У нее шли приготовления, она лазила по ящикам, гремела посудой и спрашивала меня:

— Где мед?

— Я не знаю, — отвечала я, наблюдая, как мама открыла очередной шкаф, из которого посыпались макароны.

Маму это не останавливало, она перебрала все, и устало посмотрела на меня.

— Позвони Дмитрию, скажи, чтобы купил еще мед.

— Не буду я ему звонить, — резко ответила я.

— Катька, он твой жених.

— Это не правда, мы с ним встретились случайно, он попросил помочь. Я согласилась, всё.

— Потом он решил приехать сюда и просить прощения, — сказала она, улыбаясь, — у тебя нескладно получается.

— Я говорю правду мам! Да у нас с ним завязались чувства!

Такой ответ ее устроил. Она самодовольно повернулась в сторону своих ящиков и принялась снова искать мед.

Наш старенький гарнитур весь скрипел от ее прикосновений. Его еще купил папа, когда мне было десять лет. Он тогда представлял из себя жалкое зрелище, пять бледно-розовых ящичков и разделочная доска. Но в детстве мне так не казалась. Я помню, как прыгала от радости, когда его устанавливал отец и разрешил мне прикрутить один болт. Сейчас он пожелтел, внизу появилась чернота, а половина ручек не хватало.

— Он мне понравился, — сказала мама, доставая старую сковородку, — представительный мужчина. Костюм у него дорогой. Тебе повезло дочка, что такого урвала. Все соседки сошли с ума, когда увидели его машину. Уже разговоры по подъезду идут, пусть обсуждают. Они любят трепаться. Нинка от зависти сгорит.

— Мама прекращай, я с ним не встречаюсь.

— Ты встречайся, что ты тут уселась, иди нарядись. Надень платье по краше, а то напялила тряпье. В таких обносках тебя замуж никто не возьмет.

Ее невозможно было слушать, и я решила уйти. Мама не заметила моего ухода, она вытаскивала свои специи и пыталась до чего-то дотянуться.

— Я постараюсь мама хорошо одеться, — сказала я и вышла.

— Ты вся в отца! — кричала она, — постой не уходи, помоги мне.

Я остановилась и вернулась к ней. Мама стала вытаскивать старый набор вилок, банки с солеными огурцами, но меда не было.

— Катя, — продолжала она, достала очередную склянку, — ты должна быть ласковой.

Слушать ее невыносимо. Я решила завтра от нее съехать. Пусть будет туго по деньгам, зато мозги целы. Мама, вытащив пыльную банку с вареньем, посмотрела на меня.

— Я ведь дочь, все по глазам поняла, он умный, но хитрый. Еще Дима добрый, ты слышишь?

Я скривила лицо и сильно пожалела об этом.

— Не спорь, я лучше тебя знаю, — строго сказала мама, — ты сиди и слушай. Если бы всё сделала, как я говорила, сейчас бы с машиной и квартирой была. Алиску вылечила.

— Мама, прошу тебя, прекрати! — я пыталась до нее достучаться.

— Сиди и слушай. Дима молодец, у него деньги есть — видно. Это не как наш отец, получит копейки и с друзьями пить. Я искала его по подворотням, за ним бегала.

— С меня хватит, — психанула я, — папа хороший был, меня научил водить!

— Ну, хоть в чем-то сгодился.

— Спасибо мама, я проживу без ваших советов.

Я вышла из кухни. Мама не расстроилась, она полезла в очередной ящик и стала оттуда все доставать. Я пошла в сторону Алискиной комнаты, взглянуть, что она делает, но меня остановил стук в дверь. Я обрадовалась — пришел Дмитрий. Он спасет от маминых нравоучений.

Я не посмотрела в глазок и стала открывать вслепую, совершив глупую ошибку. Хотя сама ругала маму за это. Я повернула засов, и кто-то силой рванул дверь. На пороге взъерошенный с бешеными глазами стоял Антон. Его вид был ужасный, будто он боролся с диким зверем и вышел победителем. Одежда грязная, как и волосы. Он больше не пользовался лаком, и от него пахло жутким перегаром. На лице Антона появилась щетина, что редкость.

— Катька! — крикнул он, отталкивая меня от порога, — последний раз говорю, отдай деньги!

— Зачем ты пришел? — воскликнула я, боясь, что Алиска услышит. Он был сильно пьян. Я его ни разу таким не видела. Он качался, хватаясь за косяк. Я от испуга не знала, что делать.

— Отдай деньги, — повторял он, как заведенная кукла.

— Антон прошу, услышь меня, я все отдала на операцию Алисе. Ты помнишь, что у тебя есть дочь!

Ему было плевать. Его стеклянные глаза смотрели в мои. Он меня не видел. Может, наоборот, у него все сузилась в одну точку, которой была я.

— Отдай квартиру.

— Кто там? — я услышала мамин крик с кухни. Ей нельзя Антона видеть, будет переживать. Я решила его вытолкнуть в подъезд и закрыть дверь, но он только ударился об косяк. Но тут же пришел в себя и откинул меня. Я чуть не убилась. От его толчка я сделала самопроизвольно несколько шагов назад, чтобы не упасть. Это не помогло, я наступила на обувь и рухнула в коридоре, сильно ударившись ногой.

— Воровка! — закричал он громко.

— Антон я все верну, — ответила я, пытаясь сдержать резкую боль, что пронзила ногу.

— Продавай квартиру — сказал он и сделал шаг вперед, проходя в коридор. Мне стало страшно за Алиску, я боялась, что он ее напугает. Я поднялась и мне на помощь прибежала мама.

— Уходи отсюда, — кричала она, — я сейчас полицию вызову!

— Отдайте мне мои деньги! — орал Антон.

Мы вдвоем кинулись на него, пытаясь вытолкнуть в подъезд. Он сопротивлялся, встав в дверях, и смотрел на нас как озлобленный зверек. Я хотела, чтобы быстрее пришел Дмитрий и выгнал его.

— Продавайте квартиру или я напишу на тебя заявление в полицию. Даю пять дней на раздумье.

Он ушел, захлопнув дверь, я слышала, как он спускается по лестнице. Мама зарыдала, я обняла ее. У меня у самой потекли слезы. Мне стало сильно обидно.

— Теперь соседи скажут, что мы воры! — рыдала мама. Я усадила ее на диван и попыталась успокоить.

— Перестань, — сказала ей я, — мы что-то придумаем.

Она сидела, всхлипывала, я ей налила чашку кофе, мама сделала пару глотков, и закрыла глаза.

— Что будем делать? — спросила мама.

— Здесь думать нечего, — сказала я, — придет Дмитрий, я ему расскажу.

Она закивала и сделала еще пару глотков.

— Где ты найдешь столько денег? — спросила меня мама.

— У Дмитрия займу, — сказала я, не думая. Это ее немного успокоило, она встала с дивана и направилась к своим ящикам.

— Если у него нет столько денег или он не даст? — спросила меня мама.

— У Димы они есть, он нам их даст. Не переживай!

Мама встала и принялась расставлять свои банки на место. Я стала ей помогать. Мама пыхтела, запихивая очередную бутылку, что отказывалась ей подчиниться. Она не хотела вставать на место и мерзко гремела.

— Если он, правда, напишет заявление в полицию, тебя посадят. Что нам делать потом с Алиской?

— Мама никому я не нужна! — четко и уверенно сказала я, — Дима сейчас приедет и все решит. Перестань переживать, у тебя других проблем нет?

Мама уткнулась обратно в ящик. Банка влезла, и она вздохнула с облегчением. Я наклонила голову, пытаясь сообразить. Нет, Дима мне точно не откажет в помощи. Он обязательно что-то придумает. Меня не посадят.