Школьный клуб «Лостширские ведьмы»

Глава 4. Ведьма на вечер

Что бы не заявляла Лиз о своих способностях, она не врала и не преувеличивала. Подготовить два новых костюма с нуля оказалось сложной задачей, но ничего непосильного Лиз в ней не увидела. Благо, Теодор никогда не скупился на наряды для дочери, поэтому Лиз оставалось только перебрать все свои многочисленные вещи, чтобы собрать достойный ведьминский образ. Пожалуй, пришлось повозиться разве что с костюмом для Ксавьера. Особенно с усами. Как Лиз не старалась, но они выходили кривыми, косыми и слишком карикатурными. Но и тут Лиз нашла выход, обратившись в небольшой салон красоты Лостшира.

– У вас указано, что сейчас проводится акция: делаешь брови, усы в подарок. Мне нужны брови, а моему другу, – она указала на Ксавьера, – усы.

Девушка за стойкой администрации растерянно перевела взгляд с Лиз на Ксавьера.

– Но мы… в наш профиль не входит удаление усов парням. Вам лучше обратиться в барбершоп.

Лиз хитро прищурилась:

– Нет-нет, вы не поняли. Ему нужнонарисоватьусы. Кошачьи. У вас в акции написано «усыв подарок», а не «удалениеусов». – Ее голос был твердым и требовательным. – Мне брови, ему усы. И понатуральнее, пожалуйста.

Ксавьер, держа в руках хвост, чтобы тот не волочился следом, пробурчал:

– И чтобы они легко смылись.

Спустя пару часов Лиз и Ксавьер улыбались школьному фотографу, позируя в фотозоне. Лиз, которая помимо президентства в клубе и членства в школьном совете состояла в комитете планирования мероприятий, разрабатывала макет этой зоны так, чтобы она гармонировала с образами Алисы и Безумного Шляпника. Впрочем, их новые костюмы также хорошо вписывались в фантазийный антураж.

Лиз стояла, гордо выпятив грудь, в своем ведьминском наряде, который идеально сочетал в себе мрачную элегантность и намек на средневековый готический стиль. Ее черное платье с корсажем было расшито мелкими черными стразами, которые отражали свет гирлянд, словно настоящее ночное небо. Шляпа с мягкими полями была украшена тонкой паутинкой, заменявшей вуаль. По спине струились золотые волосы, отдельные пряди которых Лиз заплела в искусные косы и переплела друг с другом, словно лозы магических вьюнков, подчинявшихся только ведьмам.

Лиз дополнила свой наряд длинными перчатками из темного бархата, вышитыми серебряными нитями в форме узоров, напоминающих таинственные руны. На талии висел пояс, больше похожий на ремешок от старинного тома – с металлическими заклепками и маленькой подвеской в виде кошачьей лапки. Нижний край платья украшал тонкий слой кружев, который мелькал при каждом шаге, будто тени, играющие на полу.

Ксавьер рядом с ней выглядел достойно. Даже несмотря на свои протесты. Черный костюм с удлиненными фалдами, похожий на наряд викторианского дворецкого, был дополнен бархатным жилетом. На шее красовался серебряный бантик, а в петлице жилета виднелась брошка в виде лапки с изумрудными подушечками. На руках – перчатки из тонкой кожи. Но самым выразительным элементом были нарисованные усики, розовый нос и искусственные ушки, аккуратно закрепленные в его темных волосах. Они были подвижны и даже мягко пружинили, когда Ксавьер шутливо притворялся, что прислушивается к разговорам. На поясе держался пушистый хвост, который Ксавьер еще не раз проклянет за неудобство, но, к счастью, для фото он выглядел идеально.

– Не слишком? – проворчал он, одергивая хвост. – Честно, я чувствую себя домашним питомцем.

– Ты самый стильный кот в округе, – улыбнулась Лиз, поправляя его бантик.

Она посмотрела на свое отражение в зеркале и отметила про себя, что выглядела идеально. Она была ведьмой не по названию, а по сути – уверенной, яркой и слегка загадочной.

Фамильяр Лиз последовал за ней мягкой кошачьей поступью, уступая фотозону русалке и тритону, который постоянно наступал на чешуйчато-блестящий хвост своей спутницы. Лиз не могла удержаться от улыбки, когда увидела, как Ксавьер аккуратно переступает через длинные складки фотозоны, стараясь не задеть их хвостом. Она поправила на плече огромного паука. Тот выглядел точь-в-точь как настоящий и даже напугал мисс Глисон, которую поставили дежурить на маскараде.

Музыка гремела на весь зал, где разноцветные огни отражались на стенах. Маскарад собрал всех: от королевской четы до супергероев и мифических существ. Но как только Лиз и Ксавьер вошли в зал, взгляды большинства обратились к ним.

– Если ты еще раз заставишь меня участвовать в чем-то подобном, – вполголоса пробурчал Ксавьер, заметив, как Лиз кокетливо позирует для очередного снимка. – Я потребую оплату.

Лиз обернулась к нему, сверкнув глазами.

– Оплату? За то, что ты выглядишь великолепно? – Она усмехнулась. – Ты напрашиваешься на комплименты или у тебя испортилось настроение? Ксавьер, у тебя явно талант быть фамильяром. Кошачьи усы тебе к лицу.

Ксавьер, пытаясь сохранить серьезность, поправил ухо и фыркнул.

– Только ради тебя, Лиз.

Они обменялись улыбками и растворились в танцующей толпе. Лиз знала, что этот вечер запомнится надолго. Ведь теперь вся старшая школа увидит, кто настоящая ведьма.

В отличие от Ксавьера, она любила школьные вечеринки. Для нее это был еще один повод оказаться в центре внимания. Ксавьер же предпочитал устраивать вечеринки у себя дома, когда его отец в очередной раз уезжал по делам в Лондон. Лиз не часто разрешалось их посещать – Теодор был уверен, что его дочери не место среди старшеклассников, оставшихся без родительского контроля. Но иногда он прогибался, когда Лиз пускала в ход весь арсенал уловок, включая слезы и жалобы на свою незавидную судьбу расти без матери. Теодор лично отвозил и забирал Лиз, и просил всегда быть на связи. Поэтому, несмотря на соблазн оказаться на вечеринке без взрослых, Лиз больше предпочитала школьные маскарады и балы. Ведь на них папа отпускал ее без всяких вопросов, зная, что в стенах школы дочь всегда будет под присмотром учителей.

И ему не нужно было знать, что на такие мероприятия ставили самых бесхребетных учителей, которым не хватило смелости отказаться и спихнуть эту ответственность на других педагогов. Мисс Глисон была как раз одной из таких. На пару с учительницей литературы – мисс Краун – она патрулировала периметр зала, но их оклики и просьбы вести себя спокойнее и не исполнять сальто, чтобы впечатлить девчонок, тонули в криках старшеклассников.

Лиз поймала на себе завистливый прищур Клэр, которая вырядилась Красной Королевой. Она явно намеревалась перетянуть на себя внимание и отвлечь от Алисы и Шляпника, но не учла, что Лиз в последний момент изменит свое решение по костюмам.

Ярко-красное платье, украшенное сложной вышивкой золотыми нитями, обтягивало фигуру Клэр так, что казалось, сломает ей ребра. Высокий воротник, отделанный алыми перьями, подчеркивал ее длинную шею, а массивная корона из черного металла, инкрустированная искусственными рубинами, добавляла величественности.

Не меньше внимания Клэр уделила и деталям: длинные перчатки, обшитые крошечными камешками граната, блестели, когда Клэр двигала руками, а подол платья, казалось, струился, как поток крови, благодаря переливчатой ткани, которую она заказала специально из-за границы. Туфли на безумно высоком каблуке завершали образ, заставляя Клэр держать осанку, как у настоящей королевы.

Однако, несмотря на весь лоск и безупречность, что-то в выражении лица Клэр выдавало недовольство. Ее взгляд время от времени останавливался на Лиз, которая уверенно смеялась и непринужденно болтала. В этом было что-то, что Клэр не могла перенести. Это обаяние, этот уверенный смех, который казался заразительным даже для тех, кто только что хотел пройти мимо.

Клэр взмахнула рукой, словно случайно поправляя корону, и повернулась к своим подругам из клуба, которые тут же принялись хвалить ее наряд, не скрывая восторга. Но даже их комплименты не могли перекрыть зависть в ее глазах, в которых читался вопрос: почему все снова смотрят на Лиз?

Лиз была довольна реакцией Клэр. Но ведьмой она нарядилась не для нее.

– Я пойду в шатер! – стараясь перекричать музыку, сказала она Ксавьеру, который неустанно следил, чтобы никто не наступил ему на хвост.

– Одна? – встревоженно уточнил он. Вспомнив о своем решении не вмешиваться в девчачьи разборки, он кивнул: – Если тебе начнут выкалывать глаза, зови на помощь! И не бросай меня одного надолго, мне не нравится, как на меня смотрят те две курицы!

Лиз скосила взгляд и фыркнула:

– Это принцесса-лебедь и Фрейя – богиня любви из скандинавской мифологии!

Ксавьера передернуло, когда те, хихикая, помахали ему.

– Не хватало мне еще богини любви. Лиз, прошу тебя, разберись со своими «ведьмами» побыстрее!

Усмехнувшись, Лиз ободряющего похлопала его по плечу и двинулась сквозь толпу к темно-фиолетовому шатру. Ей даже не пришлось протискиваться – парни услужливо отступали, давая ей пройти, а девушки с благоговением провожали взглядом, мысленно желая, чтобы их скромные будни хоть чуточку напоминала идеальную жизнь Элизабет Стэдлер.

Шатер «Лостширских ведьм» по-прежнему устанавливали на каждое мероприятие – будь то маскарад или ярмарка выпечки. Несмотря на то, что Лиз знатно подпортила их репутацию, на гадания все еще был спрос – пусть и не большой.

Откинув полу, Лиз по-хозяйски вошла внутрь, будто все здесь принадлежало ей. Она обвела «ведьм» и Льюиса взглядом со смесью снисходительности и удовольствия, отметив:

– Негусто у вас с клиентами. Может, закроете свой шапито пораньше и хоть немного потанцуете?

Ная Блэквелл сидела за небольшим круглым столиком, взятым из школьного кафетерия и покрытым бордовой, как густая кровь, скатертью. Она хищно сузила густо подведенные глаза и сжала черные губу в тонкую нить. Если бы можно было убить взглядом, Ная бы это сделала.

– Играете в «дурака»? – беспечно съехидничала Лиз, глядя на то, как приспешницы Наи – Молли Прайс и Карла Чемп – поспешно сгребали в кучу игральные карты. Все трое были одеты в похожие платья, словно они были тройняшками, которых родители всегда одевали одинаково. Тонкая черная ткань плотно облегала фигуры, а вырезы и излишек кружев выглядели настолько неуместно, что Лиз едва смогла удержаться от смешка. Их волосы, длинные и черные как смоль, были уложены по-разному: Ная выбрала высокий пучок и оставила две распущенные пряди вдоль лица, Молли заплела волосы в косу, перекинутую через плечо, а Карла оставила их распущенными и перекинула на грудь.

Шатер, которому пытались придать атмосферу мистики, выглядел как нагромождение бутафории: пластиковые канделябры с фальшивыми свечами, светящихся мертвенно-желтым светом, картины с расплывчатыми изображениями какой-то мутной абстракции, черепа из папье-маше и ободранные чучела воронов из кабинета биологии. Запах дешевых ароматических палочек смешивался с запахом пыли, въевшейся в шатер, отчего Лиз пришлось сдерживать кашель.

Лиз с притворным сожалением дотронулась до липового свечного огня:

– Настоящие не разрешили жечь из-за техники безопасности? А ведь они добавляли столько антуража вашему доморощенному спектаклю!

На маленьком столе посреди шатра стоял хрустальный шар, который, как подозревала Лиз, светился благодаря батарейке, и пара книг с нарочито потрепанными обложками. Подойдя ближе, она без спроса схватила одну из них и, открыв, фыркнула:

– Сказки народов мира? Нашли у бабушки на чердаке? А ведь я думала, что вы, наконец, привнесете сюда что-то новое, – произнесла Лиз с напускным разочарованием, проводя пальцем по пыльной обложке. – Все то же самое с прошлого года. Даже эти платья, – она оценивающе оглядела ведьм с головы до ног. – Карла, оно тебе уже мало. С мылом втиснулась?

Карла вспыхнула, и Лиз с удовольствием отметила, как та отвела взгляд, будто пытаясь спрятаться за черной шторой своих волос.

– Что тебе нужно, Лиз? – резко спросила Ная, не сдерживая раздражение.

– О, просто решила заглянуть. Убедиться, что вы все еще… как это сказать… следуете традициям. Знаешь, колдовство, магия, Таро и вот это все, – Лиз широким жестом обвела шатер. – Вы трое… Прости, Льюис, четверо. Ну, вы стараетесь. Это… похвально.

Ная подскочила и грозно двинулась к Лиз. Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с ней глазами.

– Лиз, – рыкнула она, выплевывая ее имя словно ругательство, – может, это тебе стоит пойти и потанцевать? Достаточно того, что твои шестерки вчера испортили нам кабинет, не порти еще и вечер.

Лиз хмыкнула:

– Испортили? Да ты должна сказать спасибо за то, что мои девочки оттерли воск со столов и проветрили кабинет. И вообще, он скорее наш, чем ваш. Мы проводим в нем больше времени.

– Больше на один день? – усмехнулась Ная.

– У нас еще внеплановые заседания, – невозмутимо ответила Лиз. – В отличие от вас, нам есть чем заняться.

Ная скрестила руки на груди, словно пыталась удержать себя от того, чтобы не съездить Лиз по ее хорошенькому личику. Она окинула ее презрительным взглядом с ног до головы и остановилась на кулоне-колбе.

– Ты явилась, чтобы похвастаться костюмчиком? – догадалась Ная, выгнул бровь, будто та была маленькой змеей на ее лице. – Модные тряпки не сделают из тебя ведьму. Иди к своим почитателям, они оценят твои старания. Здесь это никому неинтересно.

Лиз видела по глазам Наи, что ей удалось ее задеть. Она самодовольно улыбнулась и перевела взгляд на Льюиса, который, потупившись, скромно топтался в отдалении от своих подруг, если Наю, Молли и Карлу можно было назвать таковыми.

– Я зашла не просто так, – едко пропела Лиз. – Стало жаль вас. Решила, дай зайду, погадаю, чтобы вы тут не скучали без дела.

– У нас и без тебя клиентов хватает, – отрезала Ная.

– Разве? – захлопала ресничками Лиз.

Между ними вклинился Льюис. В отличие от остальных «ведьм» он оделся скромно и неброско – в синие джинсы и темно-серую рубашку навыпуск. Его светлая рыжеватая челка падала на лицо, но не закрывала глаз – темно-синих, как глубины океана. Несмотря на то, что Льюиса нельзя было назвать полным, щеки его были круглыми, будто с лица еще не сошел детский жирок.

– Я могу погадать на рунах, пока вы не поубивали друг друга, – миролюбиво предложил он. На мгновение Лиз кольнула совесть за все то, что она замышляла против Льюиса, высмеивая его. Он никогда не отвечал на ее выпады. И даже в его взгляде не затаилась ненависть или обида.

– Если бы я верила во всю эту чушь, ни за что бы не доверила тебе свою судьбу, – скривилась Лиз. – Но раз уж я пришла поразвлечься, то давай. Твои предсказания все равно не сбываются.

Льюис деловито кивнул, не обращая внимая на сарказм и снисходительный тон. Он отступил к столу и обвел взглядом «ведьм», безмолвно прося выйти из шатра. Ная, фыркнув, отбросила полу и вылетела из него. Следом за ней засеменили Молли и Карла.

Когда они остались одни, Лиз села напротив Льюиса. У того словно по волшебству оказался в руках льняной мешочек. Лиз недоверчиво сощурилась и закинула ногу на ногу, чтобы проверить свою догадку. Носок ее туфли уперся во что-то, напоминающее ножку табурета из школьного кафетерия. Тот был спрятан под столом и прикрыт скатертью в пол. По лицу Лиз скользнула ехидная улыбка, когда она разгадала фокус с внезапным появлением мешочка с рунами.

Льюис не старался произвести на нее впечатление и устраивать мистический фарс, как это делали «ведьмы» со всей своей бутафорией. Он методично перемешал содержимое мешочка и невозмутимо высыпал руны на стол. Гладкие камешки, на каждом из которых был вырезан символ, упали на бордовую скатерть с тихим стуком. Он аккуратно выровнял их, поправляя те, что лежали неровно.

– Что ж, начнем, – сказал Льюис, глядя на Лиз с таким спокойствием, словно она была просто очередным клиентом. Он положил руку на камни и прикрыл подрагивающие веки. Лиз закатила глаза, демонстрируя, насколько она считала это нелепым, но промолчала.

Льюис начал вытягивать руны одну за другой. На первом камешке Лиз заметила стрелку (ᛏ). Она иронично выгнула бровь и усмехнулась:

– Руны посылают меня далеко и надолго?

Льюис со всей серьезностью покачал головой.

– Это руна Тейваз – символ борьбы и лидерства. – Он положил камешек перед Лиз и спокойно сказал: – Это ты. Символ победы, но только через усилия и борьбу. Ты всегда в центре событий, Лиз, и всегда идешь вперед, не боясь преград.

– Ну, это очевидно, – фыркнула Лиз. – Мне не нужны камни, чтобы это знать.

Льюис проигнорировал ее комментарий и указал на следующую руну, похожую на кривую «Н». Руна представляла собой две параллельные вертикальные линии, соединенные диагональной линией, проходящей сверху вниз (ᚺ). Он осторожно положил ее рядом с первой руной.

– Хагалаз, символ разрушения и перемен. Опасность, которая грядет. То, что должно разрушить, чтобы что-то новое могло быть построено, – произнес он.

Лиз прищурилась, но промолчала. Льюис вытянул третью руну. Ее начертание напомнило Лиз чашу, наклоненную на бок (ᛈ).

– Перт – руна тайн, скрытого или мистического. Секреты вокруг тебя, Лиз. Их больше, чем ты думаешь. Один из них связан с женщиной. – Он поднял глаза на Лиз, и в его взгляде было что-то странное. – Красная Королева.

– Клэр? – Лиз рассмеялась. – Льюис, ты и раньше придумывал ерунду, но это уже слишком! Ты же сам видел, как она сюда пришла в своем идиотском костюме. Уж не ее ли ты имеешь в виду?

– Соперница – это не всегда враг. Будь осторожна. Красная Королева попытается свергнуть тебя.

Лиз, теперь полностью уверенная, что это чушь, откинулась на спинку стула.

– Конечно, Клэр! Боже мой, Льюис, это даже не предсказание, а просто пересказ очевидного. Она ненавидит меня, я ненавижу ее. Но никто никого не свергнет. У нас что, королевство, чтобы такими словами разбрасываться?

Льюис не стал спорить. Он аккуратно собрал руны обратно в мешочек и отложил в сторону.

– Предупрежден – значит вооружен, – сказал он спокойно, поднимая глаза на Лиз. – Но ты права. Это просто слова. Ты сама решишь, как к ним относиться.

– Решила, – безапелляционно заявила Лиз. – Это бред.

Она резко поднялась из-за стола, случайно задев ногой табурет под ним и опрокинув его. Из-под скатерти моментально разлетелись карты – в том числе и игральные – дешевые кристаллы из сувенирного магазина и страницы с неровными письменами.

Лиз не стала подавать вида, что это произошло случайно. Она наклонилась и подхватила несколько страниц, которые в приглушенном свете казались вырванными из старинных магических книг. При близком рассмотрении Лиз заметила, что это всего лишь искусственно состаренные листы, а текст, который должен был казаться древним заклинанием, уж больно походил на названия болезней на латыни.

Усмехнувшись, она хотела направиться к выходу из шатра, чтобы продемонстрировать всей школе, как их дурит клуб «Лостширских ведьм». Но ее остановил Льюис, подобравший с пола последнюю руну, случайно упавшую на пол. Лиз присмотрелась к ней – на камешке была изображена молния (ᛋ).

– Соулу, – тихо произнес он, медленно поднимаясь с корточек. – Указывает на ясность мысли и…

Лиз перебила его, направившись к выходу из шатра:

– Ты неплохо играешь свою роль, Льюис. Твои предсказания, наконец, не звучат настолько бредово, как раньше. Если будешь продолжать в том же духе, то, может, и заработаешь себе репутацию «настоящего мага». Только не начни путать сказки с реальной жизнью, как твои подружки-«ведьмы».

Льюис остался стоять, глядя ей вслед. Провожая Лиз взглядом, он прошептал себе под нос:

– Посмотрим, кто из нас путает сказки с реальной жизнью, Лиз.

Выйдя из душного шатра, наполненного вонью ароматических палочек, Лиз с удовольствием помахала мятыми страницами перед «ведьмами». Ная, чье лицо исказил гнев, попыталась выхватить их, но Лиз ловко увернулась и так удачно оказалась прямо перед мисс Краун. «Ведьмы» тут же притихли – им не нужны были замечания от учительницы.

– Мисс Краун! – радостно пропищала Лиз и сунула той распечатки. – Можете взглянуть, пожалуйста?

Мисс Краун растерянно всмотрелась в страницы, поднеся их поближе к глазам, чтобы разглядеть написанное в полумраке зала. Она поправила очки в массивной черепаховой оправе, сползшие на кончик узкого острого носа, и свела к переносице кустистые брови, требовавшие ухода.

Мисс Краун появилась в старшей школе Лостшира одновременно с мисс Глисон и сразу сдружилась с той. Вот только если учительница химии всегда выглядела с иголочки и была похожа на чью-то старшую сестру, то мисс Краун с ее скромными юбками ниже колен и скучными блузами словно сошла со страниц «Маленьких женщин». Лиз слышала, что учительнице литературы дали прозвище «книжная мышь». Пожалуй, это было лучшее описание мисс Краун.

Лиз пристроилась рядом с ней и заглянула через плечо, изучая содержимое. На первый взгляд казалось, что слова были выведены чернилами много веков назад, но присмотревшись, становилось понятно, что это всего лишь один из бесплатных шрифтов в фоторедакторе.

Lunaria annua

Convallaria majalis

Taxus baccata

Datura stramonium

Artemisia absinthium

Мисс Краун монотонно зачитала перевод:

– Лунник однолетний, ландыш майский, тис ягодный, дурман обыкновенный, полынь горькая. – Она бегло просмотрела остальные распечатки и вынесла вердикт: – Здесь перечисление растений, животных, болезней и лекарственных препаратов на латыни. Но если не знать, то выглядит как очень хороший реквизит для костюма ведьмы. Будто заклинания на праязыке.

Лиз победоносно растянула губы в улыбке:

– Что и требовалось доказать. Спасибо, мисс Краун.

Она бросила уничижительный взгляд на Наю, которая, казалось, кипела от злости. Лиз едва сдержалась от того, чтобы показать той язык – слишком уж детский жест. Она уже собиралась найти Ксавьера и поделиться находкой, как Ная принялась шипеть невнятные слова утробным зловещим голосом. Лиз не могла их разобрать, но была готова поклясться, что это снова латынь.

– Ну давай, прокляни меня перечислением пород собак, – закатила глаза Лиз и внезапно ощутила жар в груди. Сглотнув, она попыталась сделать вдох, но вместо этого из горла вырвался придушенный хрип. Лиз прижала руку в груди и тут же оторвала ее себя, обжегшись о раскаленную колбу миссис Портер.

Лиз метнула взгляд на встревоженную мисс Краун, которая, переполошившись, что-то спрашивала у нее. Лиз не могла расслышать, что именно – уши словно заткнули берушами. Она перевела взгляд на Наю, которую пытались успокоить Молли, Карла и Льюис. Последним, кого Лиз увидела, был Ксавьер, пробивающийся к ней через толпу.

В глазах потемнело, и Лиз провалилась в забытие.

Новости, анонсы, мемы, книжные обзоры, интересные факты и многое другое на авторском канале t.me/Neklit_AK