Бренда Джексон Скандальная связь

ГЛАВА ПЕРВАЯ

— Мисс Уильямс, к вам мистер Тэган Элиот.

Рене Уильямс глубоко вздохнула, сняла очки и отложила в сторону медицинское заключение Карен Элиот. Ей предстояла встреча с сыном Карен, который, по слухам, был не самым приятным собеседником на свете.

С тех пор как у его матери обнаружили рак груди и начали собирать необходимые документы для операции, Тэган Элиот только и делал, что оказывал давление на персонал клиники. Он считал, что принадлежность к клану Элиотов должна открывать перед ним все двери.

Молодая женщина нажала на кнопку внутренней связи и ответила:

— Пожалуйста, впусти его, Вики.

Рене мысленно помолилась, чтобы предстоящий разговор прошел мирно. Ей не хотелось вспоминать, чем закончилась ее недавняя встреча с таким же неугомонным родственником. Клиника тогда отказалась продолжать лечение, и пациентку перевели в другое место.

Работа Рене в клинике университета Манхэттена заключалась в том, чтобы помогать пациентам в любых вопросах. Она также должна была следить за тем, чтобы все пациенты были обеспечены необходимой медицинской помощью вне зависимости от их национальности и положения в обществе.

Стук в дверь прервал размышления Рене.

— Войдите.

Она встала и изобразила вежливую улыбку, готовясь встретиться с Тэганом Элиотом, одним из наследников концерна «Элиот Пабликейшн». Эта издательская группа была крупнейшей в мире. Тэг вошел в офис, одетый так, словно он только что позировал для обложки глянцевого журнала. Рене пришлось признать, что он красив. Правильные черты лица, выразительные глаза и волевой подбородок заставили ее сердце учащенно забиться.

Она твердо пожала протянутую руку:

— Мистер Элиот!

— Мисс Уильямс.

Его северный акцент был едва заметен. Наверняка потратил кучу денег на репетитора, усмехнулась про себя Рене.

— Хотите присесть и обсудить состояние вашей матери?

Тэг нахмурился:

— Я не хочу сидеть и не собираюсь что-либо обсуждать. Скажите, что именно вы делаете для нее.

Рене удивленно приподняла брови. Так он не желает скрывать своего высокомерия. Прекрасно! Скоро он обнаружит, что она не собирается заискивать перед ним. Рене сложила руки на груди:

— Если вы предпочитаете стоять — ваше право. Но у меня выдалась тяжелая смена, и я присяду.

Она вернулась на свое рабочее место. Тэг одарил ее свирепым взглядом, и если бы не серьезность ситуации, Рене послала бы ему в ответ ядовитую улыбку. Очевидно, он не привык к подобному поведению.

— Вернемся к обсуждению состояния вашей матери, — продолжила Рене, отхлебнув глоток остывшего кофе. — Как я понимаю, операция назначена на…

— Думаю, я должен извиниться.

Рене подняла взгляд и поставила кружку на стол. Его глаза больше не были похожи на две льдинки, в них светилось сочувствие.

— Вы?

— Да.

Улыбка коснулась его губ. Рене машинально отметила, что у него сочные, манящие губы.

— Вообще-то я довольно милый парень, но, как представлю, через что предстоит пройти моей матери, сам не свой становлюсь. Знаете; я совсем не собирался вести себя как высокомерный сноб. Просто хочу удостовериться, что для нее делают все возможное, — сказал Тэг, занимая кресло возле стола Рене.

Рене почему-то была уверена, что Элиоты всегда получали все самое лучшее.

— Для этого я здесь, мистер Элиот. Я слежу за тем, чтобы не только ваша мать, но и все больные в клинике получали квалифицированную помощь.

Тэг кивнул, и его улыбка стала еще дружелюбней.

— Вы знакомы с моей матерью?

Рене улыбнулась в ответ. Пока все складывалось удачно.

— Да, я беседовала с ней несколько дней назад. Она очень красивая женщина, и внешне, и внутренне.

Тэг засмеялся:

— Да уж.

Из разговора с Карен Рене поняла, что у нее три сына и дочь. Тэган, которому исполнилось двадцать девять, оказался самым молодым из сыновей. Он занимал пост редактора новостей в одном из журналов «Элиот Пабликейшн», под названием «Пульс». Карен также упомянула, что между ней и Тэгом установились особенно доверительные отношения.

— Так что я могу сделать для своей матери, мисс Уильямс?

Вопрос Тэгана прервал размышления Рене.

— Сейчас, когда Карен поставлен диагноз и назначена операция, единственное, что ей нужно, — моральная поддержка всей семьи. Она хочет сделать двойную мастэктомию, хотя опухоль была обнаружена только в одной груди. Но мы должны смириться с ее решением. Карен также потребуется ваша любовь и поддержка в послеоперационный период. И хотя нет признаков того, что рак распространился на лимфатические узлы, ваша мать решила также пройти и курс химиотерапии.

Рене откинулась на спинку стула. Сейчас для нее стало очевидным, что Тэган от всего сердца переживает за мать. И хотя он поначалу вел себя высокомерно, Рене сочувствовала ему. Похоже, он был заботливым сыном.

— Уже известна дата операции? — спросил мужчина.

— Следующий вторник.

Тэган вздохнул и встал:

— Спасибо за вашу помощь. И еще раз извините.

Рене улыбнулась и кивнула:

— Я принимаю ваши извинения. Внезапная болезнь близких может вывести из равновесия любого, даже самого воспитанного человека.

Тэг засмеялся:

— Я сказал, что обычно я милый, но не говорил, что воспитанный.

Рене усмехнулась. Тэган также ни словом не обмолвился и о своей красоте, но его внешность не нуждалась в подобных комментариях. Высокой спортивной фигурой, блестящими черными волосами и пронзительными синими глазами Тэг напомнил Рене молодого Пирса Броснана. На Тэгана она определенно могла бы смотреть часами. Рене знала, что на большее ей рассчитывать и не приходится. Такие состоятельные мужчины, как Тэг Элиот, не назначают свидания простым девушкам. Тем более афроамериканкам.

— Вот моя визитка, мистер Элиот. Звоните, если возникнут еще вопросы.

Тэган взял карточку и убрал в карман пиджака:

— Спасибо. Сегодня вечером я расскажу семье о ваших рекомендациях. Сейчас для всех нас нет ничего важнее здоровья Карен.

Рене кивнула, и Тэган вышел из офиса.


Тэг вошел в лифт, довольный, что остался один. Он тяжело вздохнул, пытаясь расслабиться. Что, черт возьми, с ним происходит? Эта женщина, Рене Уильямс, сразила его своей красотой, женственностью и обходительностью. В ее присутствии он просто таял. Никогда с ним подобного не случалось.

Ее певучий, шелковистый голос разбудил в нем мужчину. Тэгу казалось, что во время разговора она нежно гладила его своим голосом. И когда их руки соприкоснулись, Тэгу захотелось притянуть ее к себе. Он предположил, что ее рост приблизительно пять с половиной футов без каблуков. Униформа бледно-мандаринового цвета идеально облегала ее соблазнительную фигуру.

Оттенок кожи Рене напомнил ему сливочный шоколад. Вдобавок у нее были роскошные черные волосы, струящиеся по плечам, и нежные карие глаза, в которых светилось сострадание.

Тэг чуть не рассмеялся, когда она поставила его на место в самом начале их встречи. Определенно, Рене была решительной девушкой, и ему захотелось узнать ее получше. Жаль, что это невозможно. Романтические отношения сейчас меньше всего интересовали Тэга. Его отец большую часть времени проводил в больнице с Карен, и львиная доля управления семейным журналом легла на плечи Тэга. А сейчас еще его дедушка Патрик Элиот бросил всем вызов, заставив конкурировать между собой четыре основных журнала «Элиот Пабликейшн».

Каждым из четырех глянцевых изданий управлял один из детей Патрика. Журналом «Пульс», публиковавшим мировые бизнес-новости, управлял отец Тэга, Майкл. Журналом «Кадр», который описывал жизнь знаменитостей, руководил дядя Тэга, Даниель. Журнал «Молва» публиковал новости шоу-бизнеса; его возглавлял другой сын Патрика, Шон. Четверку замыкал журнал «Харизма», рассказывающий о моде, и его главным редактором была тетя Тэга, Финола.

Месяц назад Патрик заявил, что собирается отойти отдел, а своим преемником назначит того, чей журнал побьет рекорды продаж к концу года.

Когда лифт остановился на первом этаже, Тэг уже с нетерпением ждал следующей встречи с Рене Уильямс.


— Итак, что тебе сказали в клинике?

Три брата и сестра Элиоты встретились в ресторане на Манхэттене, неподалеку от здания «Элиот Пабликейшн». Один из братьев Тэга, Кеннон, которому было тридцать три, также работал под руководством отца в «Пульсе». Лайаму исполнился тридцать один год, и он занимался финансами. Их младшая сестра Бриджит, которой едва исполнилось двадцать восемь, нашла себя в роли фоторедактора журнала «Харизма».

— Ты уверен, что этот социальный работник знает, о чем говорит? — обеспокоенно спросила Бриджит, отпивая глоток вина. — Мама, конечно, приняла решение, но это так не похоже на нее. Мне кажется, она на грани нервного срыва.

Тэг кивнул, понимая, на что намекает его сестра. Но он мог лишь подтвердить, что Рене Уильямс компетентна, профессиональна и… красива. Последнее качество произвело на него неизгладимое впечатление. Даже сейчас Тэг вспоминал улыбку, озарившую ее лицо, когда он просил извинения за неподобающее поведение.

— Рене — квалифицированный специалист, — наконец произнес Тэг. — Она посоветовала всем нам смириться с решением мамы и поддержать ее в трудную минуту.

Тэг всегда знал, что в их семье царит любовь и понимание. Неожиданная болезнь матери сделала всех членов семьи еще ближе.

Он поблагодарил официантку за принесенное меню и обратился к старшему брату. Кеннон недавно начал встречаться с девушкой, и Тэг, как и все в семье, был рад за него. Эрика казалась идеальной парой для их трудоголика-брата.

— Как папа?

Кеннон отвлекся от меню и взглянул на Тэга.

— Он в порядке. Сегодня отменил важную встречу с представителем из «Санта Джон», чтобы полететь с мамой в Сиракузы на ее благотворительный вечер.

— Кто бы мог подумать, что отец может отменить деловую встречу из-за такого пустяка, — усмехнулся Лайам, покачав головой. Вся семья знала, что Майкл Элиот — трудоголик. И никто не предполагал, что отец пожертвует работой ради жены.

— Он просто хочет показать, как много значит для него мама, — улыбнувшись, сказала Бриджит, которую тронула забота отца и его частые визиты в клинику. Она внимательно посмотрела на Тэга. — Социальный работник, с которым ты встречался сегодня… расскажи нам о ней.

Тэг откинулся на спинку стула и улыбнулся:

— Ее зовут Рене Уильямс, она афроамериканка, приблизительно твоего возраста. И она профессионал в своем деле. Кроме того, мне показалось, Рене вселяет в людей уверенность в завтрашнем дне.

Лайам кивнул:

— Судя по твоим словам, маме нужен именно такой человек. Сейчас Карен подавлена, и ее настроение беспокоит меня больше всего.

Тэг тоже волновался об этом, но был уверен, что Рене поможет матери пережить сложное время.

— А еще она хорошенькая.

Эти слова сами собой слетели с губ Тэга, и он понял, что совершил ошибку. Его заявление привлекло внимание всех присутствующих.

Кеннон удивленно изогнул бровь:

— О, так она тебе понравилась?

Бриджит и Лайам засмеялись. Все знали, как обстоят дела на любовном фронте у Тэга. Его мысли всегда были больше заняты бизнесом, чем амурными делами.

Тэг понял, куда клонит Лайам, и засмеялся в ответ:

— Да.

Но сейчас Тэг не был способен на романтические подвиги, даже ради красавицы Рене Уильямс. Поэтому необходимо положить конец нелепым домыслам.

— Мм, лосось сегодня просто великолепен.

Тэг взглянул на Бриджит, которая прикрылась меню. Но его братья все еще смотрели на него с пристальным любопытством. Почувствовав смущение, Тэг нахмурился:

— Черт, я сказал просто так. Не делайте поспешных выводов.

Кеннон рассмеялся:

— Как скажешь, дружок.

Загрузка...