Случайная ночь с кавказцем.Скорую вызывали?

Глава 14

14

Настя

На шестом месяце живот уже заметно округлился, и я часто ловлю себя на том, что машинально поглаживаю его ладонью, пытаясь успокоить волнение. Сегодня Мурад уехал по делам, обещал вернуться к обеду. Я осталась одна, в нашем доме, который постепенно стал для меня таким привычным и родным, что уже почти забыла, как могла жить иначе.

Мы расписались почти четыре месяца назад, тихо, без лишних людей и пышных церемоний. Тогда это казалось просто разумным решением — для спокойствия, для ребёнка. Я не думала о любви и не ждала романтики, просто доверилась Мураду, потому что рядом с ним впервые почувствовала, что кто-то действительно заботится обо мне.

Размышления прервал звонок в дверь. Я не ждала гостей, а Мурад всегда предупреждал заранее. Подойдя к двери, осторожно взглянула в глазок и увидела незнакомую женщину в строгом платке и с тяжёлым взглядом. Она казалась суровой и явно чем-то недовольной. Я помедлила секунду, а потом всё же открыла дверь.

Женщина окинула меня холодным, изучающим взглядом, остановившись на животе, и сразу поджала губы.

— Так вот, значит, кто поселился здесь, — произнесла она презрительно, даже не поприветствовав меня.

Я растерялась и слегка отступила назад.

— Простите, я вас не узнала…

Она вошла в квартиру, словно имела на это полное право, не обращая внимания на моё смятение.

— Я тётя Мурада, — объявила она резко, словно это само по себе объясняло её поведение. — Давно хотела на тебя посмотреть. Говорят, ты бывшая замужняя женщина, сбежала от мужа к моему племяннику, ещё и ребёнка принесла. Тебе самой не стыдно?

Я стояла словно оглушённая, слова ранили меня глубже, чем я могла представить. В горле застрял комок, глаза моментально наполнились слезами, но я постаралась держаться и не поддаваться эмоциям.

— Вы неправильно понимаете… Мы…

— Что «вы»? — она перебила, резко и бесцеремонно. — Живёшь здесь без свадьбы, беременная от одного мужчины, сбежав к другому. Ты знаешь, как это называется?

Я почувствовала, как лицо горит от унижения и обиды, и попыталась возразить:

— Вы не знаете, как было на самом деле…

Но женщина лишь презрительно махнула рукой:

— Мне и так всё понятно. Такие, как ты, привыкли брать, что хочется, не считаясь с другими. Мурад сошёл с ума, раз связался с тобой.

От её слов комок в горле стал ещё тяжелее, и я уже не могла сдерживать слёзы. Они потекли по щекам, а я бессильно опустилась на диван, чувствуя себя униженной и разбитой.

В этот самый момент дверь резко открылась, и в квартиру вошёл Мурад. Его лицо мгновенно окаменело, а взгляд потемнел, едва он увидел моё заплаканное лицо и свою тётю, возвышающуюся надо мной с надменным выражением.

— Что здесь происходит? — произнёс он тихо и жёстко, направляясь ко мне и сразу обнимая за плечи, защищая от неё.

— Что происходит? — резко ответила тётя. — Ты ещё спрашиваешь? Вот эта женщина разрушила чужую семью, опозорила тебя и наш род, живёт здесь, беременная, даже без свадьбы!

Мурад напрягся, и я ощутила его внутреннюю ярость, но голос его остался спокойным и непреклонным.

— Во-первых, эта женщина — моя законная жена. Мы поженились ещё четыре месяца назад, и ребёнок, которого она носит, мой законный наследник. Во-вторых, я не позволю вам приходить сюда и оскорблять мою семью в моём доме.

Тётя резко замолчала, её глаза широко раскрылись от удивления. Видимо, такой поворот событий оказался для неё неожиданным. Она попыталась снова что-то сказать, но Мурад её перебил, не повышая голоса, но с такой твёрдостью, что сомнений в серьёзности его слов не оставалось.

— Я уважаю вас и благодарен за многое, что вы сделали для меня раньше. Но если вы не можете уважать мой выбор и мою жену, вам здесь не место.

Женщина молча смотрела на него, осознавая, что этот разговор завершён. Она бросила на меня последний презрительный взгляд, затем резко повернулась и ушла, громко захлопнув дверью.

Как только она ушла, я не выдержала и разрыдалась прямо на его плече. Мурад крепко обнял меня, гладя по волосам, успокаивая и прижимая к себе, будто защищая от всего мира.

— Прости меня, — тихо произнёс он. — Я не знал, что она может сюда заявиться.

— Ты… ты сказал, что я твоя жена, — прошептала я, слегка отстранившись, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ты так просто это сказал, словно это правда…

Он нежно коснулся моей щеки, осторожно стирая слёзы большим пальцем.

— Потому что это и есть правда. Ты моя жена, Настя, и для меня это не просто формальность. Я не позволю никому, даже семье, обращаться с тобой так, будто ты чужая. Ты теперь моя семья.

И в этот момент я поняла, что произошло на самом деле. Когда мы расписались, это казалось разумным решением, основанным на спокойствии и уверенности в завтрашнем дне. Но сейчас, глядя в его глаза, я вдруг ясно осознала, что между нами давно уже не просто договорённость, а настоящее глубокое чувство, которое я не заметила, как вошло в моё сердце и укоренилось там навсегда.

— Я никогда не пожалею, что выбрала тебя, — тихо произнесла я, и он улыбнулся, словно ждал именно этих слов.

— А я никогда не пожалею, что забрал тебя, — ответил он, притягивая меня к себе ещё крепче. — Никогда.

Я закрыла глаза, прижавшись к нему, и впервые почувствовала такое спокойствие и счастье, какого не испытывала ещё ни разу за всю жизнь.