Стань моим господином

= 32 =

Утром Тамара провела тест на беременность тайком от Руслана. Она ничего не могла с собой поделать, рассказать ему правду никак не получалось. Тест она купила днем, когда ходила на встречу, и спрятала его в сумочке.

Руслан, как обычно, готовил завтрак, напевая что-то себе под нос, а Тамара сидела на краешке ванны и рассматривала две полоски. Она так и знала. Все к тому и шло. И тошнота, и перепады настроения, и боль в сосках. Вечером Руслан заметил, что ареолы потемнели, только не связал это с беременностью.

И, конечно же, задержка менструации. У нее и раньше бывало, от стресса, но теперь уже такая, что глупо не обращать внимания.

Всего один раз у них был незащищенный секс. Один раз. Тамара точно помнила дату. Значит, срок уже пять недель.

Что чувствует женщина, когда понимает, что ждет ребенка? Наверное, радость. Тамара положила руки на низ живота, прислушалась к себе. Никакой радости. Растерянность. Даже досада. Но почему теперь, когда жизнь только стала налаживаться? Она не готова стать матерью. Слишком рано!

А Руслан? Как он к этому отнесется?

Между прочим, он ни разу не говорил о любви. «Кошечка, бэси, я тебя обожаю, ты моя сладкая девочка». Да, он вел себя, как влюбленный мужчина. Он буквально носил ее на руках, заботился, был нежен и ласков. Но жениться не предлагал. Они даже съехаться толком не успели.

И все же Руслану Тамара доверяла больше, чем себе. Какая из нее мать? Она даже кашу ребенку сварить не сможет. У нее работа! И нет денег на няню. И Руслан не миллионер, на минуточку. И, конечно же, он захочет, чтобы она сидела дома с ребенком.

О боже, нет! Только не домохозяйка, только не это!

- Тома! – позвал Руслан. – Ты там не утонула? Завтрак на столе.

Она поспешно спрятала использованный тест в пакет, пакет засунула в карман халата, выключила воду и вышла из ванной.

«Руслан, мы ждем ребенка».

- Тома, надеюсь, ты не забыла, что вечером мы идем к врачу.

- Да, Рус, я помню. И буду вспоминать весь день, присаживаясь.

- Сильно болит? – слегка смутился он.

- Нормально все, - улыбнулась ему Тамара. – Терпимо.

Еще один повод думать о себе, как о мазохистке. Это они гордятся полученными синяками и ранами. Как будто сила удара равна силе любви садиста. И Тамара, если не гордилась, то с удовольствием думала о том, что впервые Руслан наказал ее не в щадящем режиме, а от души, не сдерживая руку.

От него она вытерпела бы любое наказание.

Видимо, очередное – не за горами. Тамара решила, что расскажет обо всех своих грехах вечером, после визита к врачу.

Тамара регулярно бывала у гинеколога. С ее увлечениями следить за здоровьем – необходимость. Оплаченная страховка, частная клиника, прекрасные условия, хороший специалист. Оказалось, что знакомый врач в отпуске. Руслан не желал ждать, и Тамара еще вчера записалась на прием к другому гинекологу.

«Е.Д.Гранская» - значилось на табличке, что висела на двери кабинета. Они с Русланом пришли чуть раньше назначенного времени.

- Ты со мной и в кабинет пойдешь? – полушутливо поинтересовалась Тамара.

- Если бы не был уверен, что оттуда некуда сбежать, то пошел бы, - серьезно ответил он.

- Ты считаешь, что я… - вспыхнула Тамара.

- Ведешь себя, как ребенок, - перебил ее Руслан, кивая. – Ничего страшного, бэси. Это нормально, если ты беременна.

- А если нет? – спросила она из вредности.

- А если нет, буду воспитывать, - прошептал он, наклоняясь к самому уху.

Тамара тут же вспыхнула, смутилась. Как назло, именно в этот момент из кабинета вышла медсестра и пригласила ее к врачу.

- Я буду ждать здесь, котенок. – Руслан поцеловал Тамару в щеку. – Иди.

- Добрый вечер, - поздоровалась Тамара, входя в кабинет.

И замерла на месте, потому что за столом сидела… Диана.

- Добрый вечер, Тамара Георгиевна, - ответила Ди, первой придя в себя. Похоже, она тоже не ожидала, что пациентка окажется знакомой из клуба. – Присаживайтесь. Меня зовут Ева Денисовна. На что жалуетесь?

Ева? С ума сойти! Значит, Ди – это псевдоним, для клуба. Тамара чувствовала себя неловко, как будто нарочно вторглась в чужую личную жизнь. Она покусывала губу и не знала, стоит ли начинать. Делать вид, что они незнакомы, и дальше?

Тамара покосилась на медсестру, которая сидела за соседним столом. Диана едва заметно качнула головой. Ага, значит, не при ней.

- На беременность, - решилась Тамара.

- Прямо таки жалуетесь? – улыбнулась Ди.

- Ой, нет. В смысле, я беременна. Похоже.

Диана кивнула и начала расспрашивать ее о деталях, а потом вдруг обратилась к медсестре:

- Танечка, я совсем забыла. Сходите в лабораторию за заключением Ивановской, она скоро будет звонить.

- Так я по телефону…

- Лучше сходите. Мне нужно заключение на бланке с печатью. Если они в компьютер что-нибудь не то внесут, ее муж сожрет меня заживо. И вас заодно.

Медсестра упорхнула из кабинета, и Ди, наконец-то, стала собой.

- Ничего себе! – выдохнула она. – Тома! Вот это встреча.

- Я и не знала, что ты тут работаешь.

- Да я тоже не знаю, где ты работаешь, - улыбнулась Ди. – Но бывают же такие совпадения! И ты беременна. Поздравляю! Тома, ты прости меня за то, что произошло в клубе…

- Эм… А ты разве виновата? – удивилась Тамара.

- Ну… я же сказала тебе, что твой… а он… - замялась Ди. – Я не должна была подначивать.

- Забудь, - махнула рукой Тамара. – Все уже в прошлом, а я не в обиде.

- И ты не против, что я…

- Не против, Ева Денисовна, - улыбнулась она. – Кстати, я – редактор журнала. Имя, правда, настоящее.

- Так и у меня имена настоящие, - ухмыльнулась Ди. – Оба. Родители выпендрились, назвали меня Ева-Диана. Так в свидетельстве о рождении и записано. А по паспорту я уже Ева. Так продолжим осмотр?

- Да, конечно.

- Иди за ширму, раздевайся. Я тебя осмотрю, потом УЗИ сделаем.

Вернулась медсестра, и они снова сделали вид, что незнакомы. Неловкости Тамара уже не испытывала. Наоборот, ей повезло, что врачу не пришлось объяснять наличие синяков на попе. Любой другой в обморок бы упал, а Ди лишь посмотрела на нее с завистью.

- Беременность пять недель. – Она вскоре подтвердила диагноз. – Наблюдаться у нас будете?

- Не знаю… - Тамара и теперь не испытывала радости от того, что скоро станет матерью. – Я думаю об аборте.