Судьба сломала - любовь починит

Глава 3

Солнечные лучи восходящего солнца озарили кабинет главного врача. Лида открыла глаза, потерла лицо руками, а потом посмотрела на часы. Время показывало пять утра. С ужасом женщина соскочила с дивана, осторожно переложив голову Лизы на подушку. Совершенно случайно Лида, как оказалось, проспала все свое дежурство. Она надела белый халат и тихонечко вышла из кабинета, стараясь не разбудить Лизу.

Лида быстрым шагом прошла в ординаторскую. В больнице на удивление было очень спокойно. На сестринском посту сидела старшая медсестра, а вокруг не было ни души. Пациенты мирно спали, отдыхали врачи, которым в эту ночь посчастливилось не проводить дежурство в операционной. Лида достала из маленькой сумочки деревянный гребешок и привела свои растрепанные волосы в порядок. Через смежное окно она видела, как за столом, накрывшись кофтой и положив голову на руки, отдыхает Татьяна. Лида убрала расческу на место и, закрыв дверцу шкафа, увидела перед собой Владимира. От неожиданности она даже вздрогнула.

— Выспались? — улыбнулся он, глядя на женщину.

Лида моментально покраснела. Ей было жутко стыдно, что она проспала все дежурство при чем в кабинете главного врача, где он ее и застал.

— Простите меня, пожалуйста. — начала извинятся Лида, прикрывая лицо рукой. — Мне очень неудобно.

— Вам не за что извиняться. — успокоил ее мужчина. — Татьяна мне рассказала о вчерашней истории. Я вам очень благодарен за ваше неравнодушие.

— Любой нормальный человек на моем месте поступил бы точно так же.

— Возможно. Но на этом месте оказались именно вы и не испугались подставить себя под нож, чтобы уберечь мою дочь. — он не знал, как можно более точно выразить свои чувства. Одновременно в нем жили остатки страха, волнение, радость, что все обошлось, благодарность Лидии и обида к Елене. Владимир смотрел на Лиду глазами, полными восхищения по отношению к женщине.

— Значит теперь вы должны мне еще одну кружечку кофе. — решила разрядить обстановку Лида. Владимир сразу улыбнулся и едва посмеялся.

— Хорошо. Тут, напротив есть кофейня. Они работают круглосуточно. Предлагаю отлучиться на двадцать минут. Все равно пациентов пока нет. — выдвинул предложение Владимир. Лиде оно пришлось очень даже по душе. Она не задумываясь согласилась на утренний кофе.

Они вместе вышли из здания больницы и направились по парку к пешеходному переходу. Ночью на улице прошел небольшой дождь, погода была ясная, но прохладная в столь ранние часы. Лида обняла себя руками за предплечья и в мыслях пожалела о том, что вчера не взяла с собой на работу кофту.

— Лидия Аркадьевна, вы можете рассказать, что вчера произошло. — попросил Владимир. — Татьяна настолько была взволнована, и из ее рассказала мало что мне было понятно.

Лида глубоко вздохнула. Ей бы не очень хотелось снова вспоминать момент встречи с убийцей, но Владимир имел полное право знать по минутам все о вчерашнем ЧП, ведь его дочь оказалась заложницей ситуации.

— Особо нечего рассказывать. — начала Лидия. — Таня попросила взять пациента — мужчину после аварии. Елена Валерьевна приняла девушку, которая ехала вместе с ним. На мужчине не было тяжелых травм. Я обработала ему раны, мне еще не понравилось его плечо, там скорее всего был вывих, а может и закрытый перелом. В общем, я хотела договориться по поводу рентгена. Попросила медсестру забрать анализ на кровь, а сама вышла к Тане. Как потом оказалось, медсестра вышла следом за мной, и пациент остался в смотровой один. Но в этом не было ничего страшного. Ведь мы не можем разорваться на две части и часто оставляем пациентов с легкими повреждениями дожидаться нас. Почти сразу подошел майор полиции и сказал, что мужчину этого разыскивают уже несколько лет за серию убийств молодых девушек. Он попросил меня отвести его к пациенту, а того в смотровой уже не было. Майор вызвал ОМОН, попросил пригласить кого-то из начальства. На месте была только Елена, ей пришлось отложить начало операции и выйти к нам. Из приемной майор нам уйти не разрешал, так как рядом с ним мы были в безопасности. Потом я совершенно случайно обратила внимание на Лизу. Она была очень испуганна, но я не поняла, что она видит преступника. Я думала, что она просто испугалась всей ситуации, ведь Елена с майором говорили на повышенных тонах. Это вполне могло напугать ее. Я хотела подсесть к ней, чтобы успокоить, а когда подошла, то сразу увидела его. Ему надо было убежать. Только потом я поняла, что Лиза стала бы для него идеальной заложницей, чтобы выйти из больницы. А в тот момент на каком-то подсознательном уровне я просто бросилась к ней. Я ни о чем не думала. Я не была уверенна, что ему нужна девочка. Просто он смотрел на нее такими злыми глазами, что мне захотелось ее закрыть от его взгляда. А когда он тоже побежал к ней, у меня получилось его опередить. Он не смог вытащить ее из-под меня и решил взять в жертву меня, но я знала о его травме, с которой мы не разобрались. Я ударила его по больному плечу, и он больше ничего не смог сделать. Ну а потом его тут же принял ОМОН.

— То есть в приемной были вы, майор полиции, Татьяна и Елена? — задал уточняющий вопрос Владимир. Лида подтвердила. — И никто из них не обратил внимания на маленькую девочку.

— Вы ищете виноватых там, где их нет. — сказала Лида. — Каждый из них выполнял свою работу. Елена Валерьевна переживала за отделение и пациентов, майору было важно задержать преступника, а Татьяна… она просто растерялась. Знаете, у нас было очень шумно. То, что повернулась к Лизе я — это чистая случайность. Нам и в голову не могло прийти то, что убийца будет возвращаться к главному входу.

— Так или иначе, но случилось все так, как случилось. Больше никогда не буду выключать телефон на совещаниях. — ругал себя Владимир.

Они перешли дорогу и оказались прямо возле небольшой кофейни. Тут часто отдыхали врачи, ожидали окончания долгих операций родственники пациентов, очень часто тут проходили и деловые встречи между коллегами, а сейчас было пусто. На заднем фоне тихо играл джаз, за стойкой бара протирал посуду бармен. В кофейне стоял сладкий запах напитка и свежей выпечки. Лида вошла в помещение первой, она сделала шаг в сторону прилавка, но Владимир попросил её занять место. Он улыбнулся ей, и она ощутив прилив нежности и заботы со стороны мужчины, последовала в сторону свободного стола. Через минуту Владимир вернулся с двумя чашками дымящегося кофе.

— Приятного завтрака. — заботливо поставил Владимир чашку перед женщиной.

— Спасибо, и вам тоже. — отозвалась Лида.

Они сделали по глотку горячего кофе. Владимир, откинувшись на спинку стула, смотрел на Лидию, а она в свою очередь скромно с ним заговорила.

— Мне Лиза вчера рассказала о вашей жене. — подала голос женщина, ведь она сама не хотела бы, чтобы в ее личную жизнь лезли малознакомые коллеги. — Понимаю, что поздно, но примите мои соболезнования. Очень тяжело терять тех, кто дорог. Я знаю.

— Я не могу сказать, что мы были сильно дороги друг другу. — с печалью в голосе произнёс мужчина. — Она всегда находилась в поиске, выбирала для себя идеального партнера, который бы все свое время уделял ей, содержал, возил на море и за границу. И для нее это было совершенно нормально. А я, свою жизнь посвящал работе, ездил по конференциям, форумам, тренингам. Мне нравилось жить на работе. Да, у меня были к ней особенные чувства, только потому, что она в моей жизни была единственной женщиной. Я хотел создать полноценную нормальную семью, жениться на одной женщине и прожить с ней всю жизнь. Наверное, поэтому я всегда надеялся, что она вернется ко мне. Как оказалось, наедятся было глупо.

— Лиза сказала, что очень жалеет о том, что вы разошлись с ее матерью. Говорит, что тогда бы и жизнь была другой — хорошей.

— Не думаю, что для нее было бы лучше слушать наши ежедневные ссоры. — покачал головой мужчина. — Это по-своему тоже очень сильно напрягает.

— И как это — воспитывать дочь в одиночку? — спросила Лида.

— Трудно. — честно сказал Владимир. — Это очень трудно, особенно, когда она попадает к тебе в таком возрасте. Как выясняется я очень многое о ней не знаю. Я не могу подобрать к ней нужный ключик, чтобы она элементарно улыбнулась.

Слова Владимира о трудностях воспитания подростка взволновали Лиду. Она не забывала вчерашний разговор с представительницей органов опеки и ее предложение взять на попечение подростка. Лида поняла, что примерно тоже самое может ждать и ее после оформления документов. Она также может не подобрать нужный ключик, нужные слова, не сможет стать другом для почти взрослого человека. Владимиру было непросто с родной дочерью, а какого будет ей с совершенно чужим ребенком.

— Мне кажется, что ей не хватает женского внимания, заботы, любви. — озвучил Владимир самое важное для себя. — Она девочка. Я мало могу что ей подсказать, мало где ее могу понять. Лиза очень молчаливая и замкнутая. Она не общается со сверстниками, у нее нет ни одной подруги. Когда она приходит домой, то сразу закрывается в комнате.

Владимир откровенно рассказывал женщине о самых тяжелых переживаниях в своей жизни. Он сам не ожидал от себя такого. Обычно мужчина не распространялся о подробностях личной жизни. Но, рассказав Лидии о своих трудностях и заботах, почувствовал на сердце облегчение. Всё эти годы рядом с ним не было человека, который бы просто выслушал.

— Вы не думали вместе сходить к психологу и проработать этот вопрос?

— Боже, Лидия Аркадьевна, если я отведу Лизу к психологу, то на следующий день она сдаст меня в психушку. Просто вы совсем ее не знаете. — посмеялся Владимир. Его дочь была умна не по годам, и сама могла любому поставить диагноз, после стольких прочитанных книг по психологии, философии и прочего другого. — Я надеюсь найти женщину, которая сможет заменить Лизе мать. Не буду скрывать, что несколько лет я встречаюсь с Еленой, но с Лизой у нее так и не ладится.

— Это плохая идея. — откровенно заявила Лида. — Маму никто не заменит, какой бы она не была. А вы сейчас начинаете повторять отрицательные черты своей жены. Вы начинаете искать. Так и получится, что одна у вас будет ее бить, другая захочет сдать в приют и так далее. Вы только что Лизу забрали из этого ада любовников матери и снова хотите ее утопить только в ад своих любовниц?

— Что же тогда делать? Как мне помочь ей пережить это?

— Ничего не надо делать. Надо оставить в покое Лизу и свое рвение найти ей маму. Если вы действительно ее любите и живете для нее, то и жить вы должны так, как удобно будет ей. Не хочет она у вас сейчас общаться с Еленой, значит вам нужно расстаться с ней, и не мучать дочь. Сколько она у вас так продержится? Их ненависть рано или поздно дойдет до точки невозврата, и вы окончательно потеряете Лизу. Она просто уйдет из дома и все. — Владимир недоверчиво отнесся к словам Лидии, что женщина сразу заметила и поспешила аргументировать свою точку зрения. — У меня с сестрой младшей также было. Родители и я, мы задушили ее своими указами и упреками. Туда не ходи, это не делай, ты должна быть такой, должна делать только так. Она не выдержала. В восемнадцать лет просто взяла и ушла из дома. Вышла замуж за человека, который годится ей в отцы, вроде даже ребенка родила, а может и не одного. Мы пятнадцать лет с ней не общаемся, не знаем друг о друге ничего. Хотите, чтобы и Лиза также убежала?

Владимира удивили факты из жизни Лидии. Ему хотелось знать о ней побольше. Настолько интересно было с ней говорить, настолько тонко чувствовала она его переживания и проблемы и настолько точно била в цель своими словами.

— Не ищите никого. Уж если Лизе и нужна мама, пускай она выбирает ее сама. Не давите на нее. Не повторяйте ошибок своей жены. — завершила Лида и допила свой кофе до конца.

— У вас нет желания узнать что-то о своей сестре? Найти ее? — неожиданно спросил Владимир.

— Мне кажется, что нам уже пора вернуться в больницу. — перевела тему разговора Лида и встала из-за стола. Владимир скорее проследовал за ней.

— Лидия Аркадьевна, если вы не хотите отвечать на мои вопросы, то можете сказать об этом прямо, а не убегать. — сказал он, догоняя женщину уже на улице. — Просто вы знаете обо мне практически все, а я только то, что вы работаете у меня врачом.

Это и в правду было некрасиво со стороны Лидии, хотя она силком не вытягивала из Владимира подробности его личной жизни. Каждый из нас имеет право решать говорить ему о себе и своей семье или нет. Но смысл ей было скрывать все то, что вчера она уже рассказала Лизе. Ведь девочка все равно рано или поздно все расскажет отцу.

Они шли обратно в сторону больницы.

— Мне нечего о себе рассказывать. Я не замужем, детей нет. Вот и все. — коротко сообщила Лида.

— Почему не замужем?

— Разошлись с мужем по обоюдному согласию, когда встал вопрос о детях. Кому-то дано их иметь и очень много, а кому-то даже одного нельзя. К сожалению, я попала в тот процент женщин, не способных родить. И эту тему я больше обсуждать не буду. Слишком больно. Простите.

Владимир удовлетворительно посмотрел на Лиду. Да, ему хотелось бы знать все до мелочей, но не решался бестактно ковыряться в больной ране.

— А сестра? — вспомнил он свой первый вопрос.

— Виновата я перед ней очень. Предала. И это предательство всегда будет стоять между нами. Потому что я сама бы ей такое вряд ли простила.

— Как много в вас интриги, Лидия Аркадьевна.

Обратно врачи дошли быстрее. Лида желала скорее попрощаться с Владимиром, пока он не захотел узнать про нее что-нибудь еще. Но он и не собирался дальше расспрашивать Лиду о личном. Придет время, он все равно узнает все то, что скрывает эта хрупкая шатенка.

— Лидия Аркадьевна, разрешите опустить вас сегодня пораньше. — сказал Владимир возле входа в приемное отделение.

— Нет. Это не обязательно. К тому же эту ночь я профилонила. — отказывалась Лида. — Лучше вы берите Лизу и езжайте домой.

Она говорила с ним уже не как с начальником, а как с хорошим приятелем или даже другом. Сегодня они узнали друг о друге слишком много, чтобы оставаться просто коллегами в статусе начальника и подчиненного.

— Хорошо. Тогда я даю отгул нам обоим. — предложил компромисс мужчина. — А завтра в девять утра нам с вами нужно быть на тренинге по экстренной хирургии в Заречном.

— Нам? — переспросила Лида.

— Да. Еду я, вы, так как вы у нас человек новый и давно не практиковались и едет Анна Шадрина. Она только что вышла из отпуска, ей не помешает освежить знания.

— Отказаться можно?

— Отказаться нельзя. Так как вчера на совещании я уже вписал наши фамилии в заявку.

— Может я лучше лишние часы отдежурю? — упрямилась Лида как маленькая девочка.

— Вы не любите поездки или вас не устраивает компания, в которой вы едете?

Провокационный вопрос не оставил Лиде ничего другого, кроме как согласится поехать на этот тренинг. Владимир между словом сказал, что Анна поедет в Заречный вместе с мужем, так как он являлся одним из организаторов мероприятия и ему нужно было решить на месте некоторые вопросы. Услышав это, Лида начала себя успокаивать, что в таком случае она может и не пересечься с сестрой. Куда сложнее им было тут бегать друг от друга.

Они договорились выехать в семь часов утра, а точкой отправления считать парковку возле дома Лиды. Владимир взял на себя ответственность управления автомобилем, так как свою машину Лида загнала в сервис на профилактический осмотр после нелепой истории с отошедшим контактом.

Они попрощались друг с другом, обещая, что оба уходят с работы, но при этом они не торопились покидать свои места. Лида решила все-таки отработать положенные часы дежурства до девяти, а потом с чистой совестью пойти домой отдыхать. Владимир хотел пару часов еще поработать с документами, которыми его вчера нагрузили в министерстве, естественно, если Лиза еще будет спать. Он шел в свой кабинет, но неожиданно остановился напротив приоткрытой двери в кабинет Елены.

Владимир решительно вошел в кабинет. Женщина ходила от одного шкафа к другому, от стола к полкам, перебирая бумаги.

— Лена, нам нужно с тобой серьезно поговорить. — с полной серьезностью обратился к ней Владимир.

Разговор с Лидией, откровенное признание Лизы накануне произошедшего и равнодушие Елены к девочке в критический момент заставили его признать свое поражение в попытках построить с женщиной крепкие семейные отношения.

— Давно я не видела тебя таким хмурым. — делая вид, что ничего не произошло разговаривала Елена.

— Давай возьмем в наших отношениях паузу. — грустно сказал он.

Елена замерла на месте. Она опустила папку из рук на стол и подняла глаза на Владимира.

— Почему же? — держа себя в руках спросила женщина, хотя ей трудно было скрыть свое возмущение. Чего, чего, но она точно не ожидала, что Владимир бросит ее первой. — Лиза поставила тебе ультиматум?

— Нет. Это мое решение. Сейчас так будет лучше для всех. — с абсолютным спокойствием говорил Владимир. — Вместо того, чтобы ругаться я предлагаю нам пожить отдельно и подумать, нужны ли мы друг другу.

— Что ж, очевидно мне бесполезно уверять тебя в обратном. Твоя дочь уже окончательно села тебе на шею. — с еще большим раздражением заговорила Елена.

Мужчина недовольно покачал головой, и не желая обсуждать с Леной свою дочь и спорить с ней по поводу отношений, переменил личную тему разговора в рабочую.

— Завтра я, Ведерникова и Шадрина едем на двухдневный тренинг в другой город. Остаешься за главную.

— Кстати, о Ведерниковой. — громко заявила Елена. — Я сделала ей выговор, ведь это по ее вине вчера по нашему отделению бегал неуравновешенный мужчина.

— Я с ней уже поговорил и считаю, что ее вины тут нет. Это было простым стечением обстоятельств. — отстаивал Владимир своего хирурга. — Меня больше интересует вопрос, почему ты, стоя в приемном отделении ничего не сделала? — ответ ему был хорошо известен. Мужчина полностью доверял Лидии, которая считала, что виноватых в этой истории не было. Однако, он все равно хотел задать Елене этот вопрос и услышать ее объяснения.

— Ты же прекрасно знаешь, что наше отделение неотложной помощи постоянно подвергается внеплановым проверкам, у нас постоянно идут разбирательства с родственниками пациентов. Как комиссия отнесется к тому, что в твоем или моем кабинете, или в ординаторской сидит не просто посторонний человек, а еще и ребенок? Мы с тобой оба за это могли бы ответить.

— Молодец. — саркастически произнес Владимир и насмешливо улыбнулся. — Поставила работу выше наших отношений. А Лидия готова была жизнь отдать за девочку, которую видела первый раз в жизни.

— Нашел значит себе новую прислужницу для царевны Лизы. — с тем же презрением сказала Елена.

— Прекрати со мной так разговаривать! — вспылил Владимир. — Я тебе не мальчишка сопливый!

— Ты дурак! — буркнула Елена.

— Да, я дурак. — тихим голосом сказал мужчина. — Дурак, что сошелся с тобой и верил, что ты меня любишь.

Теперь Владимиру все стало ясно. Произошедшее вчера в отделении будто бы открыло ему глаза. Елена и в правду его не любила, не любила Лизу и не хотела строить с ними семью. Она жила только работой и вчера это доказала. А сегодня она даже не пыталась оправдываться или извинятся, а открыто заявила, что ни о чем не жалеет. Хотя, за это ей, напротив, надо сказать «спасибо». Куда лучше слышать горькую правду, чем жить в иллюзиях сладостной лжи.

Отныне и вовек между Владимиром и Еленой было все кончено. Не нужна ему женщина, которая так пренебрегает его дочерью, так эгоистично относится к их отношениям и даже не пытается что-то делать ради него.

Лида теперь занимала все его мысли. Ее трезвость и гибкость ума, ее глубокое видение разных ситуаций, ее загадочное прошлое и ее непостижимое настоящее. Красивая и интересная, сильная и честная. Она вошла в его сердце стремительно и уже никогда из него не уйдёт.

Владимиру было тяжело, но в тоже время его душа почувствовало облегчение. Он наконец-то снял с себя груз играющего на два фронта, живущего меж двух огней и при этом делая вид, что все так и должно быть и верить, что скоро все будет хорошо.

Он вернулся в кабинет, где планировал еще поработать часок другой, но когда вошел, то увидел, что Лиза уже не спит. Девочка сидела в углу дивана, чиркала карандашом в альбоме, пила чай и ела конфеты.

— Привет. Как ты? — с доброй улыбкой спросил Владимир. Он сел рядом с дочерью и смотрел на нее счастливыми и любящими глазами. Мужчина был очень рад, что все опасное осталось позади.

— Все хорошо, пап. — яркими глазами посмотрела на него дочь. Владимир сразу это заметил. Лиза смотрела по-другому, — ее глаза наконец-то улыбались. От этого Владимиру было радостно вдвойне.

— Сильно испугалась? — задавал мужчина детские вопросы.

— Да. — теперь уже серьезно заговорила девочка. — Пока Лена кричала на Лидию Аркадьевну, я заметила, как ко мне идет этот человек. Я боялась пошевелиться, думала, если побегу, то от тут же схватит меня. Он не торопился идти. Он слушал, о чем разговаривают врачи и полицейский. Я смотрела на Лену. Я думала, что может она не такая вредная и в случае опасности заступится за меня. Но Лена не обратила на меня внимания, только Лидию Аркадьевну отчитывала и винила во всем. Но она не виновата. Ты не наказывай ее, пожалуйста. — попросила Лиза.

— Конечно не буду. — ласково произнес отец. — Мы с ней уже виделись и обо всем поговорили. Кстати, завтра мы с ней поедем на тренинг в другой город на два дня. Ты справишься дома одна?

— Ты же меня не первый раз оставляешь. — косо посмотрела на него Лиза. — К тому же, Лена будет как обычно все контролировать. Когда не надо. — ворчливо добавила девочка.

— Не будет. Мы только что с ней расстались. — рассказал мужчина.

— Наконец-то ты сделал это! — воодушевленно и с тем же облегчением сказала Лиза. Для нее это было большей радостью, чем для Владимира.

— Обещаю, что больше не буду искать себе жену. — широко улыбнулся мужчина.

— Нет, пап. Я тут подумала и решила, — я не хочу, чтобы ты из-за меня оставался один. Давай мы просто будем выбирать ее вместе? — предложила Лиза. — Чтобы она подходила и тебе и мне. Не была такой вредной, как Лена, равнодушной и холодной. Такую, которая бы любила нас.

— Если ты этого так хочешь, то… я согласен. — покивал головой Владимир в знак одобрения идеи. — Но начнем это делать чуть попозже.

— Тогда пока советую тебе присмотреться к Лидии Аркадьевне. — намекнула Лиза, грызя карандаш. — Она вроде ничего, к тому же не замужем.

— Я смотрю, вчера вы очень сблизились. — подметил мужчина.

— Просто ей было интересно меня слушать. Еще она сказала, что я могу позвонить ей, когда мне понадобится помощь, а ты будешь на совещании. — Лиза снова начала улыбаться глазами. Только говоря о Лиде, вспоминая о вчерашнем вечере, проведенным с ней за тихим чаепитием девочка начинала оживать на глазах.

Теплые слова Лизы в адрес Лидии заставляли внутри мужчины все шевелиться, а в душе снова начала рождаться надежда и вера в создании крепкой любящей семьи. Был лишь страх, что Лидия со временем раскроется с другой стороны и, возможно, отношения их будут хуже, чем с Еленой. Но думать пока об этом Владимиру не хотелось.

Допив чай, они с Лизой начали собираться домой, где у них было еще одно очень важное дело — ремонт дверного замка́. Лиза привела в порядок стеклянный столик, собрала все свои принадлежности в рюкзак, взяла белого кота.

— Папа, а Лидия Аркадьевна еще здесь? Я хотела бы с ней попрощаться.

— Скорее всего нет. Я отпустил ее домой примерно час назад.

Владимир собрал со стола документы, положил их в свой дипломат, накинул на плечи черный пиджак, и вместе с Лизой они пошли к выходу.

Они вышли из кабинета. Владимир остановился, чтобы закрыть дверь, а Лиза в это время увидела знакомую женскую фигуру после сестринского поста.

— Лидия Аркадьевна! — негромко воскликнула она и быстро сунула кота в руки отца. Лида услышала её и от неожиданности даже вздрогнула, ведь она обещала Владимиру, что уйдёт домой. Лиза подбежала к женщине. Она смотрела на нее большими от радости глазами и широко улыбалась. — Я думала, что вы уж ушли. Я только хотела сказать вам спасибо и до свидания.

Владимир медленно шёл к посту, внутри у него словно все замерло и снова защемило. Он видел улыбку дочери, которую ждал целый год. Лиза стояла рядом с малознакомой женщиной, улыбалась ей и без остановки что-то лепетала. В это мгновение мужчина мечтал только об одном — чтобы остановилось время, и он мог наслаждаться яркими глазами Лизы и её широкой улыбкой как можно дольше.

— Вы сказали, что я могу к вам обратиться за помощью, но не написали мне номер телефона. — с застенчивой улыбкой сказала Лиза.

— Прости, сейчас исправим. — Лида улыбнулась в ответ, взяла на посту старшей медсестры маленький листок, ручку и написала на нем не только свой номер телефона, но и свой адрес. — Не теряй. — протянула она листочек девочке.

Пока Лиза убирала листок в портфель к ним подошёл Владимир.

— Лидия Аркадьевна, кажется, вы обещали мне поехать домой? — припомнить он женщине.

— Я решила доработать. Мне так будет спокойней. — глядя в глаза Владимиру сказала Лида.

— Ничего не желаю слушать. Я вам дал выходной день. Собирайтесь, мы подвезем вас домой.

— Да, Лидия Аркадьевна, давайте мы вас довезем до дома. — вступилась Лиза.

— Ладно, но только ради тебя. — согласилась Лида, обращаясь к девочке.

— Тогда одевайтесь, мы подождём вас на улице. — сказал мужчина.

Владимир с дочерью вышли на улицу. Там ещё сохранялась ночная прохлада. На часах было семь утра. Лида вышла на улицу в платье рубашке без рукавов и моментально продрогла. Мужчина протянул женщине свой пиджак, но она отказалась, прикрываясь тем, что сейчас они сядут в машину. Тогда Владимир быстрее посадил девочек в автомобиль, чтобы они не зябли. Лида села на переднее сидение, а Лиза запрыгнула назад.

— Вы когда-нибудь были в Заречном? — ради приличия затеял разговор Владимир, чтобы ехать было не так скучно.

— Конкретно там нет, а вообще я много, где была. Весь Урал знаю, как свои пять пальцев. — сказала Лида.

— Любите путешествия?

— Да. Они очень хорошо отвлекают от плохих мыслей и проблем.

— А на Бажовских местах были?

— Несколько раз.

— А я так и не съездил, ходя давно хотел. Ещё со школы, когда прочитал книгу о хозяйке медной горы.

— По этому произведению, кстати, сняли очень хорошую сказку. Лиз, советую посмотреть. — обратилась она к девочке. — А на Бажовские места обязательно съездите вместе. Но только осенью. Там особая красота открывается.

Машина завернула во двор высокого многоэтажного дома, построенного из светлого кирпича. В доме было одиннадцать этажей и восемь подъездов, рядом большая детская площадка и облагороженная парковка для автомобилей. Тут и жила Лида.

— Спасибо за доставку. — пошутила Лида. — До свидания.

— Завтра в семь утра я буду стоять на этом же месте. — сказал Владимир.

— Хорошо, до завтра. — взглянула на Владимира Лида.

— До свидания! — крикнула Лиза.

— Пока. — с улыбкой сказала ей Лида, уже закрывая дверь машины. Быстрым шагом она последовала к своему подъезду и скрылась за тяжёлой серой дверью.

— Домой? — обернулся мужчина к девочке.

— Ага. — с нотками грусти из-за расставания с Лидой отозвалась Лиза.

По дороге домой они зашли в продуктовый магазин, ведь Лиза на два дня останется дома одна. Владимир закупил два пакета продуктов, в том числе и кое-что для Лиды по просьбе Лизы.

К восьми они приехали домой. Двадцать минут Владимир воевал с дверным замком. Благо, у него в автомобиле всегда лежала отвёртка, которая и помогла ему победить в этой схватке. Замок теперь нужно было вставить новый, поэтому следующие два часа Владимир провел возле двери.

Лиза сегодня наконец-то не закрывалась в комнате. Она день провела на кухне, готовила отцу картофельное пюре и варила сосиски. Время от времени девочка забегался в комнату, стремясь закончить к отъезду отца пару рисунков.

В этот день жизнь начинала рождаться в их огромной квартире. Лиза ходила туда-сюда, чувствуя свободу от сожительницы отца, и то, что теперь это квартира действительно принадлежит ей. Она не боялась больше переставлять посуду, раскидать подушки на диване в гостиной, оставлять карандаши и кисточки где ей удобно, открыть или закрыть шторы в любое время, как захочет душа.

Владимира переполняла радость оттого, что его дочь начала забывать о своей депрессии и наконец-то стала наполнять этот дом своей улыбкой и смехом, обустраиваться так как удобно ей. С того дня, как Лиза вошла первый раз в этот дом, он целиком и полностью принадлежал ей, и теперь она начинала тут жить, а не ходить тенью.

Следующим днем Владимир проснулся рано. Он уложил в тканевый чёрный рюкзак вещи в поездку, а затем начал одеваться сам. Мужчина выбрал чёрные джинсы, черную футболку и на всякий случай прихватил тёплую кофту тоже чёрного цвета. Кофе он пить не стал. В место этого Владимир решил заехать в кофейню возле больницы, чтобы взять по стаканчику свежего кофе в дорогу себе и Лиде. Он уже завязывал шнурки на кроссовках, когда из комнаты выбежала Лиза. Она очень хотела проводить отца, поэтому специально завела несколько будильников, боясь проспать его отъезд.

— Ты все нужное с собой взял? — заботливо спрашивала Лиза отца.

— Все.

— А еду взял?

— Поем я уже там в кафе, а прямо сейчас заеду за кофе. — он поцеловал дочь в макушку на прощание и взял в руки тяжёлый рюкзак.

— Ты взял для Лидии Аркадьевны шоколад? — проконтролировала Лиза один из самых важных вопросов. Владимир утвердительно кивнул ей. — Можешь ей ещё кое-что передать? — Лиза вытянула вперёд крафтовый конверт, который был перевязан атласной лентой белого цвета.

— Что там? — спросил мужчина, забирая из рук дочери ещё один подарок для женщины. — Мне можно посмотреть?

— Вместе потом посмотрите. — приказала девочка. — Ну давай, пока.

Они крепко обнялись на прощание, Владимир ещё раз поцеловал дочь и сказал, что очень сильно её любит. Лиза ответила ему взаимностью. Она закрыла за отцом дверь, а потом побежала к окну. Девочка наблюдала, как Владимир идёт к своей машине, и когда мужчина поднял глаза в окно, Лиза помахала ему рукой на прощание. Первый раз дочь провожала Владимира так тепло.

Он забросил вещи на заднее сидение, положил конверт Лизы для Лиды перед лобовым стеклом со стороны пассажирского сидения. За кофе мужчина заехал в ту уютную кофейню, где вчера они мило болтали с Лидой. Уже знакомый бариста за пару минут сделал ему два стаканчика свежего капучино и завернул в бумажный пакет два круассана со сгущёнкой.

Лида стояла возле подъезда, когда подъехала машина Владимира.

— Доброе утро. — вышел из машины мужчина.

— Здравствуйте. — поприветствовала в ответ Лида. Они оглянули друг друга и признали, что оба выглядят безупречно. Женщина выбрала для деловой поездки коричневые зауженные брюки, терракотовую водолазку с высоким горлом, белые кроссовки, а за спиной у неё висел небольшой рюкзак горчичного цвета. Волосы её как обычно лежали свободно, они были короткими, поэтому всегда выглядели элегантно, на лоб Лида надела тёмные очки, без которых невозможно ездить в машине на дальние расстояния особенно солнечным летом.

— Садитесь. — мужчина обошёл свой автомобиль и открыл двери для Лиды.

— Благодарю. — ответила женщина, присаживаясь на переднее сидение машины. Сразу в нос ей вдарил аромат свежесваренного кофе. Женщина положила свои вещи на заднее сидение рядом с рюкзаком Владимира, а потом подняла глаза на бардачок. Сохраняя томительное молчание, она ждала ответа от мужчины по поводу красивого конверта и необычного завтрака.

Владимир занял водительское место, пристегнулся и посмотрел на Лиду.

— Я взял для нас кофе в дорогу и по одному круассану. — сказал он.

— Я польщена, но не стоило. — нежно сказала ему Лида. Ей было приятно до глубины души ощущать такую трогательную заботу от Владимира. Они знакомы всего ничего, а он уже сделал для нее больше, чем бывший муж за все пять лет. Игорь ни разу не опекал её так, как Владимир. Он никогда не покупал ей кофе. Он умел делать подарки по праздникам в виде шампуня и геля для душа, умел приносить букеты на день рождения, умел дарить шоколадки раз-два в неделю во время конфетно-букетного периода, но не делал того, что греет её душу по-настоящему.

— Вообще-то я обещал вам два кофе. Теперь я торжественно закрываю свои долги. — пошутил мужчина лишь бы только Лида не отказывалась от утреннего капучино. — Кстати, Лиза вам тоже передала небольшой подарок.

Владимир достал из рюкзака молочный шоколад и протянул конверт.

— Это мне?

— Вам.

— Лично мне?

— Лично вам. — начал смеяться Владимир.

— Спасибо. — Лида взяла из его рук подарок от девочки и не смогла промолчать о своих чувствах. — Так приятно. Вроде едешь по работе, а тут тебе подарок дарят.

Выполнив свою миссию, Владимир тронулся с места и поехал в сторону Заречного. Лида отложила шоколад в сторону, отдав предпочтение красивому, но загадочному конверту. Приятное удивление поразило её с первых минут. Она достала из конверта два рисунка, написанных акварельными красками. На одном женщина увидела себя в профиль в белом халате и униформе, а на другом Лиза изобразила не только Лиду, но и Татьяну. Лида сразу поняла, что Лиза подарила ей вчерашние наброски.

— С ума сойти… — затаив дыхание проговорила Лида. — Это ваша дочь так обалденно рисует?!

Лида не находила слов, чтобы описать то чудо, на которое она сейчас смотрела. Никогда и никто не писал её портреты, пускай даже в профиль, никто не был так к ней внимателен, как эта девочка и этот мужчина.

— Да. Она раньше много участвовала в выставках, а сейчас меньше. В Екатеринбурге конкуренция выше даже на заявку в конкурсе, не то, что на победу. — с гордостью сказал Владимир, не отрывая глаз от дороги.

— Она показывала мне свои рисунки простым карандашом, но я не думала, что она умеет так… — заворожено продолжала говорить Лида. — Вы передайте ей обязательно спасибо. Надо, наверное, ей чем-то ответить. Она столько трудилась.

— Да, теперь я догадываюсь, чем она на самом деле занималась этой ночью. — хитро улыбнулся Владимир. Она знал, сколько времени требует работа над одним рисунком, поэтому у него не было сомнений, что над ними его дочь провела с кисточкой в руках всю ночь.

Лида ещё долго отходила от впечатлений. Она даже думала, где повесит эти портреты и пометила себе, что ей обязательно нужно купить красивые рамки.

Машина уже выехала на федеральную трассу. До Заречного оставалось меньше сорока минут езды. Лида выпила кофе и съела круассан, а Владимир свой съел во время остановки для заправки автомобиля.

— Вам известно, какой у нас план на эти дни? — спросила Лида, когда позади осталась большая половина пути.

— Нет. В министерстве нам ничего не говорили, потому что сами до конца ничего не знали. Это будет ещё один сюрприз. — ответил Владимир.

— А ночевать мы где будем?

— На совещании речь шла о гостинице за счёт министерства. Надеюсь, что их планы не изменились.

Ехать им оставалось ещё двадцать минут. За окном сменялись прекрасные пейзажи горной местности. И Лида не удержалась, чтобы не обсудить Урал.

— А вы в каких местах бывали?

— Да я много, где был, но в основном это были деловые поездки по типу таких тренингов. — поделился мужчина. — В Москве был, в Питере, в Минске, Сочи, Норильске, Ростове и много где ещё.

— А так просто в отпуск куда-то ездили?

— Нет. Я практически не брал себе отпуск. Не было смысла. Я не хочу просидеть тридцать дней дома в одиночестве. Вот, если бы Алина давала видеть дочь, то я бы Лизу каждый год на море возил.

— Зато сейчас у вас есть возможность наверстать упущенное. Во время отпуска увезти на море, а на двухдневные выходные сойдёт и небольшая поездка по Уралу. А Лиза? Она не хотела бы съездить куда-то? — серьёзно спросила Лида. — Это будет ей от меня подарок за рисунки. У нас очень красивое озеро Таватуй недалеко.

— Я признаться, удивлён, что с нашей работой вы успеваете столько путешествовать.

— Просто я от отпуска не отказываюсь. — посмеялась Лида. — Да и в выходной иногда хочется вырваться из каменных стен и духоты города.

Владимир жадно старался запоминать каждое слово женщины. Любой, даже самый маленький и незначительный факт помогает ему узнать Лиду лучше. После неудачных отношений с Алиной и Еленой, мужчина теперь решил подходить к их созданию с большей ответственностью.

— Вы в Екатеринбурге росли? — задавал безобидные вопросы для более глубокого знакомства Владимир.

— Да. — хоть тут не стала ничего скрывать женщина. — Училась в гимназии с углублённым изучением естественных наук, потом в академию поступила, университет, практика. Все это было здесь. Только на другом конце города. А вы тоже городской?

— Нет. — покачал Владимир головой. — Я жил в посёлке. И у меня было, пожалуй, самое настоящее детство. Вместе с друзьями мы строили плот и плавали по нему на пруду, бегали на ферму кататься на лошадях, строили штабы на деревьях.

— Это здорово. — искренне считала Лида, думая, что если бы такое простое детство без нравоучений о женской порядочности и семейных принципах было и у них с сестрой, то их жизнь пошла бы по-другому.

— Я жил с бабушкой. Кто мой отец не знаю ни я, ни кто-то еще. Мама пила страшно, жила в соседней деревне. Бабушке было меня жалко. Она говорила, что особо за мной там никто не смотрел, меня не водили в больницу, я долго не начинал говорить. Поэтому она лишила мать родительских прав и забрала меня к себе. Благодаря ей я сейчас имею то, что имею.

«Но все равно ваша душа поломана из-за равнодушия родителей и их безответственности», подумала Лида, но не стала это озвучивать. Слишком жестоко напоминать человеку о его ранах и ставить психологический диагноз. Она лишь поняла, почему для Владимира настолько важно иметь семью. Но он делает очень много ошибок, просто не понимая, какой должна быть настоящая семья, ведь у него самого её никогда не было. Владимир не знает, какими должны быть отношения между супругами, так как не видел этого в своих родителях. Каждому ребёнку важно иметь двух родителей, которые любят друг друга и ценят, которые умеют идти на компромисс и слышать друг друга, где нет лжи, вранья и рукоприкладства.

Такую же семью стремилась создать и Лида. Мать всю жизнь твердила ей, как правильно строить отношения и какого человека нужно выбирать себе в мужья, но её учения заключались далеко не в любви. Для неё был важен статус и обеспеченность, она говорила, что любовь не так важна, как уважительное отношение супругов друг к другу. Любовь, по ее мнению, можно заменить привязанностью и прожить благодаря этому в браке счастливо. Вот только такая позиция подходила далеко не всем. Возможно, так могли жить расчетливые люди, прагматики, но не романтики. Им была важна та самая настоящая искренняя любовь, когда ты готов спать с любимым человеком голодным и на голой земле, лишь бы только он был рядом. Раньше Лида не понимала, насколько оказывается ей необходима в браке простая любовь.

Машина ехала по узким улицам Заречного в поисках старенького здания, в котором будет проходить тренинг. Навигатор привёл Владимира к набережной Белоярского водохранилища.

Возле двухэтажного здания из белого кирпича стояло много автомобилей, небольшими компаниями толпились люди. Владимир и Лида вышли из машины. Они вместе прошли внутрь, где народу оказалось вдвое больше, чем на улице. На их встретили две милые женщины, занимающиеся регистрацией участников. Они записали данные врачей, выдали им буклет с информацией о тренинге и пожелали хорошо провести время.

Мероприятие планировали провести в большом зале на втором этаже. Владимир и Лида поднялись наверх и пристроились возле окна в конце узкого коридора недалеко от зала. Вокруг было много незнакомых лиц, но среди них на глаза Лиде попались две фигуры. В здание вошли Анна и её супруг Леонид. Их встретили с большим почтением, словно явилась королевская свита, а не простой чиновник из министерства и рядовой хирург первой клинической больницы. Несколько минут они разговаривали с участниками тренинга, их останавливали члены администрации центра повышения квалификации врачей. Лида надеялась, что семейная пара Шадриных пройдёт мимо неё стороной, но, вырвавшись от разговоров они направились прямиком к ней и Владимиру.

— Здравствуйте! — громко и бодро сказал чиновник. — Не могу не поздороваться с вами, Владимир Анатольевич.

— Добрый день. — пожали друг другу руки мужчины.

Анна тоже поздоровалась со своим начальником, и как обещала, промолчала в адрес Лиды. Женщина же моментально отвела взгляд от их пары, разочарованная тем, что уйти никуда не может.

— Рад! Искренне рад вас видеть в такой симпатичной компании. — подметил Шадрин, обращаясь к главному врачу больницы и разглядывая интересную женщину рядом с ним.

— Лидия Аркадьевна, это Леонид Михайлович, — представитель министерства здравоохранения. — решил представить их друг другу Владимир.

— Мы с Лидией Аркадьевной уже знакомы. — сказал Леонид, пристально вглядываясь в образ женщины и стараясь поймать её взгляд, который она старательно продолжала прятать.

— Правда? — удивленно спросил Владимир. — Давно?

— Достаточно, чтобы нас можно было обозвать старыми знакомыми. — тонко намекнул Леонид. — Так, Лидия Аркадьевна?

Он смотрел на нее, как на абсолютное совершенно, испытывая непреодолимое желание взлохматить ей волосы, раздеть и уложить на постель. Женщина за пятнадцать лет не утратила свою изысканность и холодную красоту, которая всегда возбуждала его. Лида старалась не смотреть на Шадрина, но не могла не отметить, что для своих пятидесяти пяти он выглядит очень хорошо. Старый черт старается соответствовать красоте молодой Анны. На нем был надет деловой костюм и красный галстук. В таком одеянии летом ему было жарко, но положение обязывало мужчину носить дорогие и лаконичные костюмы на подобные встречи. Его волосы уже начинали заметно седеть, глаза стали ещё уже из-за нарастающего количества морщин на лице. Он был одного роста с Владимиром, стройный, но далеко не спортивный. Спорт вообще ему всегда был чужд.

Леонид продолжал смотреть на женщину в ожидании ответа. Ему нравилось провоцировать её и напоминать о прошлом, тесно связывавшее их. Лишь Анна не позволила ему морально издеваться над сестрой. Она тут же дернула мужа за руку и попросила пойти к администрации, чтобы заняться деловыми вопросами.

Неожиданно Лида вспомнила сказку о красавице и чудовище. Именно так выглядела пара Леонида и Анны в её глазах. Шадрин был старым чудовищем. Анна же, напротив, была красива внутри и снаружи. Ведь она верила своему мужу, не держала зла на сестру и простила родителей за прошлые прегрешения. Женщина выглядела просто бесподобно в белом облегающем платье, в белом жакете и небольшим клатчем в руках. На ее ушах красовались бриллианты, подаренные супругом на очередную годовщину, на руке был надет утонченный серебряный браслет, а на шее лежало эксклюзивное колье. Лида с сожалением поглядывала на сестру. Она не могла видеть маленькую Анечку рядом с этим мужчиной. Сестра не заслуживает такого мужа подонка. Лида словно чувствовала, что все бриллианты, надетые на Анне, были ей самой чужды. Она с ранних лет нуждалась в простой любви и понимании, а не моралях и деньгах.

— На вас лица нет. — заметил Владимир, когда супружеская пара Шадриных удалилась.

— Вам показалось. — сказала Лида и выдавила из себя кривую улыбку, лишь бы Владимир не стал дальше расспрашивать её.

Но невозможно было женщине скрыть дрожь в своём теле от очередной встречи с прошлым. Оказалось очень тяжело снова ворошить то, что не напоминало о себе пятнадцать лет, что казалось уже забытым и не таким важным, что сейчас будто бы изнутри разрывает душу на части. Хотелось выть от этой боли и от отчаяния невозврата, невозможности все исправить, отмотать время назад. Будь Лида более целомудренной тогда, сказала бы сестре правду о её муже. Тогда бы и жизнь их пошла по-другому. Как сказала ей вчера Лиза — «все было бы хорошо».

Из зала вышла женщина и пригласила всех участников тренинга пройти внутрь. Владимир и Лида заняли крайние места в последнем ряду. Пока врачи рассаживались по местам, Владимир глянул буклет с расписанием тренинга. Их ожидает только теоретическая часть, а о практике, которую так долго обсуждали в министерстве до ночи не было и речи.

— Получается, что мы сегодня и завтра с девяти до пяти будем сидеть на стульях и просто слушать? — уточнила женщина.

— Видимо так. Посмотрите, тут очень интересные темы для обсуждения. — приободрил Лиду мужчина, но она словно не услышала его. Женщина только лишний раз пожалела, что согласилась ехать.

Три часа длился первый блок. Рассказывали действительно интересно, познакомили с разными новыми методами диагностики, правда в устной форме. Ближе к перерыву в мероприятии у Лиды начала болеть голова. Температура воздуха за окном к обеду сильно повысилась, помещение с большим количеством народа все стало походить на баню. Женщина взяла в руки буклет и начала помахивать им перед своим лицом, пытаясь спастись от нехватки свежести. Она не понимала только одного, — как Владимир не обращает внимание на ужасную духоту и продолжает с жадностью записывать в толстую тетрадь каждое слово спикера.

Наконец-то наступил долгожданный перерыв на сорок минут. Участникам тренинга предложили пройти в столовую, чтобы перекусить и отдохнуть. Но мало кто остался в здании. Больше половины народы вышли на улицу в поисках ларька с мороженым и холодной водой. Владимир тоже предложил Лиде прогуляться, но она отказалась, ограничившись только чашкой горячего чая с лимоном в столовой на первом этаже.

— Вижу у вас совсем нет аппетита. — сказал Владимир, присаживаясь за столик рядом с Лидой. — Отчего это?

— Слишком устала. Много новой информации. — соврала женщина.

— Предлагаю после второй части отправится в кафе и хорошо поужинать.

— Обязательно тут проводить все два дня? — задалась вопросом женщина, потихоньку отпивая чай и думая, как можно отсюда сбежать и при этом не получить выговор от начальства.

— Вам не понравился тренинг? — настороженно спросил мужчина, переживая, что сам мог не заметить, как обидел чем-то Лиду.

— Да, мне тут не особо нравится.

— Так в этом причина вашего поникшего настроения?

Лида промолчала. Но и от Владимира не последовало ни слова. Не в его стиле было уезжать в самом начале ответственного мероприятия просто потому, что не интересно и при чем не ему, а коллеге. Меланхоличное настроение Лидии оказалось заразным. Владимиру теперь и самому стало не в радость находится на тренинге, видя грустное лицо женщины. Он бы мог отпустить её, но каким начальником он будет после этого. Мужчина не может позволить Лидии вить из него верёвки, хоть сам признавался себе, что бороться с этим было трудно. Тем и плохи были неформальные служебные отношения между коллегами — всегда приходится выбирать между работой и любовью. Особенно, если служебный роман касается начальника и подопечного. Владимир стоял перед выбором, — оставаться начальником и требовать, чтобы Лида отсидел все два дня, или отпустить её, как поступил бы по велению влюбленного сердца. Ведь, когда хорошо любимому человеку, хорошо и самому.

— Давайте мы доведем до конца сначала этот день. — предложил Владимир. — А потом спокойно все обсудим и подумаем насчет завтра.

Он хотел попытаться совместить в себе строгость начальника и нежность влюблённого мужчины. Он не знал, о чем будет говорить в Лидой вечером, даже не представлял, какой их двух путей ему придётся по итогу выбрать. Сегодня он либо оттолкнет её от себя, либо, жертвуя своим авторитетом начальника, приблизит и завоюет доверие.

В полной тишине они допили чай, думая каждый о своем. Лида о сестре и желании смыться из центра, а Владимир о Лидии и своем авторитете. Когда время подходило к началу второй части тренинга пара врачей поднялась обратно.

Лида положила вещи на стул и, предупредив Владимира, что отлучится буквально на пять минут, вышла из зала. Женщина прошла по узкому коридору на другой конец в уборную. Лида ополоснула лицо холодной водой несколько раз. Она пыталась найти в себе силы выдержать еще три часа занудного монолога оратора, чтобы потом отправиться домой. Уже неважно было, как отреагирует на это ее начальник. Невозможно было молча мириться с происходящим. Лида и так уже слишком много терпела в своей жизни.

— Надо уходить. — сказала Лида, глядя на себя в зеркало. — Уходить из больницы прямо сейчас.

Не для того Лида начала строить свою новую жизнь, чтобы продолжать страдать от встреч с прошлым. Пришлось признать, — начать все с чистого листа в первой клинической больнице у нее не получилось. Выходит, что и смысла оставаться работать тут больше не было. Ко всему прочему просто выбросить скелетов у нее не выйдет, нужно менять сам шкаф. Желание уволиться и переехать в другой город овладело Лидией. На другом конце страны, в большом городе, в коллективе, где её точно никто не знает, она действительно сможет начать жить заново, спокойно и без страха встретить случайно человека, предавшего её или которого предала она.

Женщина вышла из дамской комнаты и, проходя мимо двухстворчатых дверей, за которыми находился лестничный пролет, ее остановила сильная мужская рука. Лида испуганно обернулась.

— Ах, Лида, Лида. — загадочно протянул Леонид ее имя. — Иди-ка ты сюда. — он завел ее за дверь, чтобы никто из посторонних неожиданно их не заметил.

Нежно, но при этом крепко мужчина держал ее за предплечье. Лида начинала судорожно дышать от волнения и только сейчас, когда вокруг них никого не было, она посмотрела в лицо Шадрину. Хитрые, расчетливые и мерзкие глаза смотрели на неё, хрупкую женщину.

— Пусти меня. — спокойно попросила Лида.

— Я по тебе так скучал все эти годы. — тяжело дыша произнёс он. О, если бы не деловая встреча с администрацией центра, не куча посторонних лиц и не жена, он бы не задумываясь выпустил накопившуюся за эти пятнадцать лет страсть и вожделение.

— А я тебя даже не вспоминала. — ответила женщина.

— Да брось, это невозможно. — посмеялся над ней Леонид. — Невозможно, чтобы ты ни разу не вспоминала о нас с Анной. О том как эта наивная девочка когда-то выбрала меня, а не тебя и родителей.

— Гордишься этим? — с ненавистью спросила Лида. — Забрал у меня сестру и наслаждаешься.

— Безумно. — с удовольствием сказал мужчина. — Безумно наслаждаюсь тем, как ты страдаешь. Как жизнь возвращает тебе все бумерангом. А если бы ты тогда согласилась выйти за меня замуж, то мы бы жили с тобой без всяких проблем и потерь. Купалась бы в роскоши и достатке, как Аня сейчас. Был бы у тебя любящий и верный муж, дети, сестра. А ты осталась без ничего. И это так приятно.

Ей было больно. Ужасно больно слушать насмешки именно от него, человека, который так стремительно ворвался в её жизнь, а потом мгновенно забрал самое дорогое. Леонид около года ухаживал за Лидой, молодой и красивой студенткой медицинской академии. Она приглянулась ему на городской научной студенческой конференции. Шадрин умел красиво ухаживать за женщинами, делать дорогие подарки, но Лида строго держалась семейных правил и на первом месте у неё была только учёба. Она долго игнорировала ухаживания Леонида, отказывалась от цветов, украшений, поездок на море. И дело было не только в обучении, но и в разнице возраста. Был бы Леонид ее ровесником, она бы не отнеслась к его ухаживаниям так категорично. Тем более, что намерения его были достаточно серьёзными.

В один из дней ухаживания Леонида прекратились. Он подъехал на своём чёрном дорогом автомобиле к входу в больницу, где начинала проходить практику Лида по его настоятельной просьбе главному врачу. Обычно студентов на таком раннем обучении в медицину пока не принимали, и вся их практика проходила в морге, но исключения всегда были для тех, кто имел связи с министерством. Лида выходила после трудовой смены из больницы и, не к своему удивлению, увидела недалеко от калитки Леонида. Другого выхода с территории больницы не было, поэтому ей пришлось идти ему на встречу. В это время Леонид достал с заднего сидения машины большой букет из красных роз. Мужчина пошёл к ней, поздравил с первым днем практики в больнице и протянул цветы. Лида в своей манере наотрез отказалась принимать от него букет. Ведь любой принятый дорогой подарок обычно обязывает женщину перед мужчиной практически стать для него любовницей.

Они долго спорили из-за этих семнадцати красных роз в прозрачной обертке, и Лида практически одержала верх, чем только сильнее привязывала к себе Леонида. Ему нравились именно такие строгие и волевые женщины. С ней было не просто, временами невыносимо, её принципиальность иногда выводила мужчину из себя, заставляя заглушить обиду алкоголем. И в тот день от него слышались нотки шотландского виски. Он выпил их, чтобы меньше переживать в самый ответственный момент. Сегодня они оба уже смутно помнят, как Леонид после долгих уговоров взять Лиду букет опустился перед ней на одно колено и сделал ей предложение руки и сердца. Любая бы на месте Лиды не задумываясь согласилась выйти замуж за состоятельного и красивого мужчину, который так роскошно ухаживает. И кто бы мог подумать, что такой любой после её отказа станет её младшая сестра Анна.

Леонид знал про Лиду все, начиная от адреса и заканчивая двоюродными родственниками, разбросанными по всей России. После отказа Лида думала, что мужчина будет упорно добиваться своего и не перестанет делать ей романтические предложения возле здания больницы. Но Леонид пошёл ва-банк. Он познакомился с Анной и моментально вскружил ей голову, пользуясь тем, что девушка стремилась вырваться из рамок своей семьи и жить наперекор требованиям и порядкам матери. Леонид забрал её, маленькую девочку под свое подчинение назло той, которую желал.

— Анька каждый день тебя вспоминает. А после того, как ты в больницу эту устроилась, она ждёт, что вы помиритесь. Но сама делать первый шаг боится. Всю свою жизнь она боится тебя, боится не оправдать твоих ожиданий, обидеть. — тяжело дыша ей в шею говорил мужчина. Другой рукой он начал сильно сжимать её за бедро, практически прижав женщину к стене. — У тебя ещё есть время все исправить. Моё предложение для тебя всегда действует.

— Ты слышишь себя? — истерично засмеялась Лидия. — Ты женат на моей сестре. Предлагаешь разрушить вашу семью, а потом начать с ней общаться как ни в чем не бывало? Я понимаю, что ты женился на ней только чтобы меня позлить, но это не значит, что ты так подло можешь с ней поступить. Она любит тебя, дурочка маленькая.

Лида вся напряглась от прикосновений Леонида. Его руки по-хозяйски начали гулять по ее телу. Он посчитал возможным окунуть руку под женскую водолазку.

— Отпусти меня. — пыталась отталкивать его Лида, но он был намного сильнее её. Шадрин навалился на неё всем телом и сильно прижимал к стене, продолжая одной рукой держать женщину за запястье. — Мне больно, выпусти меня. — громче начинала кричать Лида. Мужчина закрыл ей рот широкой ладонью, чтобы она не навлекла на них лишнее внимание.

— Давай сделаем это, Лида. — не отступая от своего вожделения говорил Леонид. Резко его рука оказалась теперь на шее Лидии. Инстинктивно женщина схватила его за предплечье и пыталась от себя отвести.

— Пусти меня, пожалуйста. — попыталась ещё раз тактично попросить его Лидия. Она хорошо знала Шадрина, такой номер с ним точно не пройдёт, но кричать она не решилась. Мужчина вполне мог ударить, ведь ему нравилось изводить женщину и видеть ее испуганные глаза. Страдания Лиды возбуждали его ещё больше.

Он хотел её прямо сейчас и больше не мог себя сдерживать. Шадрин ослабил хватку, приоткрыл дверь, оглянулся, дабы убедиться в отсутствии свидетелей его свидания с Лидой. Но его послабление сыграло против него.

— Отпусти. — пропищала Лида, и приложив все свои силы оттолкнула от себя мужчину.

Он сделал несколько шагов назад, пытаясь схватиться за руку женщины. Глаза Леонида стали полны растерянности и испуга, а потом Лида увидела, как мужчина налетел спиной на перегородку и погнулся.

Все случилось очень быстро. Мгновенно Шадрин исчез с глаз Лиды, стремительно упав в лестничный пролёт со второго этажа на первый.