ГЛАВА ПЯТАЯ

Они покинули отель в воскресенье после ленча. Возвращались на том же вертолете, что и прилетели, — вертолет всю неделю простоял на лужайке. Дот и Гарри вышли проводить их. Гарри пожал руку Максу.

— Счастливого пути, — пожелал он. — Спасибо за все.

— Спасибо вам, — ответил Макс.

Дот крепко обняла Сару и сказала:

— Было очень приятно познакомиться с вами. — Лицо женщины выражало озабоченность. — Я абсолютно уверена, что вы будете счастливы.

«Она жалеет меня, — подумала Сара. — Я вышла замуж за баснословно богатого человека, которого они оба боготворят. Тогда почему она жалеет меня?»

Когда вертолет набрал высоту, через редкие просветы в облачном небе мелькнул внизу маленький отель на скалах и две фигурки. Саре вдруг захотелось побыть здесь подольше, но каникулы, вернее, ее медовый месяц закончился. Она возвращалась в неизвестность с мужчиной, который был ее мужем, но по-прежнему оставался для нее загадкой. Сара и сейчас знала о нем только то, что он рассказал ей во время так называемого интервью.

Да, физически они близки, но и только. Во всех других отношениях они были далеки.

Макс словно отгородился от нее, да и ей было о чем подумать во время этого молчаливого перелета. Однако до приземления Саре удалось узнать о нем еще одну вещь. Внезапно они попали в воздушную яму, и маленький вертолет резко пошел вниз. Сара пронзительно вскрикнула — ее живое воображение нарисовало картину их падения на землю и гибели.

Через несколько секунд вертолет выровнялся, но Сара никак не могла успокоиться.

— У нас все нормально? — выдохнула она.

— Конечно. — Макс наверняка попадал в такие воздушные ямы сотни раз, но для нее-то это было впервые.

— На аттракционах я всегда кричу громче всех, — призналась Сара.

Он улыбнулся ее словам, а Сара подумала: как давно он сам в последний раз вскрикивал от страха?

— Ты никогда не впадаешь в панику, да?

— Только в крайнем случае.

Ей хотелось расспросить Макса, что может испугать его до безумия. Но подспудно Сара знала ответ — больше всего на свете он боится полюбить. Холодный и не теряющий самообладания ни в каких ситуациях. Ничто и никто не может его испугать. Сара нашла свое открытие несколько пугающим.

Последние полчаса полета она пыталась убедить себя смотреть на все проще, поскольку, когда она переступит порог Старого Дома вместе с его хозяином, ей потребуется все ее самообладание и чувство собственного достоинства. Большинство обитателей дома наверняка помнят ее как рыжую журналистку из «Кроникл», которая так бесстыдно вела себя на балу в прошлый уикенд на глазах у половины города.

Выходя из вертолета, Сара подумала, знают ли люди в зеленых комбинезонах, что она жена Макса Веллы, или в их глазах она просто его очередная любовница, летавшая с их боссом, чтобы провести в уединении несколько жарких дней и ночей.

Дверь им открыла домоправительница миссис Томсон. Сара знала ее в лицо. Женщина удостоила Сару холодной улыбкой и сосредоточила свое внимание на Максе.

— Вас ожидает мистер Друитт, — сообщила она.

— Мне нужно перекинуться с ним парой слов, — сказал Макс. Он уже сделал несколько шагов, чтобы уйти, как вдруг заметил, что Сара стоит, не зная, что ей делать — идти ли за ним или оставаться на месте. Он сказал коротко: — Пойдем со мной.

Со мной обращаются, как с маленьким щенком, обиженно подумала Сара. Макс и так посвятил мне слишком много времени в эти последние несколько дней. Теперь, полагаю, мне предстоит подчиняться его приказам... Сара была в нескольких шагах позади него, когда он открыл дверь и вошел в комнату.

— Здравствуйте. Рад вас видеть, — сердечно поздоровался посетитель. — Я принес бумаги, которые вы просили.

— Прежде всего, — прервал его Макс, — позвольте представить вам мою жену.

— Вот это сюрприз!

Макс выдвинул Сару вперед, и энергичный маленький человечек оторопел от изумления. Улыбка сошла с его лица, а глаза удивленно округлились — было очевидно, что он ожидал увидеть кого-то совсем другого, а не Сару.

— Здравствуйте. Рад познакомиться с вами, — произнес он. При этом на его лице без труда читалось: откуда ты взялась и что ты за птица?

— Миссис Томсон проводит тебя в нашу комнату, а я скоро присоединюсь к тебе, — сказал Макс.

Сара повернулась и наткнулась на домоправительницу, замершую позади нее в шоковом состоянии.

— Сюда, пожалуйста, — удалось произнести миссис Томсон после нескольких глотательных движений. Она пересекла холл, Сара следовала за ней. — И когда же это произошло? — спросила домоправительница, не поворачивая головы.

— В пятницу, — коротко ответила Сара.

— Вы вышли замуж за мистера Веллу в эту пятницу?

— Именно так.

— Да... — Очевидно, миссис Томсон временно утратила дар речи. Она молча поднялась по лестнице и открыла дверь одной из комнат. Это была просторная спальня, обставленная старинной мебелью, с кроватью поистине королевских размеров. — Сейчас принесут чемоданы, и я распакую ваши вещи. — С этими словами миссис Томсон ретировалась, явно снедаемая желанием как можно скорее рассказать остальным о новой хозяйке, которая абсолютно не пара их хозяину.

Сара поняла, что очень скоро дом загудит, как растревоженный улей, а вслед за этим новость облетит весь город. Надо поскорей позвонить Бет и матери. На письменном столе у окна она заметила телефон и только было направилась к нему, как в комнату зашел Макс со словами:

— Ну как? Все в порядке?

— Более-менее. Я уже однажды говорила тебе, что чувствую себя Медузой. Наверное, я и есть Медуза, превращающая всех в камень.

— Только на один миг. — Макс улыбнулся.

— Ты думаешь, скоро они выйдут из этого окаменелого состояния? Мистер Друитт чуть не упал, а у миссис Томсон сделалось бесстрастное лицо профессионального игрока в покер. — (При этих словах Макс рассмеялся.) — Можно я позвоню Бет? — спросила Сара.

Последний раз Сара разговаривала с сестрой в четверг. Тогда она еще не знала, что на следующий день станет женой Макса Веллы, но пообещала Бет вернуться в воскресенье и они решат, как им быть дальше. Бет поклялась, что за это время не наделает глупостей.

Набрав номер и слушая гудки, Сара думала, как преподнести свою новость.

— Алло, — раздался в трубке хриплый шепот.

— Бет? — спросила Сара, и тут же голос сестры сорвался на визг:

— Сара? Слава тебе, Господи. Сара! Я молилась, чтобы ты позвонила. Они пришли за Джереми. Он убежал через черный ход и пришел сюда, но они наверняка разыщут его и здесь, и...

— Где он сейчас? — Сара пыталась придумать, как поступить.

— Здесь, в твоей квартире. Господи, если бы ты знала, что они грозятся сделать с ним! И наверняка выполнят свои угрозы. Сара, куда нам бежать?

— Скажи им, чтобы ехали сюда, — раздался голос Макса. Вряд ли он слышал весь разговор, но пронзительный крик Бет в телефонной трубке достиг его ушей.

— Макс сказал, чтобы вы ехали в Старый Дом, — сказала Сара.

— Ты звонишь оттуда?

— Да.

— Мы выезжаем прямо сейчас, — прохныкала напоследок Бет.

Сара опустила трубку на рычаг и посмотрела на Макса.

— Эти негодяи потеряли терпение. Джереми еле улизнул от них.

Выражение лица Макса обеспокоило ее — он усмехался, как судья, выносящий смертный приговор и глухой к мольбам о пощаде.

— Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, — сказала Сара.

— О том, что стервятники начинают слетаться, — ответил он цинично.

Бет не стервятница, а просто женщина, обезумевшая от страха за своего мужа.

— Ты обещал помочь, — напомнила Сара, превозмогая себя. И добавила: — Или мне нужно было потребовать обещание в письменном виде?

— Я дал слово, — резко ответил Макс. — Дуглас Друитт — адвокат. Именно поэтому он здесь. Он должен был встретиться с твоей семьей завтра, но, видимо, это произойдет уже сегодня. Я предупрежу Дугласа, а ты проводи их в библиотеку, когда они приедут.

— Спасибо, — пробормотала Сара.

— Не стоит благодарности. Это часть нашего соглашения.

Все так, но от обиды кровь прилила к щекам девушки, и она наклонила голову, чтобы скрыть от Макса предательский румянец. Он купил ее, а теперь платит по счетам, давая понять, что отработать придется каждое пенни.

Вслед за Максом Сара вышла из спальни и прошла в комнату, из окон которой был виден передний двор, мост и длинная подъездная дорога.

У Джереми была белая «фиеста», заметная издалека, но если, убегая от кредиторов, он улизнул через черный ход, то наверняка добирался до Сариного дома пешком. Значит, сюда они, возможно, приедут на ее машине.

В ворота въехало желтое такси. Сара сбежала вниз по широкой лестнице, пробежала через холл и выскочила на крыльцо в тот момент, когда такси проезжало по мосту. Как только машина остановилась, из нее выскочили Бет и двойняшки. Бет, подхватив на руки Джоша и взяв за ручку Джоанну, устремилась к Саре. Бет выглядела как беженка, вырвавшаяся из зоны боевых действий. Опустив Джоша на землю, она упала в объятия сестры. Дети вцепились в материну юбку, но при этом Джош успел спросить у Сары шепотом: «Ты привезла нам подарки?»

— Привезла, — ответила Сара. — Завтра отдам. — Затем обратилась к сестре: — За вами гнался кто-нибудь?

Бет дрожала, и, скорее всего, от страха, а не от холода.

— Нет, но могли. Они пришли за ним, такси проехало мимо их машины. Нас они не видели, но...

— Теперь все будет хорошо, — заверила ее Сара. — Макс и его адвокат ждут вас, но прежде я хочу сказать тебе кое-что. Я вышла замуж. Я вышла замуж за Макса Веллу, когда мы были в отъезде.

Бет покачнулась, как будто кто-то ударил ее, и заговорила каким-то каркающим голосом:

— Нет. Ты не сделала этого. Не могла сделать. Ты шутишь.

— Поверь, это так, — сказала Сара. Это оказалось последней каплей для Бет. Она издала нечленораздельный звук, но тут раздался ликующий вопль подошедшего Джереми:

— Но это же фантастика! — Его белокурые волосы ниспадали на лоб, блестевший от пота. Он широко и радостно улыбался. — Эй! Когда Бет сказала мне, что ты уехала с Максом Веллой, я подумал, что все наши проблемы могут быть решены, если ты правильно разыграешь карты. Но ты даже вышла замуж за него! Теперь мы с ним одна семья. Как ты умудрилась, умная маленькая сестричка?

— Ты слишком мало знаешь Макса, если думаешь, что им можно манипулировать, — холодно ответила Сара.

— Господи! Я и не собирался пробовать. — Он повторял это всю дорогу до дома. Бет же была как оглушенная — смотрела на Сару отсутствующим взглядом.

В холле их ждал Макс, на его лице не дрогнул ни один мускул. Его неподвижность показалась Саре даже более пугающей, чем какое-либо проявление силы. Здесь же была и миссис Томсон.

— Позаботьтесь о детях, хорошо?

Оказалось, что домоправительница не такая уж бесчувственная. Двойняшки со своими широко распахнутыми глазищами были так хороши и невинны, что миссис Томсон сказала:

— У меня на кухне есть очень вкусные пирожные.

Мне она ничего не предложила, подумала Сара, глядя вслед детям, уводимым улыбающейся домоправительницей.

— Пройдемте в библиотеку, — пригласил Макс. — Нам необходимо обсудить дела. — Они пересекли холл, прошли по широкому коридору с развешенными по стенам картинами, уставленному дорогой мебелью. Джереми, шедший позади Макса, стрелял по сторонам глазами. «Небось рассчитывает, что, будучи женой Макса, я стану для него золотой жилой», — зло подумала Сара.

Он не знает Макса. Макс не станет выручать из беды мужа Бет во второй раз. Сара никогда еще не была так зла на Джереми. Бет тоже оглядывалась по сторонам, но с таким выражением, словно все происходящее — просто безумный сон. Пару раз она даже споткнулась, после чего Сара взяла ее под руку. Бет как загипнотизированная уставилась на золотое кольцо на ее пальце.

Джереми вышагивал по коридору с беспечным видом. Но когда Макс открыл дверь библиотеки и резко обернулся к ним, Джереми инстинктивно отпрянул и съежился. Дуглас Друитт встал из-за стола, а Макс указал Джереми на стул, стоящий с другой стороны.

— Садись, — приказал он Джереми.

Около стены стояла резная деревянная скамья. Сара уселась на нее, потянув за собой Бет. Основное действие разворачивалось в противоположном конце комнаты. Главными героями были двое мужчин, сидящие по обе стороны стола, и Макс Велла, нависающий над ними.

— Мы располагаем некоторыми цифрами. — Адвокат подвинул Джереми несколько листков бумаги.

Взглянув на них, Джереми растерянно открыл рот, а потом начал возмущаться:

— Откуда у вас это? Ведь это конфиденциальная информация.

— Не трать попусту мое время, — произнес с подчеркнутой медлительностью Макс. После этих слов Джереми замолчал и начал листать страницы.

— Ну? — спросил Друитт, и Джереми медленно и понуро кивнул.

Бет была очень бледной, и Саре показалось, что та близка к обмороку. Она обняла сестру одной рукой. Голос Бет был таким тихим, что Саре пришлось читать по губам.

— Что он собирается делать? — Бет имела в виду не Джереми, а Макса.

— Я не знаю, — честно ответила Сара.

Адвокат разговаривал с Веллой, а Джереми, откинувшийся на стуле, выглядел полностью раздавленным.

— С вашими кредиторами свяжутся, и ваши долги будут переведены на Макса Веллу. — Джереми начал бормотать слова благодарности, но Друитт продолжал: — Вы вернете долг на условиях, которые мы обговорим позже. Вам все понятно? — (Джереми закивал головой.) — Вы будете должны мистеру Велле, а мистер Велла не любит безнадежных долгов.

Макс уже говорил это Саре. Джереми поверил ему, как в свое время поверила Сара. Он продолжал и продолжал кивать, а адвокат тем временем достал мобильный телефон. Был воскресный вечер, и все офисы были закрыты, а значит, адвокат звонил по личным номерам. Но как только он называл имя Макса Веллы, его соединяли с нужными людьми. В коротких разговорах он представлял Макса как гаранта.

Отложив телефон, адвокат сказал:

— Что ж, это остановит ваших преследователей.

— Я не могу выразить, как благодарен вам, — сказал Джереми.

— И не надо, — ответил Велла. — Не создавай мне больше проблем и не пытайся сбежать. Потому что нет на земле такого места, где бы ты смог спрятаться от меня или моих людей. В этот день ты пожалеешь, что не остался в руках тех головорезов, которые обещали всего лишь переломать тебе ноги.

Бет, прижавшись к Саре, тихонько застонала, а Сара подумала, что такого места нет не только для Джереми, но и для нее. Они оба заложники Макса.

— Однако, — произнес Макс, — мы можем прийти и к другому соглашению. Я возьму тебя на работу и выплачу половину долга, ты же станешь погашать долг частями таким образом, что у тебя будет оставаться сумма, достаточная для нормального существования.

— Господи! Да, конечно, да! — согласился Джереми с преувеличенным энтузиазмом.

— Но при условии, — продолжил Макс, — что ты и твоя жена будете держаться подальше от моей жены. И никаких попыток связаться с ней со стороны любого из вас.

— Что? — Голос Бет прозвучал сдавленно. Она схватила Сару за руку и крепко сжала, в то время как Сара просто онемела от изумления. Если она сейчас откроет рот, то вряд ли сможет что-нибудь произнести, просто завопит. Сара заставила себя сдержаться, иначе ее брак побил бы все рекорды по краткосрочности.

— Я полагаю, что вопрос решен, — продолжал тем временем Макс. — Теперь вы можете спокойно вернуться домой, машина ждет вас. Только к себе домой, а не в квартиру Сары.

Адвокат встал со своего места, вслед за ним поднялся Джереми и направился к выходу, где жались друг к дружке Бет и Сара. Подойдя, он взял Бет за руку, а вторую руку, которая заметно дрожала, положил Саре на плечо. Его голос срывался — может быть, он впервые осознал, сколько бед причинил Бет и Саре.

— Береги себя, Сара, — произнес он хрипло. — Мы знаем, как много ты всегда делала для нас, и понимаем, что делаешь сейчас.

В этот момент на них упала тень Макса, и рука Джереми сползла с плеча Сары, будто Макс сбросил ее.

Друитт придержал дверь для Джереми и Бет. Бет плакала, а Джереми, выходя, бросил на Сару беспомощный взгляд.

— Не забудьте забрать детей, — крикнула Сара им вслед. Затем обернулась и оказалась лицом к лицу с Максом. Голосом холодным и звонким, как льдинка, она спросила:

— Я могу понять, что ты не намерен затруднять свою жизнь их проблемами, но неужели ты с самого начала решил разлучить нас? Держать меня подальше от моей семьи?

— А почему бы и нет? — спросил Макс, растягивая слова. — Болтон — прирожденный мошенник, а твоя сестра — прирожденная жертва.

— Ты думаешь, я этого не знаю? — Слова с трудом вырывались сквозь крепко сжатые зубы. — Тем более, что они — это уже второе поколение. Мой отец тоже был мошенник, а легковерная мать по сей день витает в облаках. Кем при них вырастут двойняшки? Джош будет бесхарактерным и слабовольным, а Джоанна, наоборот, станет жадно ловить удачу. — Сара старалась говорить спокойно, несмотря на клокочущую в ней ярость. — Мы так не договаривались, — закончила она.

— Да, не договаривались. Это было одно из моих импульсивных решений, крайне редких, кстати сказать. Когда я увидел Болтона и Бет, вцепившуюся в тебя, как пиявка, я подумал, что такое дополнительное условие будет забавным.

— Забавным? — прошипела Сара.

— И поучительным. Пусть поймут, что ты делала для них все эти годы и какую цену заплатила.

— Но это же шантаж.

— Это они шантажисты. А ты всегда была простофилей. Я предложил им хорошую сделку.

— Бет не согласится на это. — Бедная Бет, ей предстоит сделать трудный выбор — сестра, чья поддержка ей необходима, или мужчина, которого она любит.

— Может, заключим пари? — ухмыльнулся Макс, и Саре отчаянно захотелось расколотить что-нибудь очень ценное из его коллекции. Например, сбросить на пол старинный глобус и попрыгать на нем.

— Я бы не прочь освежиться после поездки, — холодно сказала она.

— Конечно. Между прочим, Дуглас останется обедать и ночевать.

При этих словах Сара застыла в дверях.

— Я с нетерпением ожидаю обеда с Дугласом, — сказала она. — Он наверняка задается вопросом, где ты нашел меня — представительницу такой замечательной семьи. Я оказалась совсем не той, кого он ожидал увидеть при твоих словах: «Познакомься с моей женой...», не правда ли? Бедняга думает, какой же отвратительный выбор ты сделал.

От ярости у Сары перед глазами плыли красные круги. Когда она закончила свою тираду, красный туман рассеялся, и она увидела лицо Макса. Это зрелище заставило ее пулей вылететь из комнаты. Она зашла слишком далеко в своих комментариях. Сара успела заметить, как заходили желваки на его скулах, но не почувствовала удовлетворения, выиграв этот словесный поединок.

Сара без проблем добралась до спальни, пройдя по огромному дому, хозяйкой которого она стала — не на деле, только на словах. Вначале она не увидела ничего из своих вещей, но потом нашла свою одежду в стенном шкафу в туалетной комнате, примыкающей к спальне. Одежда была аккуратно развешана, а нижнее белье разложено по ящикам комода.

Она боялась предстоящего обеда, где придется сидеть за одним столом с Максом, который был зол на нее так же, как она на него, и адвокатом, ставшим свидетелем ее унижения. Какой непринужденный застольный разговор могут вести они втроем? О погоде? О еде? Друитт наверняка спросит, чем она занималась до замужества. Он не станет задавать никаких личных вопросов после встречи с Джереми и Бет, но его глаза-бусинки будут неотрывно следить за Сарой.

Еще никогда в жизни Сара не чувствовала себя такой одинокой. При всех своих недостатках мать и сестра любили ее не меньше, чем она их, но Макс никогда не поймет этого. Любовь не трогает его, и он не приемлет человеческих слабостей. Если Сара когда-нибудь выкажет при нем слабость, она не дождется его сочувствия. Она вышла замуж за мужчину, не умеющего прощать, а значит, должна быть сильной, чтобы выжить.

Сара приняла душ, переоделась и прилегла на кровать. Она была слишком возбуждена, чтобы уснуть, но решила попробовать хотя бы расслабиться. Она услышала, как открылась дверь, и почувствовала, что Макс находится в комнате, однако продолжала лежать неподвижно. Слышны были его шаги, хотя Макс всегда передвигался бесшумно как зверь, кроме того, пол в спальне был покрыт темно-красным персидским ковром, но в своем воображении Сара следовала за ним повсюду.

Она ясно представила Макса в ванной: вот он, обнаженный, стоит под душем, и вода каскадом стекает по его голове, плечам, спине, плоскому животу и длинным мускулистым ногам. Вот насухо вытирается полотенцем... Сара знала каждый дюйм его тела. Но ее познания ограничивались только телесной оболочкой и не распространялись ни на йоту глубже. Однако даже сейчас, притворяясь спящей, она чувствовала возбуждение, представляя каждое его движение.

— Ты спустишься вниз или хочешь, чтобы тебе принесли обед сюда? — Макс говорил тихо, словно не хотел будить ее, хотя точно знал, что Сара не спит. Она открыла глаза, но не стала смотреть на него.

— А что подумает твой ручной адвокат, если я не спущусь к столу? — проворчала Сара. — Что я боюсь встретиться с ним лицом к лицу? Что пребываю в дурном расположении духа?

— Это не твой стиль, — в голосе Макса слышались насмешливые нотки. — И не стоит переживать из-за ошарашенного Дугласа. Он сталкивался с куда большими негодяями, чем муж твоей сестры.

— Но эти негодяи не были твоими зятьями.

— Брат Дугласа был уличен в мошенничестве на много миллионов фунтов стерлингов, когда занимался строительством центра досуга, и осужден на пять лет.

— А Дуглас был?.. — ахнула Сара.

— Замешан? Нет. И я не был замешан, если тебя это интересует. Поэтому Дуглас хорошо знает, что такое черное пятно на репутации семьи. А Джереми... Он даже не паршивая овца, а так... слегка запачкавшийся ягненок.

Услышанное сделало адвоката в глазах Сары более человечным, и перспектива провести несколько часов в его компании перестала казаться ей столь уж суровым испытанием. Она встала с кровати, и в этот момент Макс сказал, протягивая ей плоскую черную кожаную коробочку:

— Выбери что-нибудь из этого.

Открыв коробку, Сара охнула и отпрянула.

— Ух ты! А они настоящие? — Но ответа и не требовалось — на черном бархате камни переливались как белый огонь. Три кольца. Разной формы, но все с бриллиантами: в центре большой камень — овальный, круглый и квадратный — в окружении мелких камней. Сара безмолвно взирала на них, прекрасно понимая, что это не подарок, а просто знак отличия жены Макса Веллы.

— Если тебе не нравится ни одно из них, завтра сможешь посмотреть другую коллекцию, — произнес Макс.

— Можно я возьму вот это?

— Выбор за тобой.

Сара сама надела кольцо на палец. До этого момента у нее было только обручальное кольцо, и она помнила, как странно чувствовала себя, когда Макс надевал его ей на палец. Он сказал тогда, что у нее еще есть возможность уйти, но кольцо на пальце свидетельствовало о том, что назад пути нет.

Ей потребуется время, чтобы привыкнуть к тяжести и сверканию бриллиантов на пальце. Уже сидя за столом в компании Макса и Дугласа Друитта, она наблюдала, как переливается камень в свете ламп. Он ослепительно вспыхивал при малейшем движении руки.

Как тихо и спокойно в этой комнате... На окнах висят тяжелые парчовые портьеры, будто защищая от плохой погоды и волны сплетен по поводу женитьбы Макса Веллы. Несколько раз Сара слышала, как где-то далеко звонит телефон, но их никто не тревожил.

Вначале она особо не прислушивалась к разговору за столом, думая о том, как быть с Бет и детьми. Мужчины тем временем обсуждали лошадей из конюшен и какого-то тренера. Затем вспомнили о несчастном случае в Гималаях, который произошел с одним их знакомым, чье имя ничего не говорило Саре. Но потом заговорили об археологических раскопках, с которых адвокат только что вернулся, и Сара стала с интересом прислушиваться.

— Это мое хобби, — пояснил Друитт извиняющимся тоном. Сара не могла себе даже представить, что у этого человека может быть хобби, предусматривающее тяжелый физический труд, например рытье земли. Сарино воображение нарисовало перепачканного адвоката, и она не удержалась от улыбки.

— Наверное, мне бы тоже это понравилось. — Сара наклонилась к нему, и адвокат, увидев сияющие глаза — янтарные в мелкую зеленую крапинку — на прелестном лице молодой женщины, пригласил:

— Буду рад взять вас с собой. В апреле...

— Я думаю, ничего не выйдет, — перебил его Макс. — Сара будет очень занята в обозримом будущем.

— Конечно, я все понимаю, — поспешил согласиться Дуглас Друитт.

«Я тоже все понимаю, — раздраженно подумала Сара. — Я должна отработать каждое вложенное пенни». До самого конца обеда она сидела с вежливым выражением лица и улыбкой на губах, старательно скрывая свое негодование. Но как только адвокат удалился в отведенную ему гостевую комнату, а они с Максом оказались наедине в своей спальне, Сара не выдержала:

— Почему я не могу поехать в апреле на раскопки?

— Потому что ты моя жена и нужна мне здесь.

— Двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю?

— Согласно нашему брачному контракту.

— Согласно нашему брачному контракту ты должен был выплатить долги моей семьи — ты сделал это, но на условиях, о которых мы не договаривались. Я не представляла себе, что всю оставшуюся жизнь мне предстоит исполнять твои приказы.

— Ты несколько драматизируешь.

Он разговаривал с ней как с ребенком, и Сара взорвалась:

— Для меня весь сегодняшний день был исполнен драматизма. Когда ты пригрозил Джереми чем-то похуже переломанных ног, если он попытается скрыться от тебя, не уплатив долгов, это прозвучало как угроза и в мой адрес. Что ты задумал? Свернуть ему шею? Сломать хребет? Чтобы сразу уложить в гроб, а не сажать в инвалидное кресло, да?

— Ты имеешь в виду убийство? — Он откровенно насмехался над ней, но Сара уже не могла остановиться.

— А ты можешь совершить убийство?

— Большинство людей может.

— Я — не могу.

— Будем надеяться, что тебе не придется проверить свое заявление на деле. — Макс явно не воспринимал их разговор всерьез, и Сара решила, что глупо задавать подобные вопросы. Она холодно спросила:

— Какие еще правила я обязана соблюдать?

— Во-первых, не кокетничай с Дугласом. Как и подавляющему большинству мужчин, ему льстит, когда очаровательная женщина флиртует с ним.

Саре потребовалось несколько секунд, чтобы восстановить дыхание.

— Я не флиртовала с ним.

— А как же тогда называется то, что ты делала во время обеда?

— Я... я просто задавала вопросы, потому что мне действительно было интересно.

— Если ты не осознаешь, как действуешь на мужчин, то ты просто идиотка, — произнес Макс, растягивая слова. — Но с этого момента любой мужчина, клюнувший на твое кокетство, будет еще большим идиотом.

Сара разразилась неестественным смехом.

— О, я уверена, что они все понимают это. Мало кто рискнет посягнуть на твою собственность.

— Во всяком случае, не больше одного раза, — бросил Макс и ушел в гардеробную, закрыв за собой дверь.

Он даже не стал отрицать, что считает ее своей собственностью. Саре предстояло играть только по его правилам. Если же она попробует отстаивать свои права, во что тогда превратится ее жизнь? Разве сможет она бороться, если уже сейчас чувствует себя измученной и почти побежденной?

На столе зазвонил телефон. Сара медленно подняла трубку и ответила:

— Алло.

— Миссис Велла? Миссис Макс Велла?

— ...Да. — Она впервые откликалась на это имя. Насколько привычнее было бы сказать: «Сара Солуэй слушает».

Голос в телефонной трубке был женский, хрипловатый.

— Коси траву и суши сено, пока светит солнце, дорогая. Тебе предстоит долгая и холодная зима.

На том конце провода наступила тишина, и Сара сказала в мертвую трубку:

— Кто бы ты ни была, дорогая, ты прочла мои мысли.

В этот момент первые снежинки ударились об оконное стекло.

Загрузка...