Лори Фостер Удачный контракт

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Вот идеальная женщина, которая родит ему ребенка.

Тони Остин придирчиво разглядывал Оливию, в который раз уже изучая черты ее лица, оценивая фигуру. Конечно, она не красавица, но этого и не требуется. Оливия по-своему привлекательна, и вдобавок уравновешенна, уверена в себе.

Как всегда, она выглядела элегантно. Простое черное платье и черные туфельки. Ничего броского, лишнего. Да, впрочем, и это не столь важно. Решение принято.

С Оливией Андерсон, коллегой по бизнесу, он знаком вот уже три года. В их отношениях не было и нет ничего личного — и он намерен сохранить сложившееся положение.

Всего пару дней назад она явилась к нему с предложением расширить дело, то есть открыть магазин дамского белья в еще одном отеле из сети «Корона Остина». Он до сих пор не дал ответа, но обязательно ответит. Сегодня. А потом сам задаст один вопрос.

Тони Остин потер виски, пытаясь унять непонятное волнение. Что это с ним? Он готов согласиться!

Оливия улыбнулась. Весь этот вечер Тони внимательно наблюдает за ней. Почему? Причина одна. Ощущение близкой победы горячило кровь.

Вот и сейчас он неотрывно смотрит на нее. На его губах играет легкая, чувственная улыбка, которая, Оливия прекрасно знает, пробудила бы чувства любой одинокой, и даже не слишком одинокой, женщины. Но чувства Оливии Андерсон пробудит только новость, которую она жаждет услышать.

Ее жизнь — это ее бизнес, и у нее нет ни времени, ни желания на что-либо еще. Да и у него, без сомнения, тоже. Ей прекрасно известна репутация Тони. Ходили упорные слухи, что он покорил не одно женское сердце. И даже более того — все женщины, якобы попавшие в его сети, в один голос заявляли, что Тони — выдающийся любовник. Оставалось лишь гадать, так ли это. По крайней мере, с ней он весьма осмотрителен. И никогда не упоминает о своей личной жизни…

Она остановилась в нескольких дюймах от него, высокая, к тому же еще и на каблуках, и посмотрела ему в глаза. Здесь, у балконной двери, кроме них, никого не было. Оливия подняла свой бокал содовой в шутливом салюте.

— Тони!

— Привет, Оливия. — Голос его звучал глуше обычного, взгляд был полон решимости. — Тебе здесь нравится?

Что-то в его вопросе насторожило ее. Она еще раз осмотрела заново отделанное помещение, изображая повышенный интерес, которого вовсе не испытывала. Этот прием устроен в честь завершения ремонта отеля в центре города, ремонта, откладывавшегося десятилетиями. Теперь, отделанный и обставленный дорогой мебелью, он будет достойно конкурировать с другими отелями, обслуживая клиентов, которых не остановят высокие цены.

— Все очень мило, Тони.

Его ленивая улыбка стала еще шире, взгляд, словно сверлил ее.

— Не думаю, что ты пришла повеселиться. Похоже, тебя что-то беспокоит. — Он слегка наклонил голову. — Все тревожишься по поводу своего бизнеса?

Оливия проглотила свой импульсивный ответ вместе с остатками содовой в бокале. Потом проводила взглядом проходившую пару и проговорила:

— Меня интересует, принял ты решение или нет. Конечно, этот прием — не лучшее место для подобных разговоров, но… — Она повернулась к Тони. — Не изволишь ли просветить меня?

Тони довольно усмехнулся и пропустил вопрос мимо ушей.

— Не хочешь ли еще что-нибудь выпить?

— Нет, спасибо, — откликнулась она.

— На сегодня достаточно?.. Впрочем, я тоже не пью. Слишком многие коллеги выпивают — должен же кто-то оставаться трезвым, чтобы присмотреть за ними.

— И никогда себе не позволяешь?

— Изредка бокал вина за обедом.

— А я трезвенница.

— Личные причины?

Она кивнула.

— Очень личные. Ненавижу алкоголь.

— Возможно, при случае расскажешь мне — почему?

— Возможно.

Тони замолчал. Похоже, теперь больше всего его интересовали ее жемчужные серьги.

— У тебя есть пятилетний план, Оливия? Или ты стремишься к более отдаленной, великой цели?

Тони явно демонстрирует интерес, которого не проявлял раньше, и это может означать только одно — одобрение ее деловых качеств. А его мнение дорогого стоит. У него есть чему поучиться.

Говорят, за три года, прошедшие после смерти отца, Тони вдвое расширил сеть отелей «Корона Остина». Под его руководством эти весьма заурядные гостиницы превратились в шикарные отели. Теперь бизнесмены стремились проводить деловые переговоры на высшем уровне только в отелях «Корона».

Служащие любили Тони Остина и даже гордились своим выдающимся боссом. Портреты пионера делового мира и владельца одной из наиболее быстро растущих сетей фешенебельных отелей регулярно появлялись в различных журналах. Отели «Корона Остина» можно было найти по всей стране, а, вскоре, вероятно, и по всему миру.

Оливия наблюдала, как Тони прислонился к стене; впечатляющую ширину его плеч не скрывал даже элегантно сшитый черный смокинг. Да, этот мужчина прекрасно сложен, признала она. В свои тридцать с небольшим лет он обладает большей энергией и целеустремленностью, чем любой из ее знакомых. Темная прядь густых волос упала на его бровь, зеленые глаза внимательно оглядывали ее.

Оливия улыбнулась.

— Конечно, у меня есть план. Очень обстоятельный план. Если хочешь, изложу во всех подробностях.

Тони жестом подозвал официанта.

— Мы с мисс Андерсон будем во внутреннем офисе. Пожалуйста, принесите нам выпить, только безалкогольного, и постарайтесь, чтобы нас не беспокоили без крайней необходимости.

Официант кивнул, забрал их пустые бокалы и удалился. Оливия ощутила легкую нервную дрожь. Он готов уступить ей! Она не ожидала такого развития событий. Во всяком случае, того, что Тони захочет обсуждать дела сегодня, именно сегодня.

Взяв ее за руку, Тони начал пробираться сквозь толпу. Некоторые из собравшихся заметили это, но Оливия игнорировала любопытные взгляды. Об Остине всегда ходили слухи. В конце концов, он — преуспевающая местная знаменитость и всегда найдутся желающие покопаться в чужой личной жизни. Впрочем, здесь, в Виллоубруке, штат Индиана, в родном городе Тони, никто из хорошо знающих Остина не придает значения подобным сплетням.

Оливия мысленно репетировала свою речь, подбирала наилучшие, самые убедительные слова, способные склонить Тони на ее сторону. Она все еще размышляла, сможет ли с его помощью осуществить свой план.

Значит, именно в этих стенах она получит тот шанс, которого ждала всю жизнь. Все, что она имела и к чему стремилась, — это ее бизнес. Наблюдать, как растет и расширяется ее дело, означало жить той жизнью, о которой она мечтала.

Тони закрыл дверь и прислонился к ней. Забавно, но до сегодняшнего вечера он и не замечал, как мила бывает Оливия Андерсон, когда возбуждена, когда улыбается…

Сегодня она завила свои рыжеватые волосы, и они волнами спадали ей на плечи. Впрочем, и с прямыми волосами Оливия всегда выглядит элегантно. В этой женщине больше стиля и класса, чем в любой другой. А в карих глазах ясно читается сильный характер и… страсть. Страсть к работе, конечно.

Он шагнул от двери и включил единственную лампу, которая едва осветила обширное помещение. Пусть это проявление трусости, но ему приятнее полутьма, в которой можно спрятаться, делая свое предложение.

— Ты была когда-нибудь замужем, Оливия?

Оливия застыла, в глазах мелькнуло недоумение.

— Нет. И в ближайшем будущем ничего подобного не планирую, — покачала головой она. — Моя работа — моя жизнь. И я довольна этим.

Тони опустился в кресло напротив, задумчиво почесывая подбородок. Хотя именно этого ответа он и ожидал от нее, легкое беспокойство все же кольнуло его. Неправильно, что такая женщина, с ее достоинствами, с ее умом и характером, ведет одинокую жизнь.

— Сколько тебе лет?

Она моргнула, но четко ответила:

— Двадцать шесть. Фактически мой пятилетний план только начал вырисовываться в прошлом году. К тридцати годам, надеюсь, у меня будет весьма серьезное дело с еще тремя-четырьмя магазинами…

Он отмахнулся.

— Ты не оставляешь в своей жизни места для мужа, детей или других личных планов?..

Нахмурившись, Оливия настороженно взглянула на него. Конечно, нужно немного сбавить натиск, дать ей время. Но вся беда в том, что Тони никогда не отличался терпением. Если он что-то хочет, то хочет сейчас.

А он хочет ребенка.

Тони подался вперед и взял Оливию за руку, но она инстинктивно отпрянула и нахмурилась.

— Не понимаю, зачем задавать подобные личные вопросы. Я полагала, ты доволен нашим сотрудничеством…

— Более чем. Твои два магазина приносят прибыль и моим отелям. Не вижу препятствий для расширения дела.

Оливия облегченно выдохнула и одарила Тони очаровательной улыбкой.

— Именно это я и хотела услышать. Признаюсь, однако, ты удивил меня своими расспросами. Конечно, важно знать и понимать своих партнеров, не сомневаться, что они не забросят вдруг свой бизнес. Однако…

— Я хочу ребенка, — мягко перебил ее Тони.

Оливия замерла с открытым ртом, глаза ее от удивления округлились. Да, у нее милый ротик и губки мягкие и полные. А за ними прячется язычок, розовый и влажный… Кроме того, у нее замечательная кожа, что, конечно, плюс, не говоря уже о превосходном здоровье.

Оливия, наконец, прокашлялась и с нервным смешком проговорила:

— Мне почему-то кажется, это анатомически невозможно.

— Возможно, если я найду женщину, которая выносит моего ребенка.

Стук в дверь спас Тони на какое-то время от необходимости что-то объяснять. Он дождался, пока официант уйдет, плотно прикрыл за ним дверь и снова посмотрел в глаза Оливии.

— Я хочу заранее уверить — это не имеет отношения к твоему бизнесу. Третий магазин — твой при любых обстоятельствах. Я подпишу бумаги в понедельник утром, и курьер доставит их тебе.

Рот Оливии открылся и закрылся дважды, прежде чем она смогла пробормотать «Спасибо».

Тони налил стакан содовой и протянул его Оливии.

— Как уже сказано, я хочу ребенка. Сейчас у меня прекрасные сотрудники, которые сами могут вести дела, так что мне нет необходимости проводить столько времени в офисе. Я могу дать растущему малышу все, что нужно, но при этом не избаловать его. Я приложу все усилия, чтобы воспитать в малыше твердые убеждения…

Оливия подалась вперед и дотронулась до его руки.

— Не сомневаюсь, что из тебя получится превосходный отец, Тони.

— Спасибо.

— Не за что. Но какое отношение все это имеет ко мне?

— Какое?.. Я хочу, чтобы матерью была ты!

Реакции, что последовала за этим, он ожидал меньше всего. Оливия прикрыла рукой рот и после долгой паузы разразилась почти истерическим смехом. Тони вскочил, схватил ее за плечи, приподнял.

— Оливия! С тсбой все в порядке?

Она затрясла головой и зашлась в очередном приступе хохота.

— Разве я выразилась недостаточно ясно? Разве не сказала, что моя жизнь — это мой бизнес? Я не могу выйти замуж и определенно не могу…

— Замуж? Упаси Господи, я и не собираюсь жениться на тебе! — Сообразив, как двусмысленно это звучит, Тони поспешил объяснить: — От тебя требуется только выносить моего ребенка. Как только родишь, ты вольна делать все, что пожелаешь. Я прослежу, чтобы ты переехала в другое место — по твоему выбору, но тебе, конечно, придется переехать. Я не желаю никакого вмешательства в воспитание ребенка, и мы оба не хотим скандала. Думаю, тебе подойдет Северо-запад.

— От меня требуется?..

— Только выносить ребенка! — Тони, по-прежнему держа ее за плечи, почувствовал, как она напряглась, задрожала всем телом. Он заставил себя опустить руки. — Существуют специальные методики, позволяющие оплодотворить женскую клетку без полового контакта. Все будет…

Она дернулась, словно он ударил ее.

— Я неясно выразился, да? — Он провел рукой по волосам, потом пожал плечами. — Черт, впервые я не чувствую уверенности, излагая деловое предложение. А это именно так, Оливия! Мы заключаем контракт. — Он подождал, но она продолжала хранить молчание и смотреть на него расширенными глазами. — Что ты думаешь об этом? Скажи хоть что-нибудь.

— Я бы сказала. Но у меня нет слов. Он кивнул и глубоко вздохнул.

— Конечно, нужно время все обдумать.

— Именно так — нужно время, а сейчас уже почти полночь. Я работала весь день и завтра утром собиралась зайти в офис. — Ее голос задрожал, и она снова села в кресло.

Тони вздохнул с облегчением. Она не закричала о сексуальном домогательстве, не бросилась вон из комнаты. Нет, следует отдать Оливии должное, она — разумная женщина. И именно это ее качество нравилось ему больше всего.

— Во-первых, ты устраиваешь меня во всех отношениях, Оливия. Не как жена, не в плане личных отношений, но как донор. Твой интеллект временами поражает меня. Твои достижения, несмотря на совсем не легкую жизнь…

— Что именно ты знаешь о моей нелегкой жизни? — выдохнула она.

Вот в чем дело! Судя по упрямо выставленному вперед подбородку, он уколол ее самолюбие.

— Я провел расследование. Просто послушай меня, и ты поймешь, насколько оно было необходимо. Я знаю, что твои родители, принадлежавшие к среднему классу с очень умеренным доходом, погибли в результате несчастного случая во время наводнения, тебе было тогда только шестнадцать. Я знаю, что ты окончила полный курс в колледже, не оставляя работы, что ты достигла всего собственным трудом, не получая ни малейшей помощи от семьи или друзей. Фактически у тебя нет настоящей семьи и, насколько можно судить, близких друзей. — Тони понизил голос. — Ты никогда не встречалась с мужчинами — по крайней мере, продолжительное время — и занимаешься только своим бизнесом. У тебя весьма замкнутый образ жизни. Ты явно экономишь деньги, откладывая их на будущее. В обществе ты появляешься только ради бизнеса. — Он замолчал, почувствовав некоторое раскаяние.

— Как тщательно ты все проработал, — усмехнулась Оливия.

— Мне необходимо было убедиться, что ты подходишь. Пожалуйста, попытайся понять. Мне не нужна женщина, которая после зачатия вдруг решит, что хочет сохранить ребенка, меня или нас обоих. Все, что я узнал о тебе, подтверждает — ты абсолютно не заинтересована связывать себя детьми ни сейчас, ни в обозримом будущем. Правда?

Она отвернулась и устремила взгляд на стену.

— Правда. — Потом, нервно вздохнув, снова посмотрела на Тони. — Но я не заинтересована и выбрасывать из жизни целых девять месяцев. Беременность нарушит все мои планы, не говоря уже о моей репутации. Сплетням не будет конца.

— Не совсем так. То есть совсем не так, если я выполню твой пятилетний план за год. Ты найдешь свой бизнес в наилучшем состоянии, на что ты даже и не надеялась. И потом, тебе придется немедленно уехать отсюда, а уж вескую причину для долгого отсутствия я как-нибудь придумаю. — Она покачала головой, словно не доверяя, но Тони уже не колебался: — Я настроен очень серьезно! Я могу позволить себе иметь ребенка. Немедленно! Мой день рождения четырнадцатого ноября. Через неделю. К следующему дню рождения я хочу держать на руках своего малыша. Мне будет тридцать пять. Это определенный рубеж. Я достаточно молод, чтобы возиться с малышом, но и достаточно зрел, чтобы принимать стоящие решения касательно его будущего. Она окинула его недоверчивым взглядом.

— Но если ты так сильно хочешь ребенка, почему бы тебе не жениться и не родить ребенка общепринятым способом? И почему, в конце концов, я?

Она не отказывалась продолжать разговор, и у Тони несколько отлегло от сердца. Это добрый знак. Он победит. В конце концов, все преимущества у него: он — мужчина и более искушен в деловых переговорах.

— Видишь ли, вести бизнес, добиваться делового успеха, пользоваться уважением коллег — это одно, воспитывать же собственного ребенка — совсем другое. Мои брат и сестра не слишком погружены в бизнес, но у них чудесные, милые, прекрасные дети. А это, поверь, большее достижение, чем все мои прибыли. Я тоже хочу детей. — Он задумчиво посмотрел на нее и добавил: — Я хочу, чтобы меня любили, как любят их. Искренне, без всяких условий.

— Но почему без жены?..

— И мой брат, и моя сестра — они нашли свои половинки. Эти люди словно созданы друг для друга. Во всем советуются, поддерживают друг друга, радуются вместе. Искренне радуются. Иногда кажется, что они даже думают вместе. Поразительно! Временами я даже ревную. Это просто невероятно! И теперь я не удовлетворюсь меньшим. Но я до сих пор так и не встретил подходящую женщину, и, сказать по правде, уже устал искать. Большинство женщин не выносят, что я посвящаю столько времени работе. Если же они сами занимаются бизнесом, то целиком поглощены кабинетными играми, политикой компании, самоутверждением в созданном мужчинами и для мужчин мире корпораций. У таких нет времени для меня, тем более для ребенка. — Он заметил, как вспыхнули ее щеки. — Оливия, я не хочу никого осуждать. Женщинам намного труднее в этой жизни. Понимаю твое стремление быть впереди. До недавних пор я стремился к тому же.

— Пока твой бизнес не перестал требовать твоего постоянного присутствия.

— Именно так. — Не хватало только извиняться за свои достижения! — Ты сама знаешь, что у успеха есть и обратная сторона. У меня постоянное чувство, что женщины прежде всего оценивают мой банковский счет, а не меня самого.

Оливия вытаращила глаза.

— Неужели ты не представляешь, насколько привлекателен? — Она взмахнула рукой. — Насколько… насколько красив? Поверь, и без твоих отелей женщины бы охотились за тобой!..

Откинувшись на спинку кресла, Тони усмехнулся:

— Но не ты.

Оливии хотелось откусить собственный язык, но было поздно. Тони внезапно почувствовал себя хищником, гонящимся за своей жертвой.

— Не я, — спокойно согласилась Оливия. — У меня совершенно иные цели. Я не охочусь за мужчинами, как бы они ни выглядели.

Тони прищурился. Потом улыбнулся.

— Потому-то я выбрал именно тебя. Ты ни разу не оценивала меня в сексуальном плане.

Оливия заморгала.

— Я не знаю…

— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Ты не заманишь меня в ловушку, даже если согласишься на мой план. Ты не слишком-то и хочешь меня. — Он помолчал, потом добавил: — Правильно?

— Э… правильно.

— Но это же идеальный случай! Я уже говорил, что восхищаюсь твоим интеллектом. Ты также обладаешь немалой долей сообразительности, и этим тоже стоит восхищаться. Наконец, ты здорова как лошадь. Я проверил — за последние два года ты не пропустила ни одного рабочего дня. У тебя добрая и щедрая натура — каждый это подтвердит. И ты должным образом сложена.

— Должным образом сложена?.. — Она словно боролась с удушьем.

Взгляд Тони переключился на ее ноги.

— Прекрасно сложена, — поправился он, позволив взгляду задержаться еще немного. — Стройные ноги, ровные плечи и прямая спина. У тебя достаточно широкая кость, но выглядишь ты вполне женственно Ты не склонна к лишнему весу, но вполне… крепкая. Если родится дочь, не придется беспокоиться, что она слишком хрупка, — я ненавижу это в женщинах. Она будет выглядеть очень мило. Как ты.

Его взгляд, несмотря на запрет разума, переместился на ее грудь, изящно подчеркнутую черным трикотажным платьем.

— У меня маленький бюст, — услышал Тони.

Она смотрела с вызовом, и он усмехнулся, оценив эту маленькую демонстрацию тщеславия.

— Совсем нет. Очень… очень сексуальный. Кроме того, если будет сын, это вообще не имеет значения. Почему бы тебе не принять предложение? — настаивал Тони. — Подумай в этот уикенд и приходи ко мне в понедельник. В случае согласия мы свяжемся с доктором и проделаем все до моего дня рождения.

Она вздрогнула.

— Проделаем?

— Да Я сдам сперму…

Она выгнула бровь.

— Сдашь… Как именно ты это сделаешь?

— Не твое дело! — Слова вырвались сквозь сжатые зубы, и Оливия расхохоталась. Никогда раньше он не замечал у нее чувства юмора; на деловых совещаниях она демонстрировала только решимость быть впереди. Бросив на нее рассерженный взгляд, продолжил: — Я сдам сперму, и они… ну, полагаю, это будет похоже на визит к гинекологу. Только вместо своих обычных процедур они введут ее тебе в матку, это называется «осеменение», и нам останется ждать результата.

— Звучит довольно отвратительно, — Оливия поморщилась.

— Я признаю, что природой предусмотрен другой путь оплодотворения, но так будет более безлично.

— Но почему?..

Ее откровенный взгляд и прямой вопрос смутили Тони.

— Что «почему»?

— Почему все должно быть так безлико? Почему бы тебе просто… не оплодотворить женщину, которую ты выбрал, естественным путем?

Тони почувствовал нежеланное возбуждение. Похоть, проклятая похоть! Он прочистил горло.

— Я хочу, чтобы это максимально соответствовало деловому контракту. А обнажиться… Заняться любовью с женщиной — совсем не деловое предложение. Это очень личное.

Она кивнула, как бы демонстрируя понимание. Потом улыбнулась.

— Мне все ясно. Я все обдумаю. Ты сказал, не хочешь слышать обо мне до понедельника?

— Я… — Он не понимал, что на нее нашло. Она действует совсем не так, как он ожидал, не так, как предполагал или предчувствовал. Эта женщина загнала его в угол. — Тебе не обязательно ждать, если примешь решение раньше.

— Скорее всего, я решу раньше, — кивнула Оливия. — Тебя устроит, если я сообщу решение завтра вечером?

Загрузка...