Уравнобешенный Эльф

Глава двадцать пятая. Ваше Высосейшество!

Я бросила удивленный взгляд на бабушку. Мне показалось, что дедушка бредит. Бабушке тоже, раз она недоверчиво нахмурилась.

Через мгновенье ее отмело к стене. На ее шее появился венок из чеснока. И бабушка застыла.

— Здравствуй, моя фавориточка, — послышался голос, который я узнала из тысячи. Это был принц! Причем, не один! С ним было два телохранителя.

— Я все сделал, как обещал! Теперь я могу получить обещанную награду, ваше высочество? — вскочил с кровати дедушка.

— Ах ты старый валенок, скатанный из анальных волос мантикоры! — шипела бабушка, боясь пошевелиться. — Ах ты…

— Потише, бабушка, — улыбнулся Карльз. Он упал в кресло и пригласил меня сесть ему на колени. — Сейчас я вобью тебе кол в сердце! И ты больше не сможешь встать из гроба!

— Сейчас я вобью тебе кол в задницу! И ты больше не сможешь сесть на трон! — прошипела бабушка. Она теряла силы. Но держалась.

Я отказалась, пятясь к стене. Мне до сих пор не верилось, что дедушка ради денег был способен на такую подлость!

— Ну тогда стой, красавица, — насмешливо заметил принц. — Стой и слушай! Я думаю, что ты слышала про мое проклятие. Так вот, слухи не лгут. Я действительно проклят. И каждый день я умираю мучительной смертью… И чаще всего по какой-нибудь нелепой случайности. Каждый день твой драгоценный муж воскрешает меня. Но мне это надоело. Вот скажи мне, кому охота умирать каждый день?

Я молчала, стиснув зубы. Значит, вот о ком был разговор в столовой! О принце!

— Мое проклятие снять невозможно. Я уж было совсем отчаялся… Но узнал, что в мире существуют эльпиры, способные подарить настоящее бессмертие, — улыбнулся принц. — По моему приказу их стали искать и отслеживать.

— Вы… вы… мерзавец, — процедила я, прижимаясь к холодной стене.

— Был бы мерзавцем, я бы вас выкрал сразу, — взмахнул рукой Карльз. — Но, как видишь, я не лишен благородства. Оно меня и погубило.

Я смотрела на часы и на побледневшую бабушку.

— Все, не буду больше благородным, — рассмеялся принц ослепительно красивой улыбкой. — Буду отъявленным негодяем!

Мои кулаки сжались, а я тяжело дышала.

— Но тут у нас возникло маленькое осложнение! Твои родители были не в курсе, что цена уже назначена. А твой отец… До чего ненавижу эльфов! … Услышал наш конфиденциальный разговор с твоим дедушкой. Поэтому пришлось его убить. Труп мы развеяли. А дед сказал твоей матери, что подлый эльф ее бросил, — спокойно рассказывал принц.

Телохранители стояли молча. Бабушка оседала на пол, шипя и пытаясь снять чесночное ожерелье.

— Твоя мама в это не поверила. За что и поплатилась, — продолжил Карльз. — Мы тоже развеяли ее. Прямо здесь. Кажется, даже на этом ковре.

— Я убью тебя, — прошипела я, пряча руки за спиной. — Клянусь, я убью тебя!

— Дальше вроде все было гладко. Я даже прислал вам приглашение на бал! Чтобы посмотреть на тебя. Я хотел все обставить красиво. Влюбленный принц, смущенная красавица… Но тут вмешался Ноэлен. Он разумеется пронюхал про мои планы, — в голосе принца слышались досада и ненависть. — Если бы не его выходка, стоившая тебе репутации, то все могло бы быть по-другому. Я до сих пор ломаю голову. Какое ему дело было до какой-то девчонки! Но я посчитал это случайностью. Зря…

То есть… В тот момент, когда мне бесстыдно оборвали тростью юбку… мне… спасли жизнь? Я не могла себе такого представить!

— Видимо, он тебе об этом не рассказывал, — самодовольно заметил Карльз, закидывая нога на ногу. — И вот… На чем я остановился? Ах да, на благородстве. Как только тебе исполнилось двадцать, мы договорились, что сюда приедет какой-нибудь мое доверенное лицо. Под предлогом «жениться». Заплатит нужную сумму и привезет тебя во дворец. И здесь Ноэлен опередил меня. Я даже не знал, что он задумал. И вот, поздравляю, ты замужем! Когда приехало доверенное лицо, тебя здесь уже не было!

Вредный, противный, капризный эльф, которого я называла сколопендрой, спас мне жизнь тем, что женился на мне!

— И вот теперь отбросим церемонии. У нас с ними что-то с самого начала незаладилось, — заметил Карльз, расстегивая камзол. Он отстегнул брошь. И стащил с шеи тонкий платок. — У тебя есть выбор. Жизнь любимой бабушки в обмен на … назовем это поцелуй.

— И… и что потом? — спросила я, глядя на то, как бабушка лежит неподвижно на полу.

— Не будем загадывать, моя красавица, — уклончиво заметил принц, отбросив роскошные черные волосы за спину. — Я жду…

— Моя награда где? — послышался голос деда. — Я заманил их сюда.

— Ой-е-е-ей, — усмехнулся принц. — Они даже твое письмо не получили. Так что твоей заслуги в этом нет.

Бабушка пыталась снять с себя ошейник, но ее руки покрывались страшными ожогами.

— Убейте его! Чтоб не мешался, — махнул рукой принц. Деда вывели из комнаты.

— Ну? Что решила? Фавориткой быть не захотела. Хотя, ты очень даже симпатичная… Я бы сказал, в моем вкусе, — улыбнулся принц. — Сейчас немного упростим задачу…

Принц взял поданный ему кинжал. Острие оставило на шее тонкую царапину. У меня перехватило дыхание при виде капли алой крови. Судорога сжала горло. И я нервно сглотнула. Кровавая капля скользнула вниз. А вслед за ней и мой напряженный взгляд.

— Тебе же хочется, не так ли? — слышался его голос. Все вокруг стало багровым, жарким и тошным… Губы пересохли так, словно я никогда в жизни не видела воду. Духота заставляла меня тяжело дышать.

— Беги, — прошептала бабушка. — Бросай меня и беги!

Между нами стоял телохранитель. В руках у него был кол.

Я сконцентрировалась и резко выбросила руку вперед. С кончиков моих пальцев слетела огненная бабочка. Я вложила в нее всю ненависть, которая бурлила во мне.

Послышался оглушительный взрыв.

— Ваше высочество! — все бросились к принцу. «Я цел! Уберите руки! Держите ведьму!», — слышался крик принца.

— Бабушка, — прошептала я, срывая с нее ошейник. — Бежим!

Принц не знал, что в спальне у дедушки была потайная дверь. Если бы он пожил в этом замке столько же, сколько и я, то…

— Наверняка бы сдох! — послышался голос бабушки. Стена закрылась за нами. Кто-то из охраны пытался просунуть меч, но он сломался. И лезвие упало на темные ступени.

— Бабушка, ты как? — прошептала я, придерживая ее.

— Его высосейшество, высосало мне все нервы! — бухтела бабушка, пока я помогала ей спускаться. — Теперь лет сто платье с декольте не наденешь!

— Тише, осторожней, — шептала я, прислушиваясь. — Сюда!

Мы выбежали в коридор и свернули в сторону бальной залы. За нами была погоня.

— Можешь обернуться? — спросила я, бесшумно прикрывая двери.

— Пока нет, — простонала бабушка. — Это тебя твой эльф научил?

— Да, — прошептала я, вспоминая, где пряталась в детстве. Послышался грохот из коридора.

— Один готов! — заметила я, вспоминая наши потолки. — Не нужно было громко хлопать дверью!

Я поднималась по лестнице, вспоминая какие ступеньки проваливаются, а какие нет!

— Осторожно! — спохватилась я, едва удержавшись за перила. «Надежная» ступенька хрустнула под ногой бабушки. Да, давненько меня здесь не было!

Я открыла маленькую неприметную дверь и втащила туда бабушку.

— Это? — прищурилась она, обнимая меня за плечи одной рукой.

— Путь на чердак! — выдохнула я, слыша, как кто-то застрял в лестнице и зовет на помощь.

Мы поднимались по маленькой шаткой лесенке, которую тут же втащили наверх и закрыли люк. Бабушка упала на ворох старого тряпья. Я присела рядом.

— Прости меня, — послышался слабый голос. Моей спины коснулась холодная рука. — За тот день, когда я сказала тебе, что магия — это позор…

— Да ладно, — сглотнула я, осторожно выглядывая между досок.

Вокруг поместья стояло оцепление. И я обрадовалась, что мы не попыталась сбежать к карете.

— Вот погоди, — послышался голос бабушки. — Вот бабушка оклемается, как укусит… Подарит ему обратно отгрызенных наследников в собственном пушистом чехле!

— Что-то холодно здесь, — прошептала я, глядя на старый хлам. Это то, что нам так и не удалось продать.

Я стала рыться в тряпках, чтобы найти что-то теплое, как вдруг…

— Ба, ты глянь! — прошептала я, сдвигая тряпки. Под старыми прелыми тряпками сверкнуло… золото. Целая гора золота!

— А я искала заначку деда! — процедила бабушка. — Как он мог? Родную дочь!

— Тут столько денег, что… — облизала я пересохшие губы. — Как ты думаешь, откуда они?

— Не знаю! — проворчала бабушка. Среди золота мелькнул сундучок. Я открыла его и увидела целую стопку бумаг.

— Ты гляди! — бросилась я к бабушке. Она округлила глаза и перевела взгляд на меня.

— Получается, — выдохнула я, пересматривая бумаги с росписью о получении. — Пять лет… Пять лет с того самого бала… нас содержал… Ноэль? Вот! Смотри!

— Все равно я его недолюбливаю, — пробурчала бабушка. Она прижимала к груди медальон с портретом мамы.

Я же прижимала к груди расписки о получении денег. Губы мои дрожали. Мы жили в такой нищете, а на чердаке была спрятана целая сокровищница!

— Видимо, твои панталоны произвели на него впечатление! — усмехнулась бабушка.

Я бросила бумажки и подошла к дыре в крыше.

— Хоть бы получилось, — прошептала я. И сконцентрировалась. Я пыталась представить путь, который предстоит проделать моему заклинанию. В ладонях у меня сидела алая бабочка.

— Давай, милая, лети! — прошептала я, подбрасывая ее. Бабочка не хотела слетать.

— Такое в магии бывает, — вздохнула я, отчаянно пытаясь стряхнуть ее с пальцев.

Я стояла под огромной дырой. Серебристый снег падал мне на лицо.

— Лети, пожалуйста, — прошептала я, подбрасывая бабочку. — Ну, милая, лети!

Бабочка сорвалась с пальцев и полетела.

— Как пьяный голубь, — заметила бабушка, глядя ей вслед.

Бабочка летела криво. Ее бросало из стороны в сторону. А потом она исчезла.

— Так, еще одну пробуем! — выдохнула я, запуская еще одну бабочку с сообщением.

— Ну, эта посимпатичней будет, — улыбнулась бабушка. На ее шее был огромный ожог. А сама она теребила цепочку и медальон.

Уже десяток бабочек улетело в снежную метель. А когда я запускала одиннадцатую послышался бой часов. Бом! Бом!

— Полночь, — прошептала я, а глаза налились слезами. — Я обещала ему, что мы вернемся в полночь. Выходит, я его обманула?