В оковах семейной клятвы (СИ)

Глава 15

Не знаю какой по счету звонок от брата разрывает мой телефон. Я сбрасываю, борясь с желанием заблокировать его к чертям. Сую мобильник в карман и возвращаюсь к делам. Пестов пихает мне бумажки цифрами одну за другой, но мои мысли забиты совсем иным. Поднимаю глаза на Яна, что сидит напротив меня и пытается всеми силами меня игнорировать.

- Может обсудим ставки в другой раз? – спрашивает осторожно Миша, кидая взгляд то на меня, то на Ашимова.

- Продолжай, - командую я, не отрываясь от парня.

- Вы меня не слушаете. Лучше решите свои проблемы, а потом позовите меня.

Мужик собирает все бумажки и уходит в сторону бара, оставляя нас с Яном одних. Я беру пачку сигарет со стола и закуриваю одну.

- Разве у нас с тобой есть какие-то проблемы? – вскидываю я вопросительно бровь.

Парень недоверчиво смотрит на меня с некой опаской. Каждая мышца его тела напряжена, готовая обороняться. Сучонок понимает, что одно лишнее слово, и я сорвусь, потеряю голову и разорву его на мелкие кусочки.

- Я тебе все рассказал, Рамир. Мне нечего добавить.

Из меня вырывается смешок.

- Разве? Лилит мне сказала, что ты собирался на ней жениться.

- Собирался, но это было до того, как я узнал, что она станет твоей.

- Ты дал ей надежду! – ударил я по столу кулаком, привлекая внимание бойцов, что тренировались. – Говоришь, что никогда не смотрел на неё, как на женщину?

- Рамир…

- Закрой пасть! – рявкаю я, туша сигарету в пепельнице. – На ринг. Живо.

Ян неохотно поднимается с дивана. Я жестом руки приказываю парням освободить нам место.

- Рамир, не надо. Я не хочу с тобой драться.

Мой взгляд падает на его свежие раны с нашей прошлой стычки. Если бы не Тагар, то я бы еще тогда прикончил этого ублюдка.

- На этот раз защищайся.

- Рамир, - умоляюще смотрит он на меня, но я игнорирую мольбу и делаю первый удар. Ян падает на пол, выплёвывая кровь. – Чёрт.

- Вставай и дерись. На этот раз тебя никто не спасёт.

- Если бы ты хотел меня убить, то давно это сделал, - не вставая с пола, усмехается Ян.

Я налетаю на него и хватаю за шкирку, нанося удары по его морде. Ухмылка быстро слетает, кровь окрашивает его белую футболку. Я неудовлетворённо рычу и откидываю парня с отвращением, чтобы случайно не убить.

- Лилит твоя жена. Она уже полностью принадлежит тебе. Хватит мучить себя и меня, Рамир. Её подростковая влюбленность быстро пройдет.

- Уже, - резко перебиваю я его. – Она уже прошла. Понял? Но это не изменит того факта, что тебе запрещено приближаться к моему дому.

Ян не успевает мне что-то сказать; дверь хлопает, привлекая наше внимание. Гудло вместе со своим щенком заходит внутрь. Я поднимаюсь с Ашимова и покидаю ринг.

- Зачем пришел? – выплёвываю я, всем своим видом показывая, что не в настроение играть в дружную семейку.

- Мы сегодня приедем в твой дом на ужин. Твоя мать должна была тебе это сказать.

- Сказала. Только об этом первым должен узнавать я, а не она. Ты не спросил моего разрешения, а решил просто завалиться в мой дом. Это как понимать?

- Моя жена с дочерью сильно соскучились по Лилит. Я не мог отказать им.

Я усмехнулся, скрещивая руки на груди.

- Это первый и последний раз. Я не потерплю такого неуважение, Гудло.

Он молча кивает на мою мелкую угрозу.

- Я хочу сообщить тебе новость. Женщины твоей семьи узнают обо всем за ужином, но это касается не только семьи, но и нашей работы.

- Говори. Я слушаю.

- Я решил отдать свою старшую дочь за Михайлова. Он владеет торговым центром и мелкими ларьками в восточной части города. Я обговорил с ним, и он согласен сотрудничать с нами.

- Сотрудничать?

- Из ларьков можно сделать точки по сбыту товара. Ментам понадобится время, чтобы все выяснить. Думаю, что первые несколько месяцев мы сможем без проблем торговать.

Я подошел к Гудло, сдерживаясь из последних сил, чтобы не врезать ему.

- Ты куда лезешь? Как продавал шмотки и овощи, так и продолжай их продавать. Наше с тобой родство не открывает тебе двери в наш бизнес. Не взлетай выше, чем тебе позволено природой. Там, куда ты так стремишься попасть, тебя разорвут на мелкие части.

Я разворачиваюсь и возвращаюсь к нашим диванам, возле которого стоит Ян, смотря на меня испытывающим взглядом. Бог мой, я прикончу когда-нибудь этого парня. Обернувшись к Гудло, спрашиваю:

- Кто вообще такой Михайлов?

- Барон соседнего табора. Я хорошо его знаю. Он мой старый друг.

Мне совершенно плевать на это всё, но Ян явно очень сильно заинтересовался всем этим. Он делает шаг к Казибеевам, и мой предостерегающий взгляд не останавливает его. Если сегодня я не прикончу Гудло, то это точно сделает Ян.

- Харман? Харман Михайлов? За него ты хочешь выдать свою дочь? – спрашивает Ашимов.

- Тебя это не должно волновать, - вставляет слово Богдан, который до этого времени держал свой рот на замке.

- Разве он не женат?

- Его жена умерла.

- Но он старше Марии почти на сорок лет.

- Браки с большой разницей в возрасте для нашего народа не редкость. Главное, что моя дочь не будет ни в чем нуждаться. У Хармана достаточно денег, чтобы обеспечить Марию всем необходимым.

Вижу, как Ян весь напрягся, вены на его виске надулись. Я быстро подлетел к нему и оттолкнул за свою спину, чтобы он не слетел с катушек.

- Я не собираюсь сотрудничать с этим Михайловым, - отчеканиваю, чтобы Гудло понял каждое мое слово. – А тебе совет: не лезь в это болото; не выберешься из него. Это я тебе обещаю.

Казибеев ничего не отвечает, разворачивается и покидает клуб. Богдан следует за отцом, кидая любопытные взгляды на Яна. Как только дверь закрывается за ними, за моей спиной слышится, как наш стеклянный столик разбивается в дребезги.

- Успокойся.

Ян, как загнанный зверь мечется из стороны в сторону.

- Он продал свою дочь, - парень подлетает ко мне. – Помоги. Не дай ему отдать Марию этому старому ублюдку. Она там умрет.

- Старейшины меня и так недолюбливают. Если я начну вмешиваться в чужие семейные дела, то это может плохо кончится. Я не собираюсь рисковать своим положением.

- Но Гудло теперь часть твоей семьи.

Я хватаю Яна за шею и впечатываю в стену. Потерянный взгляд наконец-то фокусируется на мне.

- Думаешь, что он позволит мне так просто помешать его планам? Если ты не понял, то Гудло только что в открытую нам сейчас объявил войну, но ты дальше своих любовных интересов ничего не видишь. Этот ублюдок собирается войти в наш рынок.

- Если помолвка не состоится, то Михайлов не будет вести дела с Гудло.

В его словах есть что-то стоящее, но чертовски рискованное. Если я начну вмешиваться в семейные дела Казибеевых, то легко лишусь доверия табора.

- Черт! – выругался я. – Мне нужно переговорить с братом.

- Рамир, - Ян схватил меня за руку, останавливая. – Прошу тебя, как друга, не дай этой свадьбе состояться.

Я вырвался из его хватки и плюхнулся на диван. Голова кипела. Я никогда не был хорош в построение стратегий, как брат, но сейчас делать что-то не обдумано – равносильно тому, что выстрелить себе в голову.

Набрав Тагару, я рассказал ему о затеях Гудло.

- Дело дрянь. Я думал, что эта мразь метит на место барона, но он захотел подняться еще выше.

- Даже, если его сотрудничество с Михайловым не состоится, он не остановится.

- Верно. Я поговорю об этом с Яровым. Ему чертовски не понравятся намерения Казибеева.

- Тагар, напомни Ярову, что Гудло-отец моей жены. Я хочу, чтобы он не забывал об этом.

- Этот родственник переходит все границы, Рамир. Он специально породнился с нами, чтобы оттянуть свою смерть, но Ярову наплевать на все это дерьмо.

- Он отец Лилит, - повторил я, теряя терпение. – Ты должен меня сейчас понимать, как никто.

Как бы брат не желал вонзить кинжал в горло папаши своей пташки, сделать он этого не смог.

- На этот раз обстоятельства другие, Рамир. Если получится все решить мирно, то ничья кровь не прольется. Я позвоню тебе, когда обговорю все с Яровым.

Сунув телефон в карман, я встретился в выжидающим взглядом Яна.

- Рамир, - начал он, и я заметил, как его руки буквально тряслись то ли от злости, то ли от страха за свою возлюбленную, - либо мы убьем Гудло, либо умрет Мария. Она не сможет жить с Михайловым. Я знаю его: он настоящий сексист.

Мне нечего было ему ответить. Решение принимал не только я. Здесь речь шла не о семейных делах, а о бизнесе, где отсутствует милость и пощада.

Мотор моей тачки ревел, когда я пролетал мимо домов. Остановившись со свистом и поднимая пыль, я припарковался около особняка и вышел из машины. Ко мне на встречу подошли два парня, которых я отправил утром с женщинами на рынок.

- Все нормально? – спросил я, замечая в их глазах некое волнение.

- В целом - да, но был один малец, - отмахнулся один из них.

- Что за малец?

- Хотел подарить пакет орехов твоей жене, но Динара среагировала быстрее нас.

Я нервно усмехнулся, проведя ладонью по своей колючей щетине.

- Хотите сказать, что этот хер пытался подкатить к моей жене?

Парни обменялись между собой взглядами.

- Возможно.

- Возможно? – переспросил я, растянувшись в ухмылке. – Тогда переломайте ему руки, что бы в следующий раз дважды думал, прежде чем дарить замужней девушке свои гребаные орехи.

- Сделаем.

Я вошел в дом, где меня встретил вкусный запах еды. На кухне во всю шла готовка. Мама что-то мешала в тарелке, а Лилит следила за едой, которая стояла на плите.

- Помощь нужна? – подал я голос, привлекая к себе женские взгляды.

- Нет, мы сами справимся. Ты лучше иди переоденься.

Я вопросительно изогнул бровь и осмотрел себя, не понимая, что не так с моей одеждой.

- Бог мой, Рамир, - вздохнула мама, заметив моё замешательство, - рубашку хоть одень. Лилит, иди, принаряди своего мужа и сама надень платье, которое мы с тобой купили.

Мама подтолкнула мою жену ко мне, и помахала нам рукой, прогоняя прочь из кухни.

- Быстрее, быстрее, скоро гости придут.

Я обхватил тонкую талию Лилит и повел на второй этаж.

- У вас был сегодня шопинг? – прошептал я, наклонившись к ее уху и не сдержался от поцелуя.

- Рамир, - отстранилась она от меня, подарив осуждающий взгляд.

Я прижал её сильнее к себе.

- Я весь внимание, дорогая моя женушка.

- Идем в комнату, - взяв меня за руку, она потянула меня на вверх по лестнице.

Когда мы оказались за закрытой дверью, Лилит уставилась на меня своими большими глазами.

- Что-то случилось? – спросил я.

Она помялась, кидая взгляды по сторонам и нервно поправляя косынку на голове. Я резко схватил её за кисть и притянул к себе. Она ударилась об мою грудь и издала тихий стон, вызывая на моем лице улыбку.

- Рамир, - хотела она отстраниться, но я положил вторую руку на ее спину и сильнее прижал к себе, - не сейчас. Я хочу серьезно с тобой поговорить.

- Я слушаю, - говорю ей, а сам опускаюсь к её шее.

- Прекрати, - она бьёт меня по плечам, и я с неудовлетворённым стоном отстраняюсь.

- Хорошо, говори.

- На рынке мне продавец хотел подарить орехи, и я твоя мама все не так поняла.

- А как она все поняла? – прищурил я глаза, требуя продолжение.

- Она решила, что я ему понравилась.

- И в чем моя мама не права?

- В том, что парень просто хотел сделать мне подарок. Он же не свататься ко мне подошел.

Это наивная девочка когда-нибудь меня погубит. В её наивной головушке даже не промелькнула мысль, что тот ублюдок захотел ею воспользоваться. Хотя от куда Лилит знать о всей этой грязи, что творится в мире, если её с самого рождения оберегали, держа взаперти золотой клетки?

- Боюсь тебя разочаровать, моя любовь, но у него были совсем иные намерения. Он хотел получить от тебя то, что даже ты мне еще не дала. Поняла, о чем я?

Её брови нахмурились, в глазах промелькнуло непонимание, но затем её щеки приобрели розоватый оттенок.

- Поняла, - усмехнулся. – Не все в мире хорошие парни, Лилит. Им плевать на то, что замужем ты или нет. Они думают, что если ты цыганка, то они окажутся безнаказанными, ведь большинство станут на их сторону.

Лилит виновато опустила голову, будто я только что её на ругал. Осторожно прикоснувшись к ее щеке, заставил девушку поднять на меня взгляд.

- Я никому не позволю и пальцем к тебе прикоснуться. Любой, кто посмеет даже грязно подумать о тебе – познает самые страшные муки.

- Ты же ничего с ним не сделаешь? – с дикой надеждой в голосе спросила она меня.

Мое горло пересохло, будто все тело было против того, чтобы я лгал жене. Разве это не эгоизм? Только недавно я требовал от девушки правду и никакой лжи, а сам лгу ей на каждом шагу.

- Я просто с ним поговорю.

Поговорю и переломаю пару костей.