В оковах семейной клятвы (СИ)

Глава 24

Соня отвела меня на второй этаж и завела в одну из комнат. Просторное помещение с минимальным количеством мебели говорили о том, что это место вневременного пребывания.

Не успели мы с Соней обмолвиться и словом, как к нам присоединилась незнакомая женщина. В руках она держала большую стопку постельного белья.

- Здравствуйте, - кивнула она мне и обернулась к Соне. – Я займусь кроватью, а после ужином. Не знаете, на сколько человек накрывать стол?

- Думаю, что на пять. Лучше пусть будет лишняя тарелка. Гости останутся с ночевкой?

В голосе девушки проскользнуло дикое удивление.

- Руслан Владимирович скачал, что да.

- Все? – с каждым словом глаза Сони округлялись все больше и больше.

- Не думаю. Сказали лишь приготовить одну кровать.

Пока женщина застилала постель, Соня отвела меня в дальний угол. Я же в голове пересчитывала людей и никак не могла понять, почему пять?

- У вас в гостях кто-то еще есть?

- Какой-то парень. Я не знаю его, но он один из вас, - произнесла Соня, а после пояснила, - цыган. Я по внешности поняла.

- Тагар? – предположила я.

- Нет. Его я знаю. Да и парень моложе немного.

Как бы я не ломала голову, но даже предположить не могла, кто же это мог быть.

- Что-то случилось? – неожиданно спросила меня Соня, разрывая между нами застывшую тишину.

- Сама не знаю. Рамир внезапно привез меня сюда. Стал нервным. Я ничего не понимаю.

В глазах Сони промелькнуло волнение. Ее руки лежали на своем большом животе и медленно поглаживали его. Видимо она так справлялась с тревогой, которая витала вокруг нас. Мы смотрели друг на друга с беспокойством и не понимаем, что происходит.

Неожиданно раздался громкий грохот, от чего мы одновременно визгнули. Женщина быстро подлетела к нам и прихватила за руку Соню, успокаивая.

- Присядь, Сонечка, присядь деточка, - она усадила Ярову на кресла. – Не бойся. Я сейчас этим заразам устрою.

Она кинула на меня взгляд и указала на Соню.

- Присмотри за ней. Я пойду напомню мужчинам, что в доме находится беременная.

Женщина вылетела из комнаты, готовая рвать и метать. Я присела на корточки рядом с Соней, которая пыталась успокоить тяжелое дыхание.

Раздался еще один грохот, от которого мы вновь вздрогнули.

- Что они там делают? – во мне начали зарождаться нотки раздражения.

- Надеюсь, что не убивают друг друга, - прошептала Соня бледными губами. – Яров никогда не пускает домой посторонних. Видимо что-то серьёзное произошло.

- Не знаю, что у них там произошло, но это женщина сейчас им точно устроит третью мировую.

Соня издала тихий смешок.

- Это Алина Михайловна, - произнесла Ярова. - Она точно может.

Пронеслось еще пару грохотов, но мы с Соней даже не дёрнулись. Скорее с наших уст желали вырваться проклятия, обращенные на мужчин, но каждая из нас молчала, сжав губы. Лишь по взгляду мы поняли, что думаем об одном и том же.

- Алина Михайловна видимо добралась до них, - произнесла Соня, когда больше не последовало никаких грохотов.

Я обвела девушку взглядом, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Она встретилась с моими любопытными глазами и легонько улыбнулась.

- Я в порядке.

До возращения Алины Михайловны мы разговорились. Я узнала, что Соня со дня на день должна уже родить. Это неудивительна, смотря на размер ее животика. Видимо поэтому женщина так крутилась возле нее, боясь за каждый вздох Сони.

- Разве тебя не должны были положить в больницу?

- Беременность проходит хорошо. Хотя, я бы не отказалась, потому что это все же первые роды. Я даже не знаю, что ожидать. Вот только Руслан против. Сказал, если я лягу в больницу, то он вместе со мной. Это будет полный ад для всех врачей.

С этим не поспоришь. Муж Сони одним взглядом способен напугать любого.

Когда к нам вернулась Алина Михайловна, то сообщила, чтобы мы спускались на ужин. Взяв Соню под руку, мы направились вниз. Столовая была пуста. Мы разместились на стульях, ожидая мужчин. Спустя несколько минут послышались тяжелые шаги. Первым к нам вошел хозяин дома. На его лице играла раздражение, но поймав взгляд Сони, складка на его лбу разгладилась.

Следом за Русланом зашел Рамир. Я тяжело выдохнула, когда мои глаза уловили на лице мужа несколько покрасневших пятен, которые в будущем станут синяками. Он улыбнулся мне краешком разбитой губы, но я лишь неодобрительно покачала ему головой.

Когда в столовую вошел третий член мужской компании, мои глаза расширились от удивления. Ян выглядел не лучше Рамира. Разбитая бровь, покрасневшая скула и нос, из которого вытекала кровь. Парень то и дело прикладывал к нему полотенце, чтобы не испачкать все вокруг. Он мельком взглянул на меня, но быстро отвел глаза, словно мы не были знакомы.

- По разные стороны сели, - раздался грозный приказ хозяина дома.

Руслан сел во главе стола, а рядом усадил Соню. Рамир занял место возле меня, а Ян расположился напротив него. Они кидали на друг друга недобрые взгляды, чем походили на двух собак, готовые в любую минуту ринуться в драку.

Когда Алина Михайловна вынесла нам еду, то пару минут на нее никто не смотрел. Мужчины обменивались между собой взглядами, а мы с Соней вжались в стулья, пытаясь слиться с мебелью.

Была бы здесь Мира, то она быстро бы развеяла напряжение. Но ни я, ни Соня не обладали той смелость, что была присуще моей невестке.

- Рамир, Ян вилки взяли и начали жрать, пока я вам их не воткнул в одно место, - Руслан покосился на гостей, накладывая своей жене еду.

- Я не ем с предателями за одним столом, - прохрипел Рамир.

- Тогда катись от сюда, - выпалил Руслан и взглянул на Яна. – Ты тоже. Вы не останетесь оба в моем доме.

- Здесь моя жена. Поэтому выбор очевиден, кто сваливает.

Ян сидел молча, но в его глазах бушевал гнев, который раньше я никогда не замечала в нем. Он всегда был добр, не способный на жестокость, но сейчас: он всем своим видом показывал, что хочет что-то недоброе сделать моему мужу.

- Я сказал, что оба, - отчеканил Руслан каждое свое слово.

- Не понял. Предлагаешь мне здесь оставить жену одну?

- Я обещал, что защищу ее, но про тебя и слова не было сказано, - Руслан вилкой указал на Яна. – Забирай своего дружка и катитесь из моего дома. У вас есть многое, что обсудить, но только не в моем доме. Думаю, что твой брат вас принят с распростёртыми объятиями.

- Смешно, - холодно улыбнулся Рамир мужчине и неохотно принялся мне накладывать еду.

Я кинула взгляд на Соню, но та была занята успокаиванием мужа. Если бы не она, то Руслан бы давно придушил и Рамира и Яна. Второму хоть хватало ума молчать и не спорить с хозяином дома.

- И вообще…

Я толкнула мужа в бок, заставляя замолкнуть. Посмотрев на меня вопросительным взглядом, он все же решил больше не открывать рот. Меня мучал вопрос: почему нас – женщин учили держать рот на замке, а вот мужчин нет? Это бы решило множество конфликтов.

Ужин прошел в тишине, но безжалостная борьба взглядами не прекращалась ни на минуту. Я смогла запихнуть в себя лишь пару ложек. Все же два ужина за один вечер – это слишком много для меня.

- Вам пора, - произнес Руслан, помогая жене подняться со стула.

- Ты серьезно думаешь, что я здесь оставлю Лилит одну? – Рамир вопросительно изогнул бровь.

- Можешь забирать ее и поезжайте к Тагару. Вот только знай, что его дом не такое уж безопасное место для твоей жены.

Я ничего не понимала. Зачем мне нужна была безопасность и что мне могло угрожать? Мама учила меня не встревать в мужские разговоры, но я не могла побороть свое любопытство.

- Что происходит?

Рамир услышал меня, но даже не опустил на меня глаза. Лишь сжал губы, недовольно смотря на Руслана.

- Рамир, поехали к Тагару. Нам нужно с ним переговорить. Руслан прав, Лилит здесь безопаснее, - Ян поддал впервые голос, но был тут же заткнут убийственным взглядом Рамира.

- А ты вообще завались, чертова крыса!

- За словами следи. Здесь женщины, - прорычал Яров, подталкивая Соню к выходу из столовой.

Я схватила мужа за руку, пытаясь привлечь его внимание, но он ни на секунду не упускал из вида Яна.

- Рамир, мне страшно. Что происходит?

Неизвестность начала зарождать во мне семена тревоги. Тело потряхивало, а глаза жгли подступающие слезы. Противный ком встал посередине горла, не позволяя вымолвить ни словечка.

Ян, поймав мой взгляд, полный отчаяния, кивком головы указал Рамиру на меня. Лишь тогда муж обратил на меня внимание.

- Ей, все в порядке, - он обхватил ладонями мое лицо, ловя слезы пальцами. – Не плачь, девочка.

- Что случилось? – дрожащим голосом повторила я свой вопрос.

- Ничего серьезного. Успокойся. Меня просто раздражает, что этот тип находится с тобой под одной крышей.

Ян недовольно хмурится, а затем произносит:

- Расскажи ей все.

- Закрой пасть, - рычит на него Рамир.

- Что ты должен мне рассказать? – хватаю я мужа за рубашку. – Говори.

- Ничего.

- Лжешь. Ты мне лжешь. Сам же говорил, что не любишь лгунов. Между нами не должно быть секретов. Это же твои слова?

Вижу, как глаза Рамира забегали по комнате, но никак не хотели останавливаться на мне.

- Я буду ждать на улице, - говорит Ян и покидает столовую, оставляя нас одних.

Рамир отстраняется от меня и облокачивается руками об стол, словно не в силах сам устоять на ногах. Он нервно растягивает верхние пуговицы, тяжело дыша.

Его состояние пугает меня. Если у него такая реакция, то какая будет у меня?

Неуверенно подхожу к нему и обнимаю со спины, прижимаюсь щекой к его телу. Его дыхание становится для меня мелодией, которая с каждой минутой замедляется.

Он резко разворачивает ко мне и притягивает меня к своей груди. Его дикие глаза что-то пытаются отыскать в моем лице, но кроме растерянности ничего не могу ему дать.

Моя рука самовольно тянется к его лицу. Колючая щетина впивается в мою ладонь.

- Скажи.

- Тебе не нужно это знать, - хмурится Рамир.

- Почему?

- Это может принести тебе боль.

- Мне больно от того, что ты мне лжешь.

Внутри мужчины идет борьба. Я прекрасно знаю, каково ему сейчас. Тоже самое я чувствовало, когда мучилась между выбором: рассказать ему о Яне или оставить это в тайне? Нельзя построить счастливую семью на лжи. Многие цыганские семьи так и живет. Мужья скрывают от своих жен тайны, а женщины держат рот замке, как их с детства учили. Но сколько среди нашего народа счастливых браков? Единицы.

- Это касается твоей сестры, - начинает Рамир, наблюдая за моей реакции. – Ян влюблен в нее. Давно был влюблен. Он хочет жениться на ней.

- Отец этого не позволит.

Он ни раз негативно отзывался о семье Зары. Говорил, что мне не стоит дружить с ней, и нужно найти друзей среди обеспеченных цыган.

Если бы я раньше узнала о влечение Яна моей старшей сестрой, то это бы разбило мое сердце. Но все в прошлом.

- Да. Но Ян не позволит выйти ей замуж за Михайлова. Ты видела, что это за человек.

- Он ужасный, - кивнула я.

И я имею в виду не только его внешность. За столом я видела, как он буквально взглядом раздевал Машу. Я также ловила его глаза и на себе, что вызывала тошноту. Поведение его дочерей так же не осталось без моего внимания. Держа вилки, их руки тряслись. И на одной из девушек я заметила синее пятнышко на запястье. Она видимо пыталась его замазать, но яркая середина синяка все равно просматривалась сквозь тональный крем.

- Но как он остановит свадьбу? Он ее украдет? Боже мой! Его же убьют.

Весь цыганский народ ополчится против Яна. А сестру и вовсе будут называть грязной, хоть она жертва всего этого беспредела.

- Мы не будем ее красть, - голос Рамира стал сдавленным и тихим. – Мы убьем ее жениха.

Мои ноги стали ватными. Я бы не упала, если б руки Рамира не подхватили меня за талию.

- Господи…, - повторяла я, словно в бреду.

- Лилит, другого выбора у нас нет.

Я знала, что руки Рамира не чисты, что мой муж не без грехов, но не думала, что столкнусь так быстро с его темной стороной. Он так просто говорит о убийстве человека, как будто это его обычная работа.

- Лилит, девочка моя, тебе не нужно было это знать, - шепчет Рамир, целуя меня в лоб. – Я не хочу, чтобы ты терзала себя моими проблемами.

- Это не твои проблемы, Рамир. Маша-моя сестра, - мотаю я головой.

Раздается звонок телефона, который перебивает меня. Не сразу, но до меня доходит, что это мелодия моего мобильника. Я достаю его из кармана платья и вижу на экране имя сестры.

- Маша, - поднимаю на Рамира взгляд полный удивления.

- Ответь, - кивает он.

Только я нажимаю на зеленую кнопку, как в телефоне раздаются тихие всхлипы. Я замираю. Не трудно догадаться, что это Маша, но в последний раз я слышала ее плач, когда ей было девять. Больше сестра никогда никому не позволяла видеть своих слез. Сегодняшний ужин дал понять, что она не грани, а теперь я слышу, как ее захлестнула настоящая истерика.

- Лили, - она еле как произносит мое имя, задыхаясь от слез, - ты тут?

- Да. Что случилось?

- Я так не смогу. Я хочу умереть.