В оковах семейной клятвы (СИ)

Глава 31

Мы стояли в первом ряду, поэтому Маши не нужно было выдавливать слезы. Я же, даже зная, что натворил отец, не смогла стоять с каменным выражением лица. Наблюдая за тем, как гроб опускают под землю, одинокая слеза скатилась по моей щеке.

- Он не стоит твоих слез, - прошептал Рамир, ободряюще обхватив мои плечи.

Я обернулась, заметив за спиной сестры Яна. Он с таким выражением лица смотрел на гроб, что казалось, собирался накинуться на него. Не все хорошо играли свои роли. Мама заставила Машу надеть солнцезащитные очки, чтобы никто не видел, как ее глаза блестят от радости, а не от слез.

Брат закапывал гроб, кидая на моего мужа недобрые взгляды. Они не могли без ссор находится даже в одной комнате. Страшно и представить, что произойдет, когда Рамир решит поднять тему о замужестве Маши.

Когда мы вернулись домой, где уже был накрыт стол, мне стало не по себе в стенах, где раньше я жила. Все казалось каким-то чужим, холодным.

Присев рядом с Рамиром, я прошлась глазами по гостям. Многих я и не знала, или видела только пару раз в своей жизнь. Каждый из них был знаком с моим отцом, каждый из них произнёс несколько слов про него, вспоминая, каким отзывчивым, добрым и великодушным человеком он был.

Сестра прерывисто выдохнула. Я быстро схватила ее за руку, чтобы она ничего не натворила. Обычно это ее задача: останавливать меня от бунтарства, но теперь видимо мы поменялись с ней местами. Замужество и вправду изменила меня.

- Я в порядке, - прошептала она.

Тогда я отпустила ее ладонь и вернула руки себе на колени.

На другом конце стола сидела семья Яна. Мы встретились с Зарой взглядами. Она ободряюще улыбнулась мне. До сих пор чувство вины скребло мою душу. Я не хотела лгать ей, хотела все рассказать подруге, но Ян решил, что не нужно такой груз взваливать на ее плечи.

- Поешь, - раздался голос Рамира над моим ухом.

Я совсем не хотела есть, даже с учетом того, что утром я выпила только чашку чая. Возможно все из-за нервов.

- Налей, пожалуйста, только компот.

Рамир сделал, как я сказала.

Его сведённые брови на лбу тоже говорили о том, что ему совсем не нравится находиться здесь. Было бы легче, если его брат приехал, но Тагар нужен сейчас Мире. Роды дались ей тяжело. Мы хотели съездить к ним с Рамиром, но Динара сказала, что только после похорон. Люди могли бы решить, что нам безразлична смерть моего отца. Этого нельзя было допустить.

- Я забыла хлеб, - спохватилась мама.

- Сиди, мама. Я принесу, - встала Маша.

Видимо ей надоело разыгрывать горе.

- Я помогу ей, - сообщила я мужу, вставая со стула.

Мы с сестрой зашли на кухню. Маша облокотилась об островок, издав протяжный стон. Я же достала хлеб и начала нарезать его.

- Сколько еще этот цирк будет продолжаться? – пробурчала Маша.

- Стоит еще немного потерпеть. Скоро гости уедут.

- Они то уедут, а мне еще перед братом спектакль продолжать надо. Хочется поскорее уже покинуть этот дом. Рамир тебе ничего не говорил о разговоре про мою помолвку?

- Нет, - покачала я головой. – Ты видишь, какими взглядами они обмениваются с Богданом?

- Он не отдаст меня Яну, - обречено произнесла сестра. – Может мне попробовать сбежать?

- Маша! – закончив свое занятия, я обернулась к ней, с ножом в руках. – Это очень плохая идея.

Я вовремя закрыла рот, чтобы случайно не разболтать про свой неудачный побег. Сестра, как и все думала, что это было похищение.

- Слышу от той, которая кричала на весь дом, что сбежит.

- Я была глупой. Как видишь, время все расставило по своим местам. Я оказалась там, где должна. Может тебе тоже стоит подождать и не торопить события?

- Я давно должна была выйти замуж. За моей спиной две неудачной помолвки. От меня скоро все парни будут шарахаться, думая, что на мне какое-то проклятье. Я уже сама в это начинаю верить. Сначала Тагар, потом этот козел. Не дай Бог, если с Яном что-то случится.

- Ян от тебя не откажется. – улыбнулась я ей.

Не думаю, что он станет терпеть третий раз, когда его возлюбленную решат выдать за кого-то другого мужчину.

- Ты не расстроена? – спросила меня сестра.

Я вопросительно приподняла бровь.

- О чем ты? Почему я должна быть расстроена?

- Он же твоя первая любовь.

От удивления и аж открыла рот. Маша звонко засмеялась.

- Ян мне все рассказал.

- Что? Когда успел? – мои щеки запылали от стыда. – Боже мой. Ты не должна была это узнать.

- Мелкая паршивка, - она кинула в меня полотенце, но я ловко его поймала. – Почему ты мне не рассказывала об этом?

- Ты тогда была занята Тагаром. И давай признаемся, мы не слишком были с тобой близки.

- Точно, ты раздражала меня своей бесполезной болтовней и неугомонностью.

- А ты своей правильностью. Не делай то, не делай это. Неправильно сидишь, не так держишь ложку. – я показала ей язык.

Маша накинулась на меня, начав щипать и щекотать. Я завизжала, а потом резко зажала себе рот, боясь, что нас могут услышать.

- Сестры? – протянула она мне мизинец.

- Сестры, - улыбнулась я ей.

На кухню вошла мама, испуганными глазами блуждая по нам.

- Что у вас тут происходит?

- Ничего. Мы просто дурачимся, - ответила сестра.

Скорее всего мама решила, что мы с Машей вцепились в друг друга. Такое часто случалось.

- Тише будьте. Где хлеб?

Я быстро вернулась к нарезанным кускам и, закинув их в корзинку, протянула маме.

- Могу я тут остаться? Не хочу возвращаться, - скривилась Маша.

Мама на мгновение задумалась и кинула взгляд на меня.

- Я тоже останусь. Все равно есть не хочу.

- Ладно. Скажу, что вам стало плохо.

Мама вернулась к гостям. Сестра поставила чайник и налила нам чай, а затем поставила печенья на островок, за который мы присели. Пока Маша окунала сухарик в чай, я крутила в руках печенье.

- Твои любимые. Шоколадные.

Я кивнула, давая понять, что услышала ее.

- Не хочу, - вернула я в пакетик несчастное печенье.

- Ты заболела? Первый раз вижу, что ты не хочешь есть вкусняшки. Раньше ты бы за них душу продала.

- Аппетита нет, - пожала я плечами, сделав глоток чая, который был все еще горячим.

Маша смотрела на меня своими хитрыми, прищуренными глазами, словно пыталась вытащить из меня все сокровенное.

- Что? – возмутилась я.

- Сестренка, а ты случайно не беременна?

Чашка с кипятком чуть ли не выпала из моих руку. Я аккуратно поставила ее на стол, с ошарашенными глаза таращившись на сестру.

- Нет, - неуверенно выпалила я.

- Вы предохранялись?

Я закрыли лицо руками, которое в буквальном смысле начало гореть. Мы никогда с сестрой не разговорила об этом. Эту тему поднимала лишь наша мама.

- Прекрати, Маш.

Сестра взяла мои руки и убрала их от лица.

- Нет? А таблетки пила?

Я качнула головой.

- А он прямо туда…, - она прочистила горло. Ей тоже было неловко.

- Нет, - ответила я, а потом резко вскочила со стула. – Было. Один раз. Но я же не могу забеременеть с одного раза, да?

- Я позову маму, - поднялась она, но я резко схватила ее за руку. – Что такое, Лилит? Она лучше нас в этом разбирается.

- А, может не надо? Я… У меня просто из-за нервов аппетит пропал. Ты только зря будешь маму дергать. И сейчас вообще не вовремя.

- Прекрати. Ты опять не замолкаешь. Я позову маму. Жди.

Маша скрылась за дверью, оставив меня одну. Бог мой, я так с ума сойду! Две минуты тянулись, словно целую вечность. Я уже в голове придумала десять вариантов, как Рамиру сообщить об этом. Но все же надеялась, что это просто ложная тревога. Не могу я с первого раза забеременеть.

- Что случилось?

Мама с сестрой появились на кухне. Маша все изложила, оставив меня стоять перед ними, как глупую девочку и хлопать глазами.

- У тебя задержка?

- Да, но это все из-за волнений. Ты же говорила, что это сказывается на организме.

- Стоит все-таки убедиться.

Она схватила меня за руку и повела в комнату, где раньше они жили с папой. Нас встретил Пушок. Этот кот всегда обитал только в маминой комнате и редко из нее куда-то выходил.

Мама, полазив в шкафу, достала оттуда что-то и протянула мне небольшую упаковку.

- Тест. Инструкция внутри.

Мама с сестрой буквально запихали меня в туалет. Выхода не было. Никогда еще мое сердце так бешено не колотилось. Казалось, что вот-вот и оно выпрыгнет из моей груди. Одна полоска была четкой, но позже рядом начала вырисовываться и вторая. Сердце пропустило удар и замерло.

За дверью меня звала мама. Я же продолжала молча стоять на месте и смотреть на тест, думая, что мне это все кажется. Видимо я долго не отвечала, поэтому в дверь начали стучать. Громко и напористо.

- Лилит, открой, иначе я выбью эту дверь, - голос был совсем не похож на мамин. Это был Рамир. – Лилит, тебе стоит отойди в сторону.

Я подлетела к двери и распахнула ее, не давая мужу ее снести.

- Что такое? – взволновано спросил он, анализируя меня своими темными глазами.

Интересно, нашему ребенку достанутся такие же глаза, или же он унаследует мои, более яркие?

- Лилит?

Рамир сделал шаг ко мне, оказавшись в нескольких сантиметров от меня. Он аккуратно забрал из моих руку тест и застыл, внимательно смотря на него, словно решал очень сложную задачку.

- Это твой?

- Нет, - заявила Маша с нотками возмущения за спиной Рамира, - это Пушка.

Кот, услышав свое имя, мяукнул. Мама же больше ничего не дала сказать сестре и утащила ее прочь из комнаты. Мы остались втроём: я, Рамир и Пушок.

- Рамир? – позвала я мужа, молчание которого начинало тянуться слишком долго. – Ты расстроен?

Он покачал головой.

- Я просто в шоке, - провел он свободной рукой по своим волосам. – Не думал, что это произойдет так скоро.

- В доме Яровых…

Рамир нахмурился, либо вспоминая, либо не понимая, о чем я.

- Точно, - выдавил он, издав нервный смешок.

Он, опустив руку с тестом, а второй притянул меня к себе.

- Я рад. Очень рад. Спасибо тебе, - прошептал он, уткнувшись в мою шею носом. – Просто до меня еще не дошел тот факт, что я стану отцом.

Он поднял голову, взглянув мне в глаза.

- Кажется, что я сейчас заплачу, - уголки его губ дернулись.

Я застыла, наблюдая, как на глазах мужа собираются слезы. Взяв его лицо в ладони, я быстро убрала капельки, не позволяя им скатиться по его лицу.

- Все будет хорошо. Мы справимся.

Я всегда хотела детей. Знала, что цыганки не могут быть в замужестве без детей. Это их долг: подарить мужу наследника. С Рамиром мне казалось, что будет все по-другому. Ему не нужен наследник. Ему нужна семья: любящая и верная, и я смогу своему мужчине это дать.

От резкого грохота, я визгнула и хотела отстраниться от Рамира, но он не позволил мне этого сделать. Только сильнее прижал к себе, вытащив пистолет.

- Что это? – спросила я дрожащим голосом.

Еще один грохот и звук разбитого стекла.

- Это выстрелы?

- Да, - сдержанно произнес Рамир. Его лицо выражало полную сосредоточенность и холодность. Будто несколько секунд назад он не собирался заплакать. – На дом напали.