— Будто от Элеаны Кьярри кто-то ожидал иного, — фыркнула преподаватель зельеварения.
У нас давно были личный счеты. Ведь во время выездной практики в поля и леса именно ко мне чисто по-ведьмовски шли травы в руку. Этого зловредная тетка простить не могла и мстила при каждом удобном случае. А я тоже в долгу не оставалась. Особенно, если вспомнить тот последний взрыв и последующий за ним потоп.
— Я думала, академия не выстоит, — поддакнула ей преподаватель прорицаний. Две закадычные подружки-злючки. — А ведь утренний расклад на древних картах предупреждал о неприятностях. Но Кьярри сегодня превзошла даже саму себя. Я такого страху натерпелась.
— Цыц! — велел сплетницам ректор.
И голос его в идеальной тишине шквальной волной пролетел по полигону.
Студенты, которые всё ещё оценивали новый дизайн академии и явно выдумывали шуточки, чтобы потом доставать меня, замерли на своих местах и принялись жадно вслушиваться. Я тоже застыла столбом, ожидая вердикта.
Агнар Норлинг медленно поднялся со своего места и начал спускаться по лестнице, направляясь в мою сторону. Его красивое, несколько хищное лицо ничего не выражало, и сложно было предположить, чем закончится наша встреча.
Однако господину ректору, кажется, поступок проверяющего не понравился. Он быстренько подскочил, сурово зыркнул на преподавательский состав, который сегодня вёл себя хуже обиженных школьниц, и поспешил на полигон. И отчего-то я ни капли не сомневалась, что он торопится защитить меня, как всегда бывало.
Выходит, Норлинг меня сейчас обругает и вышвырнёт из академии.
Сжала руки в кулаки.
Стиснула зубы.
Выпрямилась.
Даже если я сейчас вылечу, никому не позволю сказать, что ведьма из рода Кьярри повела себя недостойно.
Шаг. Ещё шаг.
Он шел неспешно, важно. И каждый его шаг ускорял моё сердцебиение. Пульс колотил в ушах — что орочий шаман в барабаны. Волна мурашек тысячами ледяных иголочек пронзала кожу.
— Господин Норлинг, — пытается привлечь внимание доверенного лица его величества ректор. — Господин Норлинг.
Но тот будто не слышал его. Смотрел только на меня. И причину блеска в его глазах я определить не могла. Он в ярости? Просто зол? В шоке от меня?
Судорожно проглотила противный ком у горла, который тяжелым камнем застыл у пищевода. Мне нестерпимо захотелось постучать по груди, помогая ему провалиться, но я стола и молча смотрела на мужчину, в чьих руках сейчас находилась моя судьба и будущее.
Но в любом случае, я готова была выдержать любое решение. Плечи развёрнуты и немного опущены. Подбородок приподнят. В глазах — спокойная уверенность. А в душе — бездна отчаяния, смешанная с решимостью уйти в империю демонов и не возвращаться в родной мир никогда в жизни!
— Я… — начала, желая ещё раз извиниться за причинённый академии вред, но мне не позволили продолжить.
— Господин Норлинг, я как раз хотел вам сказать… — затарахтел ректор, пытаясь перебить мужчину, не позволить ему вынести мне приговор.