Глава 3

Училась и работала Эллион ван Лейтон в академии Бертрана Первого, закончила факультет лекарей, теперь на нем преподавала. Назвали академию в честь короля человеческого государства Мерсии, отдавшего кусок земли своего королевства на границе со страной вампиров — Винлейфом и страной оборотней — Руанайдой.

Лекарский факультет делился на кафедры жизни, смерти и зельеварения. Так же тут был факультет стихий, он делился на четыре кафедры соответственно: водный, воздушный, земной и огненный. Плюсом шел факультет немагических наук, ведь студенты должны не только уметь делать горки из песка или зажигать свечи взглядом, но так же знать где север или юг, уметь драться, не выдохнуться, пробежав сто метров или станцевав классический танец на балу, да еще много всего: история, география, военное дело, правоведенье, хореография, экономика. Кафедр было много, какие-то предметы считались обязательными — общеобразовательными, какие-то специфическими, их предлагали студентам уже на третьем курсе, когда те определялись с выбранной специальностью. Например, те, кто заканчивал лекарский факультет, могли включить в расписание военное дело, в которое входили и стратегия, и даже криминалистика, и правоведение, и по результатам экзаменов пойти работать в судмедэкспертизу, полицию или подобные структуры.

Именно в этом направлении и стремилась Элли, ее мучали сомнения, что смерть родителей была случайностью. Она не верила, что отец не справился с управлением. Он был воздушник, и девушка считала, что мог остановить магобиль с помощью дара, но этого не произошло, а значит, мужчина был без сознания. Все ее мысли сводились к одному, что родителей опоили, а потом машину столкнули с обрыва. Что ж, я пока не разбираюсь в реалиях этого мира и не понимаю, зачем кому-то могло понадобиться убивать родителей Элли, но все возможно. Тем более, ей и самой помогли отправиться на тот свет. Сейчас я это отчетливо понимаю. Вопрос, как она не заметила, когда готовилась погрузиться в транс, что часть символов начертанных на полу исправлена? Или это сделали, когда эксперимент уже начался. Столько вопросов.

Мелодичная трель прервала мои размышления, пришлось сползать с кровати в поисках войсира, именно так тут величали телефон, хотя мысленно, я многие вещи называла привычными именами. Войсир выглядел практически как смартфон, только окошка камеры не было ни сзади, ни спереди, но снимки он тоже делал, магически. Объяснить, как это я не могла, но с другой стороны, принцип работы земного фотоаппарата я тоже не знаю. Ни к чему эти знания. А вот звонившего, благодаря воспоминаниям Элли, я определила сразу. Ректор. Рокмонд Д`амбьер, два метра ледяного ужаса, непередаваемой харизмы и невероятной внешности. Демон альбинос с гетерохромией, его побаивалась мужская часть населения академии и не только, женская же пока не определилась, падать ли в обморок от ужаса или обожания. И именно он звонил Элли, то есть мне.

— Доброго дня, фри Д`амбьер, — обращение «фри» считалось универсальным и для мужчин, и для женщин, что были свободны от брачных уз, а так же для общения с незнакомцами, подробностей личной жизни которых вы не знаете. В других случаях было обращение «фру» для женщин и «фрэн» для мужчин.Причем, эта приставка использовалась и с именем, и с фамилией, в зависимости от ситуации. И лишь в дружеских отношениях ее опускали.

— Фри ван Лейтон, доброго дня, — прозвучал пробирающий до костей голос. — Надеюсь, я вас не побеспокоил?

— Нет, — ага, скажу я обратное, как же. — Я вас внимательно слушаю.

— Вы еще не открывали почту? — и вот к чему он клонит?

— Нет, — вот заладила, как попугай.

— Через неделю в Тренте королевский прием, вас, как наследницу рода ван Лейтон ждут в любом случае, как и меня, к сожалению, — не врет, весь свет знает, что он терпеть не может званые вечера, как и Эллион. — Предлагаю вам отправиться туда вместе.

— Но почему я? — вырвалось у меня.

— Неужели нахождение рядом со мной вам столь противно? — вздохнул демон.

— Нет, фри Д`амбьер, как вы могли такое подумать? Просто, у вас достаточно богатый выбор спутниц, которые все бы отдали, лишь бы побыть с вами на подобном мероприятии, — вот и откуда я все это знаю? Вроде Элли сплетнями не увлекалась.

— Потому я и хочу, чтобы это были вы, а не кто-то из них. Вы не потребуете танцевать всю ночь напролет, не будете виснуть на мне, жеманничать, хихикать и закатывать глаза. А главное, зная, кто ваш дядя и какой у вас дар, никто не решиться подлить вам какой-нибудь гадости в стакан.

— Как вы прямолинейны, ректор, — улыбнулась я, он определенно мне импонирует, этот беловолосый ужас. — А какая польза мне?

— Если вы будете со мной, то ни кому даже в голову не придет приставать к вам с матримониальными планами. Даже Эдварду ван Лейну.

— Дядя будет в шоке, — я даже посочувствовала родственнику Эллион, а ведь нужно привыкать, что он мой родич. На глаза навернулись слезы. На Земле я похоронила всех родных, осталась совсем одна. Неужели я смогу забыть их и обрести здесь другую семью?

— Не печальтесь, он переживет. Ну так как? Вы принимаете мое предложение?

— Да, фри Д`амбьер, — словно у меня есть выбор. В любом случае попасть туда лучше с ним, чем одной.

— Рокмонд, за пределами академии я буду для вас просто Рокмонд, — память Элли не подсказала мне, слышала ли она, чтобы хоть кто-то называл ректора по имени и это откровенно пугало. Мало ли, что ему от нее, то есть меня, надо.

— Как скажете, фри Рокмонд, но пока мы в академии, доброго дня!

— Я буду в синем. И, фри Эллион, не забудьте, что завтра с практики возвращается третий курс, а значит, у вас прибавится работы. Доброго дня! — он отключился, а я еще пару минут тупо смотрела на черную глянцевую поверхность телефона.

— Вот же… Рибосому тебе в ядро.

Я быстро открыла файл с подписью «третий курс» и посмотрела темы для изучения. Программу Элли составляла сама, и девушка постаралась, только для меня, далекой от этой сферы, все познания в криминалистике ограничивались просмотром сериалов вроде «Менталиста», «Касла» и «Костей». Зато материалы по первому-второму курсу порадовали: курс яды и противоядия, а так же «магические твари».

Остатки дня я пыталась уложить в голове смесь из образов от собственных воспоминаний с памятью Элли. Это было не так-то просто, ведь жизнь здесь все-таки отличалась от той, что я прожила на Земле, да и отношения с окружающими придется выстраивать заново, все же я не Эллион, и многие поступки и слова ее знакомых воспринимаю по-другому, тем более с высоты своего возраста и опыта. Бывшая владелица моего тела была хорошей девочкой, воспитанной любящими и понимающими родителями, при полном достатке, даже ее дядя после смерти родителей старался ее поддержать. Да и в коллективе у нее были со всеми ровные отношения, открытых противостояний не наблюдалось, хотя, скорее она не обращала внимания или не замечала вовсе. В отличие от меня, родившейся в шестидесятых годах прошлого века и пожившей и в СССР, и в Российской Федерации, пережившей и дефицит, талоны, очереди, перестройку, кучу кризисов, реформу образования с ЕГЭ, а потом еще и дистанционку. Мы просто по-разному смотрели на большинство вещей. И, боюсь, вести совсем уж как она у меня не выйдет. Эллион хорошо себя чувствовала, лишь зарывшись по уши в учебники, таблицы и исследования, а вот перед студентами она робела, и помогало ей держать лицо лишь воспитание. Все-таки «леди» не может ударить в грязь лицом. На студенты явно чуяли, что аспирантка не тянет на суровую преподавательницу и частенько балагурили. Что же, их ждет сюрприз.

В себя я пришла, только когда у меня забурлил желудок. И как по мановению палочки появилась домовушка.

— Фри Глафира, добрый вечер, — поздоровалась я с ней.

— Ох, нет, просто Глафира, у младших народов нет таких определений, мы по-простому общаемся, по-свойски.

— Тогда обращайтесь ко мне тоже без этого, — попросила я. — Непривычно.

— Ну так и надо, привыкать. Гляжу, разбираешься с наследством?

— Вроде того, только кушать хочется.

— Так чего ужинать в столовую не идешь?

— Честно? — воспоминания об этом заведении были отрывочны. — Боюсь.

— Что ничего и никого не знаешь?

— Да нет, вроде что-то из знаний Элли мне передалось, но не все, да и говорю я не так как она.

— Да, что правда, то правда, ты даже сидишь по-другому. Словно у тебя на плечах гора, выпрямись, чай не старуха.

— Нет, конечно, но я была уже в том возрасте, когда у людей обычно есть внуки, — вырвалось у меня.

— Жалеешь о тех, кого покинула? — сочувствующе посмотрела мне в глаза домовушка.

— Не о ком жалеть, там я осталась совсем одна, не считая оболтусов-учеников.

— Ну, так и расправь плечи, тебе дарован шанс прожить еще одну жизнь, и отомстить за жизнь фри Эллион, — подняла палец вверх Глафира.

— Обязательно, — ответила я и мысленно дала себе слово, что не успокоюсь, пока не доведу дело Элли до конца.

— Только не положи жизнь на алтарь мести, девочка, — покачала головой моя новая знакомая. — А теперь, переодевайся, не то останешься голодной до завтрака, и не забудь заказать продукты, вот здесь есть небольшая стазисная, — домовушка указала на небольшой ящик в дальнем углу комнаты, на котором стояла белая коробка из материала, похожего на пластик. — А тут нагреватель, — о так это аналоги минихолодильника и микроволновки. — Твоя предшественница готовить не умела, да и про еду вечно забывала. Так что там пусто.

— Хорошо, — улыбнулась я. — Спасибо.

— Одевайся, провожу тебя.

Я зарылась с головой в шкаф, с виду небольшой, но внутри просто безразмерный, выудила оттуда строгую юбку до колена, водолазку и кардиган. Домовушка посмотрела на меня и фыркнула.

— Что не так? — удивилась я.

— Да хоть в чем-то вы одинаковые, — рассмеялась она. — Все девицы старших народов, как девицы, а эта облачиться в одежу, как в броню. Как светская дама преклонных лет.

— А чем плохи качественные вещи спокойных тонов? — не поняла я. — И не ходить же с голым пупком или в юбке, что больше напоминает пояс?

— Охохо, у вас так ходят?

— Бывает, — усмехнулась я, вспоминая девятиклассниц.

— Нет, так кардинально не надо, у нас это не приветствуется в обычной жизни, артистки и актрисы и не так вырядиться могут, но им позволено. Дивы.

— Но с другой стороны, — вдруг подумала я. — Молодость она и дана, чтобы быть ярким?

— Только не все и сразу, тебе нужно, чтобы изменения произошли понемногу, тогда бросаться в глаза они не будут и лишних вопросов ни у кого не возникнет.

— Согласна, — кивнула я заговорщицки подмигнувшей домовушке и поменяла водолазку на милую блузку изумрудного цвета. — Кстати, я так и не посмотрела на себя….

Загрузка...